Оценки в Израиле происходящего на Украине и ситуации вокруг нее. Часть 96

С момента начала Россией 24 февраля 2022 г. специальной военной операции на Украине, в израильских СМИ и экспертно-аналитических центрах анализируют развитие военной кампании, ее разные аспекты и возможные последствия для участников конфликта, Израиля, Ближневосточного региона и всего мира в целом.

Аркадий Мильман (старший научный сотрудник и руководитель программы изучения России в Институте исследований национальной безопасности /INSS/, бывший посол Израиля в России и Азербайджане), и его коллега Георгий Пороскун по случаю годовщины с начала специальной военной операции на Украине делают следующие выводы.

Во-первых, они отмечают провал российского военно-политического руководства в оценке ситуации. «Президент России принял решение о вторжении на Украину на основании исходных данных и предположений (соотношение сил, настроения на Украине, реакция Запада), которые в подавляющем большинстве оказались оторванными от реальности, так как основывались на советах и оценках которые подстраивались под его мировоззрение в ущерб объективности. При планировании вторжения не было профессионального учета характера местности, что привело к огромному разрыву между ожиданием и реализацией замысла. Оперативное решение покинуть северный фронт (примерно через пять недель после вторжения) отражало понимание того, что первоначальный план провалился, а также отсутствие альтернативного плана Б. Действия России в течение года войны показывают, что она реагирует, совершает шаги в условиях меняющейся реальности и больше не контролирует темпы развития событий на стратегическом уровне».

Во-вторых, по оценкам израильских экспертов, на Украине ведется война «прошлого поколения». Имеется в виду, что «в отличие от больших ожиданий перемен и «эффективности» современного поля боя, российско-украинская война похожа на две мировые войны, с массовым применением артиллерии, пехоты, позиционных боев, бронетехники и т.д.» Хотя в боевых действиях эксперты выделяют и «передовые элементы» – «широкое применение БПЛА, высокоточных ракет, ведение кибервойны», – однако «они не определяют исход сражений (хотя поставки на Украину точных западных ракет типа HIMARS привели к операционным успехам).

В-третьих, указывается на «коллективное участие Запада». Согласно экспертам INSS, «несмотря на российскую оценку, западные страны (ЕС, НАТО и их партнеры) быстро сформировали устойчивую коалицию с целью оказания Украине политической, военной и экономико-гуманитарной помощи, а также создали политический фронт против путинского режима». Причем «важную роль в этом сыграла западная идейно-ценностная идентичность, иногда в ущерб рутинным прагматическим интересам. Эта коалиция предоставила Украине многоуровневую поддержку против России, включая постоянную отправку военного персонала и предоставление разведывательных данных, при этом обязавшись обеспечить победу украинской армии». Отмечается «ускорение процесса укрепления НАТО (инвестиции в усиление армий стран-членов альянса, а также набор новых участников – Швеция и Финляндия). Несмотря на тесные экономические связи в области энергетики, которые многие европейские страны имели с Россией, им удалось в течение нескольких месяцев избавиться от зависимости, не понеся при этом серьезных потерь».

В-четвертых, по наблюдению А.Мильмана и Г.Пороскуна, «страны разваливаются не быстро». По их оценкам, «с момента вторжения Украине нанесен смертельный удар по человеческому капиталу (погибшие, раненые и беженцы), по экономике, в том числе по ее крупнейшему сектору – сельскому хозяйству (из-за захвата Россией территорий и бомбардировок), по энергетической инфраструктуре, услугам и многому другому. В то же время Россия столкнулась с беспрецедентными проблемами – санкциями, подорвавшими ее экономическую стабильность в попытке Запада обуздать ее способность продолжать финансирование войны, а также массовой иммиграцией (многие сотни тысяч) образованного среднего класса. Однако обе страны не проявляют никаких признаков разрушения основ истеблишмента и продолжают функционировать и вкладывать средства в ведение войны. Неправыми оказались как те, кто предрекал завоевание Украины в течение нескольких дней, так и те, кто предсказывал экономический крах России в течение нескольких месяцев».

В данной связи отметим, что в Израиле фиксируют рекордные показатели иммиграции, которые «на сотни процентов выше, чем они были год назад – с начала российско-украинской войны». В январе 2023 г. большая часть иммигрантов в Израиль прибыла из России – более чем 5500 чел., что на 637% больше, чем за соответствующий период 2022 г. Согласно отчету Еврейского агентства («Сохнут»), в январе этого года общее число олим (как в Израиле называют иммигрантов), прибывших в Израиль через Агентство, составило 6622 чел., что на 211% больше, чем в январе 2022 г.

В январе 2023 г. через «Сохнут» в Израиль прибыли 6180 олимов из стран бывшего Советского Союза, т. е. 93% всех тех, кто совершил алию в том месяце. Более 320 олим были из Украины, 159 — из Беларуси.

Согласно газете Jerusalem Post, «количество уехавших из России доказывает, что алия из этой страны не снижается, как это произошло с Украиной». Январь стал вторым месяцем с самым большим числом иммигрантов из России с начала войны. До этого наибольшее количество (6700 чел.) из России прибыло в ноябре 2022 г. Для сравнения, за весь предыдущий год менее 4000 чел. совершили алию из США и Канады, поэтому «Россия остается страной с наибольшим интересом к репатриации в Израиль»[i].

В-пятых, эксперты INSS характеризуют происходящее вокруг Украины как противостояние интересов и ценностей». По их мнению, «довольно много стран, в том числе Израиль, оказались в напряжении между желанием поддержать Украину (сочувствие жертве, демократическая страна, развитые двусторонние отношения) и страхом перед связанными с этим издержками (ухудшение отношений с Россией, ее способность нанести вред)». Отмечается, что «до сих пор политика Израиля заключалась в том, чтобы оказывать помощь Украине, но ограничивать ее определенными сферами, чтобы не расстраивать Россию. В отличие от европейских и североамериканских стран, рассматривающих эту войну как часть борьбы между западной цивилизацией и ревизионистскими авторитарными режимами, и не рассуждающих о том, чью сторону занять в этом конфликте, для Израиля это разграничение недостаточно четкое». Такое положение дел эксперты объясняют как «множеством вызовов безопасности, которые уникальны для еврейского государства, так и географической и культурной удаленностью от зоны боевых действий». Они настаивают на том, что Израиль должен решить для себя вопрос – «в какой степени он видит себя частью западного мира и насколько готов объединиться с Западом в этих усилиях?»[ii]

[i] Aliyah from Russia still high: More than 5,000 immigrants in January // Jerusalem Post. 21.02.2023. https://www.jpost.com/diaspora/article-732273

[ii] בולטות תובנות חמש – באוקראינה למלחמה שנה / INSS. 23.02.2023. https://www.inss.org.il/he/social_media/שנה-למלחמה-באוקראינה-חמש-תובנות-בול/

52.62MB | MySQL:103 | 0,554sec