Следует ли ожидать положительных результатов от прямых американо-иранских переговоров?

До вступления Барака Обамы в должность главы новой администрации США остаются считанные дни — 20 января он станет 43-м президентом этой страны. Во время предвыборной кампании кандидат в президенты обещал избирателям глубокие перемены, которые дадут импульс для дальнейшего развития американского общества. Многие тогда усмотрели в его предвыборных заявлениях не только желание перестроить американское общество, но и внести определенные корректировки в американскую внешнюю политику, в частности, в отношении Ближнего и Среднего Востока.

В этой связи следует заметить, что совсем недавно многие представители уходящей администрации Дж. Буша высказали сомнения в необходимости изменения американской политики в отношении Ирана. В начале января 2009 г., незадолго до своего ухода с поста советника президента по вопросам национальной безопасности, Стефан Хедли заявил, что будущий президент США должен искать пути ужесточения санкций против Ирана, который будет представлять для них самый большой вызов на Ближнем Востоке. При этом он скептически отнесся к мысли о ведении дипломатических переговоров с Ираном, настаивая на том, что без необходимого давления на эту страну невозможно будет достичь изменений в его поведении. Для этого, согласно С. Хедли, Дж. Буш оставляет Б. Обаме «значительно возросшее давление на Иран. Однако весь вопрос состоит в том, как новая команда использует это давление для изменения политики Ирана в отношении его ядерной программы, терроризма и ближневосточного мирного процесса». Как известно, США обвиняют Иран в постоянном срыве мирного процесса в регионе, а также в вооружении террористической организации ХАМАС, которая на протяжении многих лет ведет непрекращающиеся ракетные обстрелы израильских приграничных населенных пунктов.

С. Хедли является не единственным скептиком, не верящим в возможности налаживания диалога с Ираном. Например, бывший глава Пентагона при администрации Клинтона Уильям Перри утверждает, что в первый же год своего правления новоизбранный президент непременно окажется перед лицом иранского ядерного кризиса, поскольку Иран стремительно двигается в сторону достижения статуса ядерной державы. Он не совсем уверен в том, что путем использования международной дипломатии, как это было в случае с Северной Кореей, будет возможным остановить иранскую ядерную программу.

Тем не менее, согласно заявлениям Б. Обамы, он намерен внести изменения в американскую политику в отношении Ирана, что подразумевает ведение прямых переговоров с этой страной без предварительных условий. В Иране эта мысль была воспринята с одобрением и в дальнейшем, в конце 2008 г., нашла хождение на страницах американской и иранской печати. Стали появляться статьи, в которых утверждалось, что США собираются открыть в Тегеране представительство по защите американских интересов в Иране наподобие американского представительства на Кубе. Причем ни одна из сторон на официальном уровне не подтвердила и не опровергла подобную мысль. В такой ситуации у многих могла возникнуть догадка о том, что подобный слух мог быть своего рода «пробным шаром», запущенным для проверки готовности Ирана к ведению прямых переговоров с США. Как и следовало ожидать, эта тема стала активно обсуждаться в средствах массовой информации Ирана. Даже стали поговаривать о том, кто конкретно может занять должность руководителя этого представительства в Иране и т.д.

Впрочем, взаимные подозрения настолько велики, что иранские СМИ усматривают в американском предложении не столько возможность мирным путем решить многие иранские проблемы, сколько проявление слабости внешнеполитических позиций США. Вместе с тем иранские официальные лица с большой настороженностью относятся к возможности налаживания американо-иранских отношений. Так, например, на недавней, январской пресс-конференции пресс-секретарь иранского МИДа Хасан Кашкави заявил: «Мы должны убедиться в том, насколько изменение в ориентации [будущей американской администрации] осуществляется на практике, и приведет ли это к фундаментальным изменениям в поведении и позиции США в отношении Ирана».

В Иране указывают на то, что новому американскому президенту придется заняться проблемами Ирака, Афганистана, российским присутствием на Южном Кавказе, а также ядерной проблемой Северной Кореи. Так что проблем предостаточно, что может дать Ирану широкую возможность политического маневра. Согласно статье «Цель Америки относительно ведения переговоров с Ираном», опубликованной в декабрьском номере иранской газеты «Эттелаат», новоизбранный президент не скрывает того, что наряду с переговорами у него в запасе имеется и военный вариант для решения иранской проблемы. Газета задает вопрос: что может означать решение проблем дипломатическим путем? И делает два вывода относительно цели подобных переговоров. Первый из них состоит в следующем: анализ осмысления причин провала американской политики в отношении Ирана на протяжении 30 лет, после победы исламской революции 1979 г., привел к необходимости пересмотра внешней политики США. При этом газета констатирует, что в Иране опасаются того, что и при новом американском президенте внешнеполитический курс США в отношении Ирана не претерпит серьезных изменений из-за стратегического союза с Израилем — главным оппонентом Ирана в Ближневосточном регионе. В Иране понимают, что США являются стратегическим партнером Израиля, значит, любое враждебное действие со стороны Ирана в отношении Израиля будет восприниматься ими как угроза национальной безопасности самих США. Следовательно, как полагают в Иране, Б. Обама не в меньшей степени, чем республиканцы, будет заботиться о безопасности своего союзника во вред интересам Ирана. Необходимо заметить, что опасения за безопасность Израиля особенно возросли после неоднократных открытых угроз со стороны нынешнего иранского президента М. Ахмадинежада в адрес этой страны.

Второй вывод, к которому приходит газета, состоит в том, что часть американской программы по ведению переговоров с Ираном предусматривает и обуздание России. По утверждению газеты, если Иран займет негативную позицию в отношении Запада, то его газовые ресурсы останутся недоступными для последнего, от чего, по мнению газеты, может выиграть только Россия. В такой ситуации Россия способна взять в заложники всю Европу и, таким образом, спровоцировать раскол между странами — членами НАТО. В Иране делают вывод, что в такой ситуации Запад будет вынужден искать альтернативные пути доставки природного газа в Европу. Однако и в подобном случае, как считает газета, ему не обойтись без России и Ирана. Основную же причину изменения американской позиции в отношении Ирана газета видит в следующем: если до августовской войны России с Грузией США игнорировали Иран и его природные ресурсы, то после ее окончания ситуация изменилась. Теперь, руководствуясь желанием освободить Запад от энергетической зависимости от России, США готовы начать переговоры с Ираном. В ходе этих переговоров непременно будет обсуждаться вопрос о поддержке строительства газопровода из этой страны на Запад. В заключение делается вывод о том, что обещание новой американской администрации сменить жесткую политику сравнительно мягкой является следствием новых политических реалий.

Появившаяся возможность ведения прямых американо-иранских переговоров дала пищу иранской экономической газете «Донья-йе Эктесад» выразить необоснованный оптимизм в отношении результатов будущих американо-иранских переговоров. По утверждению газеты, США перенесут центр внешнеполитической активности из Ирака в Иран. При этом газета выражает надежду, что США признают ядерный статус Ирана!

Все вышеприведенные «аргументы» в пользу ведения американо-иранских переговоров могут оказаться несостоятельными, если принять во внимание, что сторонам придется обсуждать три серьезные проблемы. Первая проблема — это полная подконтрольность иранской ядерной программы. Как известно, несмотря на неоднократные резолюции и экономические санкции Совета Безопасности ООН, Иран не только продолжает обогащение урана, но и усовершенствует его технологический процесс. Судя по всем признакам, Иран не собирается прекращать свою ядерную деятельность. Кроме того, он наращивает ракетный потенциал, представляющий непосредственную угрозу для безопасности Израиля, о чем последний не раз заявлял. В ситуации, когда Иран рассматривает свою ракетно-ядерную программу в качестве своей первостепенной национальной задачи, вряд ли можно полагать, что дипломатические шаги будут способны остановить продвижение Ирана к заветной цели. Кстати, подобного мнения придерживается и профессор Тегеранского университета Мохаммад Маранди, который не верит в то, что Иран остановит процесс обогащения урана — основную проблему иранской ядерной программы.

Вторая проблема — враждебное отношение Ирана к Израилю, ставшее уже печальной традицией. Как известно, Иран не признает права Израиля на существование. Исходя из этой предпосылки, Исламская республика Иран оказывают финансово-техническую, а также военную помощь всем террористическим организациям, действующим против Израиля («Хизбалле», ХАМАСу, «Исламскому джихаду»). Принимая во внимание то обстоятельство, что глубокая вражда к Израилю базируется на идеологических основах Исламской республики Иран, можно утверждать, что никакие изменения в американской внешней политике в отношении Ирана не способны изменить эту данность. Можно с твердой уверенностью сказать, что именно этот вопрос станет камнем преткновения на будущих американо-иранских переговорах.

Кроме ближневосточной проблемы, будущему американскому президенту придется иметь дело с вмешательством Ирана в дела Ирака и Афганистана. Недавнее заявление американского генерала Петрэуса, командующего американскими силами на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, о том, что у США и Ирана есть «общие интересы» в Афганистане, в смысле борьбы против движения «Талибан», свидетельствующее о попытке смягчения американской позиции в отношении Ирана по афганскому вопросу, вызывает у нас некоторое сомнение. Конечно, интересы могут быть общие, однако конечные цели — разные. Уничтожение режима талибов в Афганистане, конечно, отвечает интересам и самого Ирана. Однако на этом заинтересованность Ирана в дальнейшем сотрудничестве с США может иссякнуть. В данном случае будет уместным задать себе вопрос, почему США переносят акцент с Ирака на Афганистан. По нашему мнению, в случае победы в Афганистане США достигнут сразу трех целей: 1) уничтожат экстремистскую организацию «Талибан» и вернут нормальную жизнь в Афганистан; 2) откроют доступ к углеводородным ресурсам Центральной Азии с перспективой строительства нефте- и газопроводов как в западном, так и в южном направлении, конечно, в обход России; 3) возьмут Иран в тесное кольцо с Запада и Востока. Учитывая все эти «перспективы», можно сделать вывод, что сотрудничество Ирана с США скорее всего будет носить селективный характер. Иран может быть лишь временным попутчиком американцев в Афганистане.

В заключение можно сказать, что, учитывая взаимные подозрения, а также глубокое расхождение в интересах, в первую очередь стратегического характера, вряд ли можно говорить о возможном успехе будущих американо-иранских прямых переговоров.

43.87MB | MySQL:87 | 0,751sec