О контроле «Хайят Тахрир аш-Шам» над экономикой Северо-Западной Сирии

Базирующийся в Турции сирийский Центр операций и экономики опубликовал доклад, посвященный проблемам построения экономической модели в Идлибе под руководством экстремистской организацией «Хайят Тахрир аш-Шам»    (ХТШ, запрещена в России). В нем констатируется за последние четыре года ХТШ провела нескольких изменений и сдвигов в своих идеологических и военных структурах, поскольку ее руководство работает над превращением организации из фракции глобального движения джихада в де-факто местную военную и руководящую власть на северо-западе Сирии с целью занять место за столом политических переговоров в качестве международно-признанного политического и военного субъекта. Этот сдвиг вынуждает ХТШ искать источники финансирования, отличные от «Аль-Каиды» (запрещена в России) и ее доноров; следовательно, ХТШ начала свой медленный, но неуклонный захват экономики на северо-западе страны. Самые ранние попытки ХТШ получить доходы от контролируемых территорий были в основном ограничены добычей, захваченной у режима и оппозиционных фракций, которая оценивается, по меньшей мере, в 149 млн долларов США, к началу 2018 года. ХТШ также получила, по меньшей мере, 94 млн долларов США в рамках ряда сделок по обмену пленными с несколькими организациями, включая правящий сирийский режим, Иран, правительство Ливана и правительство Италии. Кроме того, от семей заключенных в тюрьмах режима были получены неизвестные суммы, выплаченные в обмен на включение требований об освобождении этих заключенных в вышеупомянутые сделки. Наряду с выкупами за похищения, ХТШ потребовала выплаты от Ирана и ливанской  «Хизбаллы» в обмен на тела их бойцов, погибших в бою. Поскольку ХТШ утвердилась в Сирии, особенно на северо-западе страны, ее командиры искали различные источники доходов. С 2013 года ХТШ, известная тогда как «Джебхат ан-Нусра», начала обследовать исторические места, создавая крупные сети для контрабанды и торговли артефактами. Примерно в то же время ХТШ начала захватывать дома и имущество тех, кого они назвали «отступниками и шабихой», — расплывчатое обвинение, охватывающее христиан и гражданских лиц, связанных с режимом Башара Асада. Расследование этого вопроса показало, что ХТШ конфисковала сотни объектов недвижимости, принадлежащих перемещенному христианскому населению городов, в том числе, по меньшей мере, 550 домов и магазинов в городе Идлиб, в период с конца 2018 по конец 2019 года. Фактически, согласно сообщениям, с 2015 года ХТШ захватила все имущество, принадлежащее христианам в городе Идлиб и всех других крупных городах провинции. В настоящее время в Идлибе осталось три христианские деревни (Яакубия, Канья и Джадида в западной сельской местности Джиср-эш-Шугур). Однако в крупных городах, в частности в городе Идлиб, где раньше проживало более 3000 христиан, в основном государственных служащих, их не осталось. Фактически, согласно свидетельствам местных активистов и экспертов по Идлибу, из, в общей сложности 10 000 христиан в провинции до 2011 года, осталось только 200. Захват христианской собственности может быть не совсем религиозным предубеждением, тем более что ХТШ продолжает менять свою идеологическую позицию по ряду вопросов. Этот  захват собственности связан не с идеологией; скорее, речь идет о легких мишенях для идеологически оправдываемых (для последователей ХТШ и широких слоев населения) актов грабежа. В последнее время ведутся дискуссии о религиозной «терпимости» в ХТШ, особенно о терпимости к христианам, которая, как полагают, является скорее прагматичной «маркетинговой уловкой» для международного пиара (в том числе в США) «новой, улучшенной и умеренной ХТШ», а не фактическим показателем появления действительно толерантной идеологии.  В сентябре 2020 года ХТШ расширила эту практику и конфисковала около 500 объектов недвижимости по всей провинции Идлиб, принадлежащих военнослужащим сирийской правительственной армии, сотрудникам сирийского правительства и членам партии «Баас». Захваченное имущество обычно распределяется в качестве «бонусов» для командиров групп. ХТШ были введены сборы на контрольно-пропускных пунктах для гражданских лиц, транспортных средств и товаров. ХТШ также вынудила фермеров и владельцев бизнеса выплачивать ежегодные суммы закята («милостыни»), размер которых варьируется от одной общины к другой. Эти суммы закята первоначально были введены и собраны религиозной полицией ХТШ, известным как «Саваед аль-Хайр»; позже эта ответственность была возложена на Департамент закята сформированного ХТШ Правительства спасения Сирии (SSG). Наиболее значительный сдвиг в экономической политике ХТШ произошел в июле 2017 года, когда ее силы захватили контрольно-пропускной пункт Баб эль-Хава, один из крупнейших источников дохода в Северо-Западной Сирии и особое стратегическое приобретение с точки зрения отношений с Турцией. В ноябре того же года ХТШ сформировала Правительство спасения Сирии (SSG) под видом создания эффективного технократического органа для управления контролируемой территорией. Однако более чем за три года своего существования SSG является не более чем инструментом для обеспечения «правовых» и административных рамок для захвата ХТШ экономики и ресурсов региона. Этот орган  также является козлом отпущения за преступления и жадность группы — как это было в ноябре 2019 года, когда исполнительный орган SSG подал в отставку после волны протестов жителей и активистов по всему Идлибу в связи с ухудшением условий жизни и ростом налогов и сборов. Усилия SSG по регулированию услуг и секторов вместо того, чтобы уделять внимание потребностям местного населения, пострадавшего от гуманитарных и экономических кризисов, в основном были сосредоточены на обеспечении контроля и монополии ХТШ и ее партнеров во всех аспектах жизни и экономики на северо-западе Сирии.

Согласно нескольким источникам из Идлиба и экспертам захват ХТШ экономики Северо-Западной Сирии был спланирован и управляется ее представителем Мустафой Кадидом. По информации местных журналистов и активистов по Кадид неоднократно упоминался как «вдохновитель» большинства (и, по некоторым данным, всех) финансовых и экономических решений и действий, принятых ХТШ за последние несколько лет. Некоторые считали его агентом сирийского режима, в то время как рассказы других изображают его хитрой, жестокой, мифической фигурой, способной на все и вся. Как и у большинства высокопоставленных и противоречивых командиров ХТШ, нет фотографий или интервью с Кадидом, но, тем не менее, он является вездесущей фигурой в этой конкретной области. Несмотря на окружающую его тайну и мифологию, известны его биографические  данные.

Мустафа Кадид, известный как Абу Абд ар-Рахман аль-Зирбех, является командиром ХТШ и близким соратником ее лидера Абу Мухамеда аль-Джулани. Кадид, который начинал как пекарь с начальным образованием, родом из Даркуша, города, расположенного на северо-западе Идлиба у  сирийско-турецкой границы. Считается, что он присоединился к «Джебхат ан-Нусре» в 2012 году в качестве водителя Абдула Рахима Аттуна, одного из ведущих священнослужителей «Аль-Каиды». Он поднялся по служебной лестнице и стал одним из самых влиятельных командиров в «Джейш аль-Фатх», военном альянсе между «Джебхат ан-Нусрой» и рядом исламистских, джихадистских и оппозиционных группировок—в основном «Ахрар аш-Шам» и «Джунд аль-Акса», которые захватили город Идлиб у режима Асада и контролировали части провинции в период с марта 2015 года по январь 2017 года. Местные активисты, которые пережили правление Кадида в качестве одного из командиров, контролировавших город Идлиб, рассказали много историй, демонстрирующих, что он стал известен как деспотическая фигура, которая без колебаний убьет, заключит в тюрьму или подвергнет пыткам любого, кто встанет на его пути или будет возражать против любого из его решений. На самом деле Кадид организовал несколько кампаний по аресту и запугиванию активистов СМИ в попытке заставить замолчать любую форму оппозиции. Затем Кадид был назначен главой «Экономического отдела» в ХТШ. Этот орган не зависит от Министерства экономики и ресурсов SSG, которое в основном занимается защитой прав потребителей; «Экономический отдел» является наиболее влиятельным экономическим органом в Идлибе. Будучи главой отдела, Кадид основал компанию по обмену наличных и денежных средств под названием «Аль-Васит», возможно, с капиталом в более чем 30 млн долларов США, собранных в основном за счет лицензионных платежей, взимаемых со всех, кто работает в секторе обмена валюты в Идлибе, и конфискованных ряда официальных зданий и общественной собственности. Чтобы формализовать контроль ХТШ над финансовым сектором, она сформировала Главное валютное агентство по управлению денежными средствами и защите прав потребителей в 2017 году под руководством Кадида, а затем превратила «Аль-Васит» в Sham Bank в 2018 году. Кадид был выбран аль-Джулани в качестве командира, отвечающего за Орган управления пересечением, сформированный в 2017 году, для управления КПП Баб-эль-Хава и последующими сирийскими и турецкими переходами, которые будут контролироваться ХТШ в Северо-Западной Сирии. Основываясь на интервью с местными экспертами и журналистами, Кадид, как полагают, использовал этот контроль для развития широкой сети связей в военном, разведывательном и экономическом секторах во всех районах контроля сирийского режима и правительственной армии, а также Турции, включая ключевых командиров и бизнесменов, связанных с 4-ой дивизией Махера Асада. Считается также, что он отвечает за переговоры с 4-ой дивизией в отношении открытия новых контрольно-пропускных пунктов с районами, контролируемыми Дамаском, в Идлибе. После турецкой военной  операции «Оливковая ветвь» в январе 2018 года, в результате которой Турция и ее прокси захватили Африн, что привело к выводу курдских сил из этого района и прервали импорт топлива из районов, подконтрольных «силам демократической Сирии (СДС), Кадид создал компанию Watad Petroleum, что позволило ХТШ монополизировать торговлю нефтью и нефтепродуктами на северо-западе Сирии. В процессе захвата и расширения экономических возможностей на северо-западе Сирии, по словам активистов и гражданских лиц в провинции Идлиб, Кадид, который использовал силу и угрозы, похищения и убийства, чтобы заставить других инвесторов в регионе предоставить ему значительную долю своего бизнеса и сформировал сеть лояльных «бенефициаров». Считается, что эта сеть отвечает за контрабандные операции через неофициальный контрольно-пропускной пункт Доррие в Турции. Эта сеть партнеров позволила Кадиду создать целую экономическую систему в интересах аль-Джулани и небольшого круга его близких соратников, охватывающую все аспекты инвестиций и торговли в Северо-Западной Сирии; захват пекарен, присвоение финансовых услуг, импорт продуктов питания из Турции и открытие ресторанов, интернет-кафе и других средних и малых предприяти по всей Северо-Западной Сирии. Несмотря на информацию о том, что Кадид был заменен аль-Мугирой, командиром ХТШ, который, по слухам, является зятем аль-Джулани, последние данные свидетельствуют о том, что Кадид по-прежнему отвечает за экономику ХТШ, поскольку он остается ее главным  представителем на недавних переговорах с Дамаском и Москвой относительно возобновления коммерческих переходов в Идлибе.

Контрольно-пропускные пункты с Турцией и сирийским режимом на северо-западе Сирии

КПП с зонами контроля силами сирийского режима и Турцией считаются наиболее важными и основополагающими аспектами финансовой империи ХТШ в Северо-Западной Сирии, как с точки зрения стратегического значения, так и с точки зрения получения доходов. В июне 2017 года ХТШ захватила КПП  Баб-эль-Хава — самый важный гражданский, гуманитарный и коммерческий пункт пересечения границы с Турцией — после вооруженных столкновений с «Ахрар аш-Шам», которая в конечном итоге покинула этот район. Как только ХТШ захватила этот пограничный переход, Турция объявила, что ограничит перемещение негуманитарных товаров, поскольку этот пункт перешел под контроль «террористической организации». С тех пор турецкая сторона на КПП проводит тщательные проверки непродовольственных товаров, в поисках запрещенных предметов, таких как коммерческие беспилотники. Чтобы обойти это турецкое эмбарго, ХТШ сохранила прежнюю гражданскую власть над КПП, но назначила одного из своих командиров для неофициального «управления» им через свою Общую администрацию пересечений, созданную и контролируемую Мустафой Кадидом. В марте 2019 года ХТШ уволила гражданского директора КПП Халеда аль-Баррада, известного как Саджид Абу Фирас, и назначила на этот пост его бывшего заместителя Мухаммеда Зайнуддина; кроме того, в рамках Общей администрации пересечений был назначен новый внутренний чиновник для неофициального надзора за КПП. Официальный представитель ХТШ, известный как аль-Мугира, назначенный Кадидом, стал ответственным за установление таможенных тарифов на коммерческие товары и сбор поступлений от сборов, взимаемых с грузовиков, движущихся через КПП. Доходы от КПП Баб эль-Хава оцениваются в 10-15 млн долларов США в месяц. В дополнение к КПП Баб эль-Хава, ХТШ в настоящее время контролирует КПП Газавия с районами Африна под контролем турецких прокси и КПП Доррия с Турцией, неофициальный пункт, через который ХТШ осуществляет контрабандные операции с людьми и товарами. Здесь следует отметить, что ХТШ не имеет никакого присутствия на двух других официальных пунктах пересечения границы с Турцией: военном пункте в Кафр-Лучине и гуманитарном пункте в Атмехе, оба из которых контролируются и управляются Турцией и ее главным сирийским союзником в лице организации  «Файлак аш-Шам».

До наступления правительственных сил   в декабре 2019 года ХТШ контролировала значительное количество КПП с подконтрольными Дамаску территориями, включая Морек, Абу-Дали и Калаат аль-Madiq в Хаме (которые были закрыты властями в августе 2019 года), и Эль-Мансуре и Эль-Эис в Алеппо (которые были закрыты властями в феврале 2020). С тех пор ХТШ пытается вновь открыть другие КПП на линиях разграничения  с режимом Асада. В апреле 2020 года ХТШ объявила об открытии КПП в Маарат-Наасане для оживления экономики Идлиба. Это решение вызвало гневные протесты некоторых местных боевых групп сопротивления, которые были жестко подавлены. В конце концов, турецкие силы в этом районе возвели земляные насыпи, чтобы помешать проезду грузовиков, вынудив ХТШ объявить о решении отложить открытие КПП на неопределенную дату. В ноябре 2020 года руководство контрольно-пропускных пунктов ХТШ подтвердило через свой Telegram-канал, что «будет открыт коммерческий переход между районами оппозиции и районами, контролируемыми силами Асада, между городами Сармин и Саракиб». Объявление об открытии КПП в Саракибе было сделано после нескольких раундов переговоров между ХТШ, представителями режима и российскими военными. Хотя Турция не участвовала в переговорах, источники, близкие к ХТШ, сообщили, что на протяжении всего процесса между ХТШ и Турцией проводились длительные и постоянные консультации. Руководство КПП указало в заявлениях, распространяемых через его Telegram-канал, что целью открытия является активизация экономической деятельности и рынков в целях улучшения условий жизни на северо-западе Сирии. Они утверждают, что открытие КПП поможет увеличить прибыль фермеров, что, в свою очередь, позволит получить больше ресурсов для обработки их земель в следующем сезоне. Ссылаясь на острую нехватку лекарств в Идлибе, они далее подчеркивают, что пересечение границы позволит импортировать срочно необходимые лекарства и предметы медицинского назначения. В заявлениях содержались призывы к торговцам и владельцам малых, средних и крупных предприятий увеличить свою коммерческую активность и импортировать товары с целью сокращения незаконных контрабандных операций, которые описываются как возможности, позволяющие «предателям и агентам режима» проникнуть в Северо-Западную Сирию. Орган по управлению пересечениями призвал торговцев, которые планируют импортировать товары из районов под контролем Дамаска, координировать свои действия с Экономическим управлением пересечения Саракиба, чтобы получить необходимые разрешения, настаивая на том, что пересечение КПП Саракиба является строго коммерческим, и они «никогда не позволят гражданским лицам проходить в районы Асада и из них». Это противоречит утверждениям в СМИ что контрольно-пропускной пункт является как коммерческим, так и гуманитарным, ослабляя экономическое давление на Идлиб и позволяя гражданским лицам «возвращаться в свои деревни и города, чтобы жить и обрабатывать свои земли, в дополнение к предоставлению студентам доступа в свои школы и университеты». Несмотря на отсутствие прозрачности и информации о доходах, собираемых с каждого КПП, они оцениваются в миллионы долларов каждый месяц. Орган управления переходами ХТШ ввел пошлины на все, что проходит через эти КПП, за исключением фруктов и овощей, следующих в Турцию, а недавно и на муку и пшеницу, которые поступают в Северо-Западную Сирию. Сборы варьируются от 3 до 7 долларов США за каждую тонну товара, в зависимости от типа товара. После завершения транзитного процесса водители грузовиков получают квитанцию с указанием суммы, которую они заплатили за проезд через контрольно-пропускные пункты в Северо-Западной Сирии. При этом с них  взимают  дополнительные, хотя и меньшие сборы непосредственно персонал КПП. Руководство КПП даже ввело плату в размере 500 долларов США за каждую единицу сельскохозяйственной уборочной техники, вывезенной из провинции Идлиб во время огромной волны перемещения населения в результате наступления правительственных сил в начале этого года. КПП с территориями под управлением Дамаска, в частности, являются жизненно важным источником дохода и стратегического сотрудничества для ХТШ, и в частности для Мустафы Кадида, который развил сеть торговых отношений с 4-ой дивизией Махера Асада и сотрудниками Ходра Абу Али, партнера президента САР Асмы Асад в Emma Tel. ХТШ стремится восстановить постоянный поток наличных денег, который оценивается в сотни тысяч долларов США ежемесячно за пересечение границы. По словам бывшего командира ХТШ,  ее доход только от пересечения КПП Морека составлял около 800 000 долларов США в месяц, в то время как их доход от КПП Абу Дали, Калаата аль-Мадика и Аль-Эйса составлял около 1,5 миллиона долларов США в месяц вместе взятых. Задержки с открытием переходов между ХТШ и режимом вполне могут быть вызваны вмешательством Турции. Хотя Анкара, похоже, дала HTS разрешение для достижения взаимопонимания с Дамаском в отношении открытия КПП Саракиб, она также, похоже, пытается использовать этот момент в качестве карты давления, чтобы усилить свою переговорную позицию с Россией.

Валютное агентство и банк

В мае 2017 года ХТШ объявила о создании Главного валютного агентства по управлению денежными средствами и защите прав потребителей с целью «регулирования обменных операций и предотвращения монополизации и манипулирования валютными курсами в провинции Идлиб». Как и в подавляющем большинстве учреждений SSG, в настоящее время отсутствует доступная информация о структуре Агентства, его членском составе или регулирующих законах. Эта двусмысленность является стандартной для ХТШ и SSG, чтобы адаптировать законы и указы в интересах их и их филиалов в любой нужный момент. Однако те положения документов  Агентства, которые до сих пор были обнародованы через его Телеграмм-канал, показывают, что они почти дословно взяты из денежно-кредитного законодательства Саудовской Аравии. Что касается руководства Агентства, то пока о нем ничего не известно, кроме того, что оно находится под контролем Мустафы Кадида. С момента своего создания в 2017 году роль Агентства ограничивалась принуждением компаний «хавала» и «биржа» платить неуказанные сборы. Здесь следует отметить, что, за исключением тех, кто работает в сфере обмена наличных и бизнеса в системе «хавала», очень немногие из опрошенных жителей провинции Идлиб знают об Агентстве и его работе. В июне 2020 года SSG объявила, что заменит сирийский фунт (SYP) турецкой лирой (TL), чтобы стабилизировать рынки, пострадавшие от сильного обесценивания SYP. В течение нескольких дней после объявления в провинцию начали поступать большие объемы турецкой валюты, в основном через отделение Турецкой почтово-телеграфной организации (PTT) в Африне, и SSG начала устанавливать цены и выплачивать заработную плату в TL. Неизвестные суммы турецкой валюты, поступившие в Северо-Западную Сирию, оказались в  банке ХТШ в городе Идлиб. Sham Bank был создан в июне 2018 года, когда ХТШ превратила «Аль-Васит», свою собственную компанию в системе «хавала» в городе Идлиб, в этот банк, предназначенный главным образом для получения денежных переводов Watad Petroleum, еще одного дочернего предприятия ХТШ. В течение 2018-2019 годов Sham Bank покупал доллары США и SYP и продавал только SYP и TL. И этот банк, и Агентство взяли на себя более активную роль после перехода на TL. В течение июня–июля 2020 года Агентство издало несколько указов:

запрет на денежные переводы между районами под управлением Дамаска и Северо- Западной Сирией;

запрет компаниям по обмену наличных и «хавале» предоставлять клиентам наличные в любой валюте, отличной от валюты отправляющего офиса;

требование, чтобы все компании по обмену наличных и «хавалы» в Северо-Западной Сирии получили надлежащее лицензирование от Агентства покупки SYP в Северо-Западной Сирии Агентство опубликовало список всех лицензированных и одобренных предприятий по переводу и обмену наличных денег в Северо-Западной Сирии, разделенных на три категории:

Категория A, в настоящее время состоящая из 20 компаний, имеющих лицензию на предоставление услуг по доставке, «хавале» и обмену валюты.

Категория B, в настоящее время состоящая из 28 компаний, имеющих лицензию на предоставление услуг только в системе «хавала» и обмен валюты.

Категория C, в настоящее время состоящая из 33 компаний, имеющих лицензию на предоставление только услуг по обмену валюты.

Источники, работающие в сфере обмена наличных и «хавалы», жаловались, что условия лицензирования Агентства очень жесткие и эксплуататорские. Эти условия включают в себя принуждение предприятий, желающих получить лицензию, вносить 25% своего капитала в Sham Bank на весь период действия лицензии, который должен продлеваться каждые 6 месяцев. Источники пояснили, что эти меры установлены Агентством для ограничения рынка движения наличных средств небольшой группой трейдеров и бизнесменов, связанных или работающих с ХТШ. Sham Bank стал основным источником турецкой валюты в Идлибе, особенно для небольших номиналов. Благодаря процессу Валютного агентства по регулированию финансовых услуг Идлиба, Sham Bank стал ключевым игроком в установлении условий для обмена наличных денег и бизнеса в «хавале», включая установление обменных курсов долларов США, которые эти предприятия обязаны соблюдать. В настоящее время банк является основным источником турецкой валюты в Северо-Западной Сирии для системы «хавала» и обмена валюты. Граждане в районах ХТШ за пределами города Идлиб могут получить турецкую валюту в размере до 5000 TL через пункты обмена валюты. Немногие жители Идлиба совершают поездку в Африн, чтобы получить турецкую валюту через PTT; некоторые могут получить ее путем денежных переводов из Африна в компанию «хавалы» в Идлибе, в том числе люди, работающие в организациях, базирующихся в Турции.

Монополия на производные нефти и газа

Имеется мало информации о происхождении, структуре и внутренней работе нефтяной компании Watad Petroleum. Считается, что она была создана Мустафой Кадидом в январе 2018 года после операции «Оливковая ветвь». Неясность, связанная с происхождением и владельцами Watad Petroleum, считается одной из тактик Кадида, направленных на то, чтобы обойти антитеррористические правила и обеспечить согласие Турции на ее монополию. Компания начала импортировать производные нефти через турецкую компанию MT сразу после своего образования; первая партия поступила в Северо-Западную Сирию 7 февраля 2018 года. Быстрый рост компании, которой были оперативно предоставлены эксклюзивные права на импорт нефтепродуктов и газа из Турции в Северо-Западную Сирию, подтверждает мнение о том, что она имеет тесные связи с ХТШ и ее командирами. Еще одним подтверждением этой связи является тот факт, что службы безопасности ХТШ арестовали одного из ее командиров  Хайрата Абу Абд аль-Азима после того, как он встал на сторону местных владельцев нефтеперерабатывающих заводов в Маарат Наасан, которые противостояли попыткам Watad Petroleum захватить их бизнес. Кроме того, контракты, подписанные  между компанией и более мелкими торговцами, которые продают ее импорт, включают положения применения штрафов и отзыва их лицензий на торговлю в Северо-Западной Сирии, если они нарушат условия своих соглашений с ней; это означает, что компания обладает серьезной формой исполнительной власти. Согласно информации, полученной полевыми исследователями, ХТШ также отклонила десятки заявок на лицензирование от местных и турецких трейдеров, стремящихся импортировать и распространять нефтепродукты в Северо-Западной Сирии.  В дополнение к правам на импорт европейских нефтепродуктов Watad Petroleum также получила от SSG эксклюзивные права на регулирование цен и всех других аспектов продажи и распределения производных газов и нефти в регионе, в дополнение к правам на переработку большей части сырой нефти, добываемой на северо-востоке Сирии. По словам трейдеров, имеющих дело с Watad Petroleum, компания требует, чтобы все средства от покупки ее продуктов были депонированы в Sham Bank .

Копания Watad Petroleum состоит из четырех подразделений:

Основное подразделение, Watad Fuels, отвечает за импорт и продажу нефтепродуктов.

Второе подразделение отвечает за закупку и переработку сырой нефти в дизельное топливо и бензин.

Третье подразделение получает газовые баллоны, а затем распределяет их по трем центрам, работающим по контракту с компанией

Четвертое подразделение управляет принадлежащими компании автозаправочными станциями «Аль-Салам» на северо-западе Сирии.

Информация, просочившаяся из Watad Petroleum в июне 2019 года, показывает, что  ежемесячная чистая прибыль компании составила 1,67 млн долларов США. Монополия этой компании, наряду с обесцениванием и волатильностью SYP и его преемника TL, привела к тому, что цены на топливо и газ взлетели выше средств подавляющего большинства населения, достигнув 5,10 TL за литр бензина, 5 TL за литр дизельного топлива и 73 TL за баллон газа в ноябре 2020 года. Это усугубило ситуацию наряду с тем фактом, что монополия Watad Petroleum  закрыла сотни малых предприятий торговцев нефтепродуктами по всей Северо-Западной Сирии, в результате чего семьи потеряли свои доходы. Чтобы обойти растущее народное недовольство и подорвать обвинения в рыночной монополии и алчности, в декабре 2020 года были созданы две другие компании по производству нефтепродуктов в Идлибе (компания Kaf) и в западной сельской местности Алеппо (Аl-Shahba). Оба продают свою продукцию всего на 2-5 турецких курушей (1 турецкая лира = 100 курушей) меньше, чем Watad Petroleum, несмотря на то, что цены в районах контролируемых протурецкой  Сирийской национальной армии на 25-35 курушей ниже, чем цены Watad Petroleum, что делает районы под контролем ХТШ самыми дорогими с точки продажи нефтепродуктов в стране. Хотя компания Kaf заявляет на своем веб-сайте, что она была создана в 2019 году, в отчетах указывается, что она была зарегистрирована в 2018 году. Однако до 1 декабря 2020 года, когда компания открыла свою первую заправочную станцию в Сармаде, не было отмечено никаких признаков какой-либо ее коммерческой деятельности. Несмотря на утверждения о  том, что и Kaf, и Аl-Shahba являются независимыми и частными (Kaf принадлежит трейдеру из Хазана, а Аl-Shahba  -т рейдеру из Дарет Изза), в сообщениях из Идлиба утверждается, что на самом деле они в конечном итоге принадлежат и управляются Мустафой Кадидом и компанией Watad Petroleum.

 Монополия на интернет и телекоммуникационные услуги

23 ноября 2019 года SSG издала административный приказ, требующий, чтобы интернет-провайдеры в Идлибе прекратили свою деятельность и предоставления  услуг до тех пор, пока они не «согласуют» свои действия с офисами SYR Connect в Сармаде. SYR Connect была еще одной компанией, созданной в Идлибе неизвестными сторонами, предположительно аффилированными с ХТШ, которой затем SSG предоставила монополию на этот жизненно важный сектор. Компания имеет исключительные права выступать в качестве единственного поставщика и дистрибьютора интернет-пакетов и услуг в Северо-Западной Сирии. Затем SYR Connect расширила сеть волоконно-оптических кабелей, установив собственные серверы и оборудование. Административный приказ требовал, чтобы «координация» между поставщиками и SYR Connect была достигнута к 28 ноября 2019 года, всего через пять дней после того, как был издан указ, и те, кто этого не сделает, рисковали своей юридической ответственностью. Но в приказе не указывалось, что такое «координация» или «юридическая ответственность», и он не был опубликован на веб-сайте SSG. Это стало способом действия SSG и ХТШ в отношении спорных правил; они издают указ, ждут и смотрят, как люди отреагируют, а затем либо продолжают выполнять указ, либо — если столкнутся с гневной реакцией — отрицают, что когда-либо что-либо издавали. Большинство интернет-провайдеров в Северо-Западной Сирии проигнорировали ноябрьский указ. Однако в январе 2020 года им снова было приказано координировать свои действия с SYR Connect. У этого второго указа, по-видимому, было больше силовой составляющей, чем у первого; в результате второго приказа интернет-субподрядчики в Идлибе расторгли свои контракты с турецкими компаниями и начали работать через SYR Connect. По словам инженера, который тесно сотрудничал с компанией, SYR Connect не смогла выжить из-за финансовых, технических и административных проблем, и в 2020 году компания была интегрирована в Отдел регулирования телекоммуникаций SSG. Департамент регулирования телекоммуникаций (TRD), созданный в марте 2019 года, но практически не работающий до ноября 2019 года, регулируется Законом о телекоммуникациях. Согласно закону, TRD состоит из административного и исполнительного органа, связанного с Департаментом по техническим вопросам, бюро лицензирования, юридического бюро и судебного управления для выявления нарушений и регулирования юридических обязательств. Закон о телекоммуникациях также предусматривает создание дочерней «Общей телекоммуникационной корпорации», мандат которой включает:

создание, эксплуатацию и управление сетями связи общего пользования.

предоставление услуг связи бенефициарам.

регулирование и определение цен и тарифов на телекоммуникационные услуги, предоставляемые получателям.

Он запрещает создание, эксплуатацию, управление или предоставление государственных или частных сетей связи и услуг, если поставщик не получил лицензию от TRD. Закон предоставляет TRD право издавать инструкции, определяющие типы, руководящие принципы и технические условия для создания и эксплуатации частных сетей. Он запрещает соединение частных сетей связи друг с другом — как в случае на севере Сирии, посредством договоренностей между поставщиками интернет-услуг (субподрядчиками из турецких компаний) — без получения письменного разрешения TRD и после заключения контрактов между поставщиками услуг в соответствии с его инструкциями. Закон требует, чтобы заявители, желающие предоставлять интернет-услуги в Северо-Западной Сирии, получали лицензии и предоставляли данные о своих финансовых возможностях: источниках финансирования, их основе для ценообразования и расчета предлагаемых услуг, предлагаемых видах услуг и географическом районе, который они охватывают, технологии, используемые службой, и конкретных местах расположения оборудования для предоставления услуг. Закон также предоставляет TRD право отказать лицензиатам, если будет установлено, что новый лицензиат может привести к изменению рыночного баланса. Закон не ограничивается регулированием поставщиков услуг, но также и оборудования, импортируемого для предоставления услуг. Закон включает в себя набор штрафных санкций и штрафов для тех, кто его не соблюдает. Штрафы варьируются от 200 до 15 000 долларов США с дополнительными штрафами, включая угрозы тюремного заключения.

В середине сентября 2020 года турецкое правительство по неизвестным причинам заблокировало оптоволоконный интернет-сервис. Затем TRD расширила свою сеть для предоставления беспроводного интернета, позволив провайдерам устанавливать новые передатчики и приемники беспроводного интернета вблизи границ Турции и работать в сети Департамента. По оценкам экспертов в этой области, в Северо-Западной Сирии насчитывается около 22 000 сетевых шлюзов, из которых почти 14 000 принадлежат TRD. В дополнение к предоставлению доступа в интернет, TRD управляет и обслуживает телефонные станции в Северо-Западной Сирии, особенно те, которые предоставляют услуги DSL (цифровая абонентская линия). По словам эксперта сектора, который тесно сотрудничал с TRD, ежемесячные операционные расходы сектора составляют около 50 000 долларов США, в то время как ежемесячная чистая прибыль составляет 15 000 — 20 000 долларов США и, как ожидается, достигнет 50 000 долларов США в ближайшие месяцы. Нынешний экономический кризис остается основной причиной низкой прибыли; однако TRD продолжает инвестировать и расширять сектор, который остается одной из наиболее важных инфраструктур в Северо-Западной Сирии.

Выводы

Трансформация ХТШ, начавшаяся в июле 2016 года, из сирийского отделения «Аль-Каиды» в якобы независимую военную и политическую власть де-факто, контролирующую большую часть Идлиба и западного Алеппо, сместила фокус организации и ее лидеров на получение устойчивых потоков доходов помимо пожертвований, грабежей, военной добычи, выкупов и обеспечения соблюдения закята. Хотя этот сдвиг совпал с образованием SSG, ее стратегии и инструменты экономического поглощения были и остаются в значительной степени независимыми от него. Вместо того, чтобы возглавлять экономику ХТШ, SSG является скорее инструментом, обеспечивающим ей  «юридическое» и административное прикрытие. «Захват» фактически начался в июне 2017 года, когда ХТШ получила контрольно-пропускной пункт Баб-эль-Хава на границе с Турцией, что впоследствии привело к формированию Органа управления пересечениями и контролю над большинством переходов Северо-Западной Сирии с Турцией, протурецкой Сирийской национальной армией и сирийским режимом. Но истоки экономического видения ХТШ действительно начались в 2015 году с Мустафы Кадида, одного из близких соратников ее лидера Абу Мухамеда аль-Джулани, когда Кадид служил представителем «Джабхат ан-Нусры» в «Джейш аль-Фатхе» в городе Идлиб. Благодаря этой роли, Кадиду удалось захватить жизненно важную инфраструктуру в крупнейшем и наиболее значимом городе провинции  Идлиб, в дополнение к использованию нескольких предлогов для захвата сотен объектов недвижимости в городе и по всей провинции, принадлежащих сирийцам, перемещенным в результате конфликта. Кадид через своих соратников затем приступил к созданию ряда предприятий, наиболее значительным из которых была компания «Аль-Васит», Эти действия легли в основу экономической инфраструктуры ХТШ; через несколько лет «Аль-Васит» станет Sham Bank, который вместе с Главным валютным агентством по управлению денежными средствами и защите прав потребителей позволит ХТШ контролировать большую часть финансовых услуг в Северо-Западной Сирии, а также облегчит переход от SYP к TL в июне 2020 года. ХТШ взяла на себя еще один жизненно важный сектор с компанией Watad Petroleum, которой после ее образования в январе 2018 года были предоставлены исключительные права на импорт нефтепродуктов и газа из Турции в Северо-Западную Сирию, а также право контролировать все аспекты продажи и распределения газа и нефтепродуктов в регионе, а также права на переработку большей части сырой нефти, добываемой на северо-востоке Сирии. Пытаясь воспроизвести модель Watad Petroleum, чтобы захватить телекоммуникационный сектор, ХТШ создала компанию SYR Connect, которой после ее создания в ноябре 2019 года были предоставлены эксклюзивные права выступать в качестве единственного поставщика и дистрибьютора интернет-пакетов и услуг в Северо-Западной Сирии. Однако из-за финансовых, технических и административных проблем компания SYR Connect потерпела неудачу и была вынуждена передать управление в Департамент регулирования телекоммуникаций SSG.

Важно подчеркнуть, что контроль ХТШ над экономикой Северо-Западной Сирии все еще продолжается и не ограничивается определенными секторами или областями; это обширная сеть партнеров, контролирующих большинство аспектов торгово-экономической деятельности в Идлибе и Западном Алеппо. Степень, в которой эта сеть будет продолжать развиваться, определяется политическими и военными событиями в Северо-Западной Сирии, в частности терпимостью Турции к ХТШ и ее деятельности.

62.37MB | MySQL:101 | 0,605sec