Реакция в Турции на итоги переговоров в Москве по Идлибу. Часть 2

Переговоры 5 марта с.г. в Москве между президентом РФ В.Путиным и президентом Турции Р.Т.Эрдоганом по Идлибу увенчались видимостью победы России, однако, если посмотреть глубже, то победившей стороной, на этом этапе, вышла отнюдь не Россия, а именно Турция (см. Часть 1 публикации по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=67828).

Сразу поясним, что для читателей ИБВ, что мы здесь имеем в виду, говоря о «победе» и «поражении». Мы имеем в виду ответ на простой вопрос: «В какой мере сторона воспользовалась имеющимся у неё исходной переговорной позицией и козырями?». Если использовала меньше, чем на 100%, то она проиграла, 100% — сделала возможное, свыше 100% — победила.

Заметим, что не Россия, а именно Турция сделала в Идлибе то, что было невозможным в 2011 году — на заре так называемой «арабской весны», когда Турция не могла ввести прямую войска в Сирию и противостоять официальному Дамаску открыто на поле боя, а лишь ограничивалась обещаниями про «пятничный намаз в Дамаске» и поддерживала оппозиционеров различной степени умеренности и радикальности.

А Россия, напротив, не слишком умело разыграла имеющиеся у неё на руках козыри, перестав, незаметно для себя самой, быть единственной зарубежной силой в Сирии, с теми или иными оговорками, признаваемой международным сообществом на сирийской территории (не путать с обставлением этого обстоятельства международным правом – В.К.).

Не могла Турция ничего поделать с российским вмешательством в конфликт в Сирии 30 сентября 2015 года, когда противникам президента САР Башара  Асада пришлось столкнуться уже не с ослабленной и дошедшей до края пропасти сирийской армией, но уже и с российскими ВКС. Итог: излишне эмоциональная реакция турецкого руководства и сбитый российский военный самолет в ноябре 2015 года, превратившийся в полноценный кризис в двусторонних отношениях. Однако, условий для вхождения Турции в Сирию тогда не было.

Не будучи узаконенной в глазах международного сообщества стороной, Турция не могла пустить корни в Сирии вплоть до Астанинского процесса, запущенного в 2017 году. И, более того, все свои военные операции, включая «Щит Евфрата», «Оливковую ветвь» и «Источник мира» Турция, так или иначе, но проводила по согласованию с глобальными державами и только после того, как убеждалась в наличии у неё международного прикрытия. В итоге, Анкара теряла темп и между объявлением о намерении провести военную операцию и фактическим её началом у турецкого руководства проходили месяцы. Считалось, что для турецких действий в Сирии – это норма и так будет и дальше.

Однако, глобальные державы, в итоге, заигрались и проморгали момент, когда турки станут легальными игроками на сирийском поле. Речь, разумеется, идет, в первую очередь, именно о России, до тех пор занимающей в Сирии «привилегированное» положение. А тем же США, которые лимитируют свое присутствие с Сирии, «интересно» посмотреть, как будет выглядеть прямое столкновение между Турцией и Россией.

В феврале 2020 года все громко слышали обещание президента Р.Т.Эрдогана начать после 29 февраля военную операцию, если Сирийская Арабская Армия (САА) не отойдет на исходные границы зоны деэскалации Идлиб. Заметим, что это обещание не было услышано практически никем. Особенно за рубежами Турции. К обещанию турецкого лидера отнеслись, как, в лучшем случае, к блефу, а, в худшем, – как к пустому бахвальству.

Во-первых, до сих пор Турция односторонних шагов в Сирии не предпринимала, а поддержкой Анкаре со стороны глобальных держав заручиться не удалось.

Во-вторых, контроль России над воздушным пространством Идлиба. Разумеется, всеми единодушно говорилось о том, что без контроля над воздухом наземную операцию проводить – безумие.

Тут, возможно, и заключался главный просчет. Турция давно примеривалась к тому, чтобы действовать в одиночку и первые «звоночки» к тому звучали, допустим, из того же Восточного Средиземноморья. Кроме того, насчет «контроля с воздуха» — это если мыслить в категориях классической военной науки. А кто сказал, что эта «классическая Ньютоновская механика» работает в современных условиях – гибридных, прокси-, кибер- и прочих разновидностей войн и конфликтов?

В итоге, военная операция «Весенний щит» началась, причем, не месяцы спустя после обещания турецкого президента, а практически точно в заявленный срок и, в считанные дни, турецкая армия довольно сильно потрепала Дамаск.

Это означает лишь одно: качество турецкого присутствия в Сирии, кардинальным образом, изменилось (читай, ползучая экспансия Турции в страну состоялась, и она «зацепилась» за сирийскую землю – В.К.) и теперь Турция может действовать быстрее и практически не оглядываясь по сторонам. Даже в условиях отсутствия господства в воздухе. Но, опять же, не стоит так цепляться за «господство в воздухе», если ВКС не могут работать по турецким целям в условиях этой странной, но очень современной, сирийской кампании.

Можно по-разному относиться к статистике потерь официального Дамаска, озвученной Министерством обороны Турции, но даже кратное деление цифр, с поправкой на очевидную пропаганду официальной Анкары, все равно, достаточно красноречиво отражает картину произошедшего – САА досталось так, как не доставалось, вероятно, с самого начала гражданской войны 2011 года.

Итоги военных и дипломатических маневров, предпринятых Анкарой вплоть до настоящего момента на сирийской площадке, можно резюмировать следующим образом:

  1. После Идлиба сильно затруднена или вовсе сделана невозможной легитимация Башара Асада в глазах международного сообщества. Сюда же следует добавить, что выбит козырь из рук оппозиции внутри Турции – тезис о том, что с Асадом следует сесть за переговорный стол. Заикнуться об этом в среде «приличных рукопожатных турецких политиков» – теперь невозможно. Более того, Асад постепенно становится «хромой уткой» и грузом для России, с большим соблазном его сбросить (понятно, что президент России В. Путин держит обещания и «своих» не бросает, но ущерб от такой верности своему слову будет и немалый – В.К.).
  2. Ценой небольших, по меркам военной кампании жертв, Анкара обеспечила себе легитимность присутствия Вооруженных сил Турции в Идлибе. Теперь на любую попытку окончательного решения вопроса зоны деэскалации со стороны Дамаска, будет реагировать регулярная армия Турции, вторая по численности в НАТО, против нахождения которой в Идлибе уже возражающих нет. Своим молчанием в Москве 5 марта (возражений же никто не слышал против того, что Турция запустила свой «Весенний щит», а значит, получается, что признали – В.К.) Россия пошла на колоссальную уступку Турции, когда никак не оспорила и не осудила публично турецкую операцию «Весенний щит». Согласимся, что фразы про «бандформирования» со стороны российского президента были достаточно округлы, чтобы их читали только те, кому интересно их специально анализировать на предмет скрытых посланий. Однако, здесь нужно было открытое послание касательно «Весеннего щита» – его, по тем или иным причинам, со стороны России не последовало.
  3. Не стоит недооценивать моральной поддержки со стороны Запада, оказанной Турции даже при отсутствии поддержки фактической. Выясняется, что Турция стала региональным игроком, который может выступать на поле боя уже и в одиночку. Согласимся, что это уже – смена качества. Сюда же, к смене качества, следует отнести и очевидное нежелание России втягиваться в противостояние с Турцией, которое, разумеется, обеспечивается не только военной силой, но и другим комплексом факторов (стратегические проекты, ОПК, торговля энергоносителями, «свой среди чужих» в НАТО и т.д. – В.К.). По отдельности, каждый из этих факторов может быть более или менее существенным, но все вместе они становятся «гирей на ногах». В итоге, Россия, конечно, двигается в Сирии вперед, но, явно, не теми темпами, которые могла бы себе обеспечить, если бы не оглядывалась на свои отношения с Турцией и желание их сохранить на прежнем уровне (Несколько риторических вопросов: возможно ли это, причем, в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективах? – В.К.). Заставить Россию оглядываться на себя – для Турции является большим успехом. И это при том, что никогда и нигде в принципиальных вопросах Турция России не уступала (взять те же отношения с Украиной или позицию по Крыму – В.К.). То есть, Турция продолжает идти своим курсом, не оглядываясь на Россию.
  4. Турция решила для себя все или почти все задачи, которые она ставила перед собой в Сирии, включая: создание буферной зоны вдоль турецко-сирийской границы, создание условий при которых политическое урегулирование в Сирии не может осуществляться уже без нее, лишение надежд Башара Асада на легитимацию и прекращение его в глазах Запада в кровавого диктатора. Причем, заметим, в ситуации, когда тот был весьма близок к своей цели возвращения себе официального статуса законного президента страны, на правах победителя в гражданской войне и единственной скрепы для сирийской территориальной целостности, по крайней мере до следующих всеобщих выборов. Кстати, про территориальную целостность Сирии стоит, если можно так выразиться, «начинать забывать» — страна расползается на анклавы и собрать её назад, в прежних границах, с каждым днем становится все сложнее и сложнее.
  5. На «Западном фронте» с Европой Турция также сыграла предельно жестко и, невзирая на все возгласы и причитания в европейских столицах, похоже, заставит пересмотреть Брюссельское соглашение в свою пользу и добьется выделения себе дополнительных ассигнований на беженцев. Кроме того, то, о чем давно говорил президент Р.Т.Эрдоган – это о выделении Западом средств на строительство населенных пунктов для переселения беженцев в буферную зону на турецко-сирийской границе. Это также теперь не следует считать недостижимой целью для турецкого руководства. Визит президента Р.Т.Эрдогана в Брюссель, намеченный на 9 марта, станет своего рода «5-м марта» для турецко-европейских отношений.
  6. Не стоит сбрасывать со счетов и психологический эффект от «Весеннего щита». Эта операция породила к жизни тезис об «искусстве войны в турецком исполнении». Гипотеза о том, что и дальше таким образом не только можно, но и следует действовать, теперь превратилась в мнение, которое дальше может стать данностью.

Можно, конечно, говорить о том, что «пятничный намаз в Дамаске», обещанный президентом Эрдоганом, откладывается, но кто сказал, что целью было именно это? Ведь нельзя же расценивать внутриполитическую браваду лидеров в качестве надежного источника информации о намерении той или иной страны. Как мы показали выше, сирийская кампания Турции идет достаточно успешно. Более того, страна трансформируется в серьезного регионального игрока, который уже оформляет заявку со своими претензиями.

Теперь о том, какую цену за эту победу Р.Т.Эрдогану пришлось заплатить?

На самом деле, турецкий президент, находящийся во главе Турции с 2002 года, рискует оказаться одним из самых недооцененных политиков в турецкой истории. Да-да, мы не оговорились. Понятно, что он находится во власти вот уже 18 лет – с 2002 года — и можно было бы сказать, что это и есть самое наглядное подтверждение той высокой оценки, которую выносит его деятельности турецкое общество.

Однако, это – далеко не так: невзирая на то, что президент Р.Т.Эрдоган, до сих пор, выходил из всех внутриполитических схваток и передряг победителем, они подтачивают его физически (достаточно посмотреть на то, как выглядел Р.Т.Эрдоган в Москве; состояние здоровья турецкого лидера – это вопрос, который постоянно надо держать в уме – В.К.) и морально. Действия Р.Т.Эрдогана не понимаются и не принимаются приблизительно половиной турецкого общества. Человек же идущий вперед, неизбежно ошибается и подставляется и его очки тают. Хотя он и является де-факто победителем, но идет он при этом на тяжелые размены (более 30 погибших турецких военнослужащих – размен на «Весенний щит»; верх цинизма – но, по сути, так – В.К.).

Иллюстрируем действия турецкого лидера на примере только что состоявшихся переговоров в Москве по Идлибу (есть и другие примеры: недооцененный в Турции успех по АЭС «Аккую», сделка по С-400, которую с началом ситуации в Идлибе все в Турции поспешили списать «в утиль», причем совершенно напрасно, и прочее – В.К.).

Р.Т.Эрдоган поехал на переговоры в Москву.  Это имиджевая потеря очков для него, поскольку он поехал на территорию тех, кто, прямо или косвенно, в глазах всего турецкого общества, виноват в гибели более чем трех десятков турецких военнослужащих. Оппозиция тут же выступила с тем, что «Эрдоган не должен был ехать». Это «Путин должен был ехать» в Стамбул или даже в Анкару.

Объяснения Р.Т.Эрдогана на камеру перед переговорами с В.Путиным из серии того, что российское руководство «занято референдумом с поправками к Конституции» и «поэтому не смогло приехать в Турцию» выглядело слабо. Равно как и заявление М.Чавушоглу о том, что «Турция, несмотря ни на что, остается за столом переговоров, даже если противоположная сторона является неправой».

Вот «не должен был ехать в Москву» и все тут! Потому, что это – потеря лица и проявление слабости. А если при этом был результат?  Так и хочется спросить вопрошающих.

Тот факт, что президент Р.Т.Эрдоган по Сирии, после восстановления отношений с Россией, сделал «невозможное возможным», публику в Турции не интересует. Главное, как это выглядело.

В итоге, Р.Т.Эрдоган потерял на поездке в Москву 5 марта очки во внутренней политике, хотя, де-факто, разыграл очень удачную комбинацию. Не будем забывать, что рейтинг президента Р.Т.Эрдогана внутри Турции – не имеет «путинского запаса прочности». Он всегда колебался на уровне 50% голосов избирателей и снижение на 1 или 2 процентных пункта популярности для него – это очень серьезно. А теперь ещё и подточен непростой экономической ситуацией в стране.

Мы могли бы ещё поговорить про Ливию, про Восточное Средиземноморье, и про действия Турции там. Однако, это будет отклонением от темы настоящей публикации. Но Турция там тоже перешла в наступление и, далеко не без оснований, рассчитывает там на успех.

Повторимся, что турецкое руководство привело ситуацию в Сирии, как минимум, к патовому положению и извлекло из неё не просто максимум, а прыгнуло выше головы. Хотя ещё в конце прошлого года раздавались мнения о том, что война близится к своему логическому концу, а Б.Асад вернется, в качестве полноценного игрока, на международную арену. Нет, теперь ему, похоже, в лучшем случае, светит что-нибудь вроде невыездного диктатора как суданскому Омару аль-Башира, а «партия» в Сирии подходит к своему очередному витку, но отнюдь не к своему завершению. Турция продолжает играть свою игру, извлекая для себя выгоды. Хотя, конечно, можно это с легкостью не замечать, рассуждая про «очередной успех наступления Дамаска в Идлибе» и о том, как «прижали в Москве Эрдогана».

49.96MB | MySQL:110 | 0,903sec