Израильские эксперты о предстоящих президентских выборах в Иране. Часть 2

В Исламской Республике Иран 18 июня 2021 г. пройдут президентские выборы, в результате которых должен быть избран преемник действующего с 2013 г. президента Хасана Роухани. Совет стражей из 592 претендентов утвердил всего лишь семь кандидатов, в основном из ультраконсервативного лагеря. Такое решение расчищает путь к победе сильному бескомпромиссному религиозному деятелю, стороннику жесткой линии, главе иранской судебной системы Эбрахиму Раиси, однако проблема заключается в том, что ожидается низкий уровень явки. Опасения иранского руководства не беспочвенные, т.к. в феврале 2020 г. прийти к избирательным урнам отказались рекордные 57% иранцев после того, как к участию в выборах в законодательные органы власти были не допущены тысячи кандидатов, многие из которых принадлежали к умеренному и реформистскому лагерю.

В этом году оппозиция в изгнании уже несколько месяцев проводит кампанию в социальных сетях. Используя хэштеги на персидском языке, такие как #NototheIslamicRepublic («НетИсламскойРеспублике»), они призывают иранцев воздержаться от участия в голосовании.

Верховный лидер ИРИ аятолла Али Хаменеи, в свою очередь, призвал иранцев игнорировать призывы к бойкоту президентских выборов: «Не обращайте внимания на тех, кто проводит кампанию и говорит, что бесполезно ходить на выборы, и что нельзя голосовать». Как отмечает израильское новостное издание The Times of Israel, «получается, что Хаменеи на этот раз не намерен вмешаться, чтобы отменить не допуск кого-то из кандидатов, как он это сделал в 2005 г.» О его вмешательстве для обеспечения усиления конкуренции на президентских выборах попросил действующий президент Х.Роухани.

По мнению Салема аль-Кетби (политического аналитика из ОАЭ, бывшего кандидата в Федеральный национальный совет ОАЭ, статью которого публикует проправительственная газета Israel Hayom), «Совет стражей конституции Ирана не опубликовал бы окончательный список кандидатов, участвующих в президентских выборах на этом критическом и сложном этапе в истории страны, когда судьба всего режима висит на волоске, без согласования с верховным лидером».

Эмиратский аналитик полагает, что «действия Совета стражей конституции Ирана свидетельствуют о сильном желании Хаменеи организовать процесс президентских выборов с большей, чем когда-либо, гарантией того, что президентом станет нужный ему кандидат. К тому же ожидается, что Раиси сменит действующего верховного лидера». Остается вопрос – «удастся ли Хаменеи убедить избирателей проголосовать за конкретного кандидата, или урны для бюллетеней преподнесут ему еще один сюрприз, несмотря на все попытки маргинализировать претендентов и оставить наименее конкурентоспособных»[i].

Не допущенный к выборам спикер Меджлиса Али Лариджани считался единственным политиком, способным бросить вызов жесткому консерватору Э.Раиси, который теперь рассматривается как «непобедимый кандидат» (напомним, что на президентских выборах 2017 г. Раиси набрала 38% голосов, потерпев поражение от Роухани)[ii].

Сет Франтцман, корреспондент и аналитик израильской газеты Jerusalem Post, отмечает, что в условиях, когда Тегеран добивается отмены санкций и участвует в переговорах по возвращению США к Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД, из которого президент США Дональд Трамп в одностороннем порядке вышел в 2018 г. и ввел жесткие санкции против Исламской Республики), действующий президент Х.Роухани давит на Вашингтон, чтобы тот принял иранские условия иначе к власти в Иране придут ультраконсерваторы[iii]. Здесь стоит отметить, что Э.Раиси своим приоритетом назвал отмену санкций США, подразумевая, что в случае его победы он не собирается выводить Иран из ядерного соглашения.

Аналитик Jerusalem Post называет Хасана Роухани «скучным лидером, который, похоже, не многого добился. Хотя он подавил протесты и не дал стране рухнуть под санкциями. Его роль подрывается Корпусом стражей исламской революции, который проводит внешнюю политику, разрабатывает ракеты и, похоже, выполняет большую часть важной работы в Иране, направленной на то, чтобы угрожать региону». По его словам, «для министра иностранных дел Джавада Зарифа ненависть к Нетаньяху часто являлась точкой давления, которую он использовал на Западе. Он часто обвинял администрацию Трампа в деятельности в пользу Нетаньяху и утверждал, что премьер-министр каким-то образом лично втягивает США в конфликты в регионе… Ирану, по большому счету, не удавалось притвориться, будто его ультраправый режим является естественным региональным союзником Демократической партии США».

По мнению С.Франтцмана, в Иране не хотят «слишком много внимания уделять выборам в Израиле, т.к. в этом случае они будут вынуждены признать, что сионистский режим на самом деле является здоровой и разнообразной демократией, в которой хотели бы жить среднестатистические иранцы». В качестве комментария отметим, что вполне вероятно в Иране и есть граждане, которые ради того, чтобы их признали «демократией», желали бы своей стране оказаться в жестком политическом кризисе со всеми вытекающими из этого последствиями (помимо множества других проблем, например, серьезного социального раскола и межнациональной напряженности), из которого не удается выйти даже после четырех раундов общенациональных выборов за два года.

Недемократичность иранских выборов доказывает Арвин Хошнуд, эксперт по внутренней (уделяя особое внимание тому, как режим использует бедность в качестве инструмента внутреннего господства) и внешней политике Тегерана Центра стратегических исследований Бегин-Садат (The Begin-Sadat Center for Strategic Studies / BESA Center) при Бар-Иланском университете. Он утверждает, что неправы те, которые считают выборную систему в Иране более или менее демократической, отражающей внутриполитическое соперничество, и предоставляющей людям возможность влиять на их результаты. По его словам, «режим инсценирует все президентские выборы и использует их как прикрытие, чтобы заявить о легитимности управления Ираном».

Израильский эксперт настаивает на том, что «в Иране нет подлинного партийно-политического соперничества, нет политического плюрализма. Верховный лидер Али Хаменеи, благодаря своей власти над Советом стражей, контролирует все президентские выборы. Иранская политическая система – тоталитарная однопартийная система, возглавляемая Хаменеи. Группы внутри этой системы конкурируют за политическое и экономическое влияние, но все они разделяют цель укрепления режима и сохранения его ценностей: всемирное распространение шиитского ислама и Исламской революции. Между различными лагерями исламского режима нет принципиальных различий. Любые группировки вне системы, как например, монархисты, коммунисты или кто-либо еще, кто хочет свергнуть режим и отказаться от его религиозного характера, полностью исключены из политической системы. Исламский режим обращается с этими «чужаками» не путем внесения их в бюллетени, а путем изгнания, заключения в тюрьму, похищения, пыток или казни».

А.Хошнуд проанализировал ситуацию с кандидатами, которых Совет стражей конституции Ирана не допустил к участию в президентских выборах с момента начала их проведения в 1980 г. Получается, что количество допущенных кандидатов со временем уменьшалось, особенно после 1989 г., когда Хаменеи ушел с поста президента, став верховным лидером. «С 1989 г. по сегодняшний день количество кандидатов, допущенных к участию в президентских выборах, по большей части составляло менее 3%. На последних четырех выборах эта цифра в основном была ниже 1%, что является явным признаком того, что Хаменеи еще больше усилил контроль над государством».

Таким образом, полагает израильский эксперт, «голосование иранского народа, по сути, бесполезно и не влияет на исход выборов… Не имеет значения, кого изберут люди. В конце концов, победитель неизбежно станет одним из доверенных кандидатов Хаменеи, а режим продолжит свою политику внутреннего угнетения и империалистической агрессии за рубежом. В каком-то смысле не имеет значения, кто будет следующим президентом. Его позиция заранее известна».

По словам израильского эксперта, «публикуя кадры и фотографии иранцев на избирательных участках, режим распространяет вымысел о том, что он пользуется поддержкой населения, и что его правление легитимное. Режим хочет изображений очередей для голосования, а не самого голосования». Более того, данные по явке в основном также не имеют значения. «Мы никогда не сможем узнать, сколько людей проголосуют на президентских выборах в Иране, поскольку цифрам режима нельзя доверять. Мы также ничего не знаем о стратегиях создания этих цифр. Все, что мы знаем, это то, что режим опубликует данные, которые, так или иначе, принесут ему пользу, сразу или в будущем – считает А.Хошнуд. «Все больше и больше иранцев хотят свержения режима и демонстрируют это, бойкотируя выборы. Заявления [властей], объясняющие низкую явку [пандемией коронавируса, например], могут быть способом для режима скрыть недовольство людей, показать, что голосование в Иране является добровольным, и легитимировать свое правление».

Эксперт BESA Center отмечает, что бойкотирование выборов в Иране сопряжено с риском. «Многие граждане чувствуют себя вынужденными голосовать, т.к. голосующий на выборах, контролируемых исламским режимом, получает штамп в своем документе, удостоверяющем личность (называемый «шенаснамех»). Шенаснамех требуется при приеме на работу в государственное учреждение или при подаче заявления на получение социальной помощи. Документ также понадобится, если государственный служащий намерен продвигаться по карьерной лестнице, получать более высокую зарплату или какие-либо пособия. Более того, немногие заключенные или призывники осмелились бы воздержаться от голосования, поскольку такой отказ означал бы еще большее снижение их уровня жизни. Поэтому, несмотря на имидж, который пытается создать режим, голосование в Иране не является добровольным. Многие вынуждены или чувствуют себя вынужденными голосовать. Не имеет значения, сколько граждан голосует или за кого они голосуют, или даже если они отправляют пустые бюллетени. Для иранского режима важно только то, чтобы как можно больше граждан проголосовали в пропагандистских целях. По окончании выборов президентом станет тот, кому верховный лидер доверяет и которого он может использовать для консолидации своей власти»[iv].

[i] Democracy according to the supreme leader // Israel Hayom. 07.06.2021 — https://www.israelhayom.com/2021/06/07/democracy-according-to-the-supreme-leader/

[ii]Khamenei urges Iranians to ignore calls to boycott vote as hundreds disqualified // The Times of Israel. 27.05.2021 — https://www.timesofisrael.com/khamenei-urges-iranians-to-ignore-calls-to-boycott-vote-as-hundreds-disqualified/

[iii] Israel Elections: How is Iran’s regime responding? // Jerusalem Post. 23.03.2021 — https://www.jpost.com/israel-elections/israel-elections-and-iran-regime-responses-662903

[iv] Iran’s presidential elections have nothing to do with democracy // JNS. 03.06.2021 — https://www.jns.org/opinion/irans-presidential-elections-have-nothing-to-do-with-democracy/

55.53MB | MySQL:105 | 0,578sec