Марокко и Израиль отмечают первую годовщину официальной нормализации отношений. Часть 3

Но, пожалуй, главным событием первого года нормализованных отношений между Марокко и Израилем стали достигнутые сторонами договоренности в сфере кибербезопасности и обороны.

В июле 2021 года в Рабате был подписан Меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области кибербезопасности. Это произошло в присутствии генерального директора Национального управления кибербезопасности Израиля Игаля Унны, его марокканского коллеги генерала Мустафы Рабии и марокканского министра-делегата при главе правительства по вопросам национальной обороны Абдельлатифа Лудийи. В соответствии с подписанным документом, стороны договорились сотрудничать в области оперативного взаимодействия, исследований и разработок, обмена информацией и данными.

Любопытно, что вскоре после этого, 18 июля, неправительственная организация Forbidden Stories («Запретные истории») и 17 СМИ различных государств опубликовали результаты расследования, в которых утверждалось, что ряд стран, включая Марокко, могли вести слежку как минимум за 50 тыс. человек по всему миру с помощью израильской системы электронного шпионажа Pegasus («Пегас»), разработанной корпорацией NSO Group («Эн-эс-оу груп»).

Реакция на итоги расследования во многих странах была крайне нервной. Среагировал Алжир, заявивший устами главы МИД Рамтана Ламамры, что «Марокко в массовом порядке и систематически совершало акты шпионажа в отношении граждан и официальных лиц Алжира, используя израильскую технологию». Тем самым, и расследователи из разных стран, и алжирские власти утверждали, что Марокко и Израиль давно и тесно сотрудничают в цифровой сфере.

И, наконец, своего рода апофеозом интенсивного сближения двух стран после официальной нормализации отношений стал визит в Марокко министра обороны Израиля Бени Ганца, состоявшийся 24-25 ноября 2021 г. Как и в случае с августовским визитом главы израильского МИД Яира Лапида, программа включала посещение мавзолея Мухаммеда V – усыпальницы марокканской королевской семьи, и встречи с рядом высокопоставленных официальных лиц. Также вместе с членами делегации министр обороны побывал в синагоге Талмуд Тора – крупнейшей синагоге Рабата.

Говоря о рабочей части визита, отметим, что Ганц, в частности, встретился с главой МИД Марокко Насером Буритой и генеральным инспектором Королевских вооруженных сил (КВС) Бельхиром аль-Фаруком. А с марокканским министром-делегатом при главе правительства по вопросам национальной обороны Абдельлатифом Лудийи был подписан Меморандум о взаимопонимании в области обороны. Первое в истории соглашение подобного рода, достигнутое между Израилем и арабской страной. Ганц назвал подписание «историческим этапом» и «очень важным событием, которое позволит работать над совместными проектами и развивать производственное сотрудничество».

«Соглашение обеспечивает прочную основу, которая формализует оборонные отношения между странами и закладывает основу для будущего сотрудничества. Меморандум позволит оборонным ведомствам двух стран расширить сотрудничество в области разведки, промышленного сотрудничества, военной подготовки и многого другого. Соглашение является значительным шагом в углублении отношений Израиля и Марокко, которые уже извлекают выгоду из расширения экономического сотрудничества, двустороннего туризма и теплых отношений между народами», – отметили в израильском оборонном ведомстве.

Как заявили со своей стороны в КВС, подписанный Меморандум о взаимопонимании в области обороны «охватывает обмен опытом и знаниями, передачу технологий, обучение, а также сотрудничество в области оборонной промышленности». Постоянно подчеркивалось, что во время всех встреч и переговоров Ганца в Марокко активно обсуждались «пути укрепления двустороннего военного сотрудничества в областях, представляющих взаимный интерес».

«Исторический и беспрецедентный», как назвали его марокканские официальные лица и провластные комментаторы, Меморандум о взаимопонимании в области обороны с Израилем открыл королевству доступ к огромным возможностям военно-промышленного комплекса еврейского государства и заложил основу для дальнейшего укрепления тесного двустороннего военно-разведывательного альянса.

Марокканцы хорошо помнят, как в 1980-е гг. Израиль оказывал существенную техническую помощь королевству в период строительства (в период с 1981 по 1987 гг.) так называемой «защитной стены» – системы оборонительных сооружений в Западной Сахаре, отделяющей территории, подконтрольные официальному Рабату, от районов, где де-факто находятся отряды мятежного Фронта ПОЛИСАРИО. По мнению ряда экспертов, эта «защитная стена» (напичканная, в частности, электронными системами для обнаружения нарушителей) позволила КВС сдержать наступательный потенциал вооруженных отрядов полисарийцев, и уже к началу 1990-х гг. погасить горячую фазу конфликта. В результате к моменту подписания соглашения о перемирии в 1991 году Марокко сумело удержать под своим контролем около 80% территории Западной Сахары.

Эксперты не берутся оценить точные объемы поставок израильской военной техники и оборудования в Марокко за последние несколько десятилетий. Такая информация почти всегда носила закрытый характер, к тому же часть поставок осуществлялась через третьи страны. Но после нормализации отношений кое-какие сведения о новых сделках начали попадать в открытые источники.

На нынешнем этапе размеры сотрудничества и объемы закупок марокканцами у Израиля разнообразной техники, разумеется, будут несоизмеримо больше. Особенно учитывая набирающую обороты гонку вооружений между Марокко и Алжиром и разморозившийся в ноябре 2020 года кризис в Западной Сахаре. После подписания Совместной декларации (от 22 декабря 2020 года) и реализации конкретных шагов по нормализации отношений, но еще до поездки Ганца в Рабат, Марокко приобрело 5 тактических беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) «Гермес 900» (Hermes 900) производства израильской компании Elbit Systems («Элбит Системс») и израильскую систему Skylock Dome («Скайлок доум») по выявлению и уничтожению вражеских дронов [1].

На фоне визитов израильских высокопоставленных чиновников в Рабат в прессу одна за другой стали просачиваться сведения о новых проектах и приобретениях. Так, в частности, в сентябре 2021 года сообщалось, что Марокко достигло договоренности с концерном Israel Aerospace Industries (IAI) о развертывании в ближайшем будущем на своей территории двух заводов по производству израильских беспилотников – дронов-камикадзе (их еще называют барражирующими боеприпасами) и разведывательных БПЛА. Как сообщали марокканские информационные порталы, один завод будет построен на северо-востоке королевства, другой – на юге.

Вскоре после визита Ганца СМИ обеих стран распространили информацию о том, что Марокко заплатило 22 млн долларов концерну IAI за приобретение партии дронов-камикадзе Harop («Хароп»).

Наконец, в ноябре в испанской прессе появилась информация о намерении Марокко и Израиля построить новую военную базу на марокканском севере, в местечке Афсу, расположенном примерно в 50 км от испанского полуанклава Мелилья (порт на средиземноморском побережье Африки, имеющий статус автономного города Испании). Мадрид эти планы волнуют в силу того, что власти Марокко все чаще заявляют о необходимости возвращения под свой контроль Мелильи и Сеуты (другого граничащего с Марокко испанского полуанклава на средиземноморском побережье Африки).

Но дело не только в закупках оружия и строительстве баз. Магистральным направлением сотрудничества станет создание современного военно-промышленного комплекса Марокко на основе, в том числе, израильских технологий. Рабат хочет несколько снизить объемы импорта вооружений и начать производить их у себя.

 

Близкие к властям королевства комментаторы и наблюдатели постоянно подчеркивают, что закупая вооружения, в том числе у Израиля, США или Франции, Марокко, прежде всего, защищает себя от опасностей, создаваемых алжирским режимом, находящимся под плотным контролем военной верхушки, и его сателлитами. Среди таковых часто упоминается Тегеран, который, как считают элитные группы в Рабате, не оставил планов реализации стратегии по экспорту исламской революции и международному продвижению шиитской джафаристской доктрины с целью навязывания различным мусульманским странам (в том числе, в Арабском Магрибе) принципа «велаят-е факих», являющегося идеологической основой Исламской Республики Иран (ИРИ).

Иначе говоря, власти Марокко подозревают ИРИ в стремлении заполучить в лице Алжира удаленный магрибский отросток шиитского полумесяца, уже охватывающего Ирак, Сирию, Ливан и Йемен. И одним из ключевых инструментов для воплощения намерений Тегерана, по мнению марокканской правящей элиты, выступает Фронт ПОЛИСАРИО, объявивший в середине ноября 2020 года о «прекращении обязательств по соблюдению режима прекращения огня с Марокко» и возобновлении вооруженной борьбы с КВС «во имя защиты законных прав сахарского народа». Таким образом, если исходить из заявлений официальных лиц, утечек в прессу оценок принимающих решения чиновников и высказываний проправительственных аналитиков, Марокко формирует тесный военно-политический союз с Израилем в противовес триаде Иран-Алжир-ПОЛИСАРИО, к которой в Рабате в последние годы также любят причислять военизированную ливанскую группировку «Хезболлах», выполняющую функцию иранских прокси-сил. Так, Марокко обвиняет ливанскую «Хизбаллу» в оказании поддержки ПОЛИСАРИО.

«Марокко начало в последнее время реализацию программы укрепления и модернизации своего военного потенциала для противодействия нестабильной геополитической обстановке и ситуации в сфере безопасности. С одной стороны, ПОЛИСАРИО недавно объявил о своем желании активизировать свою вооруженную борьбу. С другой стороны, алжирский режим упорствует в своем стремлении усиливать соперничество с Марокко, и, не раздумывая размахивает угрозой вооруженного конфликта. Чтобы избежать братоубийственной войны, Марокко должно сохранять военный баланс со своим алжирским соседом, который в последние пять лет был крупнейшим импортером оружия в Африке, – рассуждает о мотивах политики официального Рабата Низар Дердаби, бывший высокопоставленный офицер Королевской жандармерии, а ныне эксперт в области международной стратегии, обороны и безопасности. – В этом контексте Марокко необходимо приобретать передовые технологии, которые позволят противостоять новому алжирскому подрывному оружию. Благодаря военному сотрудничеству с Израилем Марокко сможет получить доступ к самому современному оружию в тех областях, где израильская промышленность находится на переднем крае технологий – дронам, системам защиты от дронов, ракетам, радарам и системам ведения электронной войны. Что касается сотрудничества в области безопасности, то опыт, приобретенный израильской армией в борьбе с повстанцами, позволит Марокко эффективно бороться с силами ПОЛИСАРИО, подготовленными и частично обученными Ираном и «Хизбаллой» методам партизанской войны» [2].

Мароккано-израильское сближение и, в частности, договоренности по сотрудничеству в области кибербезопасности и обороны вызвали вполне ожидаемую крайне негативную и болезненную реакцию в Алжире, который открыто обвиняет своего западного соседа в экспансионистских и гегемонистских устремлениях. А именно – в желании Рабата за счет военного союза с Израилем окончательно закрепиться в Западной Сахаре и начать поход на соседние страны – прежде всего, Алжир, к которому у Марокко имеются давние территориальные претензии.

Разрывая дипломатические отношения с Марокко в августе 2021 года, алжирские власти четко заявили, что делают это из-за «непрерывных враждебных действий, совершаемых королевством и его союзником, сионистским образованием (то есть Израилем – авт.), против Алжира». Таким образом, демарш Алжира стоит расценивать как ответ на мароккано-израильское сближение и повысившиеся в связи с ним риски как для самого алжирского государства, так и для регионального статус-кво. А это значит, что как минимум в ближнесрочной перспективе затратная гонка вооружений в Арабском Магрибе продолжится.

 

  1. Maroc Hebdo. №1417, du 26 novembre au 2 decembre 2021, p.28.
  2. Telquel. №974, du 26 novembre au 2 decembre 2021, p.36-37.
55.84MB | MySQL:105 | 0,514sec