Роль Саудовской Аравии в йеменском конфликте: исторические причины, неудачная военная операция против хоуситов и возможные пути урегулирования

В своем анализе Центр ближневосточных исследований фонда Карнеги указывает, что одной из принципиальных причин нынешнего противостояния в Йемене является эксплуатация хоуситами традиционных  антисаудовских настроений среди йеменцев из общин зейдитов и шафиитов. В его основе лежит убеждение в том, что десятилетия назад в результате неравного баланса сил между Саудовской Аравией и Йеменом первая смогла оккупировать территории, которые исторически входили в состав последнего. Это произошло в начале 1930-х годов, и территории, о которых идет речь, Асир, Джизан и Наджран, сегодня остаются в пределах границ Саудовской Аравии. Мутаваккилитское королевство Йемен, которое претендовало на эти три территории, сопротивлялось вторжению и ввязало своего более крупного соседа в серию военных столкновений. Они прекратились с подписанием Таифского договора 1934 года, который предусматривал демаркацию границы и регулировал пограничные отношения между двумя странами. Примерно в то же время британо-саудовское соглашение провело границу между Саудовской Аравией и Южным Йеменом, который втогда  еще находился под властью Лондона. Таифский договор был выгоден   Саудовской Аравии, особенно когда речь шла о спорной территории, что было подтверждено, когда в соответствии с положениями договора в 1937 году была проведена демаркация границы, и были фактически аннексированы Асир, Джизан и Наджран, потеря которых возмутила йеменцев, особенно тех из прилегающих районов, которые остались в пределах Йемена. Общины и даже семьи были разделены границей.  Более того, в двух из рассматриваемых районов проживает большое количество мусульман-шиитов; исмаилиты составляют большинство в Наджране, в то время как значительные общины зейдитов проживают в Наджране и Джизане. После делимитации границы исмаилиты и зейдиты из этих регионов оказались в Саудовской Аравии, религиозные традиции которой имели смутное представление о шиизме и чья правящая династия была политически враждебна йеменскому королевству, в котором доминировали зейдиты. С точки зрения общества, потерю Джизана было особенно трудно принять для йеменцев на севере, большинство из которых — зейдиты. Тяжелое положение зейдитов и исмаилитов в  Саудовской Аравии позже займет видное место в идеологии хоуситов. При этом все правительства Йемена всегда исходили из той точки зрения, что Таифский договор никогда не рассматривался как окончательный.  Это было правдой. В статье 22 указано, что соглашение подлежит продлению каждые двадцать лет. Первое продление состоялось в 1953 году, однако впоследствии Саудовская Аравия отказалась продлевать договор, настаивая на том, что демаркация границы является окончательной и что пункт о продлении связан с другими положениями соглашения. В результате эта тема оставалась острой проблемой двусторонних отношений. И не только между Саудовской Аравией и зейдитским большинством в Северном Йемене — государстве-преемнике йеменского королевства, которое было создано в 1970 году (в общем-то это не совсем так: зейдиты традиционно возглавляют суннитские племена: и бывший президент А.А.Салех, и те же хоуситы – это зейдиты их противоборствующих кланов -авт.).  В 1969 году Саудовская Аравия воевала и разгромила Южный Йемен в войне за пограничный город Вадия, который саудовские военные захватили, как только последний получил независимость от Великобритании в 1967 году После объединения Северного и Южного Йемена в 1990 году, что дало большой толчок йеменскому национализму, а исторический пограничный спор (который даже включал морское измерение) иногда приводил к стычкам между саудовской и йеменской армиями. Чтобы предотвратить обострение ситуации, правительства двух стран стремились достичь всеобъемлющего и прочного соглашения и подписали Джиддинский договор в 2000 году. Джиддинский договор привел к надлежащей демаркации границы, значительно более детальной, чем Таифский договор, и официально разрешил пограничный спор между двумя странами. Однако, учитывая, что не было и речи о том, чтобы Саудовская Аравия уступила Йемену контроль над Асиром, Наджраном и Джизаном, это привело к  его двусмысленности. Действительно, в статье 1 оговаривалось, что Таифский договор является неотъемлемой частью Джиддинского договора. Это положение не устраивало многих йеменцев, а все йеменские  правительства долгое время утверждали, что Таифский договор не является окончательным. На этот раз, стремясь успокоить своих граждан, правительство пообещало, что новое соглашение с Саудовской Аравией откроет эру экономического процветания. Однако большинство йеменцев, по-видимому, не были убеждены в этом. В приграничных районах Йемена действительно наблюдался экономический рост. Во многом это было связано с распространением пограничных рынков, которые органично возникли во второй половине 20-го века и значительно расширились в течение первых полутора десятилетий этого столетия. И все же, каким бы желанным ни было такое развитие событий, оно не изменило мнения значительной части населения Йемена. Чуть более десяти лет спустя после подписания Джиддинского договора, во время народного восстания против режима тогдашнего президента Али Абдаллы Салеха в 2011 году, многие йеменцы подняли лозунги, призывающие к возвращению потерянных территорий под власть Йемена. В течение десятилетия, прошедшего с тех пор, вопрос об узурпированной йеменской земле продолжал фигурировать в популярном дискурсе и стал основой исторического повествования хоуситов.  Саудовская Аравия считает, что Йемен представляет собой проблему нциональной безопасности, при этом в Персидском заливе Йемен выделяется не одним, а несколькими измерениями. Начнем с того, что эта единственная республика среди монархий и княжеств Залива. Это также страна с более демократическими чертами, чем ее соседи. В результате КСА долгое время относилось к Йемену с подозрением. Не случайно, что Йемен не является членом Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), в который входят все остальные страны Аравийского полуострова. На протяжении десятилетий Саудовская Аравия полагалась на то, что было известно, как Специальный комитет, в который входил широкий спектр связанных с Саудовской Аравией йеменских племенных лидеров и политиков (это был аппарат банального подкупа племенной верхушки, но потом Эр-Рияд стал жадничать, и ее просто перекупил Катар, правда не всю – авт.). Существование такого органа означало убежденность Саудовской Аравии в том, что она имеет право вмешиваться в йеменские дела. Действия Специального комитета часто обнажали приоритеты Эр-Рияда, которые заключались в сдерживании и перенаправлении политических тенденций, которые угрожали просаудовскому политическому порядку в Йемене. Этот элитарный, нисходящий подход к работе с йеменским обществом вызвал возмущение многих йеменцев. В 2011 году подозрения Саудовской Аравии переросли в опасения. В том году «арабская весна» распространилась на страны Персидского залива. Эр-Рияд подавил протесты в Саудовской Аравии и, по просьбе Манамы, предпринял военное вмешательство, чтобы сделать то же самое в Бахрейне. В Йемене режим Салеха не смог подавить растущие протесты и призвал Эр-Рияд помочь в посредничестве налаживания диалога  с йеменской оппозицией. Саудовцы отреагировали, представив инициативу по передаче власти  новому правительству, в котором Салех сохранял бы контроль над 50% его членов. Он также получал полный иммунитет от судебного преследования. Кроме того, инициатива призывала к национальному диалогу между основными йеменскими политическими силами. Инициатива оказалась в значительной степени неэффективной на фоне многочисленных разногласий между йеменскими группировками, чьи региональные покровители стремились к большему влиянию. Все больше и больше Эр-Рияд начинал опасаться, что события в Йемене могут привести к народному захвату власти и, что еще хуже, к возобновлению протестов в самой Саудовской Аравии. В конце концов, при поддержке Эр-Рияда Салех решительно подавил волнения, спровоцированные «арабской весной» ( ничего он не подавил, а сутью волнений было борьба между Салехом и зейдитской верхушкой по вопросу его преемника на пост президента страны -авт.). Однако вскоре после этого Салеху пришлось столкнуться с обострением давно назревавшей проблемы. В 2014 году хоуситы, которые в течение многих лет периодически конфликтовали с правительством, подняли полномасштабное восстание. В сентябре они захватили Сану, сместив йеменское правительство. Для КСА это стало последней каплей. Эр-Рияд пришел к выводу, что Йемен, погрязший в своих кризисах, больше не является безопасным и даже представляет угрозу безопасности для Саудовской Аравии. Большая часть страны теперь находилась в руках вооруженного ополчения, поддерживаемого  Ираном, с которым Саудовская Аравия была в сильно напряженных отношениях. Лишенный возможности манипулировать йеменской политической сценой с помощью таких организаций, как Специальный комитет, влияние которого ослабло после прихода к власти хоуситов и захвата ими Саны, Эр-Рияд решил прибегнуть к силе. В марте 2015 года Саудовская Аравия во главе военной коалиции, состоящей из военных контингентов нескольких арабских стран, вторглась в Йемен. Саудовцы также начали милитаризировать большую часть своей границы с южным соседом. Сначала это заключалось в усиленном развертывании сил безопасности и дальнейшем ужесточении ограничений регулирующий въезд в Саудовскую Аравию через пограничные переходы. Вскоре после этого меры расширились, включив вербовку тысяч йеменцев для оказания помощи саудовским силам в патрулировании границы. Одновременно Эр-Рияд начал вводить жесткие ограничения на большое количество йеменских товаров, обычно предназначенных для его рынков. Основная функция всех этих мер заключалась в предотвращении пересечения границы сетями контрабанды и торговли людьми. Примечательно, что саудовцы приняли такие меры не только в районах, контролируемых хоуситами, но и части границы, которые контролировались союзником Саудовской Аравии, международно- признанным правительством Йемена. Стратегия безопасности не ограничивалась границей. В южных саудовских городах Джизан, Наджран, Абха и Хамис-Мушаит, среди прочих, саудовские власти стремились сократить число йеменских рабочих. Учитывая их близость к этим городам и знакомство с их культурой и традициями, десятки тысяч йеменцев исторически предпочитали работать там. Теперь, однако, многие из них были депортированы за незаконное проживание и работу в Саудовской Аравии (ранее власти склонны были закрывать глаза на это преступление, когда речь шла о гражданах Йемена), а другие – по более надуманным причинам, таким как подозрение в симпатиях к хоуситам. Эр-Рияд также повысил сборы, которые законопослушные йеменцы должны были платить за получение и продление вида на жительство. Это вынудило многих йеменцев, испытывающих нехватку денежных средств, покинуть Саудовскую Аравию, даже если это означало возвращение в Йемен, который погружался в войну. Такой подход Саудовской Аравии к обеспечению всеобщей безопасности даже повлек за собой демографическую инженерию ее собственного населения в приграничных регионах. Эта практика началась еще до вмешательства Эр-Рияда в Йемен в 2015 году, но впоследствии приобрела более серьезные масштабы. В середине 2015 года  Эр-Рияд эвакуировал 15 000 жителей 96 приграничных деревень. Когда жители саудовской деревни в приграничном районе эвакуируются и переселяются в места, расположенные дальше вглубь страны, официальной причиной такой меры является их защита; саудовские власти заявляют, что они обеспокоены тем, что та или иная  деревня находится в пределах досягаемости огня хоуситов. Настоящая причина, однако, связана с тем фактом, что на протяжении многих лет некоторые саудовские зейдиты (и меньшее число исмаилитов) пересекли границу Йемена и присоединились к движению хоуситов. В результате саудовские власти попытались физически дистанцировать свои шиитские общины от тех, что находятся на йеменской стороне границы.  В военно-политическом смысле вмешательство коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией, было явно безуспешным. Двойная цель коалиции состояла в том, чтобы победить хоуситов и вернуть к власти международно-признанное правительство Йемена. Однако за семь лет, прошедших с тех пор, как коалиция начала свою кампанию, хоуситы расширили территорию, находящуюся под их контролем, а международно-признанное правительство до сих пор не вернулось в Сану Сегодня хоуситы управляют примерно 30% территории страны, на которой проживает 65% населения Йемена, в то время как международно-признанное правительство сохраняет контроль над остальной частью национальной территории через различные группы, некоторые из которых лояльны правительству чисто номинально. На самом деле ирония заключается в том, что кампания коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией, способствовала укреплению связей между хоуситами и Ираном. В Тегеране рассматривали войну как возможность расширить свою повестку дня в Йемене путем предоставления хоуситам оружия и военного опыта.  У хоуситов были свои причины для расширения сотрудничества с Ираном и, в конечном счете, их зависимости от него. После захвата Саны и военного вмешательства коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией, хоуситы оказались изолированными почти от всех стран региона, что сделало для них крайне важным укрепление своих отношений с Ираном. Сегодня большая часть оружия, которое используют хоуситы, предоставляется или финансируется иранцами. Именно это оружие позволило хоуситам наносить удары с помощью беспилотников и ракет по территории Саудовской Аравии, что одновременно повышает военный авторитет группировки и демонстрирует растущее влияние Ирана. Кроме того, Иран направил свои средства массовой информации, дипломатический корпус и политические лобби за рубежом на поддержку хоуситов, тем самым предоставив им международное политическое влияние. Двойной провал коалиции, который включал в себя значительные военные потери, был в значительной степени результатом противоречивых повесток дня Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ), с первого дня кампании. В то время как Саудовская Аравия стала сильным сторонником йеменского правительства, ОАЭ помогли сформировать сепаратистские силы под эгидой Южного переходного совета (ЮПС), который стал своего рода доверенным лицом Абу-Даби. Еще больше усложнило ситуацию конфликты между доверенными лицами коалиции в Адене, Шабве, Сокотре и других районах, что  предоставило хоуситам отличные возможности для расширения своего присутствия  в нескольких районах, включая Мариб, Шабву и западное побережье. Кроме того, напряженность между проправительственными силами и ЮПС обострилась в июле 2019 года, когда ОАЭ объявили о своем уходе из Йемена. В апреле 2022 года КСА и ОАЭ договорились о формировании Президентского руководящего совета (ПРС), который, как предполагается, объединит под своим крылом все группы, спонсируемые силами коалиции, и направит их объединенную энергию против хоуситов. Однако далеко не очевидно, что ПРС окажется способным объединить противоречивые повестки дня своих разрозненных членов и отразить наступление хоуситов (более того сформированный недавно Президентский руководящий совет до сих пор не смог переехать в Аден в силу противодействия этому со стороны проэмиратского ЮПС и до сих пор базируется в Эр-Рияде — авт.). С точки зрения Саудовской Аравии, одним из самых тревожных провалов политики страны, ориентированной на безопасность, является то, что хоуситы извлекли выгоду из антисаудовских настроений, как старых, так и новых, среди йеменцев. Это особенно очевидно в набегах хоуситов за пределы их традиционного центра и их вербовка новых рекрутов  среди суннитов. Хоуситы опирались на сочетание исторических обид и современного негодования. Последнее вызвано не только самой военной кампанией под руководством Саудовской Аравии, но и политикой Эр-Рияда в области безопасности границ и депортацией йеменцев по причинам, связанным либо с внутренней безопасностью, либо с саудизацией рабочей силы. С самого начала интервенции под руководством Саудовской Аравии в 2015 году хоуситы начали распространять номерные знаки для автомобилей в Наджране, Асире и Джизане, указав, что эти три провинции являются йеменскими. В то время некоторые йеменцы, которые не поддерживали идеологию хоуситов, сочли такую инициативу обнадеживающей, восприняв ее как свидетельство того, что группа вышла за рамки своей узкой и сектантской повестки дня и заняли общейеменскую националистическую позицию. К 2017 году, спустя два года после военного вмешательства коалиции во главе с Саудовской Аравией, все больше йеменцев, многие из которых были суннитами, начали тяготеть к хоуситам, рассматривая их как национальное движение сопротивления.  Военное вмешательство Эр-Рияда, направленное исключительно на разгром хоуситов, имело и другой эффект. Это почти сразу же оказалось пагубным для национальных интересов Саудовской Аравии. Усилив борьбу между йеменским государством и хоуситами, возглавляемая Саудовской Аравией кампания отвлекла всеобщее внимание от других действующих лиц во все более раздробленном Йемене и подтолкнула их к действиям. В апреле 2015 года, через месяц после интервенции, «Аль-Каида на Аравийском полуострове» (АКАП) добилась беспрецедентного военного успеха, когда атаковала и быстро захватила контроль над городом Мукалла. АКАП — заклятый враг Саудовской Аравии (в реальности это инструмент спецслужб КСА – авт.), монархию которой он стремится свергнуть. Теперь Эр-Рияду пришлось бороться с группировкой, получившей контроль над значительным портовым городом и его окрестностями. Саудовцам и их союзникам пришлось отвлечь значительные ресурсы от своей кампании против хоуситов на решение вопроса о вытеснении АКАП из Мукаллы. Эта цель была достигнута в апреле 2016 года, однако, как это ни парадоксально, поскольку эта успешная кампания проводилась под руководством ОАЭ и йеменских сил, которые они помогли сформировать, эмиратцы смогли усилить свое влияние в Йемене — событие, которое выбило Саудовскую Аравию из колеи (собственно захват силами АКАП Мукаллы при помощи местных племен и был попыткой КСА установить контроль над Хадрамаутом, чему ОАЭ собственно и помешали с помощью лояльных им салафитов). С гуманитарной точки зрения кампания, возглавляемая Саудовской Аравией, имела катастрофические последствия: несколько регионов Йемена постоянно находятся на грани голода. Это также опустошило экономику страны. Авиаудары разрушили множество коммерческих объектов и подорвали экономику в нескольких йеменских мухафазах (провинциях). Более четверти (26%) всех малых предприятий в Йемене закрылись с марта 2015 года. Большинство предприятий , которые закрылись (95 %), сделали это из-за физического ущерба. Кроме того, военные операции вывели из строя многие объекты транспортной инфраструктуры, включая основные дороги, мосты и автозаправочные станции. Косвенные последствия были обширными. Война очень затруднила многим частным компаниям экспорт своей продукции по логистическим причинам, а также из-за снижения желания иностранных импортеров рисковать, имея дело с компаниями в разрушенной войной стране. Это подтолкнуло большое число йеменских бизнесменов покинуть страну и искать возможности за рубежом. Отток капитала, связанный с таким исходом еще больше ухудшил экономическую ситуацию, оставив тысячи йеменцев без работы в самых тяжелых обстоятельствах. Судьба знаменитых йеменских пограничных рынков, которые сделали некогда безлюдные районы, прилегающие к Саудовской Аравии, экономически процветающими, является типичным примером провала в отношениях между двумя странами. Рынки, которые в первом десятилетии этого столетия стали магнитом как для йеменцев, так и для саудовцев — будь то предприниматели, рабочие-мигранты или клиенты, — пали жертвой сначала экспансии хоуситов, а затем милитаризации Эр-Риядом пограничных территорий. Сегодня пограничных рынков больше не существует. Война вынудила десятки из них закрыться. Большинство из них были расположены на северо-западе, где происходили военные столкновения между силами, возглавляемыми Саудовской Аравией и хоуситами, которые были особенно активны в этом районе. Другие рынки переместились вглубь страны и получили новую жизнь, но в процессе потеряли свою ключевую характеристику центров трансграничной торговли. Теперь Эр-Рияд вынашивает план по возрождению давно зашедшего в тупик проекта пограничного барьера в Джизане, прямо напротив йеменской мухафазы Саада, и даже создания буферной зоны в пределах йеменской провинции Хаджи.  Такие действия нарушили бы саудовско-йеменские пограничные соглашения, в частности Джиддинский договор, который предусматривает, что обе стороны границы должны оставаться свободными от милитаризации и что скотоводы имеют право пересекать границу туда и обратно. Однако, что еще более важно, это мало повлияло бы на саму безопасность границ. Буферные зоны и пограничные стены не могут сдерживать беспилотные летательные аппараты и ракеты. Но это нанесет  ущерб социальной структуре приграничных общин и усугубит их недовольство, которое хоуситы или другие силы могут впоследствии использовать в своих собственных целях. Примечательно, что потеря приграничных рынков и другие изменения в приграничной экономике затронули не только йеменские приграничные общины. Эти события разрушили экономическую экосистему многих приграничных общин Саудовской Аравии. Поскольку возможности для легальной торговли значительно сократились, члены приграничных общин Саудовской Аравии, как и их коллеги в Йемене, занялись контрабандой, часто опираясь на деловые отношения, которые они наладили с йеменцами за эти годы, тем самым подрывая безопасность Саудовской Аравии посредством  контрабанды оружия и многого другого на территорию королевства. Кроме того, ограничения безопасности, введенные Саудовской Аравией на границе с Йеменом и в отношении йеменских рабочих, не смогли остановить поток йеменцев в Саудовскую Аравию. Более чем когда-либо прежде рынок труда в Йемене не мог решить проблему безработицы, которая росла практически во всех сегментах йеменского общества. Это способствовало миграции многих йеменцев в Саудовскую Аравию, несмотря на риски. Распространенность торговли людьми, количество людей по обе стороны границы, занимающихся этим бизнесом, и относительная легкость, с которой они занимаются контрабандой привели к резкому падению расходов. В интервью несколько жителей приграничья вспоминали, что до войны стоимость контрабанды человека из Йемена в Саудовскую Аравию составляла 2000 саудовских риалов (533 доллара). В результате войны эта цифра сократилась до 700 риалов (186 долларов). Тем не менее, Саудовская Аравия продолжает упорно следовать своей стратегии, ориентированной на безопасность, которая ускорила фрагментацию Йемена и его разделение на различные сферы влияния. Меры, принимаемые Эр-Риядом вдоль границы или непосредственно за ее пределами, непосредственно нарушают жизнь местных общин, косвенно влияют на экономику Йемена в целом и не укрепляют внутреннюю безопасность Саудовской Аравии. Отделение приграничных районов Йемена от их внутренних районов, что саудовцы пытаются сделать с помощью милитаризации и проекта создания буферной зоны, практически невозможно. Несмотря на появление ПРС, распад йеменского государства продолжался. Если Эр-Рияд не перенаправит свои усилия на проведение политических и экономических реформ в Йемене, крах последнего продолжится и даже наберет обороты, что еще больше поставит под угрозу безопасность Саудовской Аравии. Поскольку ориентированный на безопасность подход Саудовской Аравии к Йемену привел к экономическому опустошению, гуманитарному кризису, широко распространенному негодованию населения и к усилению нестабильности, требуются новые политические рамки. Очевидный беспроигрышный вариант повлек бы за собой принятие программы экономического оживления, поскольку Саудовская Аравия выиграла бы от этого почти столько же, сколько Йемен, в том числе на фронте безопасности. Фактически, учитывая очевидное намерение Эр-Рияда свернуть свои военные операции в Йемене в ответ на прекращение нападений со стороны хоуситов на саудовскую территорию (кто это сказал? Саудовская Аравия на прошлой неделе наоборот ввела свои силы в крупнейшую базу ВВС по Аденом Манаа, заменив дислоцированных там суданцев, а там хоуситов не было. Теперь вопрос во многом уже в южнойеменских проэмиратских сепаратистах – авт.), это становится единственным разумным вариантом. Уход Саудовской Аравии, который не включает в себя какое-либо соглашение или, по крайней мере, молчаливое понимание с хоуситами, может подтолкнуть последних к попытке захватить бОльшую часть страны, тем самым ввергнув Йемен в новую спираль конфликта. В интересах Эр-Рияда предотвратить такой исход. С этой целью саудовцы должны работать с любым количеством йеменцев, начиная со своих союзников и, в конечном счете, с самими хоуситами, чтобы вывести страну на путь восстановления. Эр-Рияд мог бы начать с восстановления и укрепления совместных саудовско-йеменских экономических комитетов, которые были сформированы при подписании Джиддинского договора в 2000 году, но которые никогда не были особенно активными. Начнем с того, что рекомендации комитетов по проектам экономического восстановления в приграничных районах могут вступить в силу в районах, контролируемых правительством Йемена, с которым Саудовская Аравия поддерживает тесные связи. Позже, если саудовцы достигнут взаимопонимания с хоуситами, они могут быть реализованы в другом месте. Хотя возрождение приграничных рынков должно стать конечной целью работы экономических комитетов, это, по общему признанию, очень амбициозное начинание. Тем временем комитеты могли бы рассмотреть возможность осуществления более скромных проектов, которые принесли бы экономически выгодные практические результаты, хотя и в меньших масштабах. Один из таких проектов повлек бы за собой создание Саудовской Аравией (единой) зоны свободной торговли на своей территории вдоль границы с Йеменом. Саудовцы могли бы взять пример со свободной зоны Мазуна, созданной Оманом на своей юго-западной границе с йеменской мухафазой Махра. Жители Махры и за ее пределами получили огромную выгоду от такого экономического развития (а ОАЭ и КСА очередную «головную боль» от масштабной контрабанды оружия, что собственно и является основой этого «благополучия» местного населения – авт.). Если Эр-Рияд запустит аналогичную схему на своей территории, он сохранит контроль за вопросами безопасности, одновременно стимулируя торговлю между йеменцами и саудовцами. Инвестирование в определенные секторы экономики во внутреннем Йемене также помогло бы стабилизировать общины, разрушенные войной и брошенные на произвол судьбы, особенно если это будет сопровождаться отменой или ослаблением ограничений на импорт йеменских товаров. Наиболее значимым из этих секторов является сельское хозяйство. Йемен может похвастаться обширными землями сельскохозяйственных угодий примерно на 65% территории страны, которая не находится под контролем хоуситов и которые контролируют Саудовская Аравия и ее местные союзники или доверенные лица. Сельскохозяйственные предприятия в этих районах могли бы обеспечить работой тысячи фермеров и рабочих, как это было до войны. В то время западные и южные районы страны экспортировали разнообразную сельскохозяйственную продукцию, включая фрукты и злаки. Это может снова стать реальностью, но только при условии инвестиций, а также повторного открытия саудовских рынков для йеменской сельскохозяйственной продукции. Если сельскохозяйственный сектор Йемена оживится и в нем вновь будет занята значительная часть фермеров страны и опытных сельскохозяйственных работников, у таких квалифицированных работников появится сильный стимул остаться в стране. В результате Саудовская Аравия могла позволить себе ослабить требования к въезду для йеменцев, не опасаясь непреднамеренно стимулировать их поток из Йемена, где они очень нужны, в Саудовскую Аравию. Те йеменцы, которые, скорее всего, ухватятся за возможность переехать в Саудовскую Аравию, будут неквалифицированными рабочими, на которых Эр-Рияд полагается в строительстве. Традиционно йеменцы составляли значительную часть рабочей силы в этом секторе, особенно на юге Саудовской Аравии. Сегодня в Саудовской Аравии есть ряд крупномасштабных экономических проектов, для которых требуются десятки тысяч рабочих, и нет веских причин, почему йеменцы не могут снова занять предлагаемые рабочие места. Что Саудовская Аравия должна осознать, так это то, что ее безопасность в значительной степени зависит от стабильности и экономического процветания Йемена. Возможно, по иронии судьбы, ограниченный подход, основанный только на безопасности, приводит к очень незначительному уровню этой безопасности, о чем свидетельствуют динамикой событий на сегодняшний день. Продолжение применения такого подхода, который уже имел широкомасштабные негативные последствия, вызвало бы еще больший хаос, породило бы еще большее негодование и привело бы к дальнейшему увеличению числа новобранцев для движения хоуситов.

52.28MB | MySQL:103 | 0,516sec