К вопросу о внешней политике Турции в 2022 году. Часть 2

4 ноября 2021 года Министерство иностранных дел Турции представило в Великом национальном собрании (Меджлисе) страны брошюру, посвященную контурам и основным
направлениям внешней политики страны в 2022 году. Брошюра озаглавлена как «Вступая в 2022 год: наша предприимчивая и гуманная внешняя политика».

Напомним, что в прошлой Части 1 нашей публикации мы закончили рассмотрение турецких тезисов, касающихся Кипра. Не будет преувеличением сказать, что отстаивание своих прав на острове, а также в регионе Восточного Средиземного моря является одним из главных приоритетов турецкой внешней политики. При этом, заметим существенную перемену в турецкой позиции в данном вопросе, которая заключается в том, что Турция больше не идет по пути переговорного процесса, с целью создания на острове какой-либо Федерации между двумя частями острова. Турция резко наращивает свои усилия по тому, чтобы обеспечить равное международное признание и равный статус для обеих частей острова – турецкой, наравне с греческой.

Логическим продолжением предыдущего раздела издания является Раздел 4, озаглавленный «Греция».

Цитируем издание:

«После разногласий и напряженности в 2021 году были возрождены механизмы диалога с Грецией. Помимо Консультативных переговоров, начавшихся после пятилетнего перерыва, были проведены и политические консультации. Активизированы контакты на высшем уровне за счет взаимных визитов. Греческая сторона выразила согласие объединить экономические и торговые проекты, которые давно стоят на повестке дня, в рамках Совместного плана действий при координации министерств иностранных дел обеих стран, в консультации с нашими соответствующими учреждениями. Наши контакты с греческой стороной по реализации проектов продолжаются. Наша торговля, которая в прошлом году остановилась из-за пандемии, оживилась.

Однако, к сожалению, Греция до сих пор не отвечает положительно на наши предложения о сотрудничестве, особенно в борьбе с терроризмом и нелегальной миграцией. Кроме того, несмотря на все наши предостережения, она сохраняет свою позицию по включению третьих лиц в наши двусторонние вопросы с враждебными высказываниями и действиями против нашей страны, с влиянием внутриполитических мотивов. Нашим греческим собеседникам напоминается (имеется в виду, что с турецкой стороны – И.С.), что наши двусторонние проблемы могут быть решены только путем диалога.

С другой стороны, мы продолжаем внимательно следить за положением наших соотечественников, проживающих в Западной Фракии и Додеканесе. В течение года, мы совершали визиты в регион на высоком уровне, чтобы встретиться с нашими соотечественниками. Рост давления на наших соотечественников – это тот факт, который мы знаем из прошлых времен, когда у нас были разногласия с Грецией.

В этих рамках, мы будем продолжим следить за соблюдением прав наших соотечественников в Западной Фракии, гарантированных Лозаннским мирным договором и международными соглашениями, в таких областях, как образование, религиозные свободы и управление фондами.

Точно так же, мы обращаем внимание наших греческих коллег на всех уровнях на трудности, с которыми сталкиваются наши соотечественники, живущие в Афинах и Салониках, особенно на их ожидания в отношении мечетей и кладбищ».

Итак, как мы можем видеть – наличествуют предельно осторожные высказывания Министерства иностранных дел Турции при полном понимании того, что именно Греция – основной оппонент Турции в регионе Эгейского моря и Восточного Средиземноморья. Однако, как мы уже написали ранее, Турция, проведя ряд демонстраций в регионе с участием, в частности, ВМФ страны, стремится к тому, чтобы перевести переговоры за дипломатический стол. Сам факт того, что будет созвана та же Конференция по Восточному Средиземному морю, может стать эквивалентом признанию того, что проблема, связанная с турецкими притязаниями, имеет под собой почву и там есть предмет для обсуждения. Так что, немалая доля турецких усилий – именно в этом направлении.

С другой стороны, при обсуждении вопросов, связанных с регионом, Турция призывает Грецию воздержаться от того, чтобы привлекать к ним третьи страны. Кто может пониматься под третьими странами? — Прежде всего, поддерживающие греков государства Европейского Союза и, прежде всего, Франция. Если смотреть на другие страны, которые действуют в связке с Грецией в регионе, то это – Республика Кипр, Израиль и Египет. Греция пользуется, пусть и не слишком явно артикулированной, но, все же, и поддержкой со стороны США.

Таким образом, турецкая политика направлена на то, чтобы вести переговоры с Грецией «с глазу на глаз», что лишит греков психологического преимущества большинства.

Разумеется, такие вопросы, как нелегальная миграция и положение турецких соотечественников в Греции являются фоном к основным отношениям. И этот тональность отношений в этом фоне является отражением той ситуации, которая складывается между двумя странами при обсуждении ими основного вопроса повестки дня – демилитаризации островов Эгейского моря и прочерчивание (новых) границ исключительных экономических зон в Восточном Средиземном море.

Вопросы, связанные с Грецией, органично перетекают в Раздел 5 «Европейский союз». Можно было бы даже сказать, что для Турции тема ЕС является буквально «многострадальной», потому что никакого прогресса по вступлению страны в это наднациональное объединение с 2005 года, когда Турция получила звание «страна-кандидат на вступление», не наблюдается.

Более того, Турция стремилась хотя бы к тому, чтобы добиться для себя отдельных преимуществ, которые не связаны с членством в ЕС. В частности, это касается ревизии условий Таможенного соглашения Турция – ЕС и введения упрощенного режима въезда турецких граждан в Шенгенскую зону. Даже по этим вопросам Турции прогресса добиться не удалось. Можно сказать, что нынешние турецко-европейские отношения переживают не просто стагнацию, а кризис. О необходимости возвращения на переговорные позиции с Европой часто говорит турецкая оппозиция. Также заметно и стремление турецких властей. Другой вопрос, что, вплоть до настоящего времени, «конверсия» этих устремлений в практический результат является минимальной.

Обратимся, в этой связи, к изданию турецкого МИДа:

«Напряженность прошлого года в отношениях Турция-ЕС частично осталась позади, и наша страна конструктивно подошла к идее позитивной повестки дня, выдвинутой ЕС для улучшения отношений.

Однако из-за препятствий со стороны некоторых государств-членов было замечено, что ЕС воздерживается от конкретных шагов по реализации позитивной повестки дня.

Такие шаги, как визит высших руководителей ЕС в нашу страну, наше включение в систему ЕС «Цифровой сертификат COVID-19», создание механизмов диалога на высоком уровне в области климата, миграции и безопасности, а также решение ЕС продолжить свою помощи сирийцам в нашей стране, не нашли своего отражения на политическую плоскость и остались далеки от влияния на общий ход отношений.

Чтобы улучшить отношения между Турцией и ЕС, ЕС необходимо исправить фундаментальные ошибки в своем отношении к Турции. ЕС должен подходить к нашим отношениям с целостной и стратегической точки зрения, не должен позволять странам, особенно Греческой администрации Южного Кипра (Республика Кипр в международной практике – И.С.) и Греции, использовать ЕС в своих национальных интересах, и должны уважать наш статус страны-кандидата на переговорах.

Мы хотели бы видеть ЕС, который не становится частью проблем в своем регионе, а вносит конструктивный вклад в их решение.

Обновление Соглашения от 18 марта в целом, чтобы отразить сегодняшние реалии и новые вызовы, укрепление нашей перспективы вступления (в ЕС – И.С.), поддержка нашей программы реформ, возобновление диалоговых встреч на высоком уровне и структурных механизмов, достижение прогресса в процессе (введения – И.С.) безвизового режима, начало переговоров по обновлению Таможенного союза, постановка нашего миграционного сотрудничества на справедливую основу и поддержка нашей борьбы с терроризмом остаются нашими главными ожиданиями от ЕС.

Членство в ЕС – наша стратегическая цель, несмотря на все проблемы. Важно понимать, что наше членство принесет пользу как ЕС, так и Турции».

Итак, мы можем видеть перечисление всех существующих пунктов повестки дня между Турцией и Европой, которые, как мы уже сказали выше, не находят своего практического разрешения по причине стагнации в отношениях. Когда Турция говорит о блокировании процесса со стороны «отдельных членов ЕС», разумеется, она имеет в виду такие страны как Греция и Республика Кипр. При этом, они пользуются поддержкой со стороны настроенной резко антитурецки Франции, как одной из самых влиятельных стран Европы. Уход А.Меркель с поста канцлера ФРГ, заключившей ряд важных для Турции соглашений (в частности, печально известного Брюссельского соглашения), лишил Турцию, по крайней мере на данном этапе, страны, с которой можно было бы вести диалог и чего-то добиваться. Сейчас позиция Германии по Турции остается неопределенной.

С учетом того, что ЕС не представляет собой структуры с единым взглядом на вопрос, следующий Раздел 6 издания озаглавлен как «Европейские страны».

Цитируем издание:

«Наши усилия по улучшению двусторонних отношений и сотрудничества с европейскими странами на основе конструктивной и позитивной повестки дня не ослабевают.

За последний год у нас было много контактов на высоком уровне с европейскими странами. В частности, на наших встречах с государствами-членами ЕС мы каждый раз подчеркивали, что под видом солидарности нельзя допустить, чтобы ЕС стал заложником узких национальных интересов некоторых государств-членов.

В дополнение к нашим двусторонним отношениям с Германией, в нашей повестке дня находятся региональные вопросы, такие как отношения Турции и ЕС и события в Восточном Средиземноморье, Афганистане, Сирии и Ливии. У нас — постоянный и интенсивный контактный трафик. В дополнение к многочисленным встречам, которые мы провели в течение года, 16 октября канцлер Меркель совершила один из своих прощальных визитов в ограниченное число стран. Несмотря на наши разногласия по некоторым вопросам, мы согласны с тем значением, которое придаем тесным контактам и продолжению нашего сотрудничества по региональным вопросам.

В этот период, когда мы отмечаем 60-летие турецко-германского трудового соглашения, подписанного в 1961 году, внуки турок, уехавших в Германию в качестве рабочих, сегодня имеют право голоса во всех сферах политической, научной и культурной жизни (имеется в виду в Германии – прим.).

После негативных событий с Францией, особенно из-за наших разногласий по региональным вопросам, таким как Восточное Средиземноморье, Ливия, Сирия и Нагорный Карабах, с конца 2020 года в наших двусторонних отношениях начался «процесс нормализации», и выявлена ​​общая воля к установлению прямого диалога путем прекращения взаимных негативных высказываний.

В наших контактах мы открыто выражаем надежду на возрождение каналов диалога на высоком уровне, отход от позиции и политики, выцеливающих нашу страну в региональных / международных вопросах, и возвращение к разумной и рациональной линии.

При каждом удобном случае подчеркиваем, что до президентских выборов, которые состоятся во Франции в 2022 году, следует уделить максимальное внимание усилиям по вовлечению нашей страны и турецкого общества, проживающего во Франции, в различные дискуссии. Кроме того, мы внимательно следим за дискуссиями, которые могут повлиять на свободу вероисповедания, отправления религиозных обрядов и ассоциаций во Франции.

Благодаря Соглашению о свободной торговле, которое мы подписали с нашим союзником по НАТО, Соединенным Королевством, одним из наших важных партнеров в Европе, после «Брекзита», мы обеспечили бесперебойное продолжение наших торговых отношений. Мы настроены на дальнейшее развитие экономических и торговых отношений между двумя странами путем расширения сферы действия Соглашения.

Мы углубили наши отношения со значительной частью средиземноморских прибрежных стран Южной и Юго-Западной Европы, прежде всего, — с Испанией, Португалией и Мальтой. Несмотря на эпидемическую обстановку, мы поддерживали контакты на высоком уровне.

В 2021 году я (министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу – И.С.) совершил свой первый зарубежный визит в Португалию, возглавляющую Совет Европы. Мы ставим своей целью продолжить положительную динамику, созданную в наших отношениях с Португалией, через проведение второго Межправительственного заседания. 7-е заседание Межправительственной комиссии Турция – Испания, которое будет проведено 17 ноября, также станет важным этапом в наших отношениях.

Вышеград (имеется в виду страны Вышеградской группы: Польша, Венгрия, Чехия и Словакия – И.С.) и страны Балтии входят в число стран, которые придают большое значение нашим союзническим связям и поддерживают процесс членства Турции в ЕС.

Наши связи с Польшей и с Венгрией сильны во всех областях. Наше сотрудничество с этими странами в широком диапазоне, особенно в оборонной промышленности, способствует продвижению наших отношений на стратегическом уровне. Мы видим, что страны Северной Европы придают большое значение консультациям с нами по региональным событиям».

Набранный в последнее время импульс в отношениях с нашим стратегическим партнером Украиной сохраняется. Наше двустороннее сотрудничество стремительно развивается и углубляется, особенно в сферах оборонной промышленности, торговли, инвестиций и туризма.

Наша страна не признает незаконной аннексии Крыма и внимательно следит за развитием событий. Мы заняли место среди стран-участниц Крымской платформы, созданной в августе этого года, в рамках нашей принципиальной позиции. Обеспечение безопасности наших крымско-татарских сородичей, одного из коренных народов Крыма, соблюдение их прав и интересов, а также повышение уровня их жизни остаются в числе наших приоритетов. В этом направлении, мы продолжим нашу работу в координации с крымско-татарским руководством и властями Украины».

Итак, что обращает на себя внимание в том, что касается контактов Турции с отдельными европейскими странами?

Разумеется, во главу угла Турция ставит свои отношения с Германией, как с самым влиятельным государством ЕС и, кроме того, как со страной, где проживает самая крупная диаспора выходцев из Турции. Заметим и то, что в турецком издании подчеркивается то, что третье поколение уехавших в Германию на заработки турок начинает пользоваться все большим и большим влиянием. Разумеется, этот фактор Турцией учитывается и она стремится к тому, чтобы уехавшие турки не отрывались бы от страны своего «исхода». Мы недавно писали о том, что одной из важных программ Института Юнуса Эмре являются языковые курсы для турок, родившихся и проживающих за рубежом, с целью подтверждения ими знания турецкого как иностранного (по факту – родного – И.С.) языка. То есть, если можно так выразиться речь идет об «удаленной реинтеграции» потомков турок, уехавших в Германию на заработки. В том случае, если данная программа, хоть в какой-то части, окажется успешной, это будет означать и рост турецкого влияния в Германии.

57.19MB | MySQL:97 | 0,781sec