Американские эксперты об отношении США к проведению Турцией военной операции на севере Сирии

Как полагают американские эксперты,  угроза нового вторжения Турции в Северную Сирию в очередной раз проверяет усилия США по балансированию между важным партнером по борьбе с терроризмом на Ближнем Востоке и потенциально ключевым геополитическим союзником в рамках  войны на Украине. В основе противостояния между Анкарой и Вашингтоном лежит поддержка Соединенными Штатами Сил демократической Сирии (СДС), ополчения с курдским большинством, с которым Вашингтон сотрудничает в борьбе с группировкой «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России). Анкара рассматривает СДС как филиал Рабочей партии Курдистана (РПК), которая десятилетиями вела войну за независимость против Турции. США считают РПК террористической организацией, но отказываются разрывать связи с СДС, которые Вашингтон рассматривает как наиболее эффективную боевую силу против ИГ. Турция начала свое первое вторжение в Сирию в 2016 году с целью лишить курдских боевиков базы вдоль своей границы. В 2018 и 2019 годах последовали еще две военные операции, в результате которых Турция и  союзные ей арабские ополченцы получили контроль над обширными участками сирийской территории. Турция уже несколько месяцев угрожает новым наземным наступлением, но ее артиллерийские и авиационные удары в регионе усилились после теракта 13 ноября в Стамбуле, в результате которого погибли 6 человек и десятки получили ранения. Турция обвинила в нападении РПК и связанные с ней группировки. И РПК, и СДС отрицают свою причастность к преступлению. США пытались предотвратить эскалацию между Турцией и Сирией во время предыдущих обострений, но аналитики и бывшие официальные лица США на этот раз менее оптимистичны в отношении посреднических усилий Вашингтона. «Более серьезная проблема заключается в том, что у США есть дела поважнее в Европе. США нуждаются в поддержке Турции по другим вопросам, поэтому реакция на это потенциальное вторжение была довольно сдержанной», — полагает Эндрю Таблер, старший научный сотрудник Вашингтонского института ближневосточной политики и бывший директор по Сирии в Совете национальной безопасности. Имеется в виду, что Турция превратилась в решающего игрока на фоне  войны на Украине. Президент Реджеп Тайип Эрдоган — один из немногих лидеров НАТО, который все еще поддерживает связь с президентом России  Владимиром Путиным. Российские и американские руководители разведслужб встретились на турецкой территории, в то время как Анкара помогла заключить поддержанную ООН зерновую сделку. «Вы не можете отделить то, что происходит на севере Сирии, от более широкого политического климата2, — считает Джонатан Лорд, директор программы безопасности на Ближнем Востоке в Центре новой американской безопасности и бывший чиновник Министерства обороны. Но в то же время как Эрдоган позиционирует себя как посредника между Москвой и коллективным Западом, ряд экспертов полагают, что это ненадежный партнер, который использует позицию Турции в НАТО для получения уступок по внешнеполитическим проблемам, которые противоречат интересам Запада. В сентябре Эрдоган выступил с завуалированной угрозой вторжения в соседнюю Грецию, поскольку Анкара увязла в серии морских споров с Афинами. Турция также блокирует предложения Швеции и Финляндии о вступлении в НАТО из-за того, что, по ее словам, они поддерживают курдские группировки боевиков. Что касается Сирии, Лорд указал: «Нет сомнений в том, что у Анкары давние опасения по поводу деятельности РПК, но то, что Турция делает сейчас, фундаментально подрывает нашу [американскую] способность противостоять ИГ». Таким образом, США уже попали под перекрестный огонь. На прошлой неделе турецкий беспилотник нанес удар по базе в Хасеке, в Сирия, в 300 метрах от американских войск. Не называя своего союзника по НАТО, Пентагон заявил, что удар «напрямую угрожал» силам США. «Продолжающийся конфликт, особенно наземное вторжение, поставит под серьезную угрозу завоевания, достигнутые миром в борьбе с ИГ, и дестабилизирует регион», — заявил 29 ноября представитель Пентагона. Отметим очень аккуратный комментарий. Это означает, что для Вашингтона Сирия больше не является первоочередным приоритетом.     «Кампания по борьбе с ИГ не является той мобилизующей силой в общественном мнении, которой сегодня является Украина», — считает Сэм Хеллер, эксперт по Сирии из бейрутского  Century Institute. СДС в свою очередь стали публично призывать к большей поддержке со стороны своего американского союзника. Мазлум Абди, глава СДС, неоднократно требовал «более сильного» послания США, чтобы остановить турецкое нападение. В СДС заявили, что прекращают операции против ИГ, чтобы переориентироваться на отражение турецкой атаки. 29 ноября Пентагон заявил, что сократил патрулирование на севере Сирии из-за сокращения там сил СДС. Но рычаги влияния СДС на США ограничены по сравнению с Анкарой. «СДС используют единственный козырь, который у них есть, чтобы убедить американцев сделать все, что в их силах, чтобы остановить турецкое вторжение и защитить их.  СДС всегда были начеку с тех пор, как администрация Д.Трампа вывела войска из Северной Сирии, и что недоверие, вероятно, усилилось после вывода войск администрацией Дж.Байдена из Афганистана. Они (СДС получили гарантии, но, учитывая массовую кампанию по связям с общественностью, которую [они] проводят, ясно, что они знают, что существуют разные уровни поддержки и защиты. Это не сулит ничего хорошего, когда Пентагон говорит, что Турция имеет право защищать свою южную границу», — полагает Наташа Холл, старший научный сотрудник ближневосточной программы Центра стратегических и международных исследований (CSIS). Таблер, бывший чиновник Белого дома, считает, что СДС работают над тем, чтобы показать, что они остаются «незаменимым партнером» США в борьбе с ИГ, даже несмотря на сворачивание операций: «Отношения с СДС сейчас не очень высоко в списке приоритетов для США. Но все же возникает вопрос: кто держит ИГ в узде? Есть два варианта: Турция и СДС. Турция хочет создать пояс безопасности вдоль своей границы, но она не хочет спускаться вниз по Евфрату и проводить контртеррористические операции». Хеллер из Century Institute подчеркивает, что предыдущие турецкие военные операции на севере Сирии были согласованы в рамках астанинского формата с Россией и Ираном. Москва использовала предыдущие обострения, чтобы укрепить свои позиции в качестве влиятельного игрока в Сирии, заключив сделки, в результате которых Турция и правительство Башара Асада получили территорию за счет курдов. Аналитики говорят, что российское влияние не ослабло, несмотря на то боевые действия на Украине: «Прямо сейчас Россия имеет больше влияния, чтобы отговорить Турцию от продолжения вторжения [скорее], чем США». На прошлой неделе Эрдоган заявил, что Турция нацелится на районы на северо-западе Сирии, включая Кобани (известный как Айн эль-Араб по-арабски), Манбидж и Телль-Рифаат. Последние два находятся за пределами зоны военных действий США, что является ключевым отличием по сравнению с 2019 годом, когда американские войска были выведены из Северо-Восточной Сирии перед лицом наземного наступления Турции. Что касается просьб СДС к Вашингтону, аналитики говорят, что курдское ополчение, вероятно, будет разочаровано. «США не собираются вступать в битву за СДС против турок так, как это лоббирует СДС. Это просто неправдоподобно. Турция и раньше откусывала большие куски от территории СДС, и связи группировки с США продолжаются», — уверен Хеллер. Из этого напрашивается простой вывод о том, что США не будут активно вмешиваться в эту ситуацию при условии, что предполагаемая турецкая военная операция будет жестко лимитирована по времени и территориальному охвату.

52.14MB | MySQL:103 | 0,470sec