Что следует из признаний саудовских последователей «заблудшей секты»?

Саудовский политический истеблишмент вновь (как и впервые в 2003 г. после первых взрывов в Эр-Рияде) вернулся к практике публичной демонстрации «раскаяний» местных сторонников «заблудшей секты». 1 июля с.г. национальное телевидение в программе «Наши заботы» показало двух арестованных еще в июне 2007 г. в Медине участников антисистемного подполья, каявшихся в совершенных ими преступлениях. Этими «раскаявшимися» были двое постоянно проживающих в Саудовской Аравии египтян по происхождению, мужчина и женщина, занимавшие руководящие посты в системе информационного обеспечения последователей «джихада» – Абу Аззам Аль-Ансари и (цитировался лишь ее псевдоним) Умм Усама. Аль-Ансари был главным редактором электронного журнала «Сада аль-джихад» («Эхо джихада)», а Умм Усама — главным редактором женского электронного издания «Аль-Ханса». Оба этих человека молоды — им еще нет тридцати лет.

Умм Усама, представленная саудовскому телезрителю, естественно, с полностью закрытой фигурой и лицом, наверное, в некотором смысле представляет собой явление. Впервые в истории борьбы саудовских специальных служб против местного антисистемного подполья представители этих служб показали молодую женщину, активистку этого подполья и его в прошлом (ныне раскаявшуюся) активную сторонницу. Вопрос заключается не только в том, что тем самым подтверждается факт вовлеченности женщин в террористическую деятельность, но и, более того, факт стремления тех, кого в Саудовской Аравии обычно называют членами «заблудшей секты», распространить свое влияние в женской среде. В связи с Умм Усамой важны и другие обстоятельства. Первое – ее псевдоним.

Публикации в саудовских газетах сообщают, что она «едва вступила в свое двадцатилетие». Однако при этом эта молодая и, конечно же, незамужняя женщина выбрала псевдоним, позволяющий считать ее, благодаря первому слову этого псевдонима – Умм (мать), взрослой и имеющей ребенка матерью семейства, первенца которой зовут Усама. Иными словами, она сделала это, чтобы пользоваться большим авторитетом в остающейся патриархальной женской саудовской среде? Для того чтобы более свободно, чем это позволено незамужней девушке, вступать в контакт с женской частью саудовских семей? Беспрепятственно входить в дома и проникать на их женскую половину? Второе слово этого псевдонима в сегодняшней ситуации заставляет вспомнить об Усаме бен Ладене — аллюзия в этом случае более чем многозначительна.

Умм Усама, как сообщала о ней 1 июля с.г. саудовская «Аль-Ватан», «отвечала за выпуск в Интернете электронного журнала “Аль-Ханса”, ее должность в рядах ее ячейки была связана с подготовкой женщин-моджахедов для «Аль-Каиды». Она также готовила распространявшиеся среди женщин листовки «Аль-Каиды» и возглавляла женское информационное крыло этой организации в королевстве». Более того, она была известна как бесспорный специалист в компьютерном деле и в области создания интернет-сайтов.

Что ж, работа среди женщин везде и повсюду характеризуется своей спецификой, что тем более верно в случае Саудовской Аравии. Для работы в женской среде (ее патриархальность вовсе не противоречит умению пользоваться компьютером и Интернетом) был подготовлен специальный электронный журнал, названный именем жившей на рубеже перехода жителей Аравийского полуострова из эпохи, обычно называемой в арабо-мусульманской традиции временем джахилийи – языческого невежества, к «свету ислама» поэтессы Аль-Ханса, которая прославилась своими плачами по ее погибшим в «сражениях» (на самом же деле, в обычных межплеменных стычках из-за пастбищ и оазисов) братьям. Воспевая их, она призывала к мести, и, собственно, поэтому этой язычнице (хотя вроде бы на склоне лет она и перешла в ислам) нашлось место в мифологии современного джихада с его погибшими в «сражениях» (обычных террористических акциях) «мучениками» и с его «плакальщицами», которые также призывали к мести, но которых (а это уже новое!) призывали не просто оплакивать «героев», но и занять их место.

По словам все той же «Аль-Ватан», Умм Усама была «участницей женских сайтов знакомств и женских чатов, она призывала тех, кто выходил на них, к битве и джихаду. Она говорила им: «Покройтесь абаями (традиционная черная женская накидка, закрывающая голову и тело. – Г.К.) и хиджабами, возьмите на руки детей, возьмите оружие и придите на поле битвы с отступниками от подлинной веры». Издававшийся ею электронный журнал «Аль-Ханса» содержал непременную колонку советов о том, как нужно воспитывать детей, чтобы они стали моджахедами. В нем она писала: «Сплотим наши ряды, встанем рядом с нашими мужчинами, поддержим их и вдохнем в них силы, необходимые им для мести». Своим читательницам Умм Усама сообщала, что «Книга Господа и Сунна Его Пророка» должны стать для них «путеводной звездой», что «кровь, пролитая мужчинами, и останки взорвавшихся во имя Господа детей – эта жертва, приближающая к Богу». Все это говорилось в том числе и для того, чтобы подчеркнуть «безбожность правителей Аравийского полуострова (дискурс саудовского антисистемного подполья предпочитает не употреблять официального названия королевства, чтобы лишний раз указать на «незаконность» власти саудовского королевского семейства. – Г.К.)» и необходимость «замены» их власти «подлинно шариатским правлением».

Но интересна не только Умм Усама, интересен и второй «раскаявшийся – Абу Аззам Аль-Ансари.

Что, в частности, подвигло его на издание электронного журнала «Сада аль-джихад»? Этот вопрос ему задавал и ведущий программы «Наши заботы». Отвечая на него, Аль-Ансари говорил, что с помощью этого журнала он хотел «представить его читателям подлинную картину американских потерь в Ираке, которую тщательно скрывает американская администрация». Впрочем, о своем стремлении лучше узнать, что «творят американцы в Ираке и Афганистане», говорила и Умм Усама, как и ранее показывавшиеся по саудовскому телевидению «раскаявшиеся» террористы. Как и прежде, так и теперь обе эти «болевые точки» на карте арабо-мусульманского мира остаются основными центрами, привлекающими внимание молодых саудовцев к борьбе «подлинных защитников ислама» с теми, кого дискурс местного антисистемного подполья обычно называет «многобожниками» и «крестоносцами».

Если Ирак и Афганистан – побудительные мотивы для прихода на стезю джихада, то что же такое сам джихад? Или, по крайней мере, как его представлял Аль-Ансари на страницах «Сада аль-джихад»?

Джихад – это «путь в рай». Чтобы успешно пройти этот путь и достигнуть конечной цели «вечного наслаждения», необходимо, как минимум, «участвовать в битве», «вести пропаганду», «готовить себя к битве» или «оказывать поддержку моджахедам». Не стоит думать, что все действия должны быть выполнены одним человеком. Напротив, пройти «путь в рай» можно как с помощью «пропаганды» джихада, так и, например, непосредственно участвуя «в битве». Понятие джихад слишком многозначно, но главное в нем заключается в том, что человек должен преодолеть себя, совершить богоугодное дело. Так почему же таким богоугодным делом не может стать, например, материальная поддержка моджахедов, если она также приведет «в рай»?

Откуда были взяты все эти характеристики джихада? Аль-Ансари был откровенен: «из фетв известных (прежде всего, в Саудовской Аравии. – Г.К.) богословов». Целые пассажи из этих фетв использовались им для того, чтобы, как он говорил, «подтолкнуть молодых людей на борьбу с безбожным режимом или отправить сражаться против многобожников». Эти фетвы становились для него «прикрытием», опираясь на них, Аль-Ансари чувствовал себя «в безопасности». Он смог «создать целую команду», занимавшуюся электронной версией его журнала. Поддерживал ли он какие-либо связи со своими читателями? Вот это было уже опасно. «Я не знал никого, — сказал он перед телевизионной камерой, — кто был моим читателем, каждый из них всего лишь получал высказывавшиеся мной идеи и указания». Далее, как следовало из его слов, эти люди действовали абсолютно самостоятельно.

Действительно, «нам не дано предугадать, как слово наше отзовется»! Но можно ли с этим «словом» бороться?

Признания «раскаявшихся» сопровождались их обсуждением. В нем участвовали эксперты — представители саудовского религиозного истеблишмента, академического сообщества страны и Министерства внутренних дел. Они говорили в том числе и о том, что любой саудовский гражданин может сегодня свободно выйти на любой из «пяти тысяч посвященных пропаганде джихада арабских сайтов во Всемирной паутине». Те же эксперты отмечали, что «выход саудовской молодежи на экстремистские сайты связан с тем, что молодые люди не знают, как убить время, ими движет любопытство и свойственное их возрасту бунтарство». И все это, наверное, правда. Но правда также и в том, что все называвшиеся экспертами причины – не более чем производное от более глубоких обстоятельств. Одно из них лежит на поверхности — Саудовская Аравия нуждается в радикальной перестройке и экономики, и социальных отношений, и интеллектуальной атмосферы. Но как эту перестройку осуществить? И может ли она быть поспешной? Это – главная проблема сегодняшнего саудовского королевства.

42.42MB | MySQL:92 | 1,042sec