О демографической проблеме в Турции

Несмотря на попытки правительства стимулировать создание больших семей, уровень рождаемости в Турции, скорее всего, будет продолжать снижаться — отягощая ее экономику старыми и более дорогими работниками, более высокими расходами на здравоохранение и более слабой покупательной способностью молодых граждан. За последние два десятилетия в Турции наблюдалось последовательное снижение числа деторождений на 1000 женщин в возрасте от 15 до 49 лет, также известное как коэффициент рождаемости. Доля населения Турции в возрасте от 0 до 17 лет упала до самой низкой точки за всю историю наблюдений в 2020 году, а темпы роста детей снизились на -5,5%. Это падение, вероятно, было частично связано с тем, что родители откладывали рождение детей во время пандемии COVID-19, но более глубокий спад в прошлом году только усилил падение рождаемости в Турции, которое началось примерно в 2000 году. Поскольку население страны стареет, то к концу десятилетия в Турции может оказаться большинство неработающего населения, что замедлит экономический рост и поставит молодых турок в условия более жесткой конкуренции со старшим поколением  за рабочие места и заработную плату. По данным Турецкого статистического института, в 2020 году в Турции произошло еще одно сокращение доли населения в возрасте до 18 лет — до 27,2% с 30,8% в 2010 году. Согласно оценкам, опубликованным ЦРУ  США, уровень рождаемости в Турции, как ожидается, снизится до 1,9 рождений на женщину в 2021 году, что значительно ниже уровня воспроизводства населения, и снизится с 2,5 рождений на женщину в 2000 году. Тем временем ожидаемая продолжительность жизни в Турции, как ожидается, достигнет 80,59 года к 2030 году по сравнению с 77,31 года в 2020 году. По данным Организации Объединенных Наций, медленный выход Турции из кризиса COVID-19 и сохраняющиеся макроэкономические проблемы создадут условия, которые в обозримом будущем не будут стимулировать рождение детей, не говоря уже о росте числа многодетных  семей. В ближайшей перспективе борьба Турции с возрождающимися вспышками COVID-19 означает, что она, скорее всего, столкнется с еще большими экономическими трудностями на фоне продолжающихся блокировок и пропустит по крайней мере часть экономически важного летнего туристического сезона, который является основным источником доходов и иностранной валюты.  Но еще долго после того, как пандемия утихнет, высокая инфляция, частный долг, валютные проблемы и нехватка иностранных инвестиций, вероятно, будут продолжать негативно влиять на экономику Турции.

Турция также пока не имеет новой стратегии повышения рождаемости, которая вывела бы ее из модели спада в Европе. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уже давно настаивает на повышении рождаемости, призывая турок иметь по крайней мере 3 детей, исходя из сочетания традиционных ценностей и признания того, что старение населения может осложнить долгосрочные стратегические планы Эрдогана по увеличению глобальной мощи Турции. В 2017 году Эрдоган призвал турок, живущих в Европе, иметь больше детей в качестве мести за «несправедливость Запада».  Есть несколько примеров стран, которые увеличили рождаемость, как только она снизилась ниже уровня воспроизводства населения, потому что социальные установки постоянно смещаются в сторону меньших семей. Отметим, что это в первую очередь относится к развитым странам (прежде всего, Швеция), но этот всплеск был в доли процента и на очень незначительный период времени, и только благодаря серьезным вливаниям в социальные программы. Общий же тренд крайне неутешителен – чем больше растет уровень жизни (а он растет пусть разными темпами, но практически везде), тем меньше коэффициент рождаемости, несмотря на все социальные программы или религиозные традиции. Яркий пример Китай, где рост уровня жизни самым негативным образом влияет на рост рождаемости, а тот же Гонконг, где уровень жизни был давно выше, чем у остального Китая,  уже давно демонстрирует отрицательный коэффициент рождаемости.    В 1960 году в Турции коэффициент рождаемости составлял 6,37, а в 1990-х он начал быстро снижаться и на сегодня составляет только 2,1. Причем эта тенденция справедлива практически для всех стран Ближнего и Среднего Востока, Например, в Иране этот коэффициент  был в 1960 году – 6,93, а 2018 году – уже 2.14; в Иордании – 7,69 в 1960 году до нынешних 2,76; в Египте – 6,72 в 1960 году до 3,3 на сегодня.  По мере сокращения ресурсов квалифицированной  рабочей силы и увеличения расходов на здравоохранение Турция будет бороться за рост своей экономики. Ожидается, что к 2030 году доля неработающего населения Турции-то есть лиц в возрасте от 0 до 14 лет и 65 лет и старше — достигнет 52%. Дефицит рабочей силы вызовет общее повышение заработной платы в силу конкуренции между предприятиями, но это также начнет сдерживать экономический рост и одновременно вызовет миграцию неквалифицированной рабочей силы из стран Азии и Африки. Рост пожилого населения также приведет к увеличению расходов на здравоохранение, которые в Турции часто оплачиваются за счет государственного социального обеспечения страны. Увеличение государственных расходов может в конечном итоге вынудить Анкару увеличить налоги, что еще больше подорвет покупательную способность турок и лишит их стимулов для инвестиций.

В этой связи, правящая в Турции Партия справедливости и развития (ПСР), скорее всего, политизирует демографическую проблему страны, используя бюджет для проведения потенциально неустойчивой политики рождаемости и поддержки пожилых людей. Поскольку экономическая конкурентоспособность Турции все больше сдерживается ее стареющим населением, ПСР, вероятно, будет ориентироваться на конкретные проекты, такие как Канал «Стамбул», которые могут быть использованы для перераспределения расходов и создания рабочих мест для определенных слоев общества, поддерживающих партию, даже если такие проекты не обязательно улучшат общие экономические показатели страны. Чтобы заручиться поддержкой избирателей, ПСР также, вероятно, создаст благоприятные для семьи субсидии и увеличит общие расходы на здравоохранение, что еще больше напряжет национальный бюджет страны. Между тем опасения политического отката удержат Анкару и от того, чтобы отодвинуть пенсионный возраст. Пенсионный возраст в Турции должен увеличиться с 60 до 65 лет для мужчин в 2046 году и с 58 до 65 лет для женщин в 2048 году.

55.85MB | MySQL:105 | 0,450sec