О конференции «Цифровой мир» в Стамбуле. Часть 3

6 марта в Стамбуле состоялась Конференция под названием «Цифровой мир». Её организатором выступила Ассоциация анатолийских медиа – структура, которая объединяет частные региональные медийные компании, включая телевизионные и радиоканалы, а также газеты.

Это мероприятие было поддержано Управлением по связям с общественностью при Администрации президента Турции и лично его главой проф. д.н. Фахреттином Алтуном. Помимо всего прочего, следует обратить внимание на то, что Управление по связям с общественностью ответственно за ведение пропаганды и контрпропаганды как внутри Турции, так и за её пределами.

Часть 2 нашей публикации доступна на сайте ИБВ по ссылке http://www.iimes.ru/?p=75951.

Напомним, что мы остановились на выступлении главы Управления по связям с общественностью Фахреттина Алтуна. Его, со всем основанием, следует считать лицом, приближенным к турецкому руководству и лично к президенту Эрдогану в той же мере, в какой, допустим, близок к Эрдогану пресс-секретарь Ибрагим Калын.

И также, со всеми основаниями, Фахреттина Алтуна следует считать одним из лиц пропагандистской работы турецкого руководства, причем в самом широком смысле. Не ограничиваясь лишь только пределами страны, речь также идет и о зарубежье.

Ещё раз обратим внимание на высказывание Фахреттина Алтуна о том, что Турция рассматривает дезинформацию, исходящую как изнутри и из-за пределов страны, «проблемой национальной безопасности» и пытается принять необходимые меры против нее.

В частности, как отметил в ходе своего стамбульского выступления Фахреттин Алтун, поток фейковых новостей, исходящих из страны и из-за ее пределов, помимо всего прочего, угрожает «отравить отношения граждан с государством и подорвать их доверие к институтам (власти)».

Цитируем главу Управления по связям с общественностью: «Поэтому мы рассматриваем дезинформацию, особенно из-за рубежа, как проблему национальной безопасности и пытаемся принять необходимые меры против этого. Мы очень решительно настроены в этом вопросе».

Как указал проф. д.н. Фахреттин Алтун, его Управление в наши дни придерживается агрессивного и проактивного подхода в вопросах пропаганды и контрпропаганды – в противовес защитному и пассивному подходу к этому вопросу.

Цитируем Фахреттина Алтуна: «Мы стремимся к тому, чтобы все наши учреждения и организации боролись с дезинформацией в сотрудничестве и координации. Мы согласовываем эту цель с (нашими) национальными и международными планами и проектами». И далее: «Наша страна будет в авангарде борьбы за правду в области коммуникации, точно так же, как она стала голосом молчащих и защитниками угнетенных под руководством нашего президента (Реджепа Тайипа Эрдогана)».

На самом деле, можно обратить внимание, насколько изменилось за последнее время отношение к производству контента в Турции. Особенно, в том, что касается цифрового контента.

Как, допустим, отыгрываются вопросы, входящие в компетенцию Министерства обороны и Управления по оборонной промышленности, в координации с Управлениям по связям с общественностью. Можно обратить внимание на выпускаемые видеоролики, касающиеся турецкой армии и оборонно-промышленного комплекса. Темами последнего времени, разумеется, становились Нагорно-Карабахская война и турецкие беспилотные летательные аппараты.

Достаточно любопытно, что темой большого количества контента, произведенного в Турции по следам последних по времени событий в регионе, являются успехи турецкого оружия. И в этом контенте даже можно усмотреть тренд на то, чтобы показывать уже превосходство турецкого оружия. С учетом специфики региональной обстановки, речь, в первую очередь, идет о преимуществе турецкого оружия над оружием советского и российского производства. Разумеется, турки усвоили тот урок, что война может, сама по себе, являться, своего рода, рекламной компанией по продвижению продукции национального ОПК. И, разумеется, если турецкий беспилотник что-то «разбомбил» в Сирии, в Ливии и Нагорном Карабахе, то турецкие медийщики, работающие с ОПК, не преминут показать, что именно. Чтобы потом появились бы звучные передовицы из серии «Bayraktar пробили Панцирь» и что-то в этом духе в форме видеороликов.

 Немного отвлекаясь от темы турецкой пропаганды и обращаясь в сторону пропаганды российской, имеет смысл сказать буквально пару слов об инциденте, который якобы возник с 20-ю турецкими беспилотными летательными аппаратами, которые атаковали один «Панцирь», который, судя по новостям, стоит на вооружении сирийской армии и управлялся сирийским же расчетом. Заметим сразу, что на данную тему не было никаких официальных заявлений со стороны российского Министерства обороны. И даже, надо сказать больше, эта новость не была перепечатана ведущими российскими медиа-ресурсами. Так что, нельзя сказать, правда эта новость или же фейк, возникший накануне телеконференции между президентами В.Путиным и Р.Т.Эрдоганом по поводу закладки фундамента третьего реактора АЭС «Аккую».

Тем не менее, вне зависимости от правдивости и ложности этой новости, выражаем сугубо личное мнение о том, что данный медийный повод должен был бы быть отработан на полную катушку. Коль скоро уж турецкий ОПК замечен в попытках, если так можно выразиться, встать на плечи гиганта (имея в виду ОПК российский – И.С.). Прямо скажем, попытках не очень красивых, которые не могут не вызывать больших вопросов к турецкой стороне.

Если ситуация соответствует действительности, то можно выступить с официальным заявлением, где, допустим, подчеркнуть, что «Панцирь» не имел никакого отношения к ВС РФ, а состоял на вооружении ВС официального Дамаска. И более ничего и всем станет понятно, что инцидент имел место быть и кончился ровно тем, что написано – то есть, незавидным образом для турецких «флагманских» БПЛА.

Если же инцидента не было, что можно так и заявить. При этом отметив, что тех кого интересуют ТТХ «Панциря» и возможности противостоять угрозе удара со стороны БПЛА, то они могут обратиться к другим прецедентам. А в целом же ведомство воздерживается от дальнейших комментариев, которые, в данном случае, носят исключительно характер технической профессиональной дискуссии и, ни в коем случае, не должны ни коим образом превратно истолковываться и относиться на счет российско-турецких отношений, мира и сотрудничества между двумя странами.

Но, весьма вероятно, что в преддверии встречи между двумя лидерами последовал медийный запрет, в результате которого все рупоры, кто мог высказаться на эту тему не проронили ни слова. Причем, выразим сугубо личное мнение, что совершенно зря. Впрочем, не теряем надежду на то, что после встречи между двумя лидерами, все же возникнет окно возможностей для того, чтобы поделиться реальной ситуацией с обеспокоенной публикой. Опять же, отбросив в сторону все идеи о том, что «кому надо – тот знает». Понятно, что (потенциальные и действующие) заказчики вооружений они знают о ситуации. Но не менее важна и пропаганда среди простого населения, которое достаточно бурно отреагировала на новость, но, тем не менее, ощущает явный дефицит в достоверной информации. Подчеркнем, что эту историю можно было бы очистить от всяческих эмоций и просто придать ей исключительно мирный характер обсуждения техническими специалистами.

Но, тем не менее, возвращаясь к Турции и к турецкой пропаганде. Не вызывает сомнения, что они уж отработали эту тему, и это подтверждено практикой, на все 100%. Патриотические видеоролики показывают в Турции большие охваты и высокую конверсию. Под конверсией, в данном случае, подразумеваем то, что люди их охотно распространяют через свои социальные сети и достаточно бурно комментируют. Делая этот контент достаточно вирусным и моментально распространяющимся в турецком медиапространстве.

Заметим и ещё одно немаловажное обстоятельство: то же самое касается и зарубежья. Допустим, те же ролики про Нагорный Карабах сняты с прицелом и на азербайджанскую и, говоря шире, на тюркскую аудиторию. Они апеллируют к коллективному бессознательному тюркских народов, пытаясь пробудить и у них свою национальную гордость. Заставляя переживать за «далекую Турцию», которая «в одиночку отстаивает интересы тюркского мира».

Да, в определенной мере, правы те, кто утверждает, что государства Кавказа и Центральной Азии, после распада СССР, не хотят оказаться вновь под влиянием другого центра, где бы он ни находился. В Москве или же в Анкаре. Это, собственно, главное послание министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова, когда, не так давно, он официально заявил об отсутствии обеспокоенности России укреплением Турции в Центральной Азии.

Говорим выше «в определенной мере», подразумевая то, что есть и другая правда, которая заключается в том, что во вновь образовавшихся государствах есть большой спрос на национальную идею. Этот вакуум, по большому счету, ни одна из стран ещё не заполнила, а, следовательно, выражаясь маркетинговым языком есть «рыночная ниша».

Но вот эта национальная идея отдельно взятого молодого (тюркского) государства, по определению, не может не пытаться встать на плечи на идею большую, чем идея узконациональная. Только тогда можно будет говорить об историческом величии. И идея о «просыпающемся тюркском мире» для этого идеально подходит. Что может быть лучше? Идея о «евразийстве», которую продвигало российское руководство, пока «заходит» достаточно плохо и неуверенно.

Иными словами, на идейном уровне, туркам удалось предложить государствам – бывшим республикам СССР концепцию, на которой или с помощью которой можно строить идею и о собственном национальном величии. Кроме того, что туркам удалось создать такую структуру как Совет сотрудничества тюркоязычных государств, где эти государства не будут, выражаясь, возможно, не совсем корректно, но по сути правильно, «бедными родственниками». По сравнению с ощущениями этих государств на других международных площадках, где, зачастую, их участие является попросту незаметным. Не говоря уже о случаях, когда им, допустим, напоминают что-нибудь про авторитаризм и права человека.

Более того, на площадке Совета сотрудничества тюркоязычных государств, бывшие республики СССР чувствуют, одновременно, и гордость за причастность к тюркскому миру и чувствуют себя своими. А система опознавания «свой – чужой» в тюркском мире имеет очень большое значение. И чем больше на эти страны оказывается внешнее давление, тем больше они смотрят в сторону «своих».

Так что, не стоит недооценивать идейную силу о «возрождении тюркского мира» или, в качестве квинтэссенции, о «Великом Туране». Как показывает практика, она находит отклик у тюркских народов – а, следовательно, как минимум, имеет право на существование. Просто потому, что всем нужна национальная гордость.

Дает ли такую гордость бывшим республикам СССР причастность к «семье советских народов»? – Поставим этот тезис под сомнение.

Предложена ли Россией идея, которая нашла бы отклик у бывших республик СССР? – А какая собственно идея? Про «евразийство» мы уже сказали выше.

Интеграционные процессы на пространстве бывшего СССР, очевидным образом, застопорились. Даже с самой близкой России Беларусью. Не говоря уже о том, что произошло между Россией и Украиной. «Крымская весна» навела некоторые страны, допустим, тот же Казахстан, на мысли о том, что и им может быть, в свое время, предъявлен территориальный счет. И, вне зависимости от того, что произошло на самом деле в Нагорном Карабахе и как выступила Россия, выглядит так, что Турции удалось преодолеть границы возможного и бросить вызов попыткам установления российской гегемонии на постсоветском пространстве.

При этом подчеркнем, что с идеями можно бороться только контридеями. На предложенный конкурирующей стороной проект надо отвечать своим, более выгодным, заманчивым и проч. проектом.

Но отвечать на идею словами Станиславского «не верю», это так не работает. Тем более, что идея, буквально на наших глазах пускает корни (неверующим рекомендуется просто почитать социальные сети, даже русскоязычный сегмент, касающийся «возрождения тюркского мира» — прим.), чтобы приносить плоды. Да, можно сомневаться, к чему эта идея в итоге приведет, а к чему не приведет – это отдельный вопрос.

Можно сомневаться, что Анкара политически и экономически потянет Тюркский совет в качестве единоличного признанного лидера. А кто сказал, что не может быть модели ЕС, где лидирующую роль играют несколько государств? Государства Южного Кавказа и Центральной Азии, исходя из своих природных ресурсов, — далеко не бедные.

От российского руководства мы видим в вопросе «векового пробуждения тюрок» ответ, в форме «не верю». Но есть и другой полюс, это то, что раздается в российских СМИ и социальных сетях, где президент Реджеп Тайип Эрдоган и Турция стали главными ньюсмейкерами. Огромное количество прочтений и репостов собирает все то, что касается «турецких планов».

Причем, с сожалением надо констатировать, что в погоне за звучными заголовками и прочтениями, создатели такого контента (которые, к слову сказать, крайне редко являются специалистами по Турции) создают весьма характерный победительный образ для Турции, работая, таким образом, вольно или невольно, на турецкую пропаганду. Целью которой является, разумеется, повышать в глазах наблюдателей реальную мощь и возможности Турции, насколько это возможно.

И даже хуже, если, говоря о турецких планах, российские обозреватели сопровождают их разными формами брани (чем грешат даже обозреватели центральных российских СМИ). Это ещё – «очки в карму» Турции. Потому как, совершенно понятно, что бранится и размахивает руками та сторона, которая чувствует себя неуверенно. Уверенные в себе так не поступают.

Итак, в России есть широкий сегмент мнений от «не верю» и «(Турция) надорвется» до «турецкой экспансии». И, заметим, и то и другое работает на турецкую пропаганду. Потому как, правильно сказано, «пиаром является все, кроме некролога». Однако, к сожалению, не видно попыток переосмысления происходящего в контексте предложения альтернативной идеи, которую можно было бы предлагать в противовес Турции. И это также следует считать большой удачей для турецкой пропаганды, которая пока действует достаточно свободно на пространстве идей, не встречая сопротивления.

Однако, возвращаясь к выступлению Фахреттина Алтуна на конференции «Цифровой мир», он предупредил, что одна из самых больших угроз, с которыми сталкивается страна, — это «цифровой фашизм», который вырождает и политизирует такие концепции, как свобода выражения мнений и терпимость.

Подчеркнув «двойные стандарты», применяемые глобальными компаниями, проф. д.н. Фахреттин Алтун указал, что лидеры террористических организаций, таких как РПК и ФЕТО, продолжают свободно распространять ложную информацию в социальных сетях.

Цитируем главу Управления по связям с общественностью: «Когда наша страна потребовала удалить аккаунты, связанные с террористическими организациями, ее обвиняют в авторитаризме и в несоблюдении свободы слова». И далее: «К сожалению, огромная терпимость, проявляемая к организациям-убийцам, гнусно убивающим ни в чем не повинных людей, является одной из самых болезненных проблем. Потому что террористические организации представляют угрозу не только для регионов, на которые они нацелены, но и для всего мира».

51.92MB | MySQL:101 | 0,434sec