Оценки в Израиле развития ситуации на палестинской политической арене. Часть 3

В израильском медийном пространстве и экспертном сообществе не первый год обсуждают физическое состояние председателя Палестинской национальной администрации (ПНА) Махмуда Аббаса (Абу Мазена), его возможных преемников и сценарии развития политической ситуации в двух палестинских анклавах – на Западном берегу р. Иордан и в секторе Газа. Важным аспектом анализа являются взаимоотношения между ПНА и Израилем.

Д-р Коби Майкл (Kobi Michael), старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS) Тель-Авивского университета и редактор «Стратегической оценки INSS», ежеквартального междисциплинарного журнала по темам, связанным с национальной безопасностью Израиля и стратегическими вопросами Ближнего Востока; и д-р Ори Вертман (Ori Wertman), научный сотрудник INSS и британского Университета Южного Уэльса (University of South Wales), выносят вердикт – «спустя почти три десятилетия после создания ПНА не смогла стать платформой для достижения исторической национальной цели – независимости Палестины и жизнеспособного государства “со столицей в Иерусалиме”. Хотя и были проблески надежды на реформы, особенно во время пребывания Салама Файяда на посту премьер-министра (2007-2013), ПНА ничего не достигла; не создала перспектив реального изменения политической, экономической или социальной ситуации». Израиль, в свою очередь, «из-за отсутствия лучшей альтернативы и в виду своих собственных политических неотложных задач, зациклился на управлении конфликтами без свежего политического мышления, которое могло бы вывести отношения из состояния застоя». Таким образом, основные причины провала Палестинской администрации они видят в ее собственных действиях и констатируют, что «в нынешнем виде она все больше теряет остатки легитимности в глазах палестинской общественности и демонстрирует неспособность контролировать свою судьбу».

Исходя из опросов общественного мнения и (упомянутых в предыдущих частях статьи) выборов в Студенческий совет Бирзейтского университета, эксперты заключают, что «ХАМАС эффективно позиционируется как политическая альтернатива» движению ФАТХ, правящему на части Западного берега р. Иордан. Отмечается, что ХАМАС не входит в головную Организацию освобождения Палестины (ООП). Предлагается также учитывать, что, несмотря на официальные полномочия и статус ООП как единственного представителя палестинского народа, ПНА фактически вытеснила ООП и стала наиболее заметным фактором в палестинской политической системе. Таким образом, «когда высокопоставленные чиновники ООП вошли в руководство ПНА (М.Аббас – председатель ООП и ПНА), центр палестинской политики явно сместился на территории ПНА, что привело к соперничеству между ФАТХом и правящим в секторе Газа ХАМАСом (с элементами распада по субрегиональному принципу) и имеет решающее значение для будущего Палестины».

Это привело к тому, что роль палестинской диаспоры стала маргинальной, она лишилась возможности влиять на политическую повестку дня в ПНА. Более того, израильские эксперты указывают на то, что достижения независимости и создания государства ожидали от ПНА, а не от ООП. «Явная слабость руководства Махмуда Аббаса и неудачи ПНА в управлении ставят перед Израилем и миром плохой, но неизбежный выбор между неоптимальным управлением конфликтом, альтернативой локализованных центров силы или опасностью преобладания более радикальных элементов».

Анализируя причины сложившейся ситуации, К.Майкл и О.Вертман предлагают учитывать и не зависящие от ПНА обстоятельства, в том числе неспособность Израиля определить возможные контуры соглашения с палестинцами о постоянном статусе. Хотя они утверждают, что основные причины неудач и сложности их исправления следует искать в политике самой ПНА.

Эксперты приводят одну основную и четыре вспомогательные причины неудач ПНА. «Главная причина провала заключается в неспособности палестинского руководства (сначала Ясира Арафата, а затем Махмуда Аббаса, каждый по-своему, совершенно по-разному) осуществить необходимый переход от революционного, национально-освободительного движения, характеризовавшегося многими как террористическое, к реальному и кропотливому процессу государственного строительства. Это потребовало бы изменения в сознании, организации и политическом поведении, чего не произошло; политические действия ПНА и палестинского руководства в институциональном, экономическом и социальном измерениях существенно не изменились со времени его пребывания в изгнании в Тунисе». Все это, в свою очередь, привело к другим проблемам, среди которых:

— глубокий внутренний раскол между двумя правящими движениями – ФАТХом и ХАМАСом, при этом последнее использует слабость ПНА, чтобы предложить палестинскому народу политическую альтернативу;

— растущая политическая дистанция между сектором Газа и Западным берегом р. Иордан, а также все большая потеря централизованного контроля в некоторых частях Западного берега р. Иордан;

— отсутствие согласованных общественно-политических механизмов разрешения разногласий, в результате чего легитимность ПНА в глазах палестинской общественности еще больше подрывается;

— в таких условиях М.Аббасу трудно отстаивать свою власть, поэтому все чаще раздаются требования его отставки.

«ФАТХ, как гегемонистское движение, теряет свою власть и общественную поддержку, тогда как ХАМАС укрепляется за его счет. Общественное разочарование перерастает в протесты и даже насилие, а также в потерю монополии ПНА на организованное насилие, тем самым облегчая скатывание в состояние упадка, которое, как это ни парадоксально, поддерживается израильским вмешательством на местах».

К.Майкл и О.Вертман акцентируют внимание на том, что «ООП как революционное движение и национально-освободительная организация начинала с противостояния самому существованию Государства Израиль и выступала за освобождение палестинской родины путем вооруженной борьбы», что особенно нашло отражение в Декларации о независимости Палестины, принятой Палестинским национальным советом (ПНС, законодательным органом ООП) в ноябре 1988 г. Со временем ООП смягчила свою позицию, и, подписав Декларацию принципов о временных мерах по самоуправлению («Договоренности Осло») в сентябре 1993 г.[i], организация согласилась создать палестинское государство рядом с Израилем в границах 1967 г., не отказавшись от других требований. «Однако, несмотря на изменения в позиции, подписание «Договоренностей Осло» и создание ПНА, Ясир Арафат продолжал исполнять обязанности лидера ООП и до своего последнего дня редко выступал в качестве главы государства. Его поведение всегда характеризовалось сочетанием государственной мудрости и стремления к соглашению с культивированием духа сопротивления и освобождения всей родины», т.е. уничтожения Израиля.

Спустя более 17 лет после его кончины modus operandi Арафата «все еще подпитывает представления относительно временности соглашений, обозначая их как простые инструменты и прелюдию к созданию палестинского государства от реки [Иордан] до [Средиземного] моря». Попытки изменить политическую «не государственническую» повестку дня ПНА неоднократно терпели неудачу. Несмотря на создание государственных учреждений и министерств, бюрократической системы, оказывающей услуги гражданам, Арафат постарался сохранить все центры власти в своих руках. «В таком проблемном виде М.Аббас сохраняет свое наследие».

В периоде правления Арафата отмечается тот факт, что «он сумел настроить разведывательные службы и службы безопасности друг против друга, используя методы “разделяй и властвуй”, чтобы предотвратить получение какой-либо организацией или лицом слишком большой власти. М.Аббас, напротив, создал более централизованную структуру командования под руководством Маджида Фараджа. Но ни он, ни Салам Файяд на посту премьер-министра не могли справиться с коррупцией и кумовством в ООП, что было привнесено в ПНА».

В контексте применения палестинцами под руководством Ясира Арафата и Махмуда Аббаса силовых методов борьбы с израильской оккупацией эксперты также видят определенную разницу. «Столкнувшись с неспособностью развивать экономику и строить гражданское общество, Арафат закончил свои последние годы в осаде в резиденции «Муката» в Рамалле в разгар террористической войны палестинцев против Израиля». Допуская, что Арафат мог и не инициировать начало Второй интифады, эксперты настаивают на том, что он в любом случае не предотвратил ее, поддерживая деятельность «Танзим» (вооруженного молодежного крыла ФАТХа). Понимая, что втягивание сил безопасности в боевые действия с Израилем могли привести ПНА и палестинское общество к краю бездны, «Махмуд Аббас избегал погружения в полномасштабный конфликт, хотя полностью не отрекся от “мучеников”». Такая «двусмысленность продолжает подрывать перспективы возобновления дипломатического процесса (как и изменение позиции Израиля в результате Второй интифады 2000-2005 гг.)».

К.Майкл и О.Вертман указывают на «один конкретный результат подобного поведения и отсутствия палестинского [государственного]  управления, который еще больше ослабил позиции Палестины». Они имеют в виду палестинское право вето против нормализации отношений между Израилем и арабскими государствами до тех пор, пока палестино-израильский конфликт не будет разрешен так, как это нужно палестинцам. «Арафату за годы пребывания на посту председателя ПНА удалось сохранить эту возможность [вето], хотя уже в его эпоху арабские лидеры начинали уставать от того, что их считали заложниками палестинского дела, тогда как отношения с Израилем могли послужить важным национальным интересам. Следовательно, после подписания “Авраамовых соглашений” в сентябре 2020 г. палестинское руководство оказалось на обочине определенного арабского сообщества».

Израильские эксперты полагают, что «лишившись одного из своих наиболее мощных стратегических активов и все больше теряя легитимность из-за провалов в управлении, руководство ПНА могло взять курс на сотрудничество с Израилем. Но… сказалось сильное влияние максималистской идеологии, характеризующейся требованием абсолютной справедливости в виде реализации права [палестинских] беженцев на возвращение [в свои дома на территории Израиля] и создания палестинской столицы в Восточном Иерусалиме, при отрицании еврейского наследия в Иерусалиме и законности любых израильских исторических, религиозных и национальных притязаний. Это вылилось в неохотное и упрямое поведение [палестинского руководства] и отказ от всех политических инициатив, включая предложение, сделанное Абу Мазену премьер-министром [Эхудом] Ольмертом в сентябре 2008 года».

«После прихода Биньямина Нетаньяху на пост премьер-министра в 2009 г.», – по версии израильских экспертов, – «руководство ПНА, в конце концов, решило отказаться от прямых переговоров с Израилем. В качестве альтернативы палестинские власти выбрали стратегию интернационализации конфликта, предполагая, что она может мобилизовать международное сообщество, чтобы заставить Израиль создать палестинское государство без необходимости платить цену в виде взаимного признания и учета израильских озабоченностей в сфере безопасности». М.Коби и О.Вертман полагают, что в глазах М.Аббаса и Саиба Эреката (экс-генсека исполкома ООП) обращение в Международный уголовный суд и Международный суд ООН в Гааге, а также решение Генеральной Ассамблеи ООН о признании Палестины государством, не являющимся членом организации, заменили необходимость достижения компромисса с Израилем. Более того, решение бывшего президента США Барака Обамы в декабре 2016 г. не ветировать резолюцию 2334 СБ ООН (подтверждающую, что «создание Израилем поселений на палестинской территории, оккупируемой с 1967 года, включая Восточный Иерусалим, не имеет юридической силы и является вопиющим нарушением международного права…»[ii]), «возможно, также подкрепило эти ожидания; однако критическое отношение [США] к израильской политике исчезло с приходом в Белый дом президента Дональда Трампа». Эксперты считают, что к полному прекращению контактов между ПНА и администрацией Трампа привела «неспособность палестинского руководства понять новое мышление Америки и большей части арабского мира»[iii].

[i] Декларация принципов о временных мерах по самоуправлению. https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/oslo_agreements.html

[ii]Резолюция 2334 (2016). https://documents-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N16/463/93/PDF/N1646393.pdf?OpenElement

[iii] The Palestinian Authority: On a Journey to Nowhere // The Jerusalem Strategic Tribune. June, 2022. https://jstribune.com/michael-wertman-the-palestinian-authority-journey-to-nowhere/

62.35MB | MySQL:104 | 0,589sec