К итогам 31-го саммита ЛАГ в Алжире

Как полагают эксперты Стратегической инициативы Ибн Халдуна (IKSI) Института внешней политики (FPI) Школы перспективных международных исследований Университета Джона Хопкинса (SAIS) в Вашингтоне, 31-й саммит Лиги арабских государств на прошлой неделе ожидаемо завершился в Алжире без особых прорывов, несмотря  на его публичное позиционирование «как великое воссоединение арабского мира после двухлетнего перерыва». Мало кто из экспертов ожидал, что саммит этого года преодолеет все трудности и станет путем к решительным или преобразующим сдвигам, не говоря уже о столь необходимом наведении мостов во все более неопределенном и противоречивом мире. Из реальных итогов — небольшое повышение статуса Алжира в регионе, поскольку его руководство стремится извлечь выгоду из повышенного внимания к его энергетическим ресурсам со стороны Европы, учитывая военную операцию России  на Украине. Стремление Алжира к дальнейшему арабскому единству на бумаге звучит неплохо. Однако попытка сделать это с помощью этого саммита нарушила бы многолетнюю тенденцию арабских правительств использовать это собрание в основном для обсуждения разногласий, а не для поиска точек соприкосновения и принятия последовательных практических решений для достижения общих целей. Таким образом, легче сказать, чем сделать, чтобы использовать этот институт в формате  напористой внешней политики или стартовой площадки для силовых интервенций, учитывая расширяющиеся разногласия, обостряющуюся напряженность,  конфликты и нестабильность во всем арабском регионе. В конце концов, большинство членов ЛАГ сталкиваются с продовольственными кризисами, безудержной инфляцией и нехваткой продовольствия, а 141 млн человек, что составляет примерно четверть населения арабского мира, страдают от отсутствия продовольственной безопасности. Последствия изменения климата, от которого этот регион страдает непропорционально, также усугубляет нехватку воды в самом засушливом регионе мира. Другими словами, лишь несколько арабских государств сейчас не балансируют на грани серьезных экономических потрясений, широкомасштабных беспорядков или полного краха, и по-прежнему зависят от все более дорогостоящего импорта из-за нехватки внутренних мощностей для самообеспечения, особенно в сельском хозяйстве и производстве энергии. При этом ЛАГ и аналогичные региональные конвенции или организации по идее должны активизировать свои усилия, например, для реорганизации каналов поставок зерна и запасов, перепроектирования энергетических маршрутов, интеграции электросетей и внедрения эффективных региональных методов управления водными ресурсами. Вместо этого большая часть дискуссий до и во время встречи традиционно была сосредоточена вокруг палестинского досье — неизменного ядра смысла существования самой ЛАГ, которое превратилось в серьезное препятствие на пути реального продвижения арабского единства, совместных действий и устойчивого сотрудничества. В итоге Алжиру удалось добиться примирения между 14 палестинскими группировками в прошлом месяце, что является многообещающим началом. Кроме того, большинство стран региона  согласны с тем, что урегулирование палестинского кризиса имеет ключевое значение для региона. Однако существует резкое расхождение в том, как именно этого можно достичь. Что касается Палестины, то на этом саммите продолжалась обычная традиция делать заявления, не требующие принятия мер и не имеющие обязательной силы, и маловероятно, что будущие встречи предложат что-то большее, чем риторическую поддержку. Кроме того, регион по-прежнему разделен по вопросу возвращения Сирии в Лигу: Алжир, Египет, Иордания и Тунис настаивают на ее восстановлении, в то время как другие страны по-прежнему колеблются, считая, что это преждевременно. Тем временем между Алжиром, принимающей стороной 31-го саммита, и Египтом, где расположена штаб-квартира ЛАГ, нарастает напряженность из-за кризиса в Ливии и укрепления алжиро-эфиопских связей. Стремление Алжира дипломатически утвердить себя на африканском континенте в основном обусловлено его историческим соперничеством с Марокко за континентальную гегемонию. Однако, когда такие шаги приводят к активизации сотрудничества и взаимодействия с Эфиопией, которая в настоящее время погрязла в споре с Каиром по поводу уровня заполнения плотины «Возрождение» на Ниле, это может привести к подрыву двусторонних связей уже между Египтом и Алжиром в самое  неподходящее время. Вместо того, чтобы решать эти проблемы, на данный момент делегаты, похоже, довольствовались своим уже обычным «топтанием на месте». Принятие Алжирской декларации просто замалчивает серьезные разногласия в регионе, повышенную напряженность и неизбежную дисфункцию, которые нейтрализуют неоднократные призывы к совместным действиям для решения растущих региональных проблем или любые усилия по повышению арабских интересов во все более многополярном мире. Декларация дополняет конференцию министров, состоявшуюся в сентябре, на которой участвующие министры иностранных дел смогли выработать лишь пресс-папье-маше резолюции по Палестине, Сирии, Йемену и Ливии, а также продекларировать  обычные обвинения о происках Турции и Ирана в некоторых арабских государствах. Именно то, что представляет собой это совместное действие арабских стран, и кто будет инициировать, контролировать и сотрудничать с ним, — это пока просто разговоры, которые, скорее всего, никогда не перерастут во сто-то реальное, несмотря на растущие риски, связанные с геополитическими трениями, угрожающими разрушить мировой порядок, региональную фрагментацию и нарастающие внутренние проблемы, которые ставят под угрозу долгосрочную безопасность, процветание и стабильность арабских стран. Реальность по всему арабскому миру заключается просто в том, что у арабских лидеров нет ни желания, ни политического капитала, который можно было бы потратить на укрепление идей идеализма в рамках туманного арабского единства, на фоне того, что  реальная политика преследования национальных интересов конкретных стран приносит гораздо более ощутимые дивиденды. На самом деле, сама ЛАГ все еще не уверена в том, намерена ли она быть автономной организацией, не вовлеченной в дрязги между великими державами, или превратиться в некую новую силу. Разговоры о реформах ЛАГ пока остаются просто разговорами. Очевидно, что арабское руководство признает, что дух индивидуализма, который сегодня лежит в основе арабского сотрудничества, препятствует усилиям по созданию всеобъемлющих рамок, стратегий и политики для превращения совместного диалога в совместные действия. Что еще более важно, простого подчеркивания важности совместных усилий по защите общих интересов арабских государств также будет недостаточно, чтобы убедить подавляющее большинство арабской общественности в непреходящей значимости самого института ЛАГ. Для молодежи региона ЛАГ является пережитком незнакомого прошлого, которое десятилетиями не смогло продвинуть совместные арабские действия или не усиливало объединенный арабский голос на международной арене. Она всегда служила только для того, чтобы укрепить региональный авторитет принимающей страны, одновременно предлагая сцену для других делегатов для выражения недовольства, срежиссированного возмущения и перформативных трюков.

62.22MB | MySQL:101 | 0,474sec