О причинах преследования членов движения ПТМ в Пакистане. Часть 2

По иронии судьбы власти Пакистана фактически дают больше голоса террористическим группировкам, нежели ненасильственному движению ПТМ. Представителю пакистанских талибов Эхсанулле Эхсану было разрешено дать интервью на телевидении в 2017 году (хотя большинство каналов сняли интервью после получения многочисленных жалоб; совсем недавно Эхсан, по-видимому, сбежал из-под стражи военных). Государство также вступило в переговоры с пакистанскими талибами в 2014 году, прежде чем начать скоординированную военную операцию «Зарб-э-Азб», которая привела к рассеиванию членов ТТП по всему Пакистану, а также к их переходу в Афганистан. Тем не менее, попытки властей заставить молчать ПТМ больше, чем террористов, не вызывают сильного удивления, так как ненасильственное протестное движение, поднимающее вопрос о целостности вооруженных сил страны может поставить под угрозу легитимность армии в Пакистане, чего никогда не делало ТТП. Власти Пакистана видят угрозу в ПТМ еще и по причине остро стоящего этнического вопроса: государство считает, что этнические разногласия угрожают исламской идентичности Пакистана. Риторика в отношении этнической лояльности началась с основателя Пакистана Мохаммада Али Джинна, который вскоре после создания государства предостерег пакистанцев от «яда провинциализма», который может угрожать  национальному единству. С подобной ситуацией страна столкнулась после выхода из своего состава в 1971 году Восточного Пакистана и провозглашения государства Бангладеш. Данное обстоятельство было спровоцировано политическими и межэтническими конфликтами. В Белуджистане вооруженные силы на протяжении десятилетий боролись с повстанцами-сепаратистами посредством острых репрессий. Пакистан давно обеспокоен пуштунским сепаратизмом и тесными связями местных пуштунов с Афганистаном. Похоже, что его политика поддержки исламистов-фундаменталистов, в том числе афганских талибов, помогает противостоять влиянию пуштунов. Цензурирование ПТМ и официальная позиция государства в отношении движения в значительной степени способствовали формированию определенного нарратива для пакистанцев. Хотя формального социального опроса на данную тему не проводилось, многие граждане, похоже, принимают позицию государства: они критикуют ПТМ, называя членов движения предателями, являющимися марионетками других государств. Кроме того, многие пакистанцы ассоциируют пуштунов с терроризмом, что также вредит делу ПТМ. Только небольшая группа либеральных, прогрессивных юристов и активистов высказалась в поддержку движения. Среди политических лидеров трех основных партий, только Билавал Бхутто Зардари из Народной партии Пакистана поддержал идеи ПТМ. Дискуссии о деятельности движения ведутся в основном в социальных сетях, где журналисты, которые видели, что фрагменты их выступлений, освещающих деятельность ПТМ, были подвержены цензуре, также высказываются более открыто. Премьер-министр Имран Хан и военное руководство, вероятно, разделяют разные позиции в отношении ПТМ. Имран Хан предпочитает хранить молчание по данному вопросу, чтобы сохранить свою позицию премьер-министра, для которого военные являются главным гарантом. Тем не менее, премьер-министр периодически заявляет, что «армия не предназначена для проникновения в гражданскую сферу». Такие мысли он высказывает когда речь заходит о попытках  Вооруженных Сил Пакистана помочь США в войне с террором. Имран Хан полагает, что такие военные операции только усиливают воинственность, что, по его словам, объясняет рост деятельности пакистанских талибов. Высказываясь о деятельности ПТМ на пресс-конференции в Вашингтоне в июле прошлого года, Имран Хан прямо заявил: «Всякий раз, когда вы отправляете армию в гражданские районы, вы получаете огромный побочный ущерб, огромные потери и разрушения». Тогда Имран Хан отметил, что половина жителей племенных районов была вынуждена покинуть свои дома, а также, что 75% их населения находились за чертой бедности.  Премьер-министр посчитал логичным возникновение на этом фоне молодого  движения, активно пропагандирующего мирные интересы от лица людей, столкнувшихся с масштабными лишениями. Вместе с тем, Имран Хан выразил надежду, что слияние бывших племенных районов, находящихся под федеральным управлением, с провинцией Хайбер-Пахтунхва приведет к прогрессу в регионе. Все это говорит о том, что он симпатизирует ПТМ, но предпочитает в открытую этого не демонстрировать. Тем временем протестное движение не показывает никаких признаков отступления: активисты говорят, что им «нечего терять» и они будут продолжать свою деятельность. Но из арестов Паштина и других участников также становится ясно, что и государство продолжит подавлять ПТМ. Если обвинения движения подтвердятся, то действия армии будут признаны злонамеренными действиями в отношении гражданского населения Пакистана. В случае, если обвинения со стороны ПТМ окажутся ложными, как  утверждает армия, власти могут вступить в открытую конфронтацию с движением, открыв доступ к племенных районам, создав комиссию по установлению истины и примирению, дать отчет о ее действиях против пакистанских талибов и оправдать все свои действия, восстановив свою репутацию. Однако на данный момент нет никаких оснований думать, что сценарий будет развиваться таким образом. Пакистанские военные всегда защищали себя от подотчетности, и в последние месяцы чаша на весах в пользу армии стала значительно перевешивать. Срок полномочий нынешнего командующего армией был продлен, и парламент принял новые правила продления срока полномочий всех военных начальников. Реальный вопрос заключается в следующем: как далеко зайдут военные, чтобы подавить движение ПТМ? Поводом для беспокойства является перспектива того, что противостояние может обрести насильственный характер. Помимо разговоров о репрессиях со стороны пакистанского государства и возможности применения им насилия, обвинения ПТМ также имеют прямое отношение к интересам безопасности США в стране и регионе, так как заявления ПТМ о том, что пакистанская армия находится в сговоре с ТТП, по-прежнему ставят под сомнение искренность Пакистана в борьбе с терроризмом как внутри его границ, так и вне их. Это говорит о том, что армия Пакистана может продолжать поддерживать афганских талибов после ухода США из Афганистана, тем самым подрывая стабильность в регионе.

52.47MB | MySQL:112 | 0,387sec