Протесты в Хузестане как отражение внутренних социальных и политических проблем Ирана

Протесты нынешним летом в Хузестане, которые продолжались около трех недель, стали одним из самых массовых выступлений за последние годы. С 15 июля по начало августа с.г.  провинция была охвачена беспорядками, которые прошли не только в главном городе – Ахвазе, но и захватили другие населенные пункты —  Изе, Махшехре, Хорремшехре, Абадане, Сусенгерде, Шадегане и др. Поводом стал водный кризис, совпавший с сильнейшей за последние полвека засухой, а также рекордной жарой (+ 50 градусов по Цельсию), а также  постоянные перебои с электроэнергией. В таких условиях от отсутствие работающих кондиционеров и водоснабжения —  просто катастрофа! Кроме того, были прогнозы, что Иран накроет  еще «пятая волна» COVID-19,  связанная с распространением нового штамма  «дельта», а провинция Хузестан наиболее пострадала от пандемии.

Однако истинной причиной протестов называют  целый комплекс социальных и внутриполитических проблем, которые регион испытывает на протяжении вот уже многих лет, — устаревшие системы ирригации и водоснабжения, а также неэффективное администрирование, включая многолетние коррупционные схемы. Бывший  заместитель главы департамента по охране окружающей среды Кавех Мадани (в настоящее время  политический эмигрант, старший научный сотрудник Международного центра Макмиллана и региональных исследований Йельского университета), в интервью CNN прямо назвал Иран «водным банкротом». «Иран не может полностью восстановить свои водно-болотные угодья, водоносные горизонты и реки за короткий период времени … Иран должен признать свое водное банкротство..», — сказал он. К.Мадани считает,  что в результате многолетней бесхозяйственности и бесконтрольного расширения сельскохозяйственного сектора в провинции произошло пересыхание рек, водохранилищ, снижение уровня грунтовых вод и т.д.   По его мнению, это нанесло  необратимый ущерб всей инфраструктуре водоснабжения Ирана, несмотря на все предупреждения международных экспертов. Еще в 2019 г. Институт мировых ресурсов (World Resources Institute, WRI), ведущий аналитический центр по вопросам окружающей среды, в своих исследованиях сообщал,  что ИРИ входит в первую десятку стран мира, которые испытывают наибольший дефицит воды, ежегодно потребляя около  80% от всех своих ресурсов.  Согласно этим неутешительным прогнозам,  «даже небольшие периоды засухи, которые будут усиливаться из-за изменения климата, могут привести к ужасным последствиям».

Как уже говорилось, одной из причин кризиса с водоснабжением, с чем согласным и иранские эксперты, явилось  непродуманное строительство гидроэлектростанций и ирригационных систем. Многие проекты осуществлялись без серьезных научных исследований, надлежащей геологической разведки или учета местных климатических и географических условий.  Главной мишенью для критики стал КСИР, контролирующий до  90% иранской экономики непосредственно или через подведомственные ему структуры. Именно под его  эгидой было осуществлено большинство таких проектов. Особенно это касалось грандиозного проекта «Бехештабад» («Цветущий рай»), по которому предусматривалось переброска водных ресурсов из Хузестана в Исфахан. Его реализация была поручена группе «Хатам аль-Анбия»,  являющейся  фактически экономическим подразделением КСИР. Известно, что «Хатам аль-Анбия» в настоящее время контролирует 812 официально зарегистрированных иранских компаний, заключивших в общей сложности около 1700 госконтрактов.  Также к перебоям с водоснабжением  привела интенсификация сельского хозяйства за счет активной эксплуатации местных ресурсов. По информации канала «Аль-Арабия», большинство компаний по выращиванию сахарного тростника (одной из главной сельхозкультур Хузестана) также принадлежит КСИР и связанными с ним фирмами («Салман Фарес», «Амир Кабир», «Фараби», «Дабель Хузай» и др.), которые ввели в эксплуатацию около 47 тыс. га. за счет конфискации земельных участков у местного населения.  Как отмечалось ранее,  дополнительной причиной  систематических перебоев с электричеством  стал майнинг криптовалюты, когда КСИР и другие частные фирмы решили заработать биткойны на фоне снижения валютных поступлений от продажи нефти.  В результате на долю страны приходилось  более 4,6% глобальной мощности, используемой для добычи биткойнов в промышленных масштабах в последние годы. Это и стало причиной массовых отключений электричества, т.к. старые сети, не прошедшие модернизацию в условиях санкций, просто не выдержали нагрузки и вышли из строя.

Для подавления вспыхнувших уличных  беспорядков власти  предприняли традиционные силовые меры в экстренном порядке.  По  предварительным данным,  за все время   было арестовано около 2000 человек,  число погибших оценивается по разным источникам в 12 человек (включая представителей правоохранительных органов). Несмотря на то, что  старейшины  местных арабских племен, обращались  к протестующим с призывом сохранять мирный характер демонстраций и не причинять ущерб государственной и частной собственности. Позднее власти заявляли, что многие участники протестных акций были освобождены после вынесения «административного предупреждения». Но вопрос остался открытым, т.к. власти отказались предоставить точные данные о количестве задержанных. Главная особенность нынешних протестов – их прохождение под политическими лозунгами с призывом к смене государственного строя Исламской  Республики. Такие  демонстрации состоялись не только в Хузестане, но и в других провинциях с преобладающим неперсидским населением.  Жители городов Тебриза, Урмии, Мешгиншехра и других населенных пунктов провинций  на северо-западе страны, населенных преимущественно иранскими азербайджанцами, вышли на улицы, чтобы выразить поддержку и солидарность протестующим  «братьям-арабам» в Хузестане.  Даже в самом Тегеране и в его пригороде прошла небольшая демонстрация под лозунгами «Долой систему велаят-э-факих!» и «Долой Исламскую Республику!» Несмотря на запоздалые попытки властей ограничить работу интернета, как это обычно делалось,  особую роль  сыграли глобальные социальные сети, где наибольшей популярностью пользовались  хэштеги  типа «#Ahwaz_Revolt», а также многочисленные ролики с эпизодами столкновений между демонстрантами и силами правопорядка.

Верховный комиссар ООН по правам человека Мишель Бачелет 23 июля призвала власти Ирана обратить  внимание на текущие проблемы Хузестана, а также выразила обеспокоенность чрезмерным применением силы и «ростом  количества случаев гибели, арестов и избиений протестующих». В свою очередь официальный представитель МИД ИРИ Саид Хатибзаде заявил, что в этом политически мотивированном обращении  содержатся  ложные обвинения и непроверенная информация. Однако правозащитные организации  Amnesty International в отчете от 23 июля и Human Rights Watch в отчете 29 июля предоставили информацию об  использовании силами безопасности огнестрельного оружия и слезоточивого газа при разгоне демонстрантов. По их мнению, это является превышением полномочий, поэтому правительство должно расследовать все эти инциденты, привлечь к ответственности всех виновных, освободить задержанных, а также сообщить точное количество  погибших (называлась цифра около 10 человек).  Тем не менее протесты  были  подавлены силовыми методами с привлечением местных  подразделений «Басидж» и КСИР. Кроме того, по сообщению арабских оппозиционных инсайдеров, местных сил оказалось для этого  недостаточно, поэтому властям пришлось  привлекать  дополнительный иностранный контингент —  около  1500 человек из подконтрольных КСИР   иракских  отрядов «Аль-Хашд аш-Шааби» (The Popular Mobilization Forces, PMF). Напомним, что ранее уже была информация также из оппозиционных источников о привлечении отрядов  PMF с такими же целями во время  волнений в Хузестане в 2018 — 2019 гг.

Некоторые аналитики предположили, что за провоцированием уличных беспорядков в Хузестане могли стоять  еще и определенные внутренние политические силы, которые были  недовольны «консервативным реваншем» и победой Эбрахима  Раиси на прошедших выборах. По их мнению, политические оппоненты попытались  использовать гуманитарную катастрофу в Хузестане в своих интересах. Многие обратили внимание, что  в первый раз  два бывших президента из разных политических лагерей — Мохаммад Хатами и Махмуд Ахмадинежад, выступили  одновременно с критикой действий властей, поддержкой протестующих и обвинениями силовых ведомств в излишней жестокости. «Ни одно политическое, силовое, военное учреждение или правоохранительные органы не имеет права противостоять протестам людей с применением жестокости, огнестрельного оружия под предлогом противостояния хаосу», — заявил М.Хатами. Он подчеркнул, что люди имеют право на демонстрации и открытые протесты с законными требованиями.  С почти аналогичным заявлением выступил и М.Ахмадинежад, которого в отличие от его предшественника-реформатора, никак уж было нельзя заподозрить в «либерализме».  В своем видеообращении, распространенном через соцсети, он прямо обвинил власти в применении излишнего насилия в отношении безоружных демонстрантов. При этом многозначительно намекнул, что за всем стоит  некая «коррумпированная группа спецслужб», которая  пытается представить протесты  как заговор иностранных держав или «антиреволюционных групп». По его мнению,  нынешние проблемы Хузестана  вызваны кризисом всей инфраструктуры провинции, а также нерациональным управлением водными ресурсами, для чего необходима срочная административная реформа и т.д. Предполагается, что заявления двух бывших президентов отражают серьезные разногласия внутри иранского политического истеблишмента в связи с вероятной передачей власти и будущим курсом страны, т.к. не секрет, что именно Э.Раиси нынешний верховный лидер (рахбар) Али Хамени видит своим приемником.

Тем не менее, надо отдать должное и действиям властей, которые предприняли все возможные  экстренные меры помощи  в ликвидации гуманитарной катастрофы, включая доставку воды в наиболее пострадавшие поселения провинции. Более того, новый глава  КСИР Хоссейн Салами  посетил  Хузестан  в разгар беспорядков для личного контроля над ситуацией. Новоизбранный президент Э.Раиси также прибыл  г. Ахваз  28 июля с неожиданным визитом в сопровождении министров  энергетики, внутренних дел, сельского хозяйства, здравоохранения и других должностных лиц.  Как сообщали иранские СМИ, президент самолично решил разобраться в ситуации на месте, пообещав поставить решение проблем Хузестана среди приоритетных задач нового правительства. Вслед за этим визитом произошли и кадровые перестановки. Прежний губернатор Касем Сулеймани Даштаки был отстранен от должности, а на его место назначен Садег Халилиан.  Новый губернатор (1959 г.р.) является уроженцем провинции Хузестан, но персом по национальности. Его ранняя карьера началась в ревкомах КСИР, а свое первое образование он получил в местном университете Ахваза, затем продолжил  обучение  и получил  степень доктора философии в области экономики сельского хозяйства в 1996 г. в Tarbiat Modares University (TMU)) , в котором с 1998 по 2000 гг. занимал различные административные должности.  С 2009 г. по 2013 г. он был министром  сельского хозяйства   в правительстве М.Ахмадинеджада.

             Что касается иранских СМИ, то они придерживались официальной версии об инициации протестов иностранными враждебными силами, манипулирующими чувствами людей в тяжелых условиях для провокации беспорядков. Уже после окончания всех демонстраций  по иранскому ТВ 1 сентября с.г.  был показан фильм «Мир только для меня»,  в котором  вновь поднималась тема внешнего вмешательства во внутренние дела страны. Фильм был снят через несколько дней назначения Исмаила Хатиба 25 августа с.г. министром информации и нацбезопасности Ирана. В этот фильм также вошли признания Хабиба Асьюда (бывший лидер  ASMLA, арестованный в ноябре прошлого года) в  «террористической деятельности» и прямых контактах с  правительствами некоторых стран ЕС и ССАГПЗ (прежде всего КСА).  Отдельные обвинения были предъявлены Швеции.  В интервью BBC Саид Хамидан, новый генсек  ASMLA, заявил, что демонстрация фильма, связана с задержанием в Стокгольме и судебным процессом  над  Хамидом Нури. Как известно, Х.Нури, бывший сотрудник тюрьмы Гошардашт, находится под следствием в Швеции, где обвиняется в «преднамеренном лишении жизни» большого количества заключенных, принадлежавших к организации «Моджахедин-э Халк» и сочувствовавших ей. Речь идет о массовых репрессиях в 1988 г. С.Хамидан, отвечая на вопрос о Х.Асьюде, вновь заявил, что их бывший лидер до сих пор содержится в одиночной камере без контактов с семьей и адвокатами, а все эти заявления были сделаны под принуждением.

Оппозиция за рубежом также отреагировала на волнения в Хузестане. Наследный принц Ирана, глава шахского дома в изгнании, Реза Пехлеви обратился через свой аккаунт в «Твиттер» к силовым ведомствам ИРИ: «Пришло ваше время защищать наш народ. У вас нет права стрелять в беззащитных иранцев. Скорее, это ваша обязанность — защищать наших беззащитных соотечественников!». Интересно, что в последнее время среди иранцев отмечается рост популярности свергнутой династии Пехлеви, но это не связано напрямую с увеличением числа сторонников  монархии. Скорее всего, как полагают, это признак  снижения  популярности идей Исламской революции и нынешней формы государственного устройства в иранском обществе, особенно у молодежи. Тем более, сам принц Реза неоднократно заявлял о своей приверженности к светской демократической форме правления.   Главная оппозиционная сила в лице Мирьям Раджави, лидера «Моджахедин-э Халк» (МЕК), решительно выступила в поддержку протестов, фактически призвав к вооруженному противостоянию и объединению всех оппозиционных сил: «Это восстание продлится до свержения режима.  … откроет путь к победе… пламя восстания привлекло внимание к Хузестану и открыло миру глаза на ужасные бедствия, которые причинили муллы этой богатой нефтью провинции…».

Относительно действий арабских движений и группировок можно сказать, что нынешние протесты имели одну особенность —  они прошли без прямого участия главной оппозиционной силы  — «Арабского движения борьбы за освобождение Ахваза» (ASMLA). Поскольку ее активность была в значительной мере снижена в результате операций  иранских спецслужб,  а также содержания под арестом  всего его руководства в Дании и Нидерландах. Однако в информационном пространстве проявили себя другие организации и группировки арабов-ахвази, о которых было мало что известно до недавнего   времени. Очевидно, это аффилированные структуры с ASMLA или ее филиалы, выступающие под разными названиями. Одним из таких является  «Патриотическое арабское движение в Ахвазе» (Patriotic Arab Democratic Movement in Ahwaz, PADMAZ) со штаб-квартирой в  Великобритании. Эта группировка привлекла к себе внимание в 2018 г., когда наряду с другими взяла на себя ответственность за теракт в г. Ахвазе.  Однако ее причастность так и осталась под вопросом, т.к. потом последовали опровержения. По словам ее лидера Абдерахмана аль-Хейдари, его движение  поддерживало тесные контакты с протестующими в Хузестане все это время.  В своем интервью для портала The Media Line, он заявил, что перебои с водой стали только  «спусковым крючком» для протестов, причины которых лежат значительно глубже.   Это же подтвердили и Хамид Мташер, лидер другой группировки «Либеральная партия Аль-Ахваза» (Al-Ahwaz Liberal Party, ALP), а также  Фейсал Марамази, исполнительный директор «Центра по правам человека Аль-Ахваза» (Ahwazi Centre for Human Rights, ACHR). Все они выразили свое  беспокойство «слабой» реакцией международного сообщества на силовое подавление демонстраций арабов-ахвази, а также «молчанием» арабских стран и особенно общеарабских и региональных медиа как «Аль-Ихбария», «Аль-Джазира», «Аль-Арабия» и др. По словам Ф.Марамази, с их стороны были предприняты попытки  привлечь внимание через проведение публичных акций в странах ЕС, США и Великобритании, в которых он лично принимал участие.  Однако британский Форин-Оффис  остался абсолютно безразличным, такая же реакция была и со стороны Даунинг-стрит, несмотря на множество отправленных писем и заявлений в их адрес. Такие же послания были направлены и в Европарламент, но с аналогичным результатом, т.к. «европейцы предпочитают свои инвестиции в иранскую экономику  правам человека».

Однако британский эксперт  Санам Вакил, (Chatham House, Королевский институт международных отношений  заместитель директора программы по Ближнему Востоку и Северной Африке) объяснила политику стран Запада в отношении Ирана тем, что  права человека перестали быть приоритетом в  повестке дня по сравнению с  переговорами по соблюдению Ираном СВДП. В настоящее время они руководствуются больше национальными интересами, которые в основном имеют экономический характер. Она полагает, что негативный опыт в Ираке и Афганистане стал причиной   решения пересмотреть свое место во внутренних делах стран Ближнего Востока, поэтому количество «сторонников интервенционизма» явно уменьшилось по сравнению с прошлыми годами.

Конечно, это не встретило понимания и поддержки у представителей оппозиционных движений арабов-ахвази, которые в очередной раз озвучили «конспирологическую версию», что власти каждый кризис и волнения в Ахвазе используют с единственной целью – изменить национальный состав провинции за счет насильственного перемещения арабского населения в другие регионы. Якобы правительство уже на протяжении десятилетий сознательно разрабатывает планы по сокращению арабского населения различными способами, включая поощрение миграции персов и других ираноязычных народов. Напомним, что  Джавид Рахман, специальный докладчик Совета ООН по правам человека в Иране, упоминал в  своем отчете в  2021 г. о «принудительных выселениях в районах проживания этнических меньшинств». Более того, что теория «этноцида» местного арабского населения поддерживается также и некоторыми странами региона и их СМИ. Например, в  аналитическом отчете «Остановятся ли иранские репрессии?… Аль-Ахваз между жаждой и революцией», опубликованным эмиратским «Центром исследований и консультаций по тенденциям» (Тhe New Trends Research and Advisory), утверждается, что иранский режим реализует программу по поощрению  миграции персов и представителей других лояльных режиму национальностей и постепенному вытеснению арабского населения, т.к. провинция  является «связующим звеном  между Ираном и соседними арабскими странами»,  а «сами они являются наименее интегрированным этническим меньшинством в Иране». Все это напомнило ситуацию 2005 г., когда было обнародовано секретное письмо, которое приписывали  вице-президенту Мухаммаду Али Абтахи, в котором содержался десятилетний план по  этнической  реструктуризации Хузестана. Отметим, что подлинность  этого документа так и не была установлена.  Кроме того, по информации распространенной МЕК, власти решили пойти на административные территориальные изменения внутри провинции. Как это уже было при  шахе Реза-шахе Пехлеви  в 1930-х годах, когда территория Арабистана была сокращена за счет соседних останов и переименована в Хузестан.  Нынешний план, принятый в Тегеране, якобы предусматривает разделение провинции Хузестан на две части, а  соответствующий законопроект, который разрабатывался в течение нескольких лет,  был уже передан для утверждения в Меджлис   15 августа с.г. Согласно  этому плану создаются два новых остана (провинции) — Южный Хузестан с центром в г. Абадан и городами Хорремшехр, Бендер-Махшехр, Омидие, Рамхормоз и др., и Северный Хузестан с центром в г. Ахваз и  прилегающими к нему шахрестанами (районами).  По мнению вышеуказанных источников, этот план направлен против единства местных арабских племен, т.к. разделение на две отдельные территории  разорвет традиционные племенные связи. Кроме того, это  позволит центральному правительству заполнить своими выдвиженцами все административные должности, а это сильно ослабит местную оппозицию и  усилит контроль над новыми провинциями.  При этом добавляется, что такой проект осуществляется в рамках «новой национальной политики», т.к. подобный проект был передан в ноябре 2020 г. в Меджлис  уже в отношении  остана Систан и Белуджистан.

Стоит отметить, что обвинения оппозиционны групп арабских СМИ в «замалчивании проблемы Аль-Ахваза» были справедливы лишь отчасти. Конечно, безусловной поддержки «интифады» на официальном уровне не последовало. Страны ССАПГЗ, прежде всего Саудовская Аравия, проявили сдержанность и осторожность. Полагают, что Эр-Рияд не стал высказываться по этой теме не без давления Вашингтона, который также не обозначил своей позиции, ограничившись расплывчатыми формулировками.  Вполне возможно, что молчание Эр-Рияда на официальном уровне связано с консультациями с иранцами по нормализации двусторонних отношений, которые имели место в Багдаде в предшествующие месяцы. Тем не менее, панарабские и региональные СМИ активно осуществляли мониторинг ситуации в Хузестане, а тема  «интифады жажды», «водной интифады»   фигурировала в сводках новостей на регулярной основе. Кроме того, ведущие газеты КСА, Бахрейна и других стран, а также  некоторые электронные арабские медиа, публиковали аналитические и редакционные статьи, в которых поднималась темы  «репрессий в отношении арабского народа Аль-Ахваза»,  борьбы за  сохранение «арабской идентичности», а также предлагались  меры по противостоянию «персидской экспансии». В этом можно убедиться, если проанализировать содержание некоторых статей региональной и общеарабской прессы за этот период.

В основном тему «интифады» поднимали саудовские и бахрейнские СМИ. Например, саудовская газета «Оказ» в статье «Сектантская политика жажды … Водная интифада» от 20 июля с.г.  отметила, что Иран находится на пороге драматических событий на фоне возможности срыва переговоров в Вене.   Панарабская  газета «Аль-Кудс аль-Араби» в статье «Искра Аль-Ахваза. Будет ли это определяющим моментом на этот раз?» от 24 июля также посчитала, что ситуация в провинции крайне взрывоопасная.   Бахрейнская газета «Аль-Ватан» в статье  «Урок Аль-Ахваза» от 26 июля с.г. писала о готовности иранского режима  использовать все виды репрессий в отношении местного населения при отсутствии вмешательства или давления со стороны международного сообщества.  При этом особо подчеркивалось, что «речь идет о национальном конфликте, а не о конфессиональном», поскольку местные арабы это шииты-джафариты, как и большинство населения Ирана. Кроме того, с сожалением отмечалось, что  страны  ССАГПЗ не сформировали определенной политической линии в отношении «узурпированного арабского региона», что  могло бы стать «козырной картой». Особенно, если страны Залива приняли бы  «проблему угнетаемого арабского народа Аль-Ахваза и его законные требования» как в политическом плане, так и в своих СМИ. По мере продолжения протестов «Аль-Ватан» от 27 июля в аналитической статье «Фарсизация Аль-Ахваза» заявила: «Иранский режим продолжает проводить политику расовой дискриминации в арабском регионе Аль-Ахваз», т.к. это связано с его планами по изменению «демографического состава региона»  и   «своего постоянного плана по уничтожению его арабской идентичности…». Вновь  был повторен  призыв к арабским странам «поддержать революцию народа Аль-Ахваза, а не отказываться от нее». Газета  «Оказ» в  статье «Аль-Ахваз …. Безразличие ООН и ЛАГ», от 27 июля с.г. предлагала поднять «проблему Аль-Ахваза» до уровня «проблемы Палестины» как «одну из острейших проблем  в отношениях между арабами и иранцами, а  возможно, даже одну из самых важных арабских проблем». Вывод был таков —  ЛАГ должна признать реальность этой проблемы в  рамках своей ответственности и мобилизовать мировое и региональное мнение среди международных организаций, особенно в ООН, а также использовать «главные международные и региональные платформы» для ее освещения.   Аналогичный  подход был продемонстрирован и в газете «Аль-Кудс Аль-Араби» в статье «О арабы, неужели вы забыли своих братьев в Аль-Ахвазе?» от 26 июля с.г. Был представлен подробный экскурс в историю Арабистана (Аль-Ахваза) , но в целом газета повторила тезисы, которые использовались в баасисткой иракской пропаганде  при Саддаме Хусейне накануне ирано-иракской войны (1980-1988 г.г.). Согласно этой версии,  «мухафаза Аль-Ахваз является продолжением юга Ирака и обширной береговой линии  Залива», а это усиливает ее принадлежность к арабскому миру. Помимо этого, местные арабы  «с их диалектом, обычаями и традициями, единой племенной и клановой реальностью» находятся под сильным культурным влиянием южных провинций Ирака.  Телеканал «Аль-Арабия» от 8 августа, призвав «поддержать арабских братьев в Аль-Ахвазе», отмечал: «Проблема не может ограничиваться только жаждой или голодом арабов в этой провинции, бывшей девяносто лет назад была исконно арабской», а является «совокупностью кризисов, которые  переживает хомейнисткий Иран».  В статье «Аль-Ахваз арабский, а не иранский» от 4 августа с.г. «Оказ» продолжила тему арабской идентичности провинции. В обширном историческом экскурсе также была представлена попытка доказать непрерывность арабской истории Аль-Ахваза от времен эламитов до окончания правления шейха Хазаля Аль-Кааби в 1925 г. По мнению газеты, вмешательство Ирана в дела Афганистана по сирийскому сценарию  через создание  шиитских  вооруженных формирований на основе бригад «Фатимиюн», подконтрольных КСИР,  а также «интифада  иранского народа, который сильно страдает от режима вилаят э-факих  и разногласий внутри шиитского духовенства (конфликта мулл) станут   множественными факторами распада иранского государства Хомейни…. как государство Сефевидов пало в 1722 г. от рук афганцев в результате аналогичных обстоятельств…».

Кроме того, в газете «Оказ» было опубликовано 2 сентября с.г. интервью с Митхаком Абдаллой – лидером движения «Авангард возрождения за освобождение Аль-Ахваза», (the Renaissance Pioneers Movement for the Liberation of Al-Ahwaz, RPMLA). Эта группа также была малоизвестна до недавнего времени.  М.Абдалла подтвердил ее лояльность Саудовской Аравии и непримиримость к Ирану как к «спонсору глобального терроризма». Он сообщил, что  RPMLA находится  в процессе принятия серьезных мер «перед лицом жестокой персидской оккупации»  и стремится «достичь  сбалансированного сдерживания  агрессии иранского режима».  Саудовская газета «Аль-Йоум» также  предоставила  7 сентября  с.г. интервью с  другим представителем оппозиции —  Насером Азизом, который был заявлен как один из активистов  ASMLA и лицо близкое к ее руководству. Он отметил, что летние протесты не привели к положительным изменениям, как это ожидалось, по целому ряду причин, в частности из-за личных эгоистичных интересов некоторых лидеров оппозиционных групп. Относительно молчания международного сообщества он выразил общую точку зрения,  что экономические интересы, а не права человека, в отношениях с Ираном стоят на первом месте у стран Запада.  По его мнению,  ЕС и США, особенно демократы, имеют множество файлов, которые связывают их с иранских режимом. «Когда к власти приходит демократ, он помогает консолидации иранского режима», — отметил Н.Азиз.  Он вновь подчеркнул, что все оппозиционные группы арабов-ахвази крайне нуждаются в сплоченности. При этом он признал успехи иранских спецслужб, сумевших внедрить своих агентов в их ряды.  В тоже время Н.Азиз выразил надежду, что скорое освобождение, по его словам, лидера  ASMLA Хабиба Джабера,   в течение следующих двух месяцев из датской тюрьмы  станет новым этапом их  совместной борьбы.

Несомненно, недавние протесты в Хузестане явились серьезным вызовом для нового руководства Ирана. На данном этапе удалось «отыграть» ситуацию с минимальными для себя последствиями. Попытки оппозиции распространить волнения в других национальных провинциях и вывести их на общеиранский уровень закончились неудачей.    Одной из причин, как уже говорилось, отсутствие единства в движениях арабов-ахвази, которые и так были сильно ослаблены успешными операциями иранских  спецслужб.  Кроме того, Раз Зиммт, специалист по Ирану (Института исследований национальной безопасности, Тель-Авивский университет), полагает, что протесты имели больше социальный и экономический характер, а не этнический. В основном требования касались устранения дискриминации по национальному признаку и решению экономических и социальных проблем провинции, а не выхода из состава Исламской Республики. По его мнению,  «балканизация» Ирана в ближайшее время маловероятна, как и изменения политического статуса Хузестана. Поскольку «даже среди критиков иранского режима — наблюдается значительная чувствительность к сепаратистским тенденциям, особенно к любым внешним попыткам поощрения этнической сегрегации, которые могут подорвать территориальную сплоченность Ирана и привести к его распаду». Тем более, на протяжении всей своей истории страна не являлась моноэтническим государством, а многонациональной империей, в отличие от «большинства  арабских национальных государств, границы которых были сформированы западными державами после Первой мировой войны». Поэтому многие иранцы  не всегда однозначно определяют свою этнокультурную идентичность.

Тем не менее,  внутренний национальный вопрос  остается для Тегерана  одним из самых болезненных. Нынешняя эскалация между Ираном и Азербайджаном в приграничных районах возникла не только в результате смены вектора ориентации на Турцию (широкомасштабная внутренняя операция спецслужб Азербайджана против «проиранских элементов» тому пример) или растущего  военно-политического присутствия Израиля. Власти Ирана крайне внимательно относятся к протестному потенциалу своего азербайджанского населения. Именно иранские азербайджанцы, составляющие большинство населения в северо-западных останах Ардебиль, Восточный Азербайджан и Западный Азербайджан, во время последних по времени  волнений в Хузестане  стали второй по численности национальной группой Ирана, которая активно выразила свою солидарность с арабами-ахвази. Кроме того, социально-политическая ситуация в стране по-прежнему остается сложной. До сих пор в провинциях продолжаются отдельные социальные выступления и забастовки, которые могут перерасти в новую волну протестов.  Согласно некоторым экспертным оценкам, власти не смогут, несмотря на все предвыборные обещания, восстановить эффективно инфраструктуру водоснабжения  в ближайшее время, особенно в условиях санкций.  Для внутренней стабильности ИРИ это чрезвычайно  опасно, т.к. эти проблемы затрагивают все слои иранского общества без исключения. Поэтому очередная экологическая катастрофа, от которой страна не застрахована, может объединить  все оппозиционные группы  под одним общим знаменателем. Ситуация очень настораживает, если учитывать особенности региона и стихийность происходивших в нем процессов, которые приводили к серьезным геополитическим изменениям. При определенном ходе событий и целенаправленном «иностранном содействии»  очередная «интифада жажды» может вполне перерасти в  «иранскую весну». Однако стремление некоторых политических противников Ирана сделать национальный вопрос, особенно «проблему Аль-Ахваза», одним из пунктов переговоров по СВДП или механизмов давления на Тегеран,  является не самым лучшим решением,  т.к. разжигание конфликтов на национальной почве (пример Ирака налицо) может еще в большей степени стать дестабилизирующим фактором для региона, чем само продолжение иранской ядерной программы.

52.6MB | MySQL:104 | 0,312sec