Об экономическом плане Султаната Оман на 2020-2024 годы

Оман планирует ввести беспрецедентный подоходный налог с самых высокооплачиваемых работников страны начиная с 2022 года, сообщило 1 ноября Министерство финансов. Этот налог является частью программы, направленной на смягчение экономической напряженности, вызванной пандемией коронавируса, и борьбу с растущим дефицитом бюджета, вызванным низкими ценами на нефть. Министерство финансов Омана опубликовало подробную информацию о своем экономическом плане на 2020-2024 годы, который направлен на сокращение бюджетного дефицита страны до 1,7% ВВП к 2024 году. В частности, план направлен на улучшение финансового баланса Омана, пострадавшего от пандемии, путем сокращения государственных расходов и увеличения ненефтяных доходов за счет нового подоходного налога, среди прочих мер. Другие заметные меры в среднесрочном экономическом плане Омана включают цель увеличения ненефтяных доходов до 35% от общего объема государственных доходов к 2024 году (ненефтяные доходы составили 28% от общего объема доходов Омана в прошлом году). Чиновники также обсуждают визовые ограничения для иностранных работников и введение досрочного выхода на пенсию для работников государственного сектора, что поможет сократить социальные расходы правительства и расходы на заработную плату. Ожидается также, что Маскат введет пятипроцентное увеличение визового сбора для экспатриантов, чтобы поддержать свою Систему обеспечения занятости (JSS), которая предоставляет временные финансовые льготы подданным Омана, потерявшим работу. После начала реализации политики правительства в области оманизации, направленной на сокращение численности эмигрантов и стимулирование большего числа оманцев присоединиться к рабочей силе, число индийских эмигрантов в Омане в настоящее время сократилось до 499 431. Однако индийская община по-прежнему является самой крупной общиной экспатриантов в султанате, где иностранцы составляют более 40% от 4,6-миллионного населения Омана. Программа Омана также предусматривает капитальную реформу государственных субсидий на коммунальные услуги, что обходится стране более чем в 2,5 млрд долларов ежегодно, сообщает The Oman Observer. Планируется поэтапное повышение тарифов на электроэнергию и воду в течение четырехлетней программы, полностью сняв субсидии к 2025 году. Планируемый подоходный налог, который все еще находится на рассмотрении правительства, будет применяться только к самым высокооплачиваемым работникам страны, но Министерство финансов Омана еще пока не определило низшую границу этих доходов. Министерство процитировало The Oman Observer, поясняя, что «в настоящее время правительство оценивает налог и то, как он может быть реализован. Правительство будет оценивать налог со всех сторон, включая социальные последствия, экономические последствия и фискальные последствия, чтобы обеспечить наиболее эффективный и справедливый налог для всех». Доходы от подоходного налога должны будут использоваться для финансирования социальных программ, как подробно описано в набросках плана, опубликованных в прошлом месяце. В министерстве пояснили, что «эта инициатива направлена на перераспределение субсидии в пользу уязвимых слоев населения и людей, которые ее заслуживают…. и [обеспечить] оказание поддержки уязвимым группам населения». Детали предлагаемой инициативы все еще находятся в стадии рассмотрения, что предполагает продолжение политических дебатов по поводу налоговых ставок и того, кто будет облагаться налогом. В более глобальном смысле в правительстве идет дискуссия о том, как совместить сохранение государственных субсидий и социальных программ и проведение реформ с целью минимизации рисков общественной реакции и беспорядков.
В данном случае надо отметить, что этот шаг беспрецедентен для Султаната Оман, который, как и другие пять членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), в настоящее время не собирает подоходный налог с физических лиц. Правительства в регионе традиционно отказались от подоходных налогов, поскольку это соответствует общей политики по оптимизации инвестиционного климата в рамках привлечения инвесторов, компаний и рабочей силы. Однако после нефтяного краха 2014 года Оман, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты были вынуждены ввести налог на добавленную стоимость (НДС) и рассмотреть вопрос о пересмотре щедрых государственных субсидий. В этой связи ожидается, что за решением Омана ввести подоходный налог будут внимательно следить правительства стран Персидского залива. В то время как налоги на доходы физических лиц долгое время были политически и культурно неприемлемы в аравийских монархиях, отношение населения постепенно меняется по мере того, как правительства экспериментируют с такими приносящими доход реформами. Таким образом, опыт Омана по введению нового подоходного налога станет проверкой того, что возможно в других государствах ССАГПЗ. В некотором роде это будет пилотным проектом для определения перспектив его использования уже в полном формате стран-членов ССАГПЗ. Лидеры ССАГПЗ также будут следить за общественной реакцией в Омане на эти инициативы, чтобы оценить свои собственные варианты и местные допуски для введения подоходного налога. До сих пор реакция населения была приглушенной. Как полагают эксперты, ослабление финансового бремени Омана потребует принятия ряда новых мер по обеспечению доходов, что снизит вероятность отмены введения предлагаемого налога. Однако его модификация и разработка с учетом обратной связи с общественностью будут сопровождаться традиционным структурированием фискальной политики ССАГПЗ. Налоговые схемы в арабских странах Персидского залива исторически были щедрыми по отношению к отдельным работникам и корпорациям. По этой причине реформа налоговой политики остается спорным вопросом в ССАГПЗ, где правительства уже давно предлагают значительные финансируемые нефтью субсидии и льготы населению вместо его политического представительства.
Таким образом, инициатива Маската о введении налога на доходы физических лиц для богатых в 2022 году подчеркивает растущий сдвиг, происходящий в арабских государствах Персидского залива, чтобы уменьшить их сильную зависимость от доходов от нефти и газа. Вторым моментом, на который обращают внимание эксперты, это то, что по сравнению со своим предшественником, новый султан Омана, похоже, более склонен проводить и осуществлять давно откладываемые финансовые реформы. Султан Омана Хайтам, пришедший к власти в январе, похоже, признает, что растущие финансовые требования страны потребуют от Маската проведения назревших политических реформ, которые пока только рассматриваются его соседями по ССАГПЗ. Это вынужденный шаг. В то время как другие государства ССАГПЗ сталкиваются с аналогичными экономическими проблемами, финансы Омана непропорционально пострадали от низких цен на нефть с 2014 года из-за его низкого уровня добычи нефти и газа на душу населения, а также его меньших финансовых резервов и суверенных фондов благосостояния. Международный валютный фонд (МВФ) теперь ожидает, что экономика Омана сократится на 10 % в этом году, что является крупнейшим среди его соседей по ССАГПЗ. S&P Global Ratings (S&P) также дважды снижало суверенный рейтинг Омана в этом году, поскольку падение доходов вынудило страну значительно увеличить долговое бремя. В конце октября Оман получил от Катара прямую финансовую помощь в размере 1 млрд долларов, поскольку султанат пытается смягчить свой экономический кризис, усугубленный последствиями пандемии коронавируса и снижением цен на нефть. Согласно отчету, 25 октября Катар уже разместил 1 млрд долларов в Центральном банке Омана, обещая еще больше. Связи между Маскатом и Дохой углубились после эмбарго Саудовской Аравии и ОАЭ, введенного в отношении Катара в 2017 году. Оман был одной из немногих соседних стран, сумевших обойти воздушную, сухопутную и морскую блокаду, обеспечив альтернативный торговый путь. ОАЭ также могут оказать некоторую финансовую помощь Маскату, хотя среди оманских чиновников есть опасения, что она будет сопровождаться условиями, которые могут подорвать давний нейтралитет султаната в региональных делах. Оман поддерживает связи с Ираном, а также содействует переговорам по обратному каналу связи между правительством Йемена, возглавляемым хоуситами, и Эр-Риядом. В этом году государственный долг Омана вырос до 78,3% ВВП, а в 2021 году, по данным МВФ, он может вырасти еще больше-до 85,8% ВВП. Согласно прогнозам S&P и МВФ, бюджетный дефицит Омана может достичь 18,3% ВВП — резкий рост по сравнению с 7,1% дефицита в прошлом году. В докладе, опубликованном ранее компанией Oil Price, отмечалось, что Оман рассматривает «все финансовые варианты», поскольку он сталкивается с растущим бюджетным дефицитом, представляя султанату три основных выбора: добывать больше нефти и газа, несмотря на более низкие цены; продавать государственные активы или запрашивать больше денег у Китая.
Как полагают американские эксперты, Оман и Бахрейн первыми пойдут по пути сложных экономических реформ, потому что им не хватает значительных запасов нефти и газа по сравнению со своими соседями. Но другие государства ССАГПЗ, вероятно, также будут вынуждены ввести аналогичные налоги в ближайшие годы, поскольку их зависимость от доходов от энергоносителей все больше становится негативным фактором. Международные финансовые институты, включая МВФ, и глобальные консалтинговые фирмы неоднократно советовали государствам ССАГПЗ ввести больше налогов для получения дополнительных ненефтяных доходов и сокращения государственных расходов. В феврале МВФ также опубликовал исследование финансовой устойчивости, в котором подчеркивалось, что Оман, Бахрейн и Саудовская Аравия наиболее уязвимы к колебаниям цен на нефть по сравнению с Кувейтом, Объединенными Арабскими Эмиратами и Катаром, которые имеют более сильные финансовые позиции.

51.5MB | MySQL:101 | 0,349sec