Ливия: сессия ФЛПД в Женеве приступила к списочному голосованию по составу Президентского совета и кандидатуре главы правительства на переходный период

Обратный отсчет до окончания текущей сессии Форума ливийского политического диалога (ФЛПД), спонсируемого Миссией Организации Объединенных Наций по поддержке в Ливии, начался. Участники вместе с миссией перешли на второй этап, который выберет список победитель из числа тех списков, которые будут номинированы.

Сами списки, состоящие из кандидатов на пост премьер-министра и трех членов Президентского совета, число которых будет сокращено с девяти до трех, после согласования необходимости возврата к исходной формуле, обсуждавшейся еще в ходе «Диалога в Схирате», представляют собой альтернативу прямому голосованию, которое не дало результата за прошедшие вторник и среду.

5 февраля миссия ООН и участники Форума перейдет приступят к списочному голосованию, после того как ни один из кандидатов в переходный Президентский совет не смог получить 70% от общего числа голосов, и система списков в данной ситуации быть хорошим вариантом с учетом нынешней ситуации, и была предусмотрена и доведена до сведения участников Форума.

По некоторым данным, всех списков может быть не больше четырех, возможно, даже трех,  каждый список будет состоять из трех членов Президентского совета и премьер-министра.

Чтобы список мог участвовать в голосовании, он должен получить 17 одобрений (8 от Триполитании, 5 от Киренаики, 3 от Феццана), затем списки, получившие необходимые одобрения, конкурируют друг с другом и подлежат голосованию между 75 членами Форума, и, если какой-либо список набирает 60% голосов, он считается прямым победителем.  В противном случае, проводится второй тур  между первыми двумя конкурирующими списками, и список, который набирает 50% + 1 голос, считается победителем.

В течение трех дней прошедших дней Миссия ООН и участники Форума выслушивала заявления кандидатов в члены Президентского совета и кандидатов в премьер-министры, которые по очереди представляли свои идеи, планы и видение решения, которое стало трудноразрешимым и чрезвычайно сложным вопросом.

Кандидаты, достигшие второго этапа гонки, будут определять линию формирования Президентского совета и правительства на переходный период после многих лет движения по кругу и разговоров об одном и том же пункте, а именно: о необходимости вернуться к формуле «трех вместо девяти».

Почему было принято такое решение? Дело в том, во-первых, устроив «сито» с назначением, сначала самих 75 участников ФЛПД, фактически коллегии выборщиков, затем, проведя первый этап с персональными голосованиями, вполне ожидаемо провалившимися, модераторы процесса как бы разнесли его по уровням, выстраивая своеобразный лабиринт, через который, когда дипломатично, а когда, и не очень, они протаскивали весьма своенравную и несговорчивую ливийскую депутатскую «вольницу», с одной стороны, уже вполне представляющую, кто и какие должности должен занять, а с другой – не прочь и поторговаться в расчете получить место позначимее, тем более, что сейчас вокруг каждого из них в кулуарах Форума кружат многочисленные иностранные эмиссары и от политики, и от бизнеса. Идет большой торг, что само по себе, действие захватывающее и могущее затянуться. Поэтому второй, а на самом деле, третий этап структурирования политического процесса ужимается до списочного голосования, а сами списки являют собой квинтэссенцию внутриэлитного торга и договоренностей. Ведь, сам по себе, Президентский совет, вещь достаточно аморфная на сегодня: на практике последних месяцев он часто заменял правительство по ряду вопросов, что порождало массу конфликтных ситуаций. Так что подход, когда, по сути, у председателя Президентского совета, сиречь, президента Ливии, будут три заместителя, вместо девяти, на самом деле, оправдан. Трое влиятельных и компетентных заместителя, каждый из которых, накануне победил во внутриклановой выборной борьбе, лучше, чем девять не обладающих таким концентрированным потенциалом и потому, сомневающихся, колеблющихся и способных превратить работу Совета в очередное «болото». Хватит с Ливии и уже существующего – Палаты представителей, к тому же распавшейся на два больших «болота». Вообще, те, кому захочется заглянуть в будущее, уготовленное СЩА ливийской демократической общественной форме правления, могут обратится к опыту иракского парламентаризма со всеми его «прелестями». И отдать себе отчет в том, что все это предназначено только для одного – служить противовесом угрозе возникновения и прихода к власти сильного харизматичного лидера, вещи, на наш взгляд, не просто закономерной, а естественной и присущей арабскому социальному менталитету и организации общества. Ливия и Ирак, хоть и разнесенные географически и конфессионально, в этом, и во многих других смыслах, являются своеобразными маркерами многих протекающих в регионе, процессов. Навязав арабам такую схему, американцы даже не выбирают «меньшее из зол», все издержки ложатся на самих подопечных, зато полностью реализуется иллюзия той самой демократии, в которую многие в США верят искренне, плюс, и сами арабы могут некоторое время в такой иллюзии пребывать. Как бы, отдыхая от прежнего вождизма. Прозрение, впрочем, наступает быстро, в течение, примерно, 3-5 лет. В Ираке парламентская форма правления практически себя изжила и ее жизнеспособность поддерживаются секуляристким расколом общества и запредельной коррупцией. В Ливии мы наблюдаем ее ранний этап, и она будет иметь меньше поддерживающих факторов, прежде всего, из-за специфической конфессиональной ситуации в Ливии с ее умеренным суннитским исламом суфийско-сенуситских оттенков и отсутствием в нем экстремальных черт (не надо путать когда люди отправляются на войну из-за денег, или невысокого уровня культуры веры и убеждений, увлеченные более очерченными постулатами, замешанными на силовых моментах концепции джихада, или просто, мусульманской солидарностью, как делало большинство ливийцев, оказавшихся в Афганистане или в той же Сирии, с осознанным радикальным мессианством приверженцев ваххабистской и салафистской норм ислама, присущим большинству выходцев из ОАЭ, КСА, Кувейта, Иордании, Катара). Что касается трайбализма в Ливии, мы подробно рассматривали его некоторые аспекты ранее, на страницах сайта Института Ближнего Востока, то он никогда не сравнится с шиитско-сунитским расколом в Ираке, да и ставка на него, судя по происходящему, признана бесперспективной и, если и будет делаться, то аутсайдерами процесса: среди самих ливийцев все чаще слышны рассуждения о «вселивийскости» нации. Кроме того, слишком сильным оказался демарш Х.Хафтара, и далеко идущими – последствия его возможного успеха, чтобы делать ставку на трайбализм.

Поэтому три заместителя председателя Совета достаточно, так как они представляют три основных региона, остальное выносится за рамки и, либо уже решено, либо переносится на уровень законодательной власти.

Миссия Организации Объединенных Наций по поддержке в Ливии приветствовала проведение седьмого раунда переговоров Совместного военного комитета «5 + 5» в его штаб-квартире в Сирте с 4 по 7 февраля для продолжения планирования выполнения, подписанного 23 октября 2020 года в Женеве, соглашения о прекращении огня.

В заявлении Миссии ООН говорится: «Заседание военного комитета будет сосредоточено на ускорении открытия прибрежной дороги для обеспечения безопасного проезда граждан, товаров и гуманитарной помощи на основе прогресса, достигнутого в предыдущих раундах переговоров комитета».

На встрече в дополнение к экспертам Миссии ООН, будут присутствовать специалисты по разминированию с обеих сторон. Их задача состоит в том, чтобы оказывать техническую поддержку и обсуждать способы продолжения обезвреживания мин и пережитков войны в районах, находящихся под контролем каждой стороны.

Миссия подтвердила, что военный комитет завершит обсуждения с Миссией Организации Объединенных Наций по поддержке в Ливии относительно требований для отправки в Ливию наблюдателей ООН для содействия механизму наблюдения и проверки прекращения огня. Неожиданный, на наш взгляд, и ничем серьезно не обоснованный аспект. Мы еще вернемся к этой перспективе в конце статьи, но выскажем предположение, что инициатива с наблюдателями ООН в Ливии, может отражать стремление СВК 5 +5 сохранить смысл своего существования, сокращающийся по мере развития диалога и нормализации обстановки, что корреспондируется с интересами «миротворческого» лобби в ООН, стремящегося сохранить свою непыльную и хорошо оплачиваемую работу.

Тем временем, препятствий процессу политического диалога достаточно и вне рамок консультаций и голосований в Женеве. 4 февраля комиссия Триполи, советы старейшин и видных деятелей, Федерация ассоциаций семей мучеников и организации гражданского общества Большого Триполи заявили о своем отказе занимать спорные должности в новом ливийском государстве.

Кроме того, эти органы и организации подтвердили в заявлении свой категорический отказ включать лиц, возглавляемых спикером Палаты представителей Акилой Салехом, в какой-либо правительственный законодательный или исполнительный орган.

Их представители потребовали, чтобы Акила Салех предстал перед судом как военный преступник за вынесение решения о нападении на столицу международно признанного ливийского правительства.

Представители общественности Триполи заявили, что «любая мера, которая приведет к тому, что эта неоднозначная фигура получит сегодня какую-либо политическую ответственность в ливийском государстве, равносильна объявлению гражданской войны, которая не закончится, ничем, кроме как разделением Ливии, убийством ее народа и перемещением ее семей».

Местные власти и организации Триполи указали, что поддержка ООН стабильности в Ливии и обеспечения ее безопасности должна осуществляться путем исключения всех спорных фигур и возложили ответственность за все, что может произойти в результате введения таких фигур в иерархию власти в Ливии, на Миссию ООН и группу по политическому диалогу.

Этот пример весьма красноречив в контексте политических перспектив Х.Хафтара в единой Ливии. Если персоналия Акилы Салеха вызывает такое неприятие у широких и влиятельных кругов общественности Большого Триполи, то есть, территорий от Сурмана на западе до Таджуры на востоке и Сбейи – на юге, то что тогда говорить о фельдмаршале?

Член парламента Исмаил аш-Шариф сказал, что большое количество критических замечаний в адрес ряда кандидатов в будущую исполнительную власть вызвано внутренними беспорядками и политическим соперничеством, которые преобладали в стране в последний период.

Аль-Шариф указал в интервью для саудовской газеты Asharq Al-Awsat, что в будущем существует возможность понимания и работы со многими группами, которые отвергают нынешний подход, спонсируемый миссией ООН.

По мнению парламентария, перенос штаб-квартиры Президентского совета и нового правительства  в город Сирт, отделит их руководство от многих влияний, которые могут существовать в столице и других регионах страны.

На фоне женевского диалога и его промежуточных результатов, основные антагонисты в Ливии, Турция и военное ведомство РФ продолжают сохранять свое присутствие и осуществлять, вторые — меры по поддержанию боеготовности группировки сил и средств, а первые – наращивать усилия по ведению всех видов разведки и повышению возможностей средств ПВО. Обе стороны продолжают осуществлять интенсивные воздушные перевозки с использованием военно-транспортной авиации.

2 февраля средствами мониторинга международного воздушного движения был зафиксированы вылет из Ливии с авиабазы «Аль-Хадим» рейса Ту-154, ВКС РФ, регистрационный номер RA-85042, проследовавшего из Восточной Ливии в Латакию, в Сирии через 24 часа после приземления этой авиабазе, к югу от Марджа.  Средствами разведки ливийской армии вскрыто развертывание на авиабазе «Бирак Аш Шаттый» 3 дополнительных РЛС П-18 и оборудование новых оборонительных сооружений. По оценке штаба ЛА, эта авиабаза контролируется бойцами ЧВК «Вагнер» и военнослужащими РФ и является крайней западной точкой их местонахождения в Ливии, откуда они осуществляют мониторинг района Себхи и проецируют угрозу юго-западной группе нефтяных месторождений Мурзук-Элефант. На авиабазе «Эль-Джуфра» (Хун) отмечаются периодические тренировочные полеты самолетов МиГ-29.

На противоположной стороне, ВВС Турции, на плановой основе (в среднем, два рейса в неделю), продолжают снабжение развернутого в Ливии турецкого контингента и обеспечивают доставку личного состава, техники и боеприпасов для сил ПНС самолетами А-400М и С-130, совершающими рейсы на Мисурату, Майтигу и авиабазу «Утия».

Военнослужащие командования ПВО ПНС проходившие обучение по специальностям систем ПВО в учебном центре в Конье, Турция вернулись 3 февраля одним из таких рейсов в Ливию. Ливийцы изучали в Турции зенитные артиллерийские установки Oerlikon 35 мм, самоходный ЗРК KORKUT, радар AN / MPQ-64 Sentinel (используемый в составе ЗРК Hawk), другие радары и зенитные артиллерийские комплексы различных калибров, осваивали техническое обслуживание этих систем и их боевое применение.

Подготовка военнослужащих ливийской армии ведется турками на основе двустороннего межправительственного соглашения и охватывает ряд командных, штабных и технических специальностей Сухопутных войск, ВМС, ПВО, инженерных войск, подразделений специального назначения, связи, разведки, топографии. Развертывается сотрудничество по линии ВВС, где группа ливийских офицеров посетила одну из авиабаз под Стамбулом и ознакомилась с техникой и организацией службы ВВС Турции.

В связи с актуализацией вопроса о выводе иностранных вооруженных сил, тезиса, официально прозвучавшего среди приоритетов ливийских властей в самом ближайшем будущем, статус и характер пребывания в Ливии воинского контингента РФ, в отличие от турок, находящихся там на законных основаниях, становится предметом, требующим ответа по существу. Как известно, официальная позиция МИД РФ сводится к тому, что «это не мы», МО РФ вообще не дает никаких комментариев по поводу Ливии. Мы вполне допускаем вариант, когда кому-то в ГШ РФ могла прийти в голову мысль попробовать повторить вариант с «броском на Приштину». Почему бы не объявить всех оказавшихся в Ливии военнослужащих РФ, миротворцами ООН? Просто и изящно. Правда, для этого понадобится соответствующая резолюция СБ ООН и веские основания для ее принятия. Пока что, их нет, но ведущиеся по линии СВК 5 +5 и Миссии ООН обсуждения этой темы могут быть косвенным свидетельством того, что такой вариант развития событий может иметь место быть. Ситуацию можно и обострить, если что. Возможно, это просто рабочие моменты, но история свидетельствует: логика ООНовской бюрократии, особенно в том, что касается использования миротворческих контингентов, еще та вещь в себе, и может совпадать с желаниями отдельных внешних бенефициаров. Но даже такой вариант легализации нахождения российских военных в Ливии не снимает главного вопроса: а дальше что? Впрочем, поскольку в другом качестве, кроме как самого символического, РФ в Ливии не присутствует, пусть, хотя бы так, все лучше, чем ничего.

55.86MB | MySQL:105 | 0,511sec