К вопросу о закупке и модернизации Турцией истребителей F-16. Часть 3

Тема развития и модернизации самолетного парка ВВС является для Турции стратегической. При этом задача закупки Турцией сначала истребителей F-35, а потом, после исключения из программы, истребителей F-16 имеет срочность. Турция находится на этапе, пока ещё управляемой, эскалации напряженности с соседней Грецией, сопровождающейся гонкой вооружений.

Впрочем, нельзя исключать того, что в обозримой перспективе процесс пойдет по нарастающей. При этом, ситуация может сложиться не в пользу Турции в части тех же самых ВВС. В отличие, к примеру, от ВМФ, где Турция является страной более самодостаточной от поставок из-за рубежа, имея свое собственное развитое судостроение.

Часть 2 нашей публикации доступна по ссылке на сайте ИБВ: http://www.iimes.ru/?p=87035.

Напомним, что мы остановились на том факте, что возвращение Турции в программу F-35 является делом невозможным, по крайней мере, без того, чтобы Турция избавилась бы от имеющихся в её распоряжении дивизионов С-400.

Самым «эффектным» в этом смысле могла бы быть передача этих дивизионов «третьей стране», имея в виду Украину, по примеру той же Словакии. После чего, по той или иной схеме, «взаимозачетом» получить американские системы The Patriot.

Неприемлемость для себя данного варианта Турция обозначала публично и не раз, вместе со своей мотивировкой того, что турецкая сторона не считает американские опасения («воровство чувствительной информации о F-35 со стороны С-400 с передачей России» — И.С.) оправданными. Как подчеркивала Турция, причем, регулярно, Турция не собирается интегрировать систему С-400 в оборонные структуры Альянса, а, следовательно, можно не опасаться утечек чувствительной для США информации.

Ещё одна причина нежелания избавляться от С-400, о которой турецкие руководители, по крайней мере – на публике, говорят заметно меньше, заключается в том, что Турция не хочет быть в вопросах своей обороноспособности зависеть только и исключительно от НАТО. Для Турции это — вопрос диверсификации своей оборонной политики. При полном понимании того, что НАТО / США / ЕС настроены на то, чтобы сдерживать Турцию в 21-м веке. А поэтому для турок крайне опасным является сделать ставку целиком и полностью на Запад.

Что касается закупки F-16, начнем с того, что для Турции данный шаг является «латанием дыр». В том смысле, что ВВС страны уже в значительной степени сориентированы на этот самолет, подготовлены пилоты, есть возможности техобслуживания и производства и поставки запасных частей.  Однако, на смену им должны прийти самолеты нового поколения. На это фоне, закупка F-16 для Турции – это способ «вызволить» те средства, которые она проинвестировала в программу F-35. Мера, прямо скажем, крайняя, ибо правильнее было бы просто получить финансовую компенсацию за те инвестиции, которая страна сделала: возврат вложений, возмещение прямых и косвенных убытков. Но, как быстро поняла турецкая сторона, американцы не собираются отдавать Турции деньги назад и вариантом может быть только какой-то условный «бартер».

Изначально эта идея, озвученная президентом Турции Р.Т.Эрдоганом была встречена американским руководством, в частности, президентом страны Джо Байденом, в ходе их личной встречи, достаточно осторожно. Он пообещал «попробовать продвинуть» эту тему, не обещая положительного результата в Конгрессе. На что президент Р.Т.Эрдоган заверил своего американского коллегу, что «он в него верит», однако, в среде турецких аналитиков возникли сомнения в том, что этот план удастся реализовать. В Турции, в очередной раз, заговорили о том, что в США власть президента ограничена и надо работать со всеми «центрами принятия решений», чтобы успешно отстаивать свои интересы в Америке.

На те изначальные препятствия, которые существовали к такой схеме – имея в виду американские санкции за С-400 плюс негативное отношение к нынешнему политическому руководству страны и задача по сдерживанию Турции – наложилась ещё и турецкая неуступчивость по вопросу принятия в НАТО Финляндии и Швеции. Американские официальные лица незамедлительно заявили о том, что эта позиция Турции ставит под вопрос поставки Турции F-16, которые и так, изначально, не были прогарантированными. Теперь же, как говорят турецкие обозреватели, сделка по F-16, и вовсе, превратилась в «подбрасывание монеты», в лотерею. Понятно, что в своей оборонной политике страна не должна идти на подобного рода варианты, которые не являются изначально, целиком и полностью, прогарантированными.

Ключевой вопрос: может ли Турция изменить позицию США по сделкам для своих ВВС путем кардинальных шагов?

Про С-400 мы уже сказали: отказаться от них – значит отказаться от своей независимой от НАТО / Запада обороноспособности. Это значит оказаться под «воздушным колпаком» у США. Стратегически это не только непривлекательный, но пагубный для Турции вариант, на который страна позволить себе пойти не может.

Что же касается членства Финляндии и Швеции в НАТО, то здесь ситуация – следующая: не вызывает сомнений то, что, рано или поздно, Турция отзовет свое право вето на заявках указанных стран.

Говоря так, мы не имеем в виду то, что, рано или поздно, в Турции власть сменится. Нет, речь идет о том, что вето будет отозвано при действующем руководстве страны. Мы можем вспомнить несколько случаев, когда Турция пыталась упираться против давления Запада – как в случае с пастором Э.Брансоном, так и в случае изначального вето Турции на плане НАТО по поэтапной обороне Польши и Балтики. В обоих этих случаях, Запад прибег к силовому давлению, которому Турции, называя вещи своими именами, пришлось уступить, не достигнув изначально заявленной цели по «выгодному размену».

То, что сейчас ситуация – несколько другая, указывает очевидный пессимизм руководства НАТО, в первую очередь, генерального секретаря Йенса Столтенберга касательно возможности провести решение по Финляндии и Швеции на ближайшем по времени Саммите в Мадриде. Турция, очевидно, «закусила удила» и пошла на серьезное противостояние с Западом. Потому что понимает, что отыгрыш назад может принести Турции даже поставку самолетов F-16 (но, вряд ли, возвращение в программу F-35), но, если она не решит сейчас проблему с РПК в Европе, она не решит её уже в обозримой перспективе. Ну не будет в ближайшее время таких шансов, когда Турция оказывается «кровь из носу» нужна Западу. Разменять эту ситуацию под давлением, ни на что, означает целый букет негативных последствий: от безопасности страны до возрастающей перспективы смены власти в Турции.

Подчеркнем, моральную победу над Западом нынешнее турецкое руководство рассматривает для себя в качестве серьезного фактора, улучшающего его электоральные перспективы в 2023 году. Неслучайно, как мы недавно разбирались, именно антинатовская риторика дала прирост рейтингу президента Эрдогана. Так уж устроено турецкое общество, что оно не закончило свою войну с Западом. Так что, не стоит особо рассчитывать на то, что Турции удастся добиться от США поставок F-16.

Касательно второго варианта с европейскими «Тайфунами», который предложили авторы рассмотренной нами в прошлой части публикации, то заметим, что США не для того давят на Турцию, чтобы запустить на турецкий оружейный рынок европейцев. США, полагаем, приложат все усилия, чтобы Европа не дала Турции адекватной замены. В этой связи, ещё раз вспомним заявление председателя Комитета по вооруженным силам Палаты представителей Адама Смита, который весьма сдержанно отозвался от военно-техническом сотрудничестве между Турцией и Европой. Так что, в этом смысле, Турции также ждать нечего. У Европы нет достаточной субъектности, чтобы выступить стороной, «обнуляющей» американское давление.

И потом, если вернуться к турецко-греческому противостоянию, то, получится, что у Греции будут истребители 5-го поколения, а у Турции – лишь четвертого. Где искомое турками преимущество над греками?

И, наконец, есть третий вариант — обратиться в сторону российской альтернативы, заметим, привычно. Поскольку так было сделано и по теме АЭС («Аккую») и по теме ПВО (С-400), которые Турция на Западе так и не получила, невзирая на многолетние усилия и ожидания.

Но, как нижеподписавшемуся сказал на его упоминание 3-ей опции известный турецкий политобозреватель, дословно: «Very tough. Geopolitically not an option right now». Иными словами: «Очень сложно. Геополитически — не вариант сейчас». Слова нижеподписавшегося: «Так случилось по Аккую и по С-400. Подождем…».

Ибо налицо — турецкая боль, которую решить без потерь нельзя. Чем-то придется жертвовать: либо субъектностью и претензиями на глобальность, либо хорошими отношениями с Западом.

Впрочем, зададимся вопросом какими-такими «хорошими» отношениями рискует сегодня Реджеп Тайип Эрдоган в отношениях с Западом, чтобы ими хоть в какой-то мере дорожить?

Запад, что Эрдоган ни делай, все равно, его не только не примет, но и активно добивается его ухода. Это сильно напоминает ту ситуацию, в которой пребывает российское руководство – президент РФ В.В.Путин.

Так что, выход у Турции на субъектность, по большому счету, — только один, пусть и геополитически очень сложный. Этот выход – в сторону развития своего сотрудничества в сфере ОПК с Россией. Он дает возможность Турции не только решить вопрос с поставкой ей современной техники, но и шанс на реализацию проекта своего собственного истребителя пятого поколения. Конечно, эта задача – чересчур амбициозна для Турции, у которое нет собственного авиастроения. Однако, без якорного партнёра шансов – и вовсе нет.

Так что, российской стороне стоит иметь в виду нынешнюю ситуацию и продолжать «набрасывать» Турции заманчивые предложения. Да, нельзя не согласиться с турецким политологом, что вот конкретно сегодня для Турции было бы крайне сложно заключить с Россией оружейную сделку. Однако, параллельно с развитием ситуации на фронтах войны, и переломом в сознании Запада, данная сделка может стать реальностью.

52.25MB | MySQL:103 | 0,560sec