Оценки в Израиле происходящего на Украине и ситуации вокруг нее. Часть 34

С момента начала Россией 24 февраля 2022 г. специальной военной операции на Украине, в израильских СМИ и экспертно-аналитических центрах анализируют развитие военной кампании, ее разные аспекты и возможные последствия для участников конфликта, Израиля, Ближневосточного региона и всего мира в целом.

Эксперты Иерусалимского института стратегии и безопасности (Jerusalem Institute for Strategy and Security) Тувиа Геринг (Tuvia Gering), специализирующийся на китайской политике и международных отношениях, а также на управлении чрезвычайными ситуациями и стихийными бедствиями; и Даниэль Раков (Daniel Rakov), «специалист по России», рассматривают вопрос отношений Израиля с Россией и Китаем в свете войны на Украине. Они полагают, что «несмотря на взаимную поддержку на протяжении первых ста дней войны, между Россией и Китаем по-прежнему наблюдается столкновение интересов». В этих условиях они советуют Израилю «с одной стороны, более чутко реагировать на опасения Вашингтона по поводу этих двух глобальных конкурентов, с другой – помнить о призывах популистского толка, способных привести к резким поворотам в отношениях с Москвой и Пекином»[i].

Личную дружбу между президентом РФ Владимиром Путиным и председателем КНР Си Цзиньпином эксперты называют «наиболее явным свидетельством существенного перехода китайско-российских отношений от демонстративной враждебности в период холодной войны к сегодняшнему сотрудничеству против Запада». Оба лидера «выразили свое враждебное отношение к США и НАТО» на Олимпийских играх в Пекине. «Через три недели Путин вторгся на Украину». Отмечается «тесная связь экономик Китая и России: двусторонняя торговля увеличилась с 8 млрд долларов в 2000 г. до 140 млрд долларов в 2021 г.». Анализируя выступления на ПМЭФ-2022, эксперты увидели, что «две страны обязались поддерживать регулярные экономические и торговые отношения и увеличить двусторонний товарооборот до 200 млрд долларов к 2024 г.». Они констатируют, что «Китай использует эмбарго Запада для импорта дешевой энергии».

По мнению экспертов JISS, «необходимость [России и Китая] во взаимопомощи усилилась в мае 2022 года после первого визита президента США Джо Байдена в Азию. Он пообещал в третий раз защитить Тайвань от китайского вторжения, несмотря на давнюю американскую политику «стратегической двусмысленности» в этом вопросе». «Байден также посетил Южную Корею и Японию, представив Индо-Тихоокеанскую экономическую структуру (IPEF), которая, по-видимому, составляет экономическую основу Индо-Тихоокеанской стратегии Вашингтона и его союзников. Его участники [США, Япония, Индия, Австралия – прим автора] поддерживают концепцию «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона» против обширных претензий Китая на Южное и Восточно-Китайское моря». Во время визита Байдена также состоялся третий саммит Quad («Квад», т.н. Четырехсторонний диалог по безопасности), в котором приняли участие США, Япония, Индия и Австралия, «демократические единомышленники в усилиях по сдерживанию Китая».

Приводится комментарий советника по национальной безопасности Джейка Салливана, согласно которому «азиатское турне Байдена было направлено на то, чтобы продемонстрировать, что Соединенные Штаты могут «возглавить свободный мир» против России, а также наметить путь вперед в Индо-Тихоокеанском регионе, то есть в будущее, которое не во главе с Китаем». Эти шаги последовали за американской критикой «пророссийского нейтралитета» Пекина в войне на Украине и ожиданиями Белого дома, что Си окажет давление на Путина, чтобы тот прекратил кровопролитие. Собрав своих союзников вместе, Байден охарактеризовал конфликт как «битву между демократиями и автократиями». В то же время госсекретарь Энтони Блинкен привязал Китай к России, заявив, что они «на неправильной стороне истории»».

Эксперты JISS отмечают, что даже после начала войны на Украине Соединенные Штаты продолжают рассматривать Китай как главную проблему безопасности. «В конце мая Блинкен изложил стратегию администрации Байдена в отношении Китая, подчеркнув, что «даже несмотря на то, что война президента Путина продолжается, мы будем по-прежнему сосредоточены на самом серьезном долгосрочном вызове международному порядку – Китайской Народной Республике». При этом Блинкен уточнил, что Соединенные Штаты «не ждут конфликта или новой холодной войны». Тем не менее, Китай раскритиковал его слова, определив их как «говорящие одно, а делающие другое», указывая на тот факт, что в июне Индо-Тихоокеанский флот США возглавит учения «Рим Тихого океана» (RIMPAC). Их называют «крупнейшими в мире международными морскими учениями», в которых принимают участие 25 000 человек из 26 стран (включая Израиль)».

Т.Геринг и Д.Раков указывают на то, что «с тех пор, как Россия вторглась на Украину, китайские комментаторы осудили у себя в стране критиков жестокости России и ее нарушения Устава ООН. Они подчеркнули важность поддержки России на случай реализации аналогичного сценария в Южном и Восточно-Китайском морях, особенно в районе Тайваньского пролива. Другие китайские аналитики утверждают, что проигрыш Путина Украине и Западу может означать, что Китай будет «следующим в очереди». Согласно повторяющимся мотивам в партийно-государственных СМИ, Запад во главе с США использует войну для «усиления репрессий и сдерживания Китая»».

По мнению израильских экспертов, «конфликт на Украине подчеркивает актуальность американской союзнической системы, которая оказывает военную помощь Киеву, в то время как Москва сражается в одиночку». Поэтому «Китай, как и Россия, может рассчитывать только на себя, имея только один устаревший формальный военный союз с обедневшей и изолированной Северной Кореей. Военная ценность исламистского «железного брата» Пакистана также является ограниченной в глазах Пекина».

В этих условиях «два авторитарных правительства усилили военное сотрудничество из-за растущего давления США». Эксперты проводят аналогию совместных боевых вылетов российских и китайских истребителей вблизи японской границы во время встречи в Токио лидеров Quad с  тем, как «возле Бучи и Мариуполя обнаруживаются новые массовые захоронения». Отмечается, что «Си Цзиньпин вновь заявил о своей поддержке Москвы в вопросах «суверенитета и безопасности» во время телефонного разговора с Путиным в день своего рождения в начале этого месяца».

Однако «несмотря на торжественные обещания «безграничного» партнерства, взаимное доверие России и Китая ограничено», – пишут эксперты JUSS, указывая на то, что «с самого начала войны китайские официальные лица подчеркивали, что у двух стран нет военного союза, и не обнаружено каких-либо признаков китайской военной помощи России». Помимо этого «перед войной Россия отказалась предоставить Китаю свои самые передовые военные технологии, а китайских хакеров неоднократно ловили с поличным при попытке проникнуть на серверы российской оборонки».

Продолжая проводить параллели между Россией и Китаем в вопросах безопасности и политики, Т.Геринг и Д.Раков приписывают России «агрессивное проецирование своего влияния на Европу, Ближний Восток и Африку, в то время как Китай в первую очередь сосредоточен на экономическом развитии. С другой стороны, в Центральной Азии Китай вторгается в традиционную сферу влияния России». Они предлагают взглянуть на карту, на которой видны «огромные риски для безопасности, связанные с крахом гиганта с севера, с которым Китай имеет общую границу протяженностью 4000 километров».

По мнению израильских экспертов, «даже подписание в 2003 году договора о границе не смогло стереть кровавую историю [взаимоотношений между Россией и Китаем]». Они полагают, что «китайские националисты, которые хотят объединить материковую часть с Тайванем, все еще тоскуют по Владивостоку и большим участкам территории на северо-востоке, которые династия Цин была вынуждена передать русским в 19 веке; [китайские националисты также тоскуют] когда смотрят на независимую Монголию, которая преимущественно выделена из китайской Внутренней Монголии из-за советского вмешательства».

В России же, полагают эксперты, «аналитики обеспокоены тем, что Китай в будущем воспользуется уязвимостью Москвы и нехваткой жителей в ее большом восточном регионе. Предположения о том, что Россия станет протекторатом Китая, пугают Кремль не меньше, чем гегемония Запада в международных делах».

На фоне этого эксперты выделяют «единственное, что объединяет Россию и Китай в видении будущего международной системы» – «враждебность к американскому лидерству». Кроме того, «Китай больше всего выигрывает от либерального мирового порядка и глобализации под руководством Запада. Относительное экономическое процветание и стабильность позволили стране занять второе место в мире по величине экономики. По сравнению с подрывными попытками России разрушить существующий порядок, Пекин принимает постепенные изменения, которые в долгосрочной перспективе в его интересах».

Что касается связей с Западом, то отмечается, что у Китая и России они также разные. «Несмотря на воинственные заявления Китая, ему нужна западная помощь, чтобы противостоять ряду системных вызовов, стоящих на пути реализации «китайской мечты» о модернизированном современном социалистическом государстве. Необходимо преодолеть последствия двух лет пандемии и драконовских локдаунов в условиях неустойчивой экономики; сдвигов, вызванных комплексными социально-экономическими и политическими реформами; старения населения; изменения климата; загрязнения окружающей среды, а также других внутренних вызовов».

«Объем торговли Китая с США составляет 657 млрд долларов, а с ЕС – 828 млрд долларов, что намного меньше его торговли с Россией». Эксперты считают, что «эти цифры, могут объяснить, почему государственные банки и китайские предприятия (по большей части) соблюдают западные санкции, а китайско-российские деловые сделки держатся в секрете».

Отмечается, что «международному положению России после вторжения [на Украину] был нанесен критический ущерб, а ее вооруженные силы понесли значительные потери. Тем не менее, ее богатая природными ресурсами экономика показала потрясающую выносливость, о чем свидетельствуют восемь лет санкций. При любом сценарии стабилизации на Украине Москва, вероятно, продолжит играть заметную роль на мировой арене».

Исходя из этого, «международное сообщество разделилось по вопросу конфликта на Украине, и многие страны предпочитают осторожный подход к конкуренции крупных держав, защищая при этом свои особые интересы в отношении России и Китая. Индия, страны Персидского залива, страны Юго-Восточной Азии, такие как Филиппины, и другие давние союзники США [к которым Израиль эксперты JISS, судя по всему, не относят, что контрастирует с оценками израильской позиции в России – прим. автора]  игнорируют экономические санкции и избегают разрыва связей с Москвой. Это сопоставимо с их неприятием участия в геополитическом соперничестве между Китаем и США».

Эксперты говорят о «кризисе, который свидетельствует о поляризации и разделении международной системы, когда западный лагерь становится сильнее и более сплоченным. Тем не менее, экономическая и военная мощь этого лагеря не позволит ему вернуть себе мировое господство, которым он обладал после распада Советского Союза». Приводятся данные американской НПО Freedom House, согласно которой «за последние пятнадцать лет демократии неуклонно уступали место автократиям: менее пятой части населения мира проживает в полностью свободных странах. В большинстве стран мира до сих пор сохраняется недемократическая система, и их лидеры довольны ценностями, представляемыми Путиным и Си».

Т.Геринг и Д.Раков указывают на сложное положение Израиля, «находящегося под постоянным давлением, особенно со стороны Белого дома, который призывает его понизить уровень отношений с Москвой и Пекином». При этом ситуация для лиц, принимающих решения в Израиле сложнее, чем «в недемократических странах», потому что «Израиль считает себя членом западного лагеря с общим видением и ценностями. Израильское общественное мнение отражает это в своей поддержке Украины и презрении к Путину». Проблема только в том что «множественность вызовов безопасности в стратегическом окружении Израиля делает для него практически невозможным разрыв политических связи с Россией или по экономическим вопросам – с Китаем. Москва, скорее всего, сохранит свое господство в Сирии, играя ключевую роль в предотвращении усиления Ирана. Таким образом, это важный фактор для Армии обороны Израиля при подготовке к непредвиденным обстоятельствам в Сирии или Ливане. Кроме того, Израиль обеспокоен тем, что ухудшение отношений с администрацией Путина может негативно сказаться на многочисленной еврейской общине в России и евреях, проживающих на недавно оккупированной территории Украины».

«Несмотря на давление, Израиль действовал осторожно, безоговорочно осуждая российскую агрессию, сохраняя при этом контакты как с Кремлем, так и с президентом Украины Владимиром Зеленским, а премьер-министр Израиля Нафтали Беннет прилагал согласованные [с Вашингтоном] усилия в качестве посредника. Израиль оказал Украине существенную гуманитарную помощь, но отказался вооружить ее летальным оружием». Несмотря на то, что «еврейское государство публично ругают внутри страны и во всем мире за то, что оно не находится «на правильной стороне истории», западные лидеры и ученые хорошо понимают шаткое положение Израиля».

Эксперты напоминают, что США с момента прихода к власти администрации Трампа оказывают давление на Израиль, чтобы он сократил свои связи с Китаем. В нынешних условиях, признают они, «восприятие администрацией Байдена того, что Китай является главной угрозой мировому порядку, отражает усиление негативных тенденций в отношениях Израиля и Пекина». В качестве примера они приводят факты проигрыша китайских компаний в тендере по проекту легкорельсовой транспортной системы в Израиле, а также «нереалистичные требования посольства Китая в Тель-Авиве, чтобы Jerusalem Post подвергла цензуре интервью с министром иностранных дел Тайваня [от 30 мая – прим. автора], пригрозив понижением уровня дипломатических отношений с Израилем». При этом эксперты JISS наряду с израильскими политиками (в частности, депутатом кнессета Моше Арбелем из ультрарелигиозной партии ШАС, который назвал это «вопиющей попыткой нанести ущерб израильской свободе слова и свободе прессы»[ii]) отмечают это так, как будто цензура (не только по вопросам безопасности) – не свойственное Израилю явление.

«Если Россия сохранила видное место в международных делах, то говорить о Китае тем более не приходится, т.к. по оценкам он обгонит Соединенные Штаты в качестве крупнейшей экономики мира в следующем десятилетии. Торговля между Китаем и Израилем находится на подъеме, и заключение соглашения о свободной торговле в следующем году будет способствовать ее дальнейшему развитию», – пишут израильские эксперты, не обозначая причину, по которой создание ЗСТ анонсируется уже не первый год.

Они отмечают, что по мере того, как влияние Америки на Ближнем Востоке уменьшается, Китай прилагает все усилия для укрепления и институционализации своих стратегических связей в регионе, а ведущие китайские эксперты предполагают, что война на Украине может ускорить этот процесс.

Указывая на наличие разного отношения к России и Китаю внутри самого западного лагеря, Т.Геринг и Д.Раков позволяют себе допустить, что «призывы к руководству Израиля расстаться с Москвой и Китаем, чтобы быть «на правильной стороне истории», означали бы для него тяжелые и долгосрочные стратегические издержки с относительно неясными выгодами».

По их оценкам, «Израиль действует проницательно, избегая резких изменений в своих отношениях с Китаем и Россией, и должен продолжать формулировать отдельную политику в отношении Пекина и Москвы. Он должен продолжать находить баланс между возможностью более глубокого практического взаимодействия с Китаем и чувствительностью и заботой Запада о вопросах безопасности, а также последствиями для его национальной безопасности и экономической устойчивости».

Одновременно «Израиль должен поддерживать свои каналы связи с Россией, при этом не воздерживаясь от критики поведения Москвы на Украине». Позицию не поставлять Украине летальное оружие они называют «оправданным», хотя это необходимо «продолжать уравновешивать поставками оборонительной военной и гуманитарной помощи».

«В эпоху эскалации соперничества великих держав» эксперты призывают израильское руководство «поддерживать частый диалог с западными политиками и проявлять большую прозрачность в своих отношениях с Россией и Китаем»[iii].

[i] A New Global Order? Israel’s Relations with China and Russia in Light of the War in Ukraine / JISS. 22.06.2022. https://jiss.org.il/en/gering-rakova-new-global-order/

[ii] Китай потребовал от JP удалить эксклюзивное интервью. https://detaly.co.il/kitaj-potreboval-ot-jp-udalit-eksklyuzivnoe-intervyu-ministra-inostrannyh-del-tajvanya/

[iii] A New Global Order? Israel’s Relations with China and Russia in Light of the War in Ukraine / JISS. 22.06.2022. https://jiss.org.il/en/gering-rakova-new-global-order/

62.6MB | MySQL:101 | 0,564sec