О причинах разногласий между военными руководителями Судана

Как полагают местные суданские источники, борьба за власть между двумя высшими военными руководителями в Судане в лице главы Суверенного совета Абдель-Фатаха Бурхана и командующего Силами быстрой поддержки (СБП) Мухаммедом Хамданом Дагало (Хемити) больше не ограничивается военной сферой, а затронула уже и сферы гражданской службы. Восстановление суданских исламистов на государственной службе после переворота вызвало обеспокоенность не только у продемократических сил, но и у командующего СБП Хемити.

Отношения между главой Суверенного совета генералом Абдель-Фатахом аль-Бурханом и командующим СБП Мехаммедом Хамданом Дагало) долгое время были предметом спекуляций и интриг. Это было особенно актуально после переворота 25 октября прошлого года, в ходе которого аль-Бурхан решил распустить гражданское правительство во главе с премьер-министром Абдаллой Хамдоком и положить конец правящей коалиции между военными и Силами свободы и перемен (ССП), созданной в соответствии с конституционной декларацией 2019 года.

Публично лидер хунты неоднократно настаивал на том, что между армией, представленной аль-Бурханом, и СБП во главе с Хемити нет разногласий, и утверждал, что они находятся в «неразрывных отношениях». Совсем недавно аль-Бурхан, выступая на праздновании 123–й годовщины битвы при Карари на военной базе Вади Сидна 6 сентября, пошел еще дальше, обвинив тех, кто распространяет информацию о вражде между ним и Хемити, в том, что они «живут в мире фантазий и надеются вбить клин между армией и СБП». Но напряженность реальна, особенно с учетом опасений в военных кругах, что Хемети и СБП набирают силу и авторитет до такой степени, что их считают равными по потенциалу национальной армии. Четыре месяца назад командующий СБП отказался прислушаться к советам тех, кто находится на орбите аль-Бурхана, которые настаивали на выходе из трехстороннего механизма (Африканский союз, Организация Объединенных Наций и Межправительственным органом по вопросам развития (МОВР)), чтобы перейти к формированию Высшего совета Вооруженных сил Судана с чрезвычайными полномочиями. Несколько суданских источников сообщили, что отказ Хемети едва не привел к публичной конфронтации с аль-Бурханом и армией, которая вполне могла перерасти в насилие. Об этом сценарии давно предупреждали внешние игроки. Тем не менее, Хемити недавно удалось заслужить редкую похвалу со стороны Организации Объединенных Наций за его усилия по примирению племен в регионе Дарфур. Исследователь по политическим вопросам Амджад аль-Наим полагает, что борьба аль-Бурхана и Хемити за контроль над государственной службой угрожает целостности правительственных учреждений и еще больше подрывает концепцию гражданского контроля в пользу военных.

Пример этого настроения проявился в полной мере, когда журналист-расследователь, известный как Монте Карро, сообщил, что лидер неудавшейся попытки государственного переворота в прошлом году генерал-майор Абдель Баки Бакрави сказал своим коллегам, что Хемити вышел далеко за рамки своего мандата, закупил современное оружие для СБП и создает угрозу монополии армии.

Осложняют отношения возросшие внутренние и внешние требования о том, чтобы СБП были интегрированы в суданскую армию, предложение, против которого Хемити выразил решительное несогласие в мае 2021 года. Среди простых суданцев также широко распространено мнение, что СБП несут ответственность за кровавое подавление сидячих протестов в июне 2019 года.

Оглядываясь назад на период после правления Омара аль-Башира, признаки соперничества между аль-Бурханом и Хемити начали проявляться, в частности, в их попытках установить контроль над государственными учреждениями. Первый шаг, предпринятый Хемити после падения исламистского режима Омара аль-Башира, заключался в том, что он вмешался, чтобы убедить работников электроэнергетики прекратить забастовку, а затем предоставил им некоторые социальные бонусы в рамках покупки их влияния. Командующий СБП позже предпринял аналогичный шаг покупки популярности у учителей средней школы и заплатил им значительные бонусы.

А.Ф.аль-Бурхан, который почувствовал опасность такой конкуренции  со стороны Хемити и решил пойти испытанным способом: он взвалил на него «расстрельную должность» и поручил ему возглавить экономический комитет, который должен будет решать широкий спектр давних социально-экономических проблем. Советники командующего СБП  предостерегли его от принятия этого назначения, назвав его «ловушкой» и попыткой аль-Бурхана таким образом резко снизить популярность Хемити. Бывший советник Хемити рассказал, что его бывший начальник сначала сопротивлялся председательству, но в конце концов согласился и даже сделал пламенные заявления, пообещав остановить рост курса доллара по отношению к суданскому фунту. Советник, пожелавший остаться неназванным, сказал, что комитет не смог добиться реальных результатов, особенно когда речь шла о взрывоопасных вопросах валютного рынка, снабжения топливом и электроэнергетики. Тем не менее, Хемити сформировал команду, состоящую из 5 000-8 000 государственных служащих, которые работают в жизненно важных секторах, включая банковское дело, торговлю и СМИ, и это позволяет ему влиять на правительственные учреждения и их решения. Далее этот источник утверждал, что Хемити также отверг предложенное соглашение, подписанное 21 ноября прошлого года между аль-Бурханом и Хамдоком, прежде чем его брат и заместитель командующего СБП убедил его принять его. По словам того же чиновника, Хемити получил внутренние отчеты, предупреждающие его, что аль-Бурхан пытался с помощью своих действий после переворота восстановить контроль над государственной службой. Среди таких шагов, предпринятых аль-Бурханом, был роспуск комитета, который работал над изгнанием исламистов и сторонников прежнего режима из правительственных органов. Кроме того, председатель Суверенного совета работал через судебную систему, чтобы восстановить исламистов, которые были отстранены от своих должностей комитетом, и разморозить их банковские счета. В интервью известный суданский политический аналитик  Мухаммед Идрис согласился с предположением, что аль-Бурхан предпринимает этот «рискованный» шаг по возвращению сторонников бывшего режима на государственную службу, чтобы ослабить влияние Хемити. По словам бывшего советника Хемити, восстановление исламистов и государственных служащих бывшего режима подорвало его усилия по оказанию влияния, учитывая враждебность исламистов по отношению к нему.  Абель Фаттах аль-Бурхан в свою очередь 5 октября отверг обвинения в поддержке запрещенной Партии национального конгресса (ПНК) и подтвердил свое обязательство не участвовать в переходном правительстве. Эти заявления аль-Бурхана были направлены на то, чтобы развеять сильные слухи в столице Хартуме о недавнем расколе между ним и его заместителем Мухаммедом Хамданом Дагало, он же Хемити, из-за решения аль-Бурхана в пользу суданских исламистов.  9 октября Хемити выступил с коротким заявлением, в котором отрицал какие-либо разногласия между ним и аль-Бурханом. Но факты говорят об обратном, после переворота в октябре 2021 года правящая военная власть восстановила членов ПНК на службе, разрешила добровольческим организациям партии снова действовать и вернула ее лидерам конфискованные активы и имущество. Кроме того, беглые лидеры ПНК, разыскиваемые правосудием за участие в перевороте 1989 года, вновь появились в Судане. 1 октября 2022 года Мухаммед Тахир Элла вернулся в Судан после трех лет эммиграции в Египте. Элла — последний премьер-министр в эпоху свергнутого аль-Башира, а до этого он занимал должности губернатора  штата Альгазира на Красном море, а до этого руководил несколькими министерствами. Родом он из одного из серьезных племен востока Судана и пользуется там влиянием. Его возвращение в Судан безусловно связано и с попытками военных успокоить племенные волнения в районе Порт-Судана. Элла вернулась, и ПНК собрала толпы, чтобы встретить его в аэропорту Порт-Судана, а он, в свою очередь, обратился к присутствующим со страстной политической речью, которая выглядела как план действий по захвату востока страны. Все это произошло, несмотря на возбуждение против него уголовного дела государственным прокурором и выдачу ордеров на арест, требующих, чтобы каждый полицейский арестовал его. Возвращение Эллы и его конфронтационный политический дискурс, как полагают местные эксперты, стал частью сделки между аль-Бурханом с президентом АРЕ А.Ф.ас-Сиси, достигнутой на обратном пути из Нью-Йорка 23 сентября. На ней обсуждались вопросы координации в области политики и безопасности, а также координации усилий стран в связи с эфиопской плотиной «Возрождения».  Возвращение Эллы в египетских спецслужбах  лоббировал бывший начальник суданских спецслужб Салах Гош, который тесно с ним контактировал в  Каире после их эмиграции в АРЕ после свержения режима Омара аль-Башира. Египет смотрит на Судан сейчас как на плацдарм с точки зрения своих интересов в разжигании эфиопского конфликта. Беспорядки, царящие на востоке Судана, нарушили и ограничили возможности Египта по поддержке и вооружению Фронта освобождения Тыграя в его войне с федеральным правительством Эфиопии. Более того, союз между видным племенным лидером беджа Аль-Назером Териком и Хемити, которого Египет считает своим оппонентом в Судане, и тесные отношения между остальными лидерами Совета беджа и Эритреей, которая поддерживает эфиопского президента Абия Ахмеда в войне в Эфиопии, еще больше ограничивают способность Египта поддерживать Тыграй. Египет требует от суданских военных защитить и поддержать присутствие сил тыграйцев на восточных границах. Египет способствовал возвращению Эллы в Судан и предоставил ему гарантии безопасности от суданского правительства с целью укрепить его контроль над востоком страны, чтобы обеспечить тыловую базу и удобный логистический  путь для поддержки и вооружения Народного фронта освобождения Тыграя и дальнейшего разжигания конфликта в Эфиопии.

62.41MB | MySQL:101 | 0,537sec