Размышления об американском присутствии в Сирии

Уход США из Афганистана заставил нервничать их курдских союзников в Сирии. Белый дом поспешил заверить через специально направленную на северо-восток Сирии делегацию Госдепа возглавляемые курдами Силы демократической Сирии (СДС), что он не будет инициировать аналогичный вывод войск из Сирии, но осадок у курдов остался. Дело даже не в том, что США в очередной раз отказались поддержать политический курдский проект Рожавы.  В конце концов, администрация Д.Трампа тоже давала аналогичные заверения, прежде чем резко вывести более половины своих сил в 2019 году и дать «зеленый свет» турецкому вторжению. По странному стечению обстоятельств, практически сразу же после визита американских дипломатов, Анкара ввела на север Сирии новые воинские контингенты. В данном случае нельзя говорить только о курдском факторе, вопрос стоит гораздо шире. Шаткое соглашение о прекращении огня, достигнутое Россией и Турцией в марте 2020 года, которое превратило Идлиб в  «зону деэскалации», подверглось в последнее время напряжению, поскольку правительственные силы Сирии  усилили воздушные и наземные обстрелы позиций повстанцев. Поддерживаемая Турцией Свободная сирийская армия (ССА) и группировка боевиков «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ, запрещена в России), которые базируются в Идлибе, также усилили свои атаки на правительственные позиции. Турция имеет ряд военных баз, разбросанных по провинции Идлиб. Россия обвинила ее в несоблюдении условий прекращения огня и недостаточных усилиях по уничтожению групп боевиков в Идлибе. Ранее в сентябре в результате нападения на турецкие войска в провинции Идлиб погибли два солдата и еще трое получили ранения. Турция, вероятно, надеется, что увеличение численности войск сдержит наступление на провинцию. Но президент Сирии Башар Асад, который контролирует около 70% разрушенной войной страны, заявил, что намерен вернуть все оставшиеся территории, удерживаемые иностранцами, и уже давно нацелился на Идлиб. На встрече со своим сирийским президентом в начале сентября В.Путин заявил, что присутствие иностранных войск в Сирии, включая войска США и Турции, является «главной проблемой» и призвал их вывести войска. В этой связи ввод новых турецких сил в этот регион видимо больше связан с акцентированием твердой позиции Р.Т.Эрдогана в отношении Идлиба накануне его встречи с президентами России и Ирана.  Но курды естественно смотрят на эту ситуацию со своего угла. Совсем недавно Вашингтон выдал очень  приглушенную реакцию, когда несколько бойцов СДС были убиты в результате турецких нападений в августе. Уход войск США из Афганистана, что президент Дж.Байден мотивировал приоритетом спасения «американских жизней», а не жизней своих союзников, только усилит соответствующие опасения среди лидеров СДС.

Итак, какова вероятность того, что Байден уйдет из Сирии? Некоторые американские эксперты отметили ряд индикаторов не очень хороших для СДС. Выводом войск из Афганистана, а также недавним  созданием альянса AUKUS Байден ясно дал понять, что сдерживание Китая, является его главной внешнеполитической целбю. Это означает прекращение участия в длительном  наследии «войны с терроризмом», как в Афганистане а, возможно, и в Сирия. В связи с этим уход войск США из Афганистана Байден предполагает, что он усилит шаги по борьбе с исламским терроризмом «в оффшорах». Похоже, он согласен с тем, что правление талибов может привести к тому, что Афганистан снова станет убежищем для джихадистов. Однако вместо того, чтобы решать эту проблему с помощью войск, он предпочитает наносить удары на расстоянии — что уже практикуется в Йемене, Пакистане и других местах. Распространяя этот подход на Сирию, Байден может прийти к выводу, что ему не нужны войска на территории Сирии, чтобы предотвратить возрождение группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России). Байден никогда особо не интересовался Сирией, и, хотя он согласился в свое время на кампанию против ИГ, он выступал против более широкого участия США в конфликте, когда еще был вице-президентом при Бараке Обаме. Уже есть намеки на то, что он может занять более мягкую позицию по отношению к Башару Асаду, недавно освободив от санкций газовую сделку Египет-Иордания-Сирия-Ливан. Таким образом, сохранение американских войск в Восточной Сирии, чтобы лишить Асада нефти, может больше не быть тем сильным мотиватором, которым оно когда-то было.

Тем не менее, по мнению американских экспертов, у СДС есть причины для оптимизма. От себя уточним: для временного оптимизма. Во-первых, Байден вел себя предельно резко в Афганистане, но он будет опасаться привлечь еще раз негативную реакцию СМИ, если он последует такой же тактике в Ираке и Сирии. Уже одно это говорит о том, что даже если бы Байден и стремился покинуть Сирию, он будет воздерживаться от резких движений до тех пор, пока критика после вывода войск из Афганистана не утихнет. Во-вторых, операция в Сирии гораздо менее затратна, чем операция в Афганистане. В то время как в 2018 году у США все еще было 15 000 военнослужащих в Афганистане, которые сократились  до 4000 незадолго до вывода, у них в Сирии есть только 900 военнослужащих, поддерживающих СДС. Вдобавок к этому, Сирия теперь меньше похожа на действующий театр боевых действий, поскольку халифат ИГ в значительной степени разрушен. Поэтому потери американцев остаются низкими, а Байден сталкивается с меньшим внутренним давлением, чтобы уйти из Сирии. Кроме того, существует международное измерение. Ключевые региональные союзники США — особенно Израиль и Саудовская Аравия — хотят, чтобы американские войска оставались в Восточной Сирии для защиты от вторжения Ирана. Тем не менее, другой союзник, Турция, желает, чтобы США ушли, чтобы они могли беспрепятственно расправиться с СДС, справедливо полагая, что их самая сильная фракция  PYD  является сирийским филиалом  РПК.  Байден не может угодить всем своим союзникам, но, безусловно, нет регионального консенсуса, заставляющего его вывести американский военный контингент. Таким образом, на данный момент, даже если Байден, возможно, предпочтет уйти из Сирии, существует мало внутренних или внешних стимулов для внезапного вывода. Однако это может измениться. В частности, динамика отношений между Турцией и Россией в Сирии является значительным фактором, и события в Афганистане все еще могут иметь там отклики.

В этой связи рискнем внести ряд уточнения в оценки американских экспертов. Дело в том, что в качестве приоритетов своей нынешней политики Байден провозгласил сдерживание не только Китая, но и России. В Афганистане не было российского присутствия даже намеком. Наоборот, американцы фактически за свои деньги и ценой жизни своих солдат два десятка лет фактически прикрывали южные границы России: пока США были в Афганистане и поддерживали там лояльный себе режим ни о какой более или менее широкомасштабной   вооруженной экспансии из Афганистана в регион Центральной Азии говорить не приходилось. Иное дело сейчас, и рассматривать вывод войск США из Афганистана уместнее называть в этом контексте как раз элементом сдерживания России путем вынуждения переноса части ее усилий и ресурсов именно на южное направление с целью охраны своих границ.  Сирия – не Афганистан.   Одна из долгосрочных целей России состоит в том, чтобы вернуть Восточную Сирию под контроль  Асада, что дало бы проблемной сирийской экономике доступ к нефтяным месторождениям, в которых он остро нуждается. Но в отличие от удерживаемого повстанцами Идлиба, который, как полагают американцы, Асад и Москва, похоже, намерены захватить военным путем, стратегия России на востоке страны, похоже, является более осторожной и дипломатичной.  В идеале, Москва хочет, чтобы сирийские курды согласились на урегулирование с Асадом и попросили бы США уйти. Это не так уж надуманно. У PYD были хорошие отношения как с Асадом, так и с Россией до гражданской войны в Сирии, и там есть фракция, которая видит будущее СДС под защитой Дамаска и Москвы, а не Вашингтона. Действительно, когда Трамп разрешил Турции вторгнуться в 2019 году, СДС немедленно обратилась к Москве, которая выступила посредником в прекращении огня в обмен на то, что российские войска и войска Асада займут позиции на территории, удерживаемой СДС. Агрессивное поведение Турции также помогает России подтолкнуть СДС к смене союзников. Анкара все чаще рассматривает PYD как свою проблему номер один в Сирии, где победа над Асадом и защита повстанцев опускаются в списке приоритетов. Поскольку Турция изо всех сил пытается усмирить экстремистских повстанцев Идлиба, а российские авиаудары там срывают планы Анкары, линия фронта с СДС дальше на восток является одной из немногих областей турецкого успеха. Турция активизировала атаки на позиции СДС либо с помощью беспилотных летательных аппаратов, либо с использованием своих союзников — сирийских повстанцев. Каждый раз, когда это происходит, и Вашингтон не реагирует, это добавляет все больше весомости утверждению Москвы о том, что только Россия может защитить СДС от Турции. Анкара действительно может быть открыта для какой-то возможной сделки Асад-СДС-Россия, если это означает в конечном счете разоружение или нейтрализацию сирийских курдов. И Москва, и Анкара почувствовали, что вывод войск США из Афганистана повысил их шансы получить то, что они хотят. Для Турции это говорит об отсутствии интереса и стойкости, что, по крайней мере, может привести к тому, что Вашингтон будет терпеть удары Анкары по позициям СДС, а в лучшем случае увидит, что США свернут присутствие и уйдут. Даже если Белый дом не планирует немедленно покидать Восточную Сирию и не столкнется с давлением, чтобы сделать это, и Россия, и Турция попытаются использовать последствия Афганистана для достижения своих целей, что в конечном итоге может в любом случае ускорить уход США.

Логика сохранения американского присутствия в Сирии в рамках сдерживания России может быть сильно эффективней, нежели чем просто сохранение поддержки  СДС через наличия в Сирии пусть и небольшого американского контингента. Его вывод автоматически выведет сдерживание России на совершенно новый уровень. А именно переведет это сдерживание в формат практически открытого российско-турецкого противостояния, что собственно упускалось американцами практически с самого начала сирийского конфликта. А именно такой сценарий является самым мощным противодействием любому иранскому влиянию, и к такому сценарию Россия по большому счету не готова. Не воевать же ей с турецкими войсками. Жертва в виде СДС в данном сценарии перевешивается получаемыми дивидендами с точки зрения более выпуклого акцентирования амбиций Анкары на сирийской территории в ущерб отношениям с Россией с автоматическим реверансом в сторону НАТО, что собственно и является главной задачей США в рамках сдерживания Москвы в регионе. Грубо говоря, уход американцев из Сирии столкнет лбами Москву с Анкарой. И до такой схемы влияния на ситуацию  с минимальными издержками с максимальным негативом для Москвы  в Вашингтоне в конце концов дойдут. И к этому надо готовиться уже сейчас.

55.55MB | MySQL:105 | 0,578sec