Об активизации отношений ОАЭ и Египта с Сомали

По сообщению местных источников,  в центре столицы Сомали Могадишо ОАЭ и Египет осуществляют секретную инициативу по вербовке и обучению почти 3000 молодых сомалийцев. Рекрутирование новобранцев в возрасте от 18 до 28 лет началось несколько месяцев назад, им обещали хорошо оплачиваемую работу, причем многие из них уже отправлены в Египет для прохождения военной подготовки, оплачиваемой ОАЭ. Эта инициатива, была воспринята с сильным подозрением в соседней Эфиопии, которая находится в постоянном конфликте с Каиром из-за своего проекта строительства плотины «Возрождения» на Голубом Ниле, а также в Турции и Катаре, которые в последние годы пользовались сильным влиянием в Сомали. Новобранцы на первом этапе проживают и обучаются в казармах Даманьо в Могадишо, а затем отправляются на дальнейшую подготовку в АРЕ. При этом, по словам ряда дезертиров, в лагере наблюдается   отсутствие надлежащего питания и медицинского обслуживания. Около 10 новобранцев были убиты в начале октября, когда члены вооруженной группировки «Аш-Шабаб» совершили против  них теракт. Новобранцы, большинство из которых из бедных семей, прошли тщательную медицинскую проверку и проверку служб безопасности, прежде чем они были зачислены в штат.

Что стоит за этой инициативой? Говоря на условиях анонимности, высокопоставленные сомалийские правительственные чиновники, которые посвящены в это дело, сообщили, что отдельные лица тайно проводят вербовку в канцелярии президента в сотрудничестве с сотрудниками службы безопасности из ОАЭ и Египта. «Я завербовал более 50 из них из моего клана (клан Бодайо), и они были доставлены в столицу для прохождения процесса тренировок. Многие кланы в этом процессе не участвуют, и я понимаю, что это совместный проект, в котором Объединенные Арабские Эмираты полностью профинансируют процесс тренинга, в то время как Египет проводит подготовку», — заявил на условиях анонимности высокопоставленный сомалийский политический лидер. По данным самих новобранцев, высокопоставленный сотрудник службы безопасности Сомали уведомил их о том, что ОАЭ восстанавливают свое присутствие в Сомали, и вскоре они отправятся в Египет для обучения. Высокопоставленные сотрудники службы безопасности, нынешние и бывшие региональные лидеры, а также другие эксперты подтвердили  факт вербовки с участием ОАЭ и Египта: «Это правда, что ОАЭ и Египет набирают силы безопасности, и их набирают из кланов в сельских районах, из полиции и воинских частей». Офицер, пожелавший остаться неназванным, сказал, что учения проводились как в Египте, так и в Сомали, особенно в портовом городе Босасо, где у ОАЭ есть учебный центр и где они ранее обучали силы морской пехоты  Пунтленда. При этом большое количество новобранцев уже отправилось в Египет. Каир имеет прочные отношения с влиятельными членами ближайшего окружения президента Сомали, включая нового начальника разведки Махада Салаата, который учился в Каире. При этом главным стимулом для новобранцев являются деньги.

По сравнению с государственным военным довольствием, где новобранцам платят около 200 долларов в месяц, считается, что обученные в АРЕ военнослужащие зарабатывают не менее 400 долларов в месяц, что является сильным стимулом, особенно если учесть, что семь из десяти сомалийцев живут за чертой бедности. По другим данным, они получают порядка 500 долларов в месяц.  В отличие от других сил в Сомали, которые открыто обучались Турцией на ее базе в Могадишо (около 3000 уже подготовлено), нынешняя операция ОАЭ и Египтом держится в секрете. Вовлеченных лиц предупредили, чтобы они не делились информацией о кампании по вербовке с кем-либо еще, несмотря на то, что такая тайная вербовка не является чем-то новым для Сомали. Махамед Абдуллахи Махаммед, также известный как Фармаджо, который был президентом с 2017 года по май этого года, подвергся критике за тайную отправку молодежи в Эритрею для военной подготовки в прошлом году. Но реально он там тренировал свою личную гвардию из числа выходцев из своего клана; до этого эти бойцы тренировались на турецкой базе в столице. Среди тех, кто критиковал его за это, был его преемник Хасан Шейх Махамуд, близкий союзник ОАЭ и Египта, под руководством которого происходит нынешняя вербовка. Если проще, то он таким образом готовит свою личную гвардию. Критики президента обвинили его в вовлечении Сомали в продолжающийся региональный кризис из-за плотины «Возрождения», который обострил отношения между Эфиопией, Египтом и Суданом. «Вода Нила — потенциальный кризис в регионе Африканского Рога, и любая подготовка сомалийских сил с участием Египта поставит Сомали в центр кризиса, поскольку эфиопские силы контролируют большую часть нашей страны. Тесные связи с Каиром не имеют для нас никакой ценности. Мы также понимаем, что мусульманский мир несколько разделен, и если Сомали будет восприниматься как вовлеченная  сторона, то это окажет ненужное влияние на нашу страну», — полагает Абдуллахи Кулейн, сомалийский депутат и бывший начальник штаба разведки страны. «Эфиопия будет рассматривать участие Египта в этом процессе как непосредственную угрозу национальной безопасности, учитывая их дипломатический раскол и то, что Сомали была задним двором Аддис-Абебы, но Сомали должна учитывать интересы и поддерживать противоречивые интересы обеих сторон. В некотором смысле, участие [ОАЭ и Египта] полезно для страны в поддержании дисциплины, благосостояния и контроле за качеством и управлением силами, в отличие от сил, возглавляемых сомалийскими командирами, которые в конечном итоге выходят из-под контроля или даже рассеиваются. Но также остается вопрос о том, как будут использоваться эти силы, поскольку Египет и ОАЭ в настоящее время не проводят никаких контртеррористических операций в Сомали», — полагает Абдисалам Гуле, консультант по безопасности в фирме по управлению рисками Eagle Ranges Servicesи бывший заместитель начальника разведки Сомали.  Рискнем с ними не согласиться: маловероятно, что подготовленные сейчас  сомалийцы будут участвовать в войне против Эфиопии. В данном случае речь идет о восстановлении влияния ОАЭ и АРЕ в Сомали после смены президента.  Ну и укрепления его личной военной силы. Пока Хасан Шейх Махамуд не пришел к власти, отношения между Сомали и ОАЭ были холодными после того, как Могадишо отказался разорвать отношения с Катаром в формате блокады «арабской четверки» (КСА, ОАЭ, АРЕ и Бахрейн) и вместо этого выбрал нейтралитет.    «К сожалению, участие ОАЭ и Египта в нашей системе безопасности не отвечает наилучшим интересам нашей страны, поскольку их цель — оказать значительное влияние на архитектуру безопасности Сомали в случае смены режима. Более того, участие Каира в этом процессе тренировки наверняка приведет в ярость Аддис-Абебу, поскольку между двумя соперничающими державами на Ниле существует дипломатический раскол. У нас много общего с Эфиопией, включая присутствие ее сил в нашей стране, самую длинную границу протяженностью около 1600 км, а также в рамках региональных и континентальных форумов, таких как Африканский союз и МОВР», — дал понять на условиях анонимности правительственный чиновник в Могадишо, имея в виду африканский торговый блок из восьми стран.

Отношения между ОАЭ и Сомали резко обострились в апреле 2018 года, когда правительство Сомали изъяло несколько сумок с деньгами, в которых было почти 10 млн долларов, из самолета, который прибыл в аэропорт Могадишо из Абу-Даби. Правительство охарактеризовало это как «грязные деньги», направленные на создание политической нестабильности в стране. Если проще, то эти деньги были предназначены для подкупа ряда парламентариев Сомали для свержения президента Фармаджо. В том же месяце Министерство обороны Сомали объявило, что разорвет все военные связи с ОАЭ, а сомалийское правительство возьмет на себя обязанности по обучению, финансированию и перераспределению сил, которые находились на содержании ОАЭ. Этот шаг побудил ОАЭ отозвать своих военных инструкторов и оборудование из Могадишо. Вместо этого ОАЭ начали укреплять связи с полугосударственными анклавами Сомалилендом и Пунтлендом, автономными регионами Сомали, руководство которых находились в жестком клинче с Фармаджо по вопросу права выдавать лицензии на добычу полезных ископаемых. С октября 2018 года DP World, эмиратский глобальный портовый оператор, инвестировал не менее 442 миллионов долларов в развитие порта в Бербере в Сомалиленде. Абу-Даби рассматривает такое присутствие на Африканском Роге как способ помочь контролировать торговые потоки через стратегический Баб-эль-Мандебский пролив, ключевой глобальный канал морского судоходства.

Сомали, которая содержит разнообразные силы, обученные различными странами, в частности Турцией, в течение многих лет пыталась объединить различные компоненты для усиления своей борьбы с боевиками «Аш-Шабаб».

Считается, что Анкара, которая за последнее десятилетие обучила тысячи военнослужащих и имеет крупнейшую военную базу за рубежом в Могадишо, имеет сильное влияние в стране. Абдивахаб Шейх Абдисамад, научный сотрудник Института стратегических исследований Африканского Рога, считает, что кампания по вербовке в ОАЭ и Египте направлена на противодействие растущему влиянию Турции и Катара в Сомали. Это действительно так, и в этой связи мы напомним об оптимистических оценках ряда политологов о якобы серьезном тренде сближения Турции, Египта и ОАЭ. Может он где-то и есть, но далеко не везде.

Абдисамад также считает, что ОАЭ могли бы использовать недавно обученных новобранцев для продвижения своих интересов в Сомали, особенно в оказании помощи в управлении портами, управляемыми DP World, в Бербере и Босасо. В конечном счете, он не считает эту инициативу позитивной для Сомали: «Любое соглашение о безопасности в Сомали с участием Каира создаст напряженность и доверенных лиц, что может подорвать стабильность Сомали. Я не вижу никакой благородной идеи участия Египта в структуре безопасности Могадишо, поскольку дуэт [Египет и Эфиопия] расходятся во мнениях по поводу воды в Ниле, и это может создать напряженность в регионе».

62.42MB | MySQL:101 | 0,639sec