Что осталось за рамками визита главы МИД Израиля Я.Лапида в Турцию

В четверг глава внешнеполитического ведомства Израиля и ротационный премьер-министр Я.Лапид совершил дипломатический визит в Анкару. В центре повестки дня его общения с контрпартнером М.Чавушоглу, которое стало продолжением предшествовавшего аналогичного раунда консультаций в конце мая в Иерусалиме, оказалась проблема безопасности с акцентом на иранской угрозе. Кроме того, как писали израильские СМИ в преддверии встречи, ожидалось рассмотрение перспектив взаимного возвращения послов. Динамика турецко-израильских отношений в последнее время свидетельствует о стремлении сторон наладить сотрудничество, однако, как кажется, в сравнении с ранее сформировавшимися у государств ожиданиями, есть свидетельства того, что не на всех направлениях им пока удается добиться реализации поставленных задач.

В фокусе переговоров глав МИД находилась успешная операция по срыву планов ИРИ похитить и убить израильских граждан. По словам Я.Лапида, «Турция знает, как ответить иранцам», «а жизни израильских граждан были спасены благодаря безопасности и дипломатическому сотрудничеству между Израилем и Турцией». Примечательно, что израильский политик, обращаясь к принимающей стороне, использовал ее новое международное название «Turkiye», созвучное турецкому, вместо привычного «Turkey». В дополнение к этому Я.Лапид встретился еще и с главой разведки Турции Х.Фиданом.

Обращение к подобным случаям уже можно считать особенностью нынешнего витка сближения. Так, этому предшествовал эпизод с семьей Окнин, случайно сфотографировавшей президентский дворец Р.Т.Эрдогана, освобождение которых также было подано как результат успешной кооперации на высшем уровне. Помимо этого в феврале Анкара уже сообщала о предотвращении покушения на израильского бизнесмена. При этом все указанные эпизоды объединяет два аспекта.

Во-первых, стремление продемонстрировать, что Турция – это безопасная для туризма страна, что должно позитивно отразиться на экономике, поскольку предостережения Иерусалима по поводу поездок создали неблагоприятный имидж республике не только для израильских туристов но и в целом.

Во-вторых, в двух из трех случаем есть обращение к Ирану, создающее ощущение расширения регионального фронта по борьбе с его влиянием.

Впрочем, по версии израильского специалиста по геополитике и международной безопасности А.Хохберг-Маром, действительный интерес Израиля к Турции в контексте иранской угрозы, вероятно, обусловлен не ближневосточным контекстом, где и без того много желающих ограничить амбиции ИРИ, а фактом принадлежности республики к НАТО и статусом кандидата на членство в ЕС[i]. Таким образом, следуя данной логике, получается, что через привлечение Анкары Иерусалим пытается создать иллюзию сохраняющегося непосредственного присутствия Запада в регионе, в то время как в реальности США и Евросоюз глубоко погружены в события на российско-украинском треке, а их изменившиеся международные приоритеты как раз открывают путь Тегерану, чтобы заполнить появляющийся вакуум силы. Надо сказать, что данная версия может оказаться справедливой еще и потому, что Я.Лапид, будучи главой внешнеполитического ведомства, обозначил своей интерес именно к европейскому и американскому вектору израильской дипломатии с акцентом на работе с организациями, а не отдельными странами.

Впрочем, выбор между ближневосточным и европейским вектором в данном случае все же условен, особенно учитывая, что перед Я.Лапидом Анкару посетил наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед  бен Сальман. Еще в начале июня в англоязычных арабских СМИ со ссылкой на социальную сеть Twitter  (заблокирован в РФ, принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной в РФ) появилась версия, что Турция может стать своего рода третьей стороной при подготовке нормализации отношений между Израилем и КСА. Со стороны саудитов координацией процесса предположительно может заниматься С.аль-Кахтани, которого считают причастным к убийству журналиста Дж.Хашогги, а своего рода штабом миссии по установлению отношений избран Стамбул[ii]. Если в дальнейшем это предположение подтвердится, то оно будет означать принятие Турцией американского подхода к ближневосточному урегулированию, который заключается в установлении контакта с региональными умеренными режимами, а уже потом с палестинцами. Более того, «Соглашения Авраама» воспринимаются последними как эрозия палестинской проблемы, однако, еще в мае М.Чавушоглу посетил мечеть Аль-Акса и заверил, что потепление с Израилем не помешает Турции продолжать их поддерживать и заниматься разрешением именно указанного компонента региональных противоречий.

Еще одной важной темой в рамках сближения Анкары и Иерусалима, не попавшей, однако, как минимум в открытую часть переговоров, несмотря на то, что от Израиля вел их политик, готовящийся стать главой правительства, является газ. Для Турции продемонстрировала важность темы еще на этапе подготовки к мартовскому визиту израильского президента И.Герцога. Однако сейчас, когда недавно был подписан меморандум Израиля и Египта о поставках «голубого топлива» в Европу, М.Чавушоглу или Я.Лапид воздержались от ее упоминания.

Турецкие проправительственные обозреватели, комментируя упомянутый египетско-израильский документ, наперебой утверждают, что он никак не помешает планам республики. С их точки зрения, меморандум необходимо понимать как сигнал ЕС к готовности инвестировать в регион, в том числе в бурение, что особенно важно для использования израильского потенциала, следовательно, это пойдет на пользу Турции. Однако и в Брюсселе и в Иерусалиме, судя по всему, растут опасения, что кажущийся относительно легким и недорогим, особенно если сравнивать с EastMed, канал поставок в будущем может обернуться проблемами. Для Израиля они обусловлены тем, что диалог с Турцией крайне подвержен изменениям внешнеполитических приоритетов Р.Т.Эрдогана. С точки зрения ЕС весьма высок риск использования газа как рычага воздействия с целью продвижения выгодных республике решений на других направлениях, прежде всего миграционном и экономическом. Соответственно, поддерживая эту кооперацию, Европа, возможно, и способствует решению в краткосрочной перспективе проблемы диверсификации источников энергоресрусов, но не избавляется от политического компонента в энергетическом сотрудничестве, а не исключено, что и усиливает его.

В целом потепление турецко-израильских отношений – это хороший имиджевый ход для Р.Т.Эрдогана и Я.Лапида, которым предстоит подготовка к выборам. Помимо этого, находясь в диалоге на текущем этапе они способны совместно усилить интерес к Турции, Израилю и региону в целом со стороны Европы и США. При этом Иерусалим получает дополнительную поддержку в борьбе с ключевой для себя иранской угрозой, а Анкара – продвигает региональную стратегию сближения с другими странами, прежде всего Саудовской Аравией. В результате, и у Израиля может наметиться прогресс в нормализации с КСА. Однако свидетельств действительно прочных оснований для восстановления турецко-израильских отношений в долгосрочной перспективе пока не наблюдается, а значит, даже при успешном исходе текущего витка контактов не исключена и последующая за ним стадия отчуждения, которая будет продиктована глобальными или региональными трансформациями.

[i] Hochberg-Marom A. If Israel wants to isolate Iran, there is no escape from improving relations with Erdogan. Opinion (In Heb.) // Maariv. URL: www.maariv.co.il/journalists/opinions/Article-925503

[ii] Popular Twitter account Mujjtahid claims Istanbul-based team working to promote Saudi-Israel deal // The Arab News. URL: English.alaraby.co.uk/news/saudi-team-working-israel-deal-istanbul-report

52.26MB | MySQL:103 | 0,483sec