О влиянии газового и других факторов на израильско-турецкие отношения

Президент Израиля Ицхак Герцог встретился с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом в Анкаре 9 марта  в рамках первого визита главы израильского государства в Турцию с 2008 года, поскольку две страны стремятся восстановить разрушенные отношения. Визит Герцога, который был запланирован за несколько недель до начала военной  операции России на Украине, происходит в то время, когда Израиль и Турция играют посредническую роль между Киевом и Москвой. Однако ожидается, что двусторонние вопросы будут доминировать на переговорах после более чем десятилетнего перерыва из-за активной поддержки Турцией палестинского дела и критики израильской политики. Ожидается, что в дискуссиях также будет фигурировать боевые действия на Украине. «Мы не обо всем договоримся, и отношения между Израилем и Турцией, безусловно, в последние годы знали взлеты и падения и не очень простые моменты.  Но мы постараемся возобновить наши отношения и строить их взвешенно и осторожно»,- заявил израильский президент перед отъездом в турецкую столицу. Прибыв в Анкару, Герцог и Эрдоган прошли через почетный караул к мавзолею Мустафы Кемаля Ататюрка. Герцог сделал запись, в которой восхвалял первого президента Турции как «дальновидного лидера» за выбор «пути сотрудничества». Напомним, что отношения между странами серьезно обострились  с 2018 года, когда израильские войска убили десятки палестинцев, участвовавших в Великом марше протеста, поскольку протестующие требовали реализации права палестинских беженцев на возвращение и прекращения 11-летней осады сектора Газа. Турция тогда отозвала всех своих дипломатов и приказала послу Израиля покинуть страну. При этом ряд экспертов полагают, что потепление в двусторонних отношениях наметилось во время событий сначала в Нагорном Карабахе в 2020 году, а затем в Афганистане в 2021 году. Окончательный толчок в процессе нормализации дала смена правительства в Израиле и  премьер-министра Биньямина Нетаньяху.  В общем-то, подготовка  визита Герцога шла фактически год за счет каналов сотрудничества между  турецкой и израильской разведками. Именно «Моссад» за счет этих контактов сумел  убедить нынешнее израильское правительство во главе с Нафтали Беннетом в том, что Турция является рациональным субъектом, который действует, прежде всего, в соответствии со своими интересами, а не с идеологическими точками зрения. От себя рискнем предположить, что это очень смелый вывод. Анкара считает, что некоторые совместные операции разведок, включая пресечение покушений на жизнь израильтян в Турции и других странах региона, доказательством того, что она может обеспечить и располагает ресурсами для удовлетворения своих собственных потребностей в области безопасности без внешней поддержки. Кульминацией этого сотрудничества стало очень «своевременное» разоблачение заговора с целью убийства иранцами некого израильского бизнесмена в Турции. «Мы ничего не координировали, но это показало всем, что Турция и Израиль действительно имеют общие проблемы безопасности и могут работать вместе в некоторых областях», — сказал анонимный турецкий чиновник в этой связи.  Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что посетит Израиль и Палестину 3 апреля, чтобы обсудить вопрос о переназначении послов Турции и Израиля.

Но главным итогом нормализации израильско-турецких отношений  может стать газ. Он же является и главным стимулом для нормализации. Перед поездкой в Анкару Герцог специально посетил Грецию и Кипр, чтобы успокоить двух  израильских союзников.  «В то время, когда международный порядок пошатывается, хорошо и правильно, что в нашем регионе сохраняется стабильность и партнерство, и я подчеркивал это во время своих визитов в Грецию и Кипр в последние недели», — сказал он. В 2010 году Израиль создал союз с Грецией и Кипром, проводя регулярные встречи и совместные военные учения. Это трио является частью Восточно-Средиземноморского газового форума, который был создан в 2019 году вместе с другими государствами, включая Египет, Иорданию и Палестину, но исключая Турцию. В 2020 году Израиль, Греция и Кипр подписали соглашение EastMed о строительстве трубопровода для доставки газа из Восточного Средиземноморья в Европу, что вызвало резкие возражения Анкары. Израильские официальные лица уже заявили, что Герцог и Эрдоган могут обсудить перспективу экспорта израильского газа через Турцию в Европу, о чем турецкий президент ранее говорил в январе, еще до начала конфликта между Россией и Украиной. Турецкие и израильские официальные лица дают понять, что перспектива поставок израильского газа в Турцию по трубопроводу в Восточном Средиземноморье является главным стимулом для восстановления двусторонних отношений. «Рыночная логика поставок израильского газа в Турцию для внутреннего использования и экспорта в Европу существует уже, по меньшей мере, восемь лет и не изменилась. Учитывая, что события в Украине сосредоточили внимание на природном газе, а также недавние усилия Турции по сближению с Израилем и другими ближневосточными субъектами, прежние политические препятствия могут быть устранены», — считает Майкл Танчум, научный сотрудник Института Ближнего Востока в Вашингтоне. В данном случае отметим, что за этими контактами незримо стоят США, которые лихорадочно ищут любые альтернативы для российского газа в ЕС. Турецкий анонимный чиновник  в МИДе дал понять, что обе стороны разрабатывают технико-экономическое обоснование поставок израильского газа в Турцию, и они знают о существующих проблемах. Израильский план строительства трубопровода от своего газового месторождения «Левиафан» на Кипр, а затем в Грецию фактически рухнул, поскольку в прошлом году США отозвали поддержку так называемого проекта трубопровода East-Med. Некоторые источники в Вашингтоне сообщили, что Израиль, возможно, поощрял администрацию Дж.Байдена сделать это, потому что не хотел рисковать разрывом отношений с Кипром и Грецией. Запасы природного газа Израиля оцениваются в 800 млрд куб. м а около 2,2 трлн  куб. м  газа, как полагают, ожидают своего открытия. Одед Эран, старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности Израиля и бывший посол Израиля в Иордании и ЕС, считает, что турецкий маршрут для израильского газа уже давно считается наилучшим возможным решением. «Тем не менее, существует ряд препятствий, таких как политические вопросы с Кипром и Сирией. Если вы строите трубопровод рядом с Кипром, у вас есть проблема. Если вы построите его недалеко от сирийского побережья, у вас возникнут проблемы», — сказал он.  Эран считает, что недавние усилия Израиля по поставки израильского газа на египетские  установки по производству СПГ и последующие  доставки на международные рынки также снизили важность турецкого маршрута.  «Однако у него все еще есть большой потенциал, если бы вы могли разрабатывать ливанские газовые месторождения и сочетать их с израильским и некоторым количеством египетского газа. Первоначальный проект трубопроводной системы действительно может измениться», — сказал он. В связи с военной операцией России на Украине Европа находится под давлением необходимости диверсификации поставок российского газа. Но, по оценке Эрана, израильский газ не может заменить российский, но, тем не менее, может в значительной степени диверсифицировать европейские энергоресурсы. А поскольку Ливан и Израиль сейчас являются враждебными государствами, разработка сделки с ними может появиться на горизонте не скоро. Однако турецкие источники, знакомые с ситуацией, подчеркнули, что независимо от того, будет ли ливанский газ или нет, Израиль предпочтет турецкий маршрут, потому что он будет гораздо менее затратным, чем другие варианты, несмотря на политические проблемы. «С египетским вариантом у вас есть много затрат, начиная с транспортировки, накопления запасов, сжижения и продажи его на спотовые рынки по гораздо более низкой цене», — сказал чиновник. — Но Турция сама по себе является рынком с растущей потребностью в энергии, и у нее есть несколько трубопроводов, проложенных для экспорта ее в Европу по хорошей цене».

Каир, кстати, так не считает. Египетские эксперты по нефти и газу, внимательно следящие за продолжающимся российской военной операций на  Украине  и возможным срывом поставок российского газа в Европу, выразили надежду, что эта ситуация создаст больший спрос на египетский газ в Европе. Ожидаемый рост спроса, по их словам, может компенсировать некоторые потери Египта из-за ситуации на Украине, включая более высокие цены на импорт пшеницы и потерю миллионов туристов из России и Украины. «У Египта есть хорошие шансы экспортировать больше сжиженного природного газа в Европу», — полагает Салах Хафез, бывший заместитель главы General Petroleum Corporation, исполнительного подразделения египетского Министерства топлива и энергетики. Египет достиг самообеспеченности газом в 2019 году, будучи нетто-импортером на протяжении многих лет. С тех пор он отчаянно пытается увеличить экспорт сжиженного природного газа (СПГ), особенно в Европу, чтобы получить столь необходимую иностранную валюту для финансирования своих амбициозных проектов развития и сократить риски дефицита продовольствия. Посол России в Каире Георгий Борисенко заявил местной газете в конце февраля, что России придется приостановить экспорт газа в западноевропейские страны, если они не оплатят свои поставки. Это вынудит Европу искать альтернативы российскому газу, считают аналитики. Египет работает над тем, чтобы стать энергетическим центром, извлекая выгоду из открытия крупных газовых месторождений, сделанных им в последние годы, и огромных объемов газа в регионе Восточного Средиземноморья. Он располагает двумя крупными установками по сжижению газа, добываемого в государствах региона, и реэкспорта его на внешние рынки. Египет уже подписал ряд сделок по импорту газа из региональных государств, включая Израиль. Этот газ перерабатывается на заводах по сжижению в Идку и Дамиетте на севере Египта, которые сейчас работают на полную мощность, а затем  СПГ направляется на международный рынок. Эти два завода производят 12,2 млн тонн СПГ в год. «Сделки по импорту газа, подписанные правительством с региональными государствами, приносят пользу всем вовлеченным сторонам. Прибыль, которую Египет получает от переработки газа и последующего реэкспорта его в другие страны, очень велика»,- сказал Халед аш-Шафи, глава местного аналитического центра Capital Center for Economic Studies and Research.  Египет уже начал отправлять этот газ в европейские государства, продавая его на спотовом рынке. Экспорт СПГ в 2021 году составил 5 млн тонн, в основном на рынки Азии и Европы. Египет надеется увеличить свой экспорт до 7,5 млн тонн к июню, заявил министр нефти страны. Это не только принесет миллиардные доходы, но и имеет цель превратить Египет в региональный энергетический хаб.  Местные эксперты надеются, что Египет может стать жизнеспособным вариантом импорта газа для Европы, поскольку она стремится уменьшить зависимость от российского газа. «Египет имеет все возможности для восполнения некоторых пробелов в поставках в Европу. У нас есть достаточный профицит производства, чтобы сыграть свою роль в этом отношении», — сказал независимый эксперт по нефти и газу Рамадан Абуль Эла. —  Египет ежедневно добывает 6,7 млрд куб. футов природного газа, что делает его 13-м по величине производителем в мире и пятым по величине в регионе. Египтяне потребляют 65% процентов продукции внутри своей страны, а остальные 35% идут на экспорт. Бывший министр нефти Усама Камаль заявил, что Египет не столкнется с какими-либо препятствиями в поставке газа в европейские страны. Однако египетский аналитик Ахмед Фуад указал на несколько причин, в том числе на отсутствие необходимой инфраструктуры. Египет, по его словам, экспортирует СПГ, в то время как большинство европейских стран имеют только инфраструктуру для приема трубопроводного природного газа (ТПГ). «Такая сильная зависимость от импорта ТПГ ставит под сомнение отсутствие у этих стран необходимой инфраструктуры для перехода на использование СПГ», — написал он в своей исследовательской работе. Он упомянул и о других препятствиях, включая обязательство Египта экспортировать часть своего газа в Китай и арабские страны, включая Ливан. Тем не менее, 26 февраля пресс-секретарь кабинета министров Надер Саад заявил, что правительство рассматривает возможность увеличения экспорта СПГ в Европу. Египет ежедневно импортирует из Израиля 450 млн куб. футов газа и намерен увеличить этот показатель до 600-650 млн в день. По словам Саада, Каир также работает над подписанием соглашений с Грецией и Кипром об импорте газа, связывая греческие и кипрские месторождения с египетскими установками по сжижению газа. Вышеупомянутые газовые изыскания у египетского побережья вывели газовый сектор в центр египетской экономики. Правительство также выделило миллиарды долларов на модернизацию этого сектора. «Рост спроса на газ обязательно увеличит способность местного газового сектора привлекать больше иностранных инвестиций», — сказал Хафез, бывший заместитель главы Главного нефтяного управления. За последние несколько лет Египет подписал десятки сделок по разведке газа с международными компаниями. Растущий спрос, по мнению экспертов, побудит еще больше компаний инвестировать в Египет.

Возвращаясь к теме израильско-турецких отношений, отметим, что  уже прошлом году двусторонний товарооборот достиг рекордных 8,4 млрд долларов при 35-процентном росте, и Турция видит возможность для дальнейшего развития своих деловых интересов, особенно в текстильной промышленности. У Израиля свои  мотивы для восстановления связей. Администрация Байдена ищет способы вывести Соединенные Штаты с Ближнего Востока и, похоже, близка к подписанию еще одной ядерной сделки с Ираном. Имея это в виду, Израиль стремится укрепить связи с другими субъектами, которые могли бы уравновесить Тегеран. «Израиль в любом случае не может вести двойную политику сдерживания в регионе. Вы не можете одновременно сдерживать Иран и такую страну, как Турция, которая обладает действительно значительными военными и разведывательными возможностями, которые доказаны во множестве стран», — подчеркнул источник, близкий к турецкому правительству.  Галлия Линденстраусс, аналитик, специализирующийся на турецко-израильских отношениях, говорит, что недавнее сближение Турции с другими региональными субъектами, такими как ОАЭ, было обнадеживающим для Израиля. «Уход США из Афганистана подчеркнул для региональных актеров желание США сократить свое присутствие в регионе и что они должны работать вместе, чтобы поддерживать региональный порядок. Сближение между Турцией и Израилем началось еще до начала войны на Украине, но последствия этой войны можно рассматривать как еще один стимул для Турции и Израиля улучшить свои каналы связи и координации», — сказала она. Однако турецкие официальные лица осторожно подчеркивают, что их отношения с Израилем не являются союзом против Ирана.   Одной из особенно щекотливых тем между Турцией и Израилем всегда был ХАМАС. Израиль осуждает ХАМАС как террористическую группировку, а Турция отвергает этот ярлык. В прошлом году Израиль заявил, что хотел бы, чтобы Анкара предприняла некоторые шаги против присутствия лидеров ХАМАСа в Турции, прежде чем начать переговоры о примирении. Однако Турция отказалась поддерживать отношения с этой группой и продолжала принимать некоторых ее лидеров в Стамбуле. Высокопоставленный израильский чиновник в прошлом месяце заявил газете «Джерузалем пост», что на этот раз у них не было никаких предварительных условий в отношении ХАМАСа — явный шаг назад в прежней турецкой позиции.  Турецкие официальные лица отмечают, что Турция приняла многих деятелей ХАМАСа в рамках сделок, которые сам Израиль заключил с ним. «Политика Турции в отношении ХАМАСа не изменилась. Как и прежде, Турция не позволит ХАМАСу совершать теракты в Израиле. И так было уже много лет», — показал турецкий  источник, близкий к правительству.  И это единственное послабление, поскольку структуры ХАМАС остаются в Турции, как и на территории его регионального союзника Катара.

52.2MB | MySQL:103 | 0,511sec