Стратегия ФРГ в Афганистане в условиях вывода войск

В соответствии постановлением министра обороны ФРГ А.Крамп-Карренбауэр, основанном на апрельском решении Совета НАТО о прекращении миссии «Решительная поддержка», в мае стартовал вывод военнослужащих Бундесвера из Афганистана. Согласно официальным данным, в стране на момент начала процесса было 1067 германских военных, что делало контингент федеральной республики вторым по численности после американского. Х.Маас, посетивший незадолго до этого афганскую столицу Кабул и Мазари-Шариф, где находилось большинство военнослужащих Бундесвера, сообщил, что «Германия остается надежным партнером на стороне народа в Афганистане», а также дал обещание, что Берлин продолжит выполнять «обязательства во всех других областях». Немаловажно и то, что глава внешнеполитического ведомства счел, что существуют «обнадеживающие признаки» того, что уровень насилия в Афганистане не начнет расти. Однако ситуация первых дней мая показала, что положение в стране, покидаемой Бундесвером, является существенно более сложным, в том числе для самой Германии, нежели было заявлено в связи с началом процесса вывода войск, завершиться который должен не позднее сентября.

Обеспечивать уход Бундесвера из Афганистана было поручено элитному подразделению сил специального назначения KSK, основной задачей которого главой оборонного ведомства была названа безопасность военнослужащих. Ожидая решения США о выводе собственного контингента из страны, к которому ФРГ ранее озвучила намерение присоединиться, были разработаны сценарии наиболее вероятных угроз. Среди них, согласно данным, попавшим в германские СМИ, упомянут высокий риск атак талибов на военные базы. В условиях отвода войск они становятся более уязвимы в силу нескольких причин, среди которых отправка военной техники назад в Германию. Примечательно, что несмотря на продление собственно германского мандата до 2022 г., командующий миссией бригадный генерал А.Мейер стал сокращать автопарк лагеря в Мазари-Шарифе еще в декабре прошлого года. Также потенциальную опасность создает увеличенное количества полетов транспортных самолетов, каждый из которых может стать мишенью для боевиков. Наконец, перед уходом контингент страны на незначительный промежуток времени возрастает за счет тех самых сил KSK в составе по меньшей мере 30 человек.

Завершая миссию в Афганистане Берлин планирует сосредоточится на дипломатическом процессе, демонстрация поддержки и активного участия в котором по сути составила основную цель упомянутого пребывания Х.Мааса в Кабуле. При этом, если верить обозревателям германских СМИ и экспертам, ФРГ игнорирует одно важное обстоятельство. Заключается оно в том, что талибы уже считают соглашение с США, предполагавшее уход иностранных военных к 1 мая, невыполненным, сходя из чего угрожают принять меры против «оккупирующих держав». В результате в понимании проблемы безопасности военнослужащих Бундесвера нет единства даже внутри правительственной коалиции. Так, депутат ХДС О.Хеннинг всерьез выражает озабоченность в связи с возможностью выполнения озвученных ранее, начиная с февраля, угроз талибов.

Непростая ситуация складывается и с перспективами выполнения ФРГ обязательств по поддержке Афганистана на других направлениях. Напряженность, возникшая в стране, ставит под вопрос сразу несколько принципиальных для Берлина областей контактов. Так, большое внимание Германия уделяла повышению статуса женщин и росту их вовлеченности в общественную жизнь страны. Однако режим талибов, не сдерживаемый иностранным присутствием, угрожает не просто откатом назад, но и ужесточением порядков. Еще большая угроза нависла над афганцами, сотрудничавшими с иностранными военными, например, в качестве переводчиков. И ранее в стране они сталкивались с опасностью для жизни в том случае, если были опознаны талибами, которые приговаривали подобных людей к смертной казни. Бундесвер обеспечивал для них пусть и временную, но защиту, которая будет полностью утрачена после вывода войск.

Рычагом, который намерен использовать Запад, в том числе Германия, для воздействия на талибов, судя по всему, станут финансы. По информации, озвученной германским СМИ официальным представителем парламентской группы ХДС/ХСС по внешней политике Ю.Хардтом, в бюджете федеральной республики на программы поддержки Афганистана заложено порядка 375 млн евро, которые представляют интерес для любой власти. Соответственно, Берлин полагает, чтоб имеет возможность ставить выделение помощи в зависимость от реформ или соблюдения условий в тех или иных областях, таких, к примеру, как права женщин или образование. Кроме того, как считает руководитель филиала Фонда им. К.Аденауэра в Кабуле Э.Зейно, талибов от насилия может сдерживать стремление к международной легитимизации их режима, что требует отказа от насилия. При этом представителей Фонда как будто не смущает то, что из столь безопасной страны собственное правительство рекомендовало им и их коллегам уехать в течение нескольких недель. Обещают продолжить свою деятельность лишь правозащитные организации.

В целом, Бундестаг в марте нынешнего года продлил мандат миссии в Афганистане до 31 января 2022 г., в связи с чем вывод войск стал не собственным выбором федерального правительства, а следованием стратегии США, что в политическом смысле должно было продемонстрировать единство подходов в рамках НАТО, а в тактическом, — снизить опасность для военнослужащих Бундесвера, которая неизбежно возросла бы в том случае, если бы они превратились в первый по численности иностранный контингент. Вместе с тем и уход из Афганистана таит в себе серьезные риски. Часть из них краткосрочные и связаны преимущественно с обеспечением безопасного вывода войск. Остальные имеют для Германии долгосрочный характер. В последнем случае речь прежде всего идет о высокой вероятности всплеска миграционного кризиса уже под влиянием насилия в Афганистане. Предпосылки к развитию событий по такому сценарию уже есть, поскольку страну хотят покинуть семьи тех, кто сотрудничал с германскими военнослужащими и теперь всерьез опасается за свою жизнь. При этом в ряде случаев сами представители Бундесвера рекомендовали своим переводчикам подавать прошения о получении статуса беженца в Германии, поскольку стратегии защиты подобных лиц, оказавших прямое содействие в проведении миссии, на государственном уровне разработано не было.

Помимо непосредственной угрозы для ФРГ волна афганцев, желающих попасть в Европу рискует осложнить отношения ЕС и Турции. Анкара еще до начала указанных событий жаловалась на приток мигрантов из Афганистана. Только в прошлом году там было выявлено порядка 200 тыс. выходцев из Афганистана. При этом особую сложность в работе с ними представляет то, что они не подпадают под программы международной поддержки, действующие, например, для сирийцев, на реализацию которых выделяются значительные средства.

Эскалация напряженности в стране и высокие риски для гражданского населения, в свою очередь, сделают невозможной депортацию, к которой ранее прибегали как турецкие власти, так и правительство ФРГ. В начале мая стало известно об отмене подобных рейсов из Германии. Официальной причиной, как отметил министр внутренних дел Х.Зеехофер, стали «логистические трудности», однако, обозреватели предположили, что Берлин опасается за безопасность своих полицейских, сопровождающих полеты, которые дополнительно увеличат количество граждан федеральной республики, находящихся в Афганистане. Правозащитные организации, исходя из всплеска насилия, требуют полностью прекратить практику отправки афганцев на родину, но этот факт станет явным свидетельством неудачи перехода от военного присутствия к дипломатическому процессу.

52.79MB | MySQL:103 | 0,476sec