О продолжении сотрудничества судостроительных компаний ФРГ с КСА

Вопрос об экспорте вооружений продолжает вызывать дебаты среди политиков ФРГ, а также провоцирует внешнюю критику. Она главным образом исходит от ООН, что для Берлина, мечтающего о реформе организации, является довольно негативным фактором. С другой стороны, у немецкого бизнеса есть свои интересы, касающиеся как стратегии выживаемости на рынке с высокой конкуренцией, так и поддержания имиджа в качестве участника крупных европейских проектов. Особое значение в данном контексте имеет сотрудничество Германии и Саудовской Аравии.

По опубликованным на текущей неделе данным, несмотря на эмбарго на продажу вооружений и военной техники КСА, отдельные немецкие представители продолжают сотрудничество. В частности, речь идет о концерне Lürssen. Это германская судостроительная компания из Бремена, которая занималась экспортом в КСА. Как отмечается в закрытых отчетах компании, попавших в СМИ, уже после введения запрета сотрудники верфи оказывали саудовцам помощь в восстановлении ранее поставленного корабля береговой охраны, после того, как он пострадал от йеменских хоуситов. Кроме того, появилась информация, что Lürssen, несмотря на ограничения, продолжила снабжение саудовских партнеров запасными частями, а также обучение управлению своей продукцией. И это не единственный пример. Аналогичным образом предположительно поступила и верфь из Вольгаста, построившая для Саудовской Аравии патрульные катера, в дальнейшем также атакованные хоуситами.

В этом контексте важно обратить внимание на несколько обстоятельств. Так, последствия инцидентов, о которых идет речь в отчетах, Саудовской Аравией скрывались. Вероятно, это было сделано не только по соображениям необходимости не показывать публично свои слабости, но и потому, что в Эр-Рияде не хотели лишних и вполне резонных вопросов о том, как именно они потом обходились с пострадавшей техникой. Также нельзя не вспомнить заявления руководства верфи в Вольгасте и местных властей, которые в период введения эмбарго на поставки открыто заявляли, что такая политика подрывает градообразующее предприятие, а также фактически лишает город бюджета, а значит и перспектив развития. Отдельное недовольство было связано с тем, что правительство не предложило со своей стороны никакого содействия в преодолении кризисной ситуации.

Интересно обратить внимание и на вовлеченность в подержание германо-саудовских контактов других европейских игроков. Так, в открытых источниках есть упоминание о том, что Lürssen вела свои дела при посредничестве одной британской компании и двух австрийских частных фондов. Таким образом, такого рода каналы взаимодействия можно объяснить отголоском более широких европейских возражений относительно немецкой политики по отношению к КСА и желанием найти лазейки, способные помочь ее обойти.

Не случайно в числе лиц, связанных с раскрытым сотрудничеством немецких верфей и Саудовской Аравии фигурирует и С.Цоллер. В прошлом он был топ-менеджером Airbus, отвечавшим именно за оружейную составляющую. Против него с 2012 по 2014 гг. велось расследование по подозрению в коррупции, причем одна из схем касалась КСА. Помимо этого нельзя не упомянуть, что именно Airbus говорил о необходимости наложить на ФРГ санкции за срыв контакта с Саудовской Аравией, в котором немецкие производители были поставщиками комплектующих.

В целом, ситуация для Германии складывается весьма затруднительная. С одной стороны, традиционно данные обстоятельства обостряют внутриполитическую дискуссию. Основным аргументом оппозиции в ней уже давно является несовершенство федеральных законов, которые при запрете экспорта позволяют найти массу вариантов продолжать смежную деятельность. Таким образом предпринимается попытка изменить на законодательном уровне всю систему одобрения экспорта продукции  ВПК за рубеж, сделав ее более зависимой от Бундестага. Текущие обстоятельства дают повод для активизации дебатов.

С другой стороны, важно обратить более пристальное внимание на немецкий бизнес, который все дальше в своих интересах дистанцируется от позиции правительства. Показательным был опыт взаимодействия с Ираном, где компании, несмотря на убеждения политиков, сделали выбор в пользу американского, а не иранского сегментов, не дожидаясь угроз санкциями. Саудовская Аравия – новый яркий пример, подтверждающий эту тенденцию. При этом он имеет все же некоторые отличия, вытекающие главным образом из политики федерального правительства. Если в случае с ИРИ основным аргументом была задача минимизировать упущенную выгоду, то саудовский сценарий – это ответ на то, что федеральные власти оставили местные самостоятельно разбираться с проблемами малых городов. Вот только спасаясь от недальновидных решений собственного правительства бизнес попал в ловушку европейских игроков. И последствия здесь также могут быть плачевными, поскольку провоцируют недоверие власти к компаниям, работающим в сфере ВПК, что может в будущем привести к негативному воздействию на них.

55.5MB | MySQL:105 | 0,507sec