«Совещание по Газе» в Дохе: работа, итоги, комментарии

16 января 2009 г. в катарской столице Дохе прошло то, что организаторы этого мероприятия назвали «Совещанием по Газе». Хотя первоначально предполагалось, что созванная по личной инициативе катарского эмира – шейха Хамада бен Халифы Аль Тани «чрезвычайная встреча представителей арабских стран» станет едва ли не альтернативой предстоящего саммита Лига арабских государств (ЛАГ), открытие которого запланировано на 19 января текущего года в Эль-Кувейте, однако межарабские противоречия сделали эту идею далекой от того, чтобы быть реализованной.

Впрочем, проблема «Совещания по Газе» заключается даже не столько в этом обстоятельстве, — начинание катарского эмира, стремившегося выступить в роли посредника в конфликте между ХАМАС и Палестинской Национальной Администрацией (ПНА), подобную той, которую Катар смог сыграть летом 2008 г. по вопросу об избрании президента Ливана, столкнулась с жестким противодействием со стороны Саудовской Аравии (и, в определенной мере, Египта), вовсе не стремящейся к тому, чтобы отказаться от своего понимания сути и внутрипалестинского, и палестино-израильского конфликта, а также путей их решения. Если ливанский вопрос и был решен благодаря катарскому посредничеству, то это произошло только с саудовского (далекого, тем не менее, от того, чтобы быть безусловным) согласия. На этот же раз речь шла не только о слишком серьезном для Саудовской Аравии факторе воздействия на ситуацию в арабском мире, которым является палестинский вопрос, не только об обстоятельстве, благодаря которому, саудовское королевство усиливает свои позиции в регионе арабского мира и Ближнего Востока, выступая в этом регионе в роли ведущего «центра силы», но и тактике реализации катарского начинания, — урегулирование отношений между двумя полюсами сегодняшней внутрипалестинской ситуации предполагает привлечение к этому процессу тех региональных сил, которые поддерживают ХАМАС – Ирана и Сирии (президенты которых приняли участие в «Совещании по Газе»), что абсолютно не отвечает саудовским интересам.

Тем не менее, как уже отмечалось выше, инициатива эмира Катара, государства, традиционно выступающей в роли стороны, стремящейся к ограничению стремящегося к безраздельности саудовского влияния в рядах Совета сотрудничества арабских государств Залива, была частично реализована. В работе совещания в Дохе приняли участие руководители «непримиримых» палестинских партий и движений, но не ПНА (хотя среди присутствовавших в зале заседаний «Совещания» и находился, но только в качестве «частного лица» палестинский посол в Катаре). В их числе был, естественно, ХАМАС, представленный живущим в Дамаске его «генеральным секретарем» Халедом Машалем, а также Исламский джихад и «светский» Народный фронт освобождения Палестины – общее руководство, делегации которых возглавляли их «генеральные секретари» – соответственно, Рамадан Шалах и бывший офицер сирийской армии Ахмед Джибриль, а также руководители еще четырех базирующихся в сирийской столице палестинских организаций. Рядом с ними в зале заседаний «Совещания» находились, в частности, президенты Ирана, Сирии, Ливана и Судана – Махмуд Ахмадинежад, Башар Асад и Мишель Сулейман (присутствие которого в Дохе было, скорее, знаком вежливости в отношении шейха Хамада бен Халифы Аль Тани, содействовавшего достижению внутриливанского консенсуса по вопросу о его избрании на президентский пост) и Омар Аль-Башир. Наконец, в работе все того же «Совещания» приняли участие президент Сенегала и представители высшего руководства Турции и Индонезии.

Иными словами, хотя в Дохе и присутствовали лидеры или члены высшего слоя политического истеблишмента 12 арабских государств, организованное в катарской столице мероприятие имело не столько арабский, сколько арабо-мусульманский оттенок (хотя этот арабо-мусульманский оттенок получил и дополнительную расцветку благодаря присутствию в Дохе представителя Венесуэлы). Более того, в катарской столице полностью господствовали посланцы тех стран арабо-мусульманского мира, которые в нынешних условиях могут рассматриваться в качестве «радикалов» – того полюса этого геополитического пространства, который противостоит его «консервативному» блоку – большинству государств Залива и Египту. Давно развивавшиеся противоречия между этими двумя полюсами были в огромной мере катализированы и стали очевидной реальностью в связи (первоначально) с приходом ХАМАС к власти в секторе Газа и (уже окончательно) в ситуации израильской военной операции в этой части территории ПНА. Дополнительным подтверждением «радикализма» участников «Совещания по Газе» стало объявление о том, что Катар и Мавритания, как сообщала 17 января 2009 г. лондонская «Аль-Хайят», «замораживают» свои, соответственно, экономические (в Дохе располагалось израильское Бюро экономических связей) и политические (в Нуакшоте находилось посольство Израиля) связи с еврейским государством.

Приветствуя участников «Совещания по Газе», катарский эмир шейх Хамад бен Халифа Аль Тани (выразивший свое «глубокое сожаление» по поводу отсутствия в Дохе главы ПНА Махмуда Аббаса) говорил о том, что «между саммитом в Дохе и экономическим саммитом в Эль-Кувейте нет никаких разногласий». Далее он добавлял: «Нам очень хотелось увидеть сегодня всех наших братьев с тем, чтобы за этим столом вместе обсудить сложившуюся ситуацию, даже если у них и другое мнение (в отношении этой ситуации – Г.К.)». Наконец, он замечал: «Я присутствовал вчера на саммите в Эр-Рияде, и я думаю, что мы все будем присутствовать на предстоящем саммите в Эль-Кувейте, который начнет свою работу в будущий понедельник». Что ж, это приветствие не было многословным. Как уже писал автор этих строк на страницах сайта Института Ближнего Востока, чрезвычайная встреча в верхах глав государств ССАГЗ, состоявшаяся 15 января текущего года в саудовской столице, выработала согласованную позицию стран-членов Совета сотрудничества, включая и Катар, на будущем саммите в Эль-Кувейте. Более того, шейх Хамад бен Халифа Аль Тани был вынужден согласиться с выдвинутым ему в Эр-Рияде требованием (его инициатором была, разумеется, Саудовская Аравия) не считать «Совещание по Газе» саммитом ЛАГ, как и не претендовать на то, что это совещание может рассматриваться в качестве какой-либо альтернативы будущей встречи в кувейтской столице.

А участники «Совещания по Газе» были, в отличие от эмира Катара, многословны и воинственны.

Б. Асад, например, призвал те арабские страны, которые имеют дипломатические отношения с еврейским государством, «немедленно закрыть израильские посольства», как и «разорвать все прямые и непрямые связи» с этим государством. Он говорил также и о том (что полностью противоречило решениям эр-риядской чрезвычайной встречи в верхах стран ССАГЗ), что арабская мирная инициатива (выдвинутая, как известно, нынешним саудовским монархом в то время, когда он был еще наследным принцем) «похоронена». Связанные с этим требованием слова сирийского президента стоило бы процитировать полностью: «Арабская инициатива основана на мире. Мир недостижим. Соответственно, она более не существует. На следующий же день после ее провозглашения на общеарабском саммите 2002 г. в Бейруте ее убил Шарон, ведь именно в тот день Шарон приказал вторгнуться в Дженин и убить сотни палестинцев. Он так ответил на инициативу, провозгласив, что для израильской стороны она – мертворожденное дитя. А мы по-прежнему говорим, что она жива, хотя для Израиля она и не существует. Для нас, арабов, настало время перенести ее (инициативу – Г.К.) из списка живых в список почивших».

Б. Асаду вторил Х. Машаль: «Мы должны прекратить все формы отношений, все формы нормализации отношений с израильтянами. Мы должны придать новый импульс арабскому бойкоту (Израиля – Г.К.)». Разумеется, он говорил и о Газе (выступая от имени всех своих палестинских «соратников»): «Израиль потерпел поражение. Потерпев поражение на поле боя, он мстит детям и женщинам, нанося удары по больницам и центрам ООН. Но сионистское образование уже не то, каким оно было раньше, когда побеждало нас. Сегодня Израиль не способен победить Сопротивление (палестинское – Г.К.), а что будет с ним, когда он встретится со сплоченными рядами всей нации? Ему не сможет помочь и американская администрация, неспособная ныне господствовать над нами и навязывать нам свои условия, потому что она в кризисе, ставшем итогом действия иракского Сопротивления». Из этого делался однозначный вывод – «палестинское Сопротивление категорически не приемлет израильских условий прекращения огня».

Наконец, в Дохе выступал и М. Ахмадинежад, выразивший свою «безграничную поддержку палестинского Сопротивления» и призвавший к «суду над совершающими преступления в Газе руководителями Израиля», «к разрыву всех связей с Израилем и бойкоту израильских товаров». По мнению М. Ахмадинежада, «поддерживающие сионистское образование европейские и западные государства – соучастники войны в Газе и совершаемых там сионистами преступлений». Как он заявлял, «настало время создать международный трибунал для суда над сионистским образованием, сама философия существования которого основана на оккупации и совершении преступлений».

Впрочем, не менее «радикальным» выглядел в Дохе и суданский президент. О. Аль-Башир требовал «окончательно отказаться» от арабской мирной инициативы, прекратить нормализацию отношений с сионистским образованием и положить конец его дипломатическому присутствию в арабском мире». Что ж, ситуация в Дарфуре заставляет его быть «последовательным» сторонником палестинского дела. Со своей стороны, президент Сенегала Абдалла Вад (нынешний председатель Организации Исламская Конференция – ОИК) призвал созвать «чрезвычайную сессию глав государств и правительств ОИК для обсуждения вероломной израильской агрессии против сектора Газа». Впрочем, это было расплывчатое предложение, осуществление которого едва ли не в полной мере зависит от позиции Саудовской Аравии – основного спонсора этой организации и места пребывания ее штаб-квартиры.

На этом фоне М. Сулейман был едва ли не «голубем», говорившим о «необходимости достижения общеарабского консенсуса», о «выработке общеарабской стратегии ради того, чтобы заставить противника (Израиль – Г.К.) принять арабскую мирную инициативу». Ливанский президент предлагал «не превращать нынешнее совещание в символ раскола арабского мира и появления в нем новых линий конфронтации». Красивые слова, но они никого и ни в чем не убедили. Напротив, как подчеркнул в ходе «Совещания по Газе» сирийский министр иностранных дел Валид Аль-Муаллим, «требования чрезвычайного саммита по Газе (он ведь не связан решениями эр-риядской встречи в верхах глав стран ССАГЗ – Г.К.) будут в полном объеме перенесены в Эль-Кувейт, где мы скажем “добро пожаловать” каждому, кто захочет к ним примкнуть».

Эти требования были зафиксированы в заключительном коммюнике «Совещания по Газе», уже 17 января 2009 г. опубликованном всеми ведущими газетами арабского мира. Впрочем, это коммюнике вовсе не содержало в себе столь ярко выражавшегося в ходе работы совещания духа «радикализма», — катарская дипломатия приложила для этого максимум усилий.

Текст этого документа выражал «глубокую озабоченность действиями Израиля, зафиксированными многими международными правозащитными и гуманитарными организациями, которые выражают себя в использовании запрещенных видов оружия … и нарушении международных законодательных актов, связанных с вооруженными конфликтами». В нем отмечалась «озабоченность в связи со складывающейся в Газе гуманитарной ситуацией». Участники «Совещания по Газе», отмечая «невыполнение Израилем резолюции Совета Безопасности № 1860», требовали «осуждения варварской агрессии Израиля против сектора Газа», как и «призывали Израиль немедленно прекратить все формы агрессии в отношении сектора Газа, немедленно, полностью и безусловно вывести оттуда оккупационные силы».

Конечно же, в заключительном коммюнике «Совещания по Газе» говорилось и о необходимости «юридического осуждения Израиля за совершенную им агрессию и за преступления против человечности» на территории сектора Газа. Но авторов этого документа в большей мере интересовали вопросы практического плана – «немедленное открытие всех контрольно-пропускных пунктов для прохода людей и гуманитарной помощи», призыв «ко всем государствам о скорейших поставках гуманитарной помощи жителям сектора», призыв «к арабским государствам и всем миролюбивым странам о создании морского моста для поставок гуманитарной помощи» в Газу, «создание фонда восстановления Газы». Если в заключительном коммюнике совещания и содержались «радикальные» требования («немедленное прекращение незаконной блокады сектора Газа», призыв «к арабским странам о прекращении действия арабской мирной инициативы»), то их включение в текст этого документа было естественно, хотя бы потому, что того требуют правила проведения международных конференций, когда необходимо учитывать все высказанные в ходе их работы точки зрения, мнения и предложения.

Итак, «Совещание по Газе» закончило свою работу. Его итоги уже были прокомментированы (но в косвенной форме) на состоявшейся 16 января 2009 г. в Эль-Кувейте совместной конференции генерального секретаря ЛАГ Амра Мусы и министра иностранных дел Саудовской Аравии принца Сауда Аль-Фейсала, подчеркивавших, что «арабский мир движется в направлении опасного этапа его развития – этапа крушения, анархии и потрясений». По их словам, это происходит потому, что «арабский мир расколот в результате палестино-палестинской конфронтации, израильской агрессии и оккупации», а также, что особо выделил С. Аль-Фейсал, «уводящему арабский мир в небытие иностранному вмешательству (речь, разумеется, идет об Иране)». Отвечая на вопрос одного из журналистов о «Совещании по Газе», глава саудовского внешнеполитического ведомства отметил: «Нам хватало одного внутрипалестинского раскола, а теперь к нему добавился и внутриарабский, который пока еще пребывает на этапе отрочества». Отвечая на тот же вопрос, А. Муса заявил: «Встреча в Дохе не проходила под флагом Лиги арабских государств. Это – некая арабо-мусульманская смесь. В свою очередь, встреча в Эль-Кувейте станет по-настоящему арабской и пройдет под эгидой Лиги».

Но, кроме официальных (и сдержанно-дипломатичных) откликов, были и журналистские комментарии. Наиболее ярким среди них вновь стала статья главного редактора лондонской «Аш-Шарк Аль-Аусат» Тарика Аль-Хамида, опубликованная 17 января 2009 г. Статья называлась более чем красноречиво – «Комедия в Дохе». В ней он, в частности, писал: «Мы только что увидели разыгранную в братском Катаре (в контексте статьи это выражение слишком многозначно – Г.К.) комедию. Мы выслушали выступления присутствовавших там иранского президента Ахмадинежада, сирийского президента, Халеда Машаля и других. Но важнее вопрос – а какую пользу эти выступления могут принести делу решения кризиса и страдающим жителям Газы?». Далее он писал: «Когда я говорю, что то, что мы увидели в Дохе, всего лишь комедия, то я основываясь только на одном обстоятельстве – когда собравшиеся в зале в Катаре продавали нам иллюзию, Израиль и Америка подписывали соглашение о гарантиях против контрабанды оружия через контрольно-пропускные пункты. Это означает движение в направлении тех шагов, которые остановят израильскую агрессию против Газы. Эти шаги вытекают из египетской инициативы, превратившейся в резолюцию Совета Безопасности о прекращении огня в Газе, принятию которой содействовала и Саудовская Аравия».

Завершая же свою статью, Т. Аль-Хамид подчеркивал: «То, что мы видели в Дохе, было основано на двух пунктах. Первый из них – стремление закрепить власть ХАМАС и Халеда Машаля в Газе после того, что было сделано ХАМАС в отношении палестинцев и их дела, как и объявить о победе ирано-сирийско-катарского блока (плюс ХАМАС) в канун прекращения агрессии. А второй – стремление уничтожить эффективную и искреннюю арабскую роль, которую играют Египет и Саудовская Аравия. Только эти две вещи они и хотели сделать в Дохе».

43.9MB | MySQL:87 | 0,736sec