О попытках Германии включится в дипломатические процессы вокруг Израиля

Во вторник состоялась первая встреча глав внешнеполитических ведомств Израиля и ОАЭ Г.Ашкенази и А. бен Заида после стартовавшего недавно процесса нормализации двусторонних отношений, который уже успел вылиться в подписание нескольких официальных документов. Местом проведения переговоров стал Берлин, где к представителям ближневосточных государств присоединился федеральный министр иностранных дел Х.Маас. Примечателен не только выбор локации, но и первая остановка — Мемориал жертвам Холокоста. Все это, по мнению германских обозревателей, является свидетельством стремления ФРГ сыграть активную роль в продолжающемся процессе сближения Иерусалима с Абу-Даби в частности и умеренными региональными режимами в целом, а также заявкой на повышение роли и статуса федеральной республики в ближневосточных делах.

Представитель посольства Израиля в Берлине А.Сагуи объяснил привлечение Германии тем, что страна «не только близкий друг Израиля, но и важный игрок в мировой дипломатии», а также «привержена делу мира». Х.Маас, комментируя событие, назвал «большой честью, что министры иностранных дел Израиля и ОАЭ выбрали Берлин в качестве места для своей первой исторической встречи», а также добавил, что ФРГ и ЕС хотят «воспользоваться этой возможностью». Сам глава германского МИДа под последним подразумевал оказание посильного содействия сторонам в сближении, хотя, с точки зрения экспертов, речь идет прежде всего о намерении отыграть внешнеполитические очки на ближневосточном треке в условиях, когда все процессы, связанные с арабо-израильским урегулированием контролируются американской администрацией во главе с Д.Трампом.

Здесь возникают два вполне логичных вопроса: что Германия способна привнести для продвижения нормализации отношений Израиля с умеренными региональными режимами, и что вмешательство в ситуацию, спровоцировавшую резкую критику Ирана, Турции и палестинцев, будет значить для нее самой. Отвечая на первый вопрос, можно предположить, что у ФРГ есть определенные возможности для воздействия или, как минимум, каналы коммуникации с игроками, которые сегодня воспринимаются как следующие претенденты на установление официальных отношений с еврейским государством. Германский Tagespiegel, освещая переговоры Г.Ашкенази и А. бен Заида в контексте политики ФРГ, к примеру, обратил внимание на опыт Судана, поскольку Хартум считается сегодня одним из кандидатов на примирение с Иерусалимом. Однако с высокой долей вероятности эта сделка окажется обменной, а на кону в ней исключение Судана из американского списка государств-спонсоров терроризма. На этот шаг США готовы пойти, но на определенных условиях. В частности, как показали итоги августовского визита в Хартум госсекретаря Соединенных Штатов М.Помпео, среди выдвинутых требований значатся компенсации жертвам атак «Аль-Каиды» (запрещена в России), поскольку связи Судана с Усамой бен Ладаном были признаны американскими судами.

У ФРГ здесь есть свои возможности. Так, федеральный президент Германии Ф.-В.Штайнмайер в феврале текущего года успел посетить Судан, где заявил о поддержке политического процесса в стране в сотрудничестве с ООН. Тогда было сделано предположение, что Берлин может не только оказать непосредственную помощь, в том числе финансовую, но и способствовать изменению восприятия Судана на международной арене, а прежде всего в США, что позволило бы Хартуму добиться исключения из списка спонсоров терроризма. Есть и еще один компонент, способный мотивировать Судан к позитивным шагам на израильском направлении. В двусторонних отношениях Хартума и Берлина острым остается вопрос торговли, перспективы которого весьма ограничены по той причине, что германская сторона не обеспечивает страховое покрытие бизнеса с Суданом. Соответственно, изменения данной практики в обмен на дипломатические уступки суданской стороны также могли бы стать неплохим аргументом в пользу нормализации. Более того, судано-израильское примирение содействовало и германо-израильским интересам, в частности, проекту Joint Africa Initiative, который направлен на поддержку Африки. При этом первыми странами, где инициатива была запущена, стали соседствующие с Суданом Кения и Эфиопия.

В том, что касается второго вопроса, в Германии полагают, что ответ на него должен быть не предметным, а комплексным. К такому выводу пришел, к примеру депутат Бундестага от ХДС Н.Лёбель. На его взгляд, Германия, равно как и Евросоюз в целом, сделали ставку на приверженность принципу «двух государств для двух народов», проигнорировав при этом региональную реальность, где среди умеренных арабских государств наблюдается тенденция, основываясь на прагматизме, пойти на сближение с Израилем. Хотя, по словам политика, в арабском мире гораздо лучше знают, каково отношение палестинцев к Арабской мирной инициативе или восприятие Ирана. Последний, пожалуй, представляет собой наибольшую угрозу, поддерживая такие группировки как ХАМАС и «Хизбалла» и представляя опасность для всего Ближнего Востока. По сути, это одна из причин, толкающих арабских лидеров на нормализацию с Израилем перед лицом общей опасности.

Упрек в адрес Германии в недостаточном прагматизме, пусть и выглядит как оксюморон, но, как кажется, имеет под собой вполне логичные основания, связанные с тем, что ФРГ борется за идеалы, которые не важны для региона, к которому имеют непосредственное отношение. Так, нерешенная палестинская проблема больше не преграда для установления отношений с Израилем, несущих выгоду в области экономики и безопасности, а борьба за мифические дипломатические успехи «ядерной сделки» не защитит тех, кому Иран угрожает от него самого и его прокси. Впрочем, пошла по пути, кажущемуся сегодня ложным, страна далеко не случайно, туда ее завели амбиции лидерства в ЕС и повышения статуса в ООН, что требует превалирования универсальных ценностей над национальными интересами, а потому, если Берлин действительно хочет сменить стратегию на Ближнем Востоке, к чему сделал шаг во вторник, то ему потребуются комплексные трансформации всей внешнеполитической линии.

51.96MB | MySQL:101 | 0,319sec