Ливия: итальянские эксперты о перспективах перемирия между ПНС и ЛНА

Маттео Коломбо (Matteo Colombo), эксперт Итальянского института международных политических исследований, (l’Istituto per gli Studi di Politica Internazionale) обратился к анализу того, что, по его мнению, может стать началом фактического перемирия между конфликтующими сторонами в Ливии. В самом деле, несмотря на достаточно длительную эскалацию и активные приготовления сторон к сражению за Сирт, периодические перестрелки и взаимный обмен ударами БПЛА и артиллерии, ситуация в последние две недели стабилизировалась. Сила ЛНА существенно укрепили свои оборонительные рубежи, сообщалось о появлении в Ливии ЗРС типа С-400, отряды ПНС, со своей стороны, накопили значительные силы западнее Сирта, и провели ряд операций по зачистке своих тылов, включая такой глубокий, как Зинтан.

Тем не менее, активная фаза боевых действий так и не наступила. Возможно, свою роль сыграли активные дипломатические усилия ряда стран, США, прежде всего, а также осознание основными участниками противостояния всей опасной непредсказуемости развязывания конфликта в этом крайне чувствительном районе Средиземноморья.

По мнению итальянского эксперта, есть, как минимум, четыре причины для оптимизма в отношении того, что прекращение огня в Ливии может сохраняться в течение нескольких недель и перерасти в длительное перемирие.

Первая — это военный тупик последних месяцев.

Вторая — хрупкость обоих соперников с точки зрения внутреннего консенсуса.

Третья — текущий международный контекст.

Четвертая — интересы главных героев этого политического пасьянса в соблюдении достигнутого «статуса-кво», который, при всех своих изъянах, заведомо лучше начала региональной войны с вовлечением в нее стран-участниц НАТО. В непосредственной близости от юга Европы и стратегических морских и воздушных коридоров. Да еще и в разгар мирового экономического кризиса и угрозы возобновления эпидемии коронавируса.

Однако, возможное временное перемирие может не сопровождаться общим политическим соглашением по «умиротворению» страны из-за того, что нынешним акторам сложно навязывать себя различным местным игрокам, а также из-за разногласий между внешними силами в отношении воссоединения и будущей политической структуры Ливии.

Первая причина для оптимизма заключается в том, что ни ПНС в Триполи, ни Палата представителей в Тобруке, не обладают военными возможностями для достижения полной победы. С одной стороны, нереально думать, что в ближайшие месяцы силы, лояльные ПНС, смогут продвинуться на восток к египетской границе. Причина этого, помимо прочего, в том, что вооруженные группы, поддерживающие ПНС, представляют собой не организованную армию, а коалицию ополченцев. В результате, у них нет силы контролировать территорию без легитимности местных вооруженных групп и населения, которые, в свою очередь, пользуются преимуществами нынешней политической, военной и экономической структуры власти, выступают в поддержку то Триполи, то Тобрука. В зависимости от текущего момента и того, кто больше заплатит. Точно так же силы, поддерживающие парламент, представляют собой разнородную коалицию вооруженных групп, созданную в рамках Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара. После нескольких месяцев наступления, которые привели их к окраинам Триполи, большинство групп, входящих в ЛНА, теперь расположены, примерно, в 350 километрах от ливийской столицы. Отступление нанесло им серьезный военный и психологический удар, от которого будет трудно оправиться в ближайшие месяцы, и это очень затрудняет возобновление наступления ЛНА.

Вторая причина для оптимизма состоит в том, что нынешняя внутренняя хрупкость режимов ПНС и парламента в Тобруке подталкивает их к соблюдению режима прекращения огня для собственного внутреннего укрепления. После 2011 года ливийская власть раздробилась, и даже сегодня, отдельные отряды ополченцев, мэры и экономические группы могут выступать против политических решений Триполи и Тобрука, которые не имеют силы вмешиваться в некоторые процессы или обуздать особо рьяных полевых командиров. Эта слабость усугубилась блокадой добычи углеводородов на территории, контролируемой силами ЛНА, введенной Хафтаром в январе 2020 года. Решение было направлено на ослабление ПНС, которое, в отличие от Тобрука, является международно признанным и имеет право продавать углеводороды на международном рынке, используя этот источник дохода для увеличения своих финансовых, военных возможностей и укрепления консенсуса с населением. Если, с одной стороны, блокада сократила выручку от продажи углеводородов для Триполи, примерно на 8,7 млрд долларов, с другой стороны, это решение вызвало большое недовольство среди населения Ливии, в том числе из-за частых отключений электроэнергии. Более того, недавние протесты в Триполи, в Сирте и в Бенгази против правящего класса и элит, как связанных с ПНС, так и тех, кто близок к ЛНА и парламенту в Тобруке, сигнализируют о широко распространенном недовольстве большинства ливийских граждан, что ставит под угрозу легитимность обеих сторон конфликта. Решение возобновить добычу и экспорт нефти и создание совместного фонда ПНС и Палаты представителей для управления будущими доходами от углеводородов на международном рынке, составляющих около 95% от общего объема экспорта в 2014-2018 гг. призвано помочь Триполи и Тобруку восстановить внутренний консенсус. Соблюдение режима прекращения огня позволяет обеим сторонам повысить свою популярность тремя способами.

Первый — сделать граждан более удовлетворенными предоставлением услуг, таких как образование и здравоохранение, которые требуют стабильного электроснабжения учебных заведений и медицинских учреждений.

 Второй – это повышение заработной платы населения за счет распределения части доходов от углеводородов.

Третий — это использование средств от продажи нефти и газа для достижения консенсуса с ополченцами, которые могут постепенно быть включены в новый аппарат безопасности.

Еще одна причина для оптимизма — нынешний международный контекст. В отличие от ситуации несколько месяцев назад, и Турция, и Египет не заинтересованы в повышении уровня конфликта. Турция, главный союзник ПНС, имеет негативные отношения с различными странами региона и переживает очень сложную экономическую фазу. Решение Анкары подтолкнуть силы, лояльные правительству Триполи, для продвижения на восток, потребует огромных военных усилий и расходов, и обострит отношения со странами региона, особенно с Египтом. Кроме того, Турция достигла двух целей своего участия в конфликте, а именно: соглашения о разграничении исключительных экономических зон в Средиземном море и возможной уступки ей некоторых акваторий.

Египет, который является главным военным и политическим сторонником Палаты представителей и ЛНА, может быть доволен прохождением нынешней линии фронта, что позволяет силам, лояльным Тобруку, сохранить контроль над «нефтяным полумесяцем», где находится около 80% запасов ливийской нефти Кроме того, Каир хочет избежать конфронтации с неопределенным исходом, которая может еще больше обострить его отношения с Турцией. Наконец, длительный конфликт может вынудить египетское правительство использовать призывные армейские подразделения, что серьезно скажется на внутренней поддержке режима А.Ф.ас-Сиси. Турция и Египет присоединяются к ряду региональных и глобальных держав, которые уже взяли на себя обязательство найти дипломатическое решение конфликта. Италия, Германия и США, политически близкие к ПНС или нейтральные, хотят положить конец конфликту в Ливии по причинам, которые варьируются от страны к стране. Среди них — стремление ограничить нестабильность в регионе, сократить прибытие мигрантов и беженцев и сохранить экономические доходы от добычи и продажи углеводородов. Соблюдение режима прекращения огня теперь также в интересах России и Франции, двух правительств, политически близких к Тобруку. Париж хочет сохранить свое влияние в Киренаике, а Москва хочет, чтобы ливийский вопрос не отразился на ее отношениях с Анкарой, что является центральным элементом сирийского сценария. Единственный субъект, который может быть недоволен перемирием, — это ОАЭ, союзники ЛНА и парламента в Тобруке, но и для Абу-Даби фактический раздел Ливии позволяет укрепить его экономические и инфраструктурные интересы. Что называется, лучше меньше, да лучше. Или, вернее, лучше половина, чем ничего.

Повод для оптимизма связан и с политическими интересами действующих лиц нынешней политической фазы по сохранению перемирия. Глава ПНС, Фаиз Саррадж и спикер Палаты представителей, Акила Салех Исса заинтересованы в сохранении соглашения по разным причинам. Что касается Сарраджа, его политическая легитимность больше зависит от международного признания, чем от сильной народной легитимности. Отсюда следует, что главе ПНС будет очень сложно дистанцироваться от его союзников. Другими словами, политическое будущее Сарраджа, прежде всего, связано с будущим его сторонников за пределами Ливии, и соблюдение соглашения — лучший способ обеспечить политическое выживание. Фактически, если прекращение огня провалится, ресурс главы ПНС рискнет быть подвергнут сомнению внутренними политическими конкурентами в пользу военного подхода. Акила Салех Исса очень заинтересован в соблюдении режима прекращения огня, чтобы укрепить свою роль в качестве главного собеседника международных структур, представляя себя представителем Тобрука, который верит в диалог. Эта роль затмевает Хафтара, которого теперь международные силы считают сторонником неудачного военного подхода.

Хотя есть веские причины надеяться, что перемирие будет соблюдаться, это не означает, что Ливия движется к политическому урегулированию кризиса или к воссоединению и эффективному умиротворению страны в ближайшие месяцы. Помимо соглашения о прекращении огня и возобновления добычи нефти, между двумя сторонами сохраняются несколько противоречий. Как правильно резюмировал Алессандро Сципионе из Agenzia Nova, существуют различные моменты, по которым существуют серьезные разногласия в отношении интерпретации соглашения о прекращения огня. Во-первых, дата выборов, обозначенная Сарраджем как март будущего, и предложение о создание нового Президентского совета в Сирте, поддерживаемого Акилой Салехом Иссой. Между двумя сторонами также существуют разногласия по поводу характеристик буферной зоны между двумя линиями фронта: демилитаризованной в отношении Сарраджа, демилитаризованной и переданной ливийским силам безопасности, по мнению Акиллы  Салеха Иссы. Более того, соглашение и возможное политическое решение на данный момент все еще связаны с политическим выживанием двух сторон, но нет никаких гарантий, что в ближайшие месяцы не произойдет каких-то внутренних изменений. Более того, любое соглашение, которое включает другие пункты, касающиеся прекращения огня и распределения углеводородной ренты, должно осуществляться в ливийской реальности, которая характеризуется очевидной слабостью и Триполи, и Тобрука. Например, в ближайшие месяцы двум сторонам вряд ли удастся убедить ополченцев сдать оружие для формирования единой армии и полиции. Из-за слабости обеих сторон политические власти Триполи и Тобрука не смогут противостоять действиям некоторых диссидентских ополченцев, если они не примут перемирие. Этот риск особенно серьезен для Палаты представителей из-за важности и престижа Хафтара, который может попробовать укрепить свою, пошатнувшуюся политическую роль. Наконец, международный контекст связан с непредвиденными факторами, такими как текущий экономический кризис в Турции, но он может измениться в ближайшие месяцы.

Мы разделяем эти аргументы итальянского эксперта и предполагаем, что в нынешней ситуации, особенно, с учетом фактора времени, пусть, хрупкое, но перемирие в Ливии позволит, прежде всего, несколько нормализовать хозяйственную деятельность и повседневную жизнь ее населения. И оценки IPSI вполне корреспондируются с тезисом, не раз высказывавшимся нами ранее на страницах сайта Института Ближнего Востока, о привнесенной природе конфликта в Ливии, разжигаемого внешними силами и ради внешних, чуждых самим ливийцам, интересов.

52.25MB | MySQL:103 | 0,495sec