Перспективы восстановления иорданской экономики после пандемии коронавируса

На фоне растущей с января новой волны коронавируса в ближневосточном регионе под воздействием штамма «омикрон», вопрос устойчивости и резистентности иорданской экономики сегодня – в фокусе внимания властей. Примечательно, но в 2020-2021 гг. экономика Иордании справлялась с последствиями пандемии несколько лучше, чем в большинстве соседних стран региона. Такая устойчивость тем более удивительна на фоне откровенно низких и продолжающихся ухудшаться макроэкономических показателей по сравнению с соседними арабскими странами. В Иордании сегодня один из наиболее высоких уровней безработицы (среди молодежи – 48%), растущее социальное неравенство, дисбаланс финансовой системы и высокий уровень внешнего долга на фоне сокращающихся ежегодно потоков прямых иностранных инвестиций. Кроме того, пандемия оказала сильное негативное воздействие на один из важнейших секторов экономики – туристическую индустрию, доходы от которой сократились в разы. К этому следует добавить и долгосрочный фактор пребывания в Иордании сирийских беженцев после сирийского конфликта в 2012-2019 гг. (составляют сегодня более 20% всего населения).

В первой половине 2021 года Иордания испытала на себе наиболее сильное негативное воздействие ковида с начала пандемии. Несмотря на эти вызовы пандемии, иорданские власти смогли удержать ситуацию в стране под контролем. В первом квартале 2021 года, когда многие страны региона все еще находились в стадии экономической рецессии, ВВП страны даже сохранил позитивную динамику и вырос на скромные 0.3%. При этом по итогам 2021 года ВВП вырос еще сильнее и составил чуть более 1%.

Такую стабилизацию власти смогли обеспечить благодаря своевременной финансово-монетарной политике – в стране практически сразу же заработали целевые программы социальной и прямой финансовой помощи бедным слоям – в первую очередь благодаря поддержке по линии международных финансовых институтов. Помощь получили не только уязвимые домашние хозяйства, но и наемные рабочий и малый и средний бизнес, пострадавший от кризиса.

Важную и своевременную поддержку иорданской экономике удалось оказать также благодаря благоприятной политической конъюнктуре. С приходом к власти  в США администрации Джо Байдена Иордания вновь вернулась в орбиту приоритетного внимания со стороны Вашингтона, что выразилось в том числе и в расширении программ финансовой помощи.

В то же время, обратной стороной медали такой политики является ухудшение финансовых условий. В частности,  вводимые меры поддержки привели к очередному рекордному росту долговых обязательств страны. Соотношение внешнего долга к ВВП Иордании в середине 2021 года достигло 109%. Во второй половине прошлого года этот показатель продолжал расти и к декабрю достиг соотношения в 114%, что составляет порядка 50 млрд долларов США.

Это свидетельствует о растущих рисках для иорданской экономики в 2022 году, даже несмотря на некоторые оптимистичные сигналы в плане восстановления экономики, в частности оживление в сфере продаж недвижимости, активизация строительства и промышленного производства. Наиболее серьезные риски сосредоточены в сфере малого и среднего бизнеса, который в условиях растущей угрозы новых ограничений и локдаунов в стране в ближайшие месяцы не сможет восстановиться. Очевидно, что восстановление его позиций начнется не ранее второй половины 2022 года. Аналогичная ситуация и в сфере туризма, которому еще до наступления омикрона предсказывали устойчивый рост в 2%, что означает фактическое возвращение в 2022 году к показателям доковидного периода.

Опубликованный в январе с.г. новый прогноз Всемирного банка по иорданской экономике не предполагает каких-либо существенных положительных сдвигов в плане роста экономики в наступившем году. При благоприятном сценарии рост экономики составит до 2.3%, что ниже прогноза среднемирового экономического роста в нынешнем году в два раза (4.1%). Главный сдерживающий фактор – растущий внешний долг страны. Высокий уровень долга (и соответствующие обязательства по его обслуживанию) предопределяют сдержанный прогресс и ослабляют возможности правительства по реализации эффективных стратегий роста, а также инвестирования в человеческий и инфраструктурный потенциал. Также на фоне высокого долга падает доверие со стороны крупных частных инвесторов. За последние пять лет объем внешнего долга Иордании вырос на 42% — с 35 млрд долларов США в 2016 году до 50 млрд долларов. Также этот показатель превзошел 100% ВВП и составляет сегодня 114%. При сохранении пандемии и распространении омикрона иорданские власти намерены продолжать политику заимствований для целевой поддержки населения, соответственно нагрузка на обслуживание внешнего долга в нынешнем году еще более вырастет. Также распространение «омикрона» торпедирует планы иорданского правительства по скорому восстановлению туристического сектора, по крайней мере, в первом квартале 2022 года. Эти факторы будут подрывать перспективы быстрого восстановления после пандемии и негативно влиять на уровень жизни – показатель ВВП Иордании на душу населения за последние два года сократился уже на 4% и продолжит снижение в обозримой перспективе. Таким образом, несмотря на кажущиеся благоприятными макроэкономические показатели восстановления Иордании после пандемии на фоне соседей, реальный негативный эффект в виде сокращения доходов, покупательской способности и уровня жизни в целом будет весьма ощутимым в ближайшие годы.

52.52MB | MySQL:103 | 0,488sec