Оценки Института исследований национальной безопасности стратегических вызовов Израилю в 2023 г. Часть 1

«Стратегическая оценка Израиля-2023» Института исследований национальной безопасности (INSS) определяется как «результат глубокого анализа, дискуссий и размышлений всех экспертов Института, направленных на то, чтобы поставить на повестку дня израильской общественности рассмотрение основных угроз национальной безопасности и стимулировать дискуссию об их возможных последствиях. Институт считает проведение профессионального, основанного на фактах и ​​беспристрастного обсуждения вызовов национальной безопасности Израиля одним из своих основных призваний, поскольку при этом он помогает лицам, принимающим решения, на политическом и профессиональном уровне справляться с основными проблемами в этой сфере»[i].

В докладе рассматривается ряд вызовов, и предоставляются результаты исследования:

— глобальная конкуренция великих держав и влияние на Израиль;

— проблемы с демократией;

— глобальная технологическая конкуренция;

— климатический кризис и возможности для сотрудничества;

— цифровая арена и вызов социальных сетей;

— региональные проблемы;

— Иран: сдерживание ядерной угрозы и региональная консолидация;

— ситуация на северной границе Израиля;

— палестинская проблема;

— внутриполитическая арена и необходимость формулирования ответов на вызовы внутренней безопасности и экономики;

— военная мощь и обновление Армии обороны Израиля в соответствии с ее задачами;

— угроза БПЛА;

— «Индекс национальной безопасности»: исследование общественного мнения 2022-2023 гг.

Во введении к докладу руководитель INSS Мануэль Трахтенберг отметил, что «в 2022 г. произошло ускорение процессов в глобальной, региональной, израильско-палестинской и внутри израильской сферах. Это бросает вызов национальной безопасности, существующим представлениям и направлениям политики и, следовательно, требуют переоценки формирующейся реальности и формулирования соответствующей политики».

Среди процессов, достигших в 2022 г. переломного момента и не позволяющих более придерживаться существующих парадигм, выделяются три:

  1. «Обострение конкуренции между Китаем и США, которое началось при президенте Бараке Обаме и превратилось в течение 2022 г. в открытый и многоаспектный конфликт между двумя державами, ставший главным геополитическим фактором на мировой арене».
  2. «Решительные шаги, предпринятые Россией в отношении Украины с момента аннексии Крымского полуострова в 2014 г., с годами развивались и привели в 2022 г. к крупной войне на украинской территории, что потрясло Pax Europaea [период относительно мирного сосуществования – здесь и далее прим. автора], преобладающий на континенте с конца Второй мировой войны».
  3. «Неустанное стремление Ирана к обладанию ядерным оружием превратило его в де-факто ядерное пороговое государство в течение 2022 г., и это в условиях отсутствия обязывающих договорных рамок (СВПД стал «ходячим мертвецом») и с учетом нежелания Соединенных Штатов представлять для него реальную сдерживающую угрозу».

По мнению М.Трахтенберга, «эти процессы пересекаются и подрывают ряд основных предпосылок, на которых основывается внешняя политика и политика безопасности Израиля. Таким образом, конкуренция между США и Китаем, а также вторжение России на Украину подталкивают Израиль к выбору стороны, что противоречит его прежней политике, поскольку в последние годы Израиль поддерживает широкие отношения как с Китаем, так и с Россией, которые приносят ему экономическую и политическую выгоду. Растущее в этом контексте давление на Израиль, чтобы он «развернулся», ставит его перед серьезными дилеммами, т.к. смена курса в результате этого может значительно сузить ему пространство для маневра в сфере политики и безопасности. К тому же Соединенные Штаты сосредоточены на конфликте с Китаем и Россией, и поэтому они намного меньше, чем в прошлом, считают нужным расширять свое участие в процессах на Ближнем Востоке или проявлять инициативу в отношении региона».

Что касается Ирана, то, глава INSS полагает, что «его фактическое превращение в пороговое государство (пусть и без официального заявления) при продолжающихся попытках утвердиться во всем регионе, несомненно, представляет собой наибольшую реальную угрозу Израилю, у которого в настоящее время нет удовлетворительных вариантов решения проблемы. Помимо этого, сотрудничество между Тегераном и Москвой в войне на Украине представляет собой еще одну серьезную проблему для Израиля, как в плане возможного вооружения Ирана передовым оружием, так и с точки зрения политической и экономической поддержки, которую Россия может ему оказать».

Наряду с очевидными опасностями М.Трахтенберг видит и положительную сторону в происходящем – ясность. Он имеет в виду, что «количество обогащенного до 60% урана в руках Ирана, которого хватит не на одну ядерную бомбу, а также наземное вторжение России вплоть до пригородов Киева не оставляет сомнений как в намерениях этих стран, так и в судьбоносных последствиях их действий».

С другой стороны, отмечается, что «в самом Израиле и вокруг него происходят не менее опасные процессы, которые хотя и ускорились в последний год, но еще не достигли резкого перелома. Они представляют собой комплексную проблему, поскольку чрезвычайно трудно добиться изменения восприятия и политики до тех пор, пока это не начнет существенно сказываться на реальности и не повысит уровень соответствующих угроз».

По оценкам главы INSS, такие процессы происходят в трех основных сферах.

Во-первых, «на палестинской арене, где Палестинская национальная администрация слабеет и теряет контроль над территорией, в частности в Самарии [как в Израиле называют определенные районы Западного берега р. Иордан]. В то же время эпоха Махмуда Аббаса на посту председателя ПНА подходит к концу без согласованного преемника и без подготовленного механизма для упорядоченной передачи власти. Вакуум власти на территориях ПНА, наряду с отсутствием политического горизонта, спровоцировал волну разрозненных нападений и атак местных организаций, таких как «Логово львов», что побудило ЦАХАЛ активизироваться и значительно увеличило потенциал для начала широкомасштабного конфликта. В то же время еврейские поселения на Западном берегу р. Иордан расширяются, фактически приближая реальность «одного государства» [для евреев и палестинцев], что может сделать невозможным варианты будущего мирного урегулирования и угрожает идентичности Израиля как еврейского и демократического государства. Ситуация может осложниться в связи с приходом к власти в Израиле нового правительства, которое открыто выступает за усиление контроля над всеми частями Земли Израиля и даже за их аннексию. Все это может сильно осложнить израильскому руководству возможность решения задач на международной арене, особенно в условиях борьбы с иранской угрозой».

Во-вторых, «во внутриполитическом процессе в Израиле, который определяется значительным ростом за последний год напряженности между различными секторами и лагерями, что сопровождается поляризацией и ростом экстремизма на политическом уровне. Правящая коалиция, сформированная после выборов в Кнессет 25-го созыва, представляет отчетливо правую повестку дня, которая воспринимается значительной частью общества как крайняя и даже угрожающая идеальному представлению об Израиле как еврейском и демократическом государстве. Это произошло тогда, когда израильское общество оказалось еще более расколотым, чем когда-либо, в конце четырех лет политической нестабильности [политический кризис 2019-2022, в ходе которого в стране 5 раз проводились выборы], подстрекательства и взаимной делигитимации». По мнению М.Трахтенберга, «все это вызывает тревожные вопросы относительно способности государства сохранить основы демократического режима, независимости судебной системы и правоохранительных органов, баланса между религией и государством, а также прав личности. Эти вопросы представляют собой угрозу национальной безопасности Израиля — из-за возможности вспышек насилия наподобие [операции ЦАХАЛа в секторе Газа в мае 2021 г.] «Страж стен», и, что не менее важно, из-за ущерба чувству солидарности и идентификации с обществом, что необходимо в условиях продолжения борьбы с тяжелыми вызовами извне».

В-третьих, «в отношениях с Соединенными Штатами и с еврейскими общинами в Америке». Отмечается, что «особые отношения с США, которые выступают в качестве железного оплота израильской безопасности, оспариваются в ходе внутри американских социально-политических событий, а также в связи с дистанцированием еврейских общин от Израиля, среди прочего, в ответ на происходящие там процессы. Усиление прогрессивного течения в американской Демократической партии, с одной стороны, и вызов правых сил «элитам» (к которым принадлежит значительная часть еврейских граждан США) – с другой, подорвали как основы американской поддержки Израиля, так и статус еврейских общин в США. Снижение интереса Вашингтона к Ближнему Востоку наряду с приходом к власти в Израиле крайне правого правительства, в то время, когда американская администрация сохраняет либеральную повестку дня, усиливает отчужденность. Эти процессы угрожают подорвать традиционную поддержку Соединенными Штатами Израиля на всех уровнях — политическом, в области  безопасности и экономическом — и, таким образом, нанести серьезный ущерб международному и региональному положению Израиля, его экономической устойчивости и его способности противостоять основным угрозам, главным образом, исходящим от Ирана».

М.Трахтенберг указывает на то, что «вызовы, исходящие от процессов на палестинской арене, внутри Израиля и в отношениях с США, также переплетаются: происходящее на Западном берегу р. Иордан сказывается на внутриполитической ситуации и усиливает напряженность и политический экстремизм в Израиле, что препятствует предметному и реалистичному обсуждению палестинского вопроса. Тем самым создается порочный круг, который подпитывает сам себя. К тому же то, что происходит на Западном берегу р. Иордан и внутри Израиля, оказывает негативное влияние на отношения с еврейской общиной США и американской администрацией, тогда как дистанцирование от Израиля усиливает внутреннюю поляризацию». При этом эксперт полагает, что «в отличие от противостояния США и Китая или превращения Ирана в пороговое государство, процессы, связанные с палестинской ареной, внутренней ситуацией в Израиле и отношениями с США, еще не достигли критической точки или настоящего кризиса».

С другой стороны, М.Трахтенберг не сомневается в том, что «»Авраамовы соглашения» между Израилем и рядом стран Ближнего Востока создали новую региональную реальность, в рамках которой Израиль отходит от образа «виллы в джунглях» и постепенно превращается в своего рода региональную державу, способную к интеграции в регионе во многих контекстах — безопасности, экономики, инноваций, водных ресурсов, энергетики и борьбы с изменением климата. Помимо очевидных преимуществ, присущих углублению связей со странами, подписавшими эти соглашения, процесс нормализации обладает значительным потенциалом как для его расширения за счет включения дополнительных стран, так и в качестве рычага для улучшения отношений с Иорданией и Египтом». Однако глава INSS подчеркивает, что «реализация потенциала будет в значительной степени зависеть от поведения Израиля на палестинской арене и характера его отношений с Соединенными Штатами».

Таким образом, «в 2023 г. Государство Израиль столкнется с очень тревожным сочетанием сложных внешних и внутренних тенденций, некоторые из которых чрезвычайно опасны: резкие геополитические изменения, сужающие пространство для маневра; обострение иранской угрозы; многомерное ухудшение ситуации на Западном берегу р. Иордан; внутренняя политическая поляризация, разъедающая демократическую ткань и разрушающая социальную сплоченность; увеличивающийся разрыв в отношениях с Соединенными Штатами и с американскими еврейскими общинами».

Самой значимой и серьезной из всех перечисленных М.Трахтенберг называет «иранскую угрозу, когда у Израиля нет на нее удовлетворительного ответа, по крайней мере, в краткосрочной перспективе, и его возможности влиять на региональные и глобальные процессы в условиях иранского вызова, весьма ограничены. Любые действия, которые Израиль попытается осуществить против Ирана, потребуют твердой поддержки со стороны США и широкого сотрудничества с ними». Эксперт уверен, что «в экстремальных ситуациях Израиль всегда сможет действовать в одиночку, но надо приложить все усилия, чтобы этого не допустить».

Следовательно, подчеркивается, что «Израиль должен действовать энергично, чтобы бороться с негативными тенденциями, подтачивающими его отношения с Соединенными Штатами, и укреплять тесный, деловой и сдержанный диалог с Белым домом и Конгрессом. Израиль должен углублять и расширять связи и взаимопонимание с еврейскими общинами Америки, которые являются опорой, а также важным источником влияния на политику Соединенных Штатов. Иными словами, способность Израиля справиться с иранской угрозой во многом обусловлена ​​поддержкой США. Поэтому влияние на отношения с США должно быть главной лакмусовой бумажкой израильской внешней политики и политики безопасности, и каждое предлагаемое действие и каждая инициатива должны рассматриваться под таким углом зрения».

Что касается внутри израильского контекста и палестинского вопроса, М.Трахтенберг сомневается, что «новое правительство сможет действовать в направлении смягчения уже существующих негативных тенденций, и уж тем более сомнительно, что оно инициирует обратные процессы».

В INSS исходят из того, что «в долгосрочной перспективе размывание границы между Государством Израиль и Западным берегом р. Иордан в демографическом, экономическом, инфраструктурном и даже конституционном аспекте представляет собой реальную опасность для Израиля как еврейского и демократического государства, а значит и для всего сионистского проекта». Кроме того, не менее серьезной угрозой называется «размывание краеугольных камней израильской демократии во всех ее компонентах».

Таким образом, эксперты INSS делают два основных вывода из анализа множества вопросов, которые обсуждались в ходе подготовки «Стратегической оценки Израиля 2023»:

Во-первых, «важность поддержания отношений с Соединенными Штатами и возведение этого в принцип формирования внешней политики и политики безопасности Израиля, в частности перед лицом иранской угрозы».

Во-вторых, «необходимость понять и усвоить опасные последствия ужасающих тенденций на палестинской арене и во внутреннем израильском контексте, отсюда настоятельная потребность в изменении направления развития».

[i] Strategic Analysis for Israel 2023 / INSS. https://www.inss.org.il/he/wp-content/uploads/sites/2/2023/01/StrategicAssessment22-23_HEB_5-1.pdf

52.16MB | MySQL:103 | 0,459sec