Армяно-азербайджанский конфликт и позиция Турции. Часть 1

27 сентября 2020 года отмечено резким обострением конфликта между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха. Исповедующая на протяжении всего периода независимого Азербайджана принцип «два государства – один народ» Турция, вне всякого сомнения, уже является участником противостояния на Южном Кавказе. Однако, вопрос вызывает та степень вовлеченности, на которую готова пойти Турция, исходя из нынешней обстановки внутри страны и за её пределами.

В особенности, в контексте того, что на начало октября месяца назначен Саммит ЕС, посвященный обстановке в Восточном Средиземноморье. Принятая со стороны Альянса государств юга Европейского Союза (MED 7) декларация, а также резолюция Европейского парламента, носят ярко выраженный антитурецкий характер и создают фундамент для санкционных мер со стороны ЕС.

В своих политических расчетах, турецкое руководство исходит из того, что для принятия санкций проголосовать за них члены ЕС должны единогласно. С другой стороны, Турция – слишком важный партнёр Европы, чтобы можно было бы его «подтолкнуть» в сторону альтернативных альянсов, к примеру, с Россией. Кроме того, Турция является важным торгово-экономическим партнёром государств-членов ЕС.

Помимо этого, факторами возможного давления со стороны Турции на Европу являются турецкая диаспора в ЕС, наличие на территории страны около 4 млн сирийских беженцев, а также положение буферного государства между охваченного гражданскими войнами региона и «благополучной» Европой.

Сегодня Турция является непосредственной участницей конфликтов в Ливии и в Сирии, а также на море – в Восточном Средиземноморье. Так или иначе, эти действия привели к вышеупомянутому голосованию по санкциям в отношении страны, чья позиция охарактеризована проголосовавшими как «агрессивная».

Избежать этих санкций при соблюдении своих национальных интересов при разделе месторождений Восточного Средиземноморья – это главный интерес Турецкой Республики в эти дни. Объявив о концепции «Голубая Родина», Турция пытается отстаивать определенные собой морские границы. Происходит это на фоне продолжающегося ухудшения экономической ситуации в стране, проявляющегося, в частности, в падении курса национальной валюты по отношению к мировым резервным валютам – доллару и евро.

Какую позицию в этой ситуации займет Турция в отношении обострившегося конфликта в Нагорном Карабахе? Как эта позиция отразится на балансе сил в регионе и на отношениях Турции с Россией?

Прежде всего, разберемся, чем для Турции является Азербайджан. Пусть даже это и приведет к неизбежному повторению достаточно хорошо известных тезисов.

Начнем с главного: образование, после распада Советского Союза, сонма независимых государств, стало практическим воплощением того тезиса, что «СССР рано или поздно распадется и мы должны быть к этому готовы» — слов, произнесенных со стороны основателя и первого президента Турецкой Республики М.К.Ататюрка, о которых иногда склонны забывать. Распад СССР был воспринят однозначно в качестве исторического шанса, упустить который Турция не имеет права.

Азербайджан в списке образовавшихся независимых государств изначально занял особое место «братского государства».

В частности, как отмечается на сайте Министерства иностранных дел Турции, Турецкая Республика стала первой страной, признавшей 9 ноября 1991 года провозглашение независимости со стороны Азербайджанской Республики 30 августа 1991 года.

Дипломатические отношения между Турцией и Азербайджаном были установлены 14 января 1992 года, и представительство Турции, которое выполняло функции генерального консульства в Баку, было повышено до уровня посольства. Турецкие консульства в Нахичеване и в Гяндже также работают в Азербайджане. С другой стороны, у Азербайджана есть свои сенеральные консульства в Стамбуле и Карсе, помимо посольства в Анкаре.

Как указывается на сайте турецкого МИДа: «Отношения Турции с Азербайджаном имеют многомерный и стратегический уровень. Важнейшей движущей силой отношений являются интенсивные взаимные визиты на высоком уровне. Установлена ​​традиция, что государственные должностные лица двух стран сначала посещают другую страну после вступления в должность или после событий, имеющих символическое значение».

В целях дальнейшего укрепления двусторонних отношений в 2010 году между Турцией и Азербайджаном был создан механизм Совета стратегического сотрудничества высокого уровня (ССВУ), возглавляемый президентами двух стран.

Цитируем турецкий МИД: «Созданные с Азербайджаном трехсторонние и четырехсторонние платформы являются важными механизмами, способствующими региональной стабильности, миру и процветанию. Нахичеванская Автономная Республика образует единственную сухопутную связь между Турцией и Азербайджаном. С точки зрения двусторонних отношений она занимает в них особое положение, составляя точки прямой связи с азербайджанским народом».

И далее: «Наша страна прилагает усилия к тому, чтобы урегулировать Нагорно-Карабахский конфликт в рамках территориальной целостности и суверенитета Азербайджана мирными средствами как можно скорее. В этом контексте, как член Минской группы ОБСЕ, она продолжает свои инициативы».

Заметим главное: отношения между Турцией и Азербайджаном – это символ тюркского единства, о котором говорит турецкое руководство не только нынешнее, но и всех последних десятилетий. А две страны составляют костяк этого единства. Турция в турецко-азербайджанском тандеме не может не лидировать, как экспансионистски настроенная страна. В отличие от Азербайджана, который лишен таких политических амбиций, да и возможностей к их реализации.

Официальная позиция Турции по отношению к Нагорно-Карабахскому конфликту изложена на сайте турецкого МИДа.

Цитируем: «Нагорный Карабах и прилегающие к нему 7 районов (примерно 20% территории Азербайджана), принадлежащие Азербайджану, находятся под оккупацией Армении с 1992 года. Турция поддерживает территориальную целостность и суверенитет Азербайджана».

С учетом вышеизложенного, следует отметить, что первичным фактором в отношениях между Турцией и Азербайджаном является политика. Однако, это не повод забывать про экономику и не сказать о ней буквально несколько слов.

ВВП Азербайджана составляет около 44 млрд долларов и по этому показателю Турция её превосходит приблизительно в 16 раз. Разница в численности населения: население Азербайджана – около 10 млн человек, население Турции – приблизительно 82 млн человек. От дальнейших сравнений воздерживаемся, с учетом приблизительно понятной расстановки экономических сил в турецко-азербайджанском тандеме. По разным показателям – от 1 к 10, до 1 к 16 в пользу Турции.

Объем азербайджанского экспорта составляет около 17,9 млрд долларов. Объем импорта – 10,3 млрд долл.

Главными торгово-экономическими партнёрами Азербайджана турецкий МИД называет следующие страны и в следующей последовательности: Россия, Италия, Турция, Индия, Израиль и Румыния.

Главными позициями азербайджанского экспорта являются сырая нефть и продукты нефтепереработки, продукты питания, алюминий, текстиль. Импортирует Азербайджан следующую продукцию: станки, оборудование и запасные части к ним, автомобили, табачную продукцию, зерно.

Переходя на уровень торгово-экономических отношений между Турцией и Азербайджаном, главными статьями экспорта из Турции в страну являются следующие: продукция сталелитейной промышленности, строительные материалы, чистящие средства, различные электронные приборы, в том числе, для теле- и радиовещания. Импортирует же Турция из Азербайджана: нефть, природный газ, пластики, алюминий, органические химикаты.

Объем турецких инвестиций в Азербайджане, сделанных в период с 2002 по 2019 год составляет около 11 млрд долл. Азербайджанские инвестиции в Турции, в тот же самый период времени, составили 19,5 млрд долларов. Число туристов из Азербайджана в Турцию в 2019 году составило 842 тыс. человек.

Турецкий экспорт в Азербайджан в 2019 году составил сумму в размере около 1,63 млрд долл., а импорт – приблизительно 2,55. Таким образом, товарооборот между двумя странами – 4,18 млрд долл.

Помимо этого, следует отметить наличие в Турции немалой азербайджанской диаспоры, которая, по разным оценкам, составляет от 800 тыс. человек до 3 млн человек.

Правда, сами себя азербайджанцы «диаспорой» в Турции не считают, подчеркивая то, что диаспора возникает там и это слово используется тогда, когда есть факт отгороженного от окружающего мира сообщества, которое нередко этому миру противостоит. Как нередко указывается азербайджанцами, они в Турции находятся у себя дома, а, следовательно, термин «диаспора» является неупотребимым. В отличие от России, где – именно, что диаспора. Правда, численность азербайджанского населения России оценивается на уровне в 2,5 млн человек. И открытым вопросом является то, где больше возможностей для граждан-выходцев из Азербайджана вести бизнес в России или в Турции?

На уровне гуманитарных контактов между двумя народами, добавим немного красок в палитру: нередко от турецких предпринимателей можно слышать то, что им сложно вести бизнес с азербайджанцами и что они им не доверяют. То есть, речь идет о том, что репутация азербайджанских предпринимателей (о крупных компаниях, вроде SOCAR не говорим) в Турции – это знак вопроса.

Кроме того, расхожим в Турции, в среде предпринимателей, работающих с Азербайджаном, является тезис о том, что нахождение Азербайджана в составе СССР и тесное взаимодействие с русскими, азербайджанцев изменило – по своему менталитету, они уже не являются «100%-ми тюрками» и, по этой причине, им также сложно взаимодействовать.

С другой стороны, следует отметить, что СССР оставил Азербайджану богатое наследие не только в смысле инфраструктуры, в том числе, промышленной, но и наложил мощный культурный отпечаток. Если уместно сравнивать общий уровень культуры между двумя странами, то этот аспект в Азербайджане развит больше. Ещё одним отличием Азербайджана от Турции является светскость. Как яркий пример – отношение к алкоголю. Допустим, подчеркнутое неупотребление турецкими официальными лицами вина, в ходе визитов в Азербайджан, вызывает у принимающей стороны, выразимся так, «сложную гамму чувств». Отношение к светскости – это один из возможных разломов между Турцией и Азербайджаном. Хотя, религиозную общность это обстоятельство и не отменяет.

Ещё одним моментом, о котором следует сказать является военно-техническое сотрудничество между двумя странами.

В частности, Вооруженные силы Турции осуществляют подготовку азербайджанских военнослужащих. Кроме того, по сообщению «Интерфакс-Азербайджан», президент Азербайджана Ильхам Алиев утвердил Протокол «О выделении для личного состава Вооруженных сил Турции здания и построек в военном городке «Гызыл Шарг» и здания терминала в аэродроме в поселке Гаджи Зейналабдина».

Вышеуказанный Протокол был подписан между правительствами Азербайджана и Турции 3 июля 2016 года. А соответствующий Указ президент подписал 20 июля 2016 года.

За этой новостью, обнародованной 20 июля 2016 года, на следующий день последовало опровержение – и также со стороны «Интерфакса», но уже российского.

Как сообщило информационное агентство: «Министерство обороны (Азербайджана) опровергло информацию о создании турецкой военной базы в Азербайджане.

«Информация, распространенная в СМИ о создании на территории Азербайджана военной базы какого-либо иностранного государства, не имеет никаких оснований и не соответствует действительности», — заявил заместитель министра обороны Азербайджана, командующий ВВС, генерал-лейтенант Рамиз Тахиров, комментируя информацию о якобы создании военной базы Турции в Азербайджане.

В сообщении министерства со ссылкой на Тахирова отмечается, что еще с 1999 года аэродром, расположенный в поселке Гаджи Зейналабдин Тагиев используется для отправки азербайджанских военнослужащих участвующих в миротворческих миссиях в Косово, Афганистане и Ираке. На одном из терминалов, расположенных на аэродроме, предполагаются комнаты отдыха для персонала, оказывающего техническое обслуживание самолетов и пилотов.

По его словам, отправка в Афганистан и доставка обратно азербайджанских миротворцев осуществляется транспортными самолетами ВВС Турции.

«За час до посадки самолета на аэродром представителем аппарата военного атташе Турции здесь открываются две комнаты. Пока самолет находится на аэродроме, проходит техническое обслуживание, заправляется и проводятся другие процедуры краткосрочный отдых пилотов проходит в этих комнатах. После отправки самолета комнаты закрываются, передаются азербайджанской стороне, берутся под охрану, и представители аппарата военного атташе Турции покидают территорию», — добавил он.

Замминистра подчеркнул, что согласно протоколу, утвержденному накануне президентом Азербайджана, здание, расположенное на территории военного городка «Гызыл Шарг» и используемое с еще с 90-х годов предано в аренду аппарату военного атташе Турции в стране».

Итак, фиксируем, что существует фундамент, на котором Турецкая Республика может наращивать свое военное присутствие в Азербайджане, в виде турецко-азербайджанского Протокола, подписанного между двумя странами в 2016 году. Таким образом, Азербайджан входит в число 13 государств мира, где турецкие военнослужащие присутствуют в том или ином статусе – либо в качестве представителей государства, приглашенных к постоянной дислокации в стране как, допустим, в Сомали, Ливии и в Катаре. Или же в составе различных миротворческих миссий международных организаций.

Однако, вплоть до настоящего времени, невзирая на явное желание со стороны Турции, о создании полноценной турецкой базы на территории Азербайджана речи не шло. Сейчас же к этому вопросу, по всей видимости, может случиться возврат к переговорам между двумя странами.

Отметим в этой связи и сообщение федерального агентства новостей «РИА» о проведенных в июле – августе 2020 года «нетипичных совместных турецко-азербайджанские учениях, после которых звено турецких истребителей F-16 осталось и дальше гостить на азербайджанском аэродроме Гянджа у самой границы с Арменией».

Заметим, что эта новость вполне вписывается в турецкую идею о том, что Турции следует наращивать свое военно-политическое присутствие в Азербайджане. До сих пор, как мы могли видеть, полноценных военных баз Турции в Азербайджане создано не было. Однако, их создание, целиком и полностью, вписывается в турецкую логику создания своих опорных пунктов в регионах своих стратегических интересов и в странах с кем у Турции – особые отношения.

При этом, нередко Турция заходит в регионе на фоне возникновения кризисов и в их острой фазе. Так было в случае с Ливией, где Турция действовала весьма оперативно. Так же произошло и в случае с Катаром, где попытка изолировать страну привела к тому, что Турция немедленно ускорилась в плане размещения своих военнослужащих.

Пока следует зафиксировать следующее: возникшая напряжённость в Нагорном Карабахе создает условия для того, чтобы соглашение от 2016 года было бы имплементировано в расширительной постановке вопроса, которая подразумевает создание Турцией своих полноценных военных баз, как сухопутной, так и авиационной, на территории Азербайджана.

51.6MB | MySQL:101 | 0,428sec