О развитии ситуации в Ливане. Часть 1

Социально-экономический и политический кризис в Ливане вступил в четвертый год. Экономика этой некогда процветавшей арабской страны практически разрушена, перестала функционировать банковская система Ливана. Доллар США, стоивший в сентябре 2019 года 1500 ливанских фунтов, поднял свой курс до 60 тысяч фунтов за доллар. Около 60% ливанцев живут за чертой бедности. Несмотря на экономический коллапс, требующий срочных восстановительных мер, политическая элита Ливана продолжает борьбу за власть, парализуя работу государственных институтов. На эти процессы накладывается соперничество региональных и международных сил за Ливан. Саудовская Аравия, бывшая в течение нескольких десятилетий основным финансовым донором Ливана, отказывается предоставлять этому государству экономическую помощь до тех пор пока проиранское движение «Хизбалла» не распустит свои вооруженные формирования и не снизит своей политической активности. Франция активно подключилась к решению ливанского кризиса после взрыва в Бейрутском порту в августе 2020 года. Тем не менее, французское посредничество в ливанских делах не оказалось эффективным. Париж ни оказал этой стране значительной экономической помощи, ни добился создания дееспособного правительства. В последнее время все большую активность в ливанском вопросе проявляет Катар. В связи с частичным уходом Саудовской Аравии из этой страны, катарцы хотели бы занять их место и играть доминирующую роль. Прецеденты уже были. Достаточно вспомнить, что политический кризис в Ливане весной 2008 года был разрешен на конференции в Дохе.

Основной проблемой ливанской политики в настоящее время является вопрос о будущем президенте страны. Президентский пост является вакантным после того, как в октябре прошлого года закончились полномочия Мишеля Ауна. 21 сентября 2022 года в парламенте Ливана состоялись президентские выборы, которые  в итоге были сорваны. Кандидат в ходе первого тура выборов должен набрать 86 голосов депутатов, в ходе второго – 65 голосов. Между тем, в сентябре голоса распределились следующим образом. 63 депутата принесли пустые бланки для голосования. Это «Хизбалла» и ее союзники, возмущенные тем, что парламент отказался рассмотреть кандидатуру Сулеймана Франжье. 36 голосов были поданы за представителя другого известного маронитского политического клана Мишеля Муаввада (сын президента Рене Муаввада, убитого в 1990 г.). 10 голосов были поданы за Салима Эдде представителями депутатского блока «За перемены». Мишель Муаввад являлся выдвиженцем крайне правой христианской партии «Ливанские силы», возглавляемой Самиром Джааджаа. Бывший террорист Джааджаа является ожесточенным противником Сирии Ирана. В последнее время он пользуется значительной финансовой поддержкой со стороны Саудовской Аравии. Другими спонсорами «Ливанских сил» являются крупные бизнесмены из ливанской диаспоры в США, Канаде и странах Латинской Америки. Например, бразильский миллиардер Паоло Скафф.

Что касается движения «Хизбалла», то его требования к новому президенту достаточно ясно выразил генеральный секретарь этого движения шейх Хасан Насралла. Выступая 11 января 2023 года на телеканале «Аль-Манар», он отметил, что его движение выступает за такого президента, который бы «выражал интересы всех ливанцев, вел самостоятельную политику, а не слушался бы приказов из американского и других западных посольств. Нам («Хизбалле» — авт.) не нужен помощник на президентском посту. Но нам нужен такой президент, который бы не ударил в спину Сопротивлению». В качестве примера таких честных президентов-патриотов Насралла назвал Эмиля Лахуда (президент в 1998-2008 гг.) и Мишеля Ауна. Оба были бывшими генералами и находились в альянсе с Сирией и «Хизбаллой». При этом в январе Насралла не назвал имя кандидата от «Хизбаллы».

Генсек «Хизбаллы» отбросил таинственность 7 марта с. г., когда объявил о том, что «Хизбалла» на выборах президента (глава государства в Ливане избирается парламентом) будет поддерживать кандидатур Сулеймана Франжье. Этот ливанский политик является представителем влиятельного маронитского клана Франжье. Его дед, Сулейман Франжье-старший, был президентом Ливана в 1970-1976 годах. Именно при нем в Ливане разгорелась гражданская война. В 1976 г. Сулейман Франжье пригласил в страну сирийский военный контингент для защиты ливанских христиан. Отец, Тони Франжье, был убит фалангистами Самира Джааджаа в 1978 году. Сам Сулейман Франжье-младший с 1993 года избирался в ливанский парламент, в начале 2000-х годов был министром по делам телекоммуникаций. Следуя семейной линии, он придерживался просирийской ориентации и был верным союзником «Хизбаллы». Сторонники Франжье и возглавляемой им партии «Марада» доминируют в горном регионе Згорта, но в других христианских районах они почти не имеют влияния. В реальности партия «Марада» представляет интересы не более 20% ливанских христиан, поэтому избрание Сулеймана Франжье в качестве президента крайне проблематично.

Его кандидатуру резко негативно восприняли две основные христианские партии: «Ливанские силы» и Свободное патриотическое движение (СПД). Последнее особенно чувствительно для «Хизбаллы». Партия Хасана Насраллы и СПД с 2006 г. находятся в политическом альянсе. Для «Хизбаллы» иметь такого политического союзника чрезвычайно выгодно. СПД, выражавшая в свое время интересы большинства ливанских христиан, обеспечивала Насралле лояльность христианской общины. В 2016 г. «Хизбалла» активно способствовала избранию на пост президента генерала Мишеля Ауна, лидера СПД, находившегося в хороших отношениях с Сирией и Ираном. В настоящее время на президентский пост претендует зять Ауна, бывший министр иностранных дел Ливана Джебран Басиль. Он воспринял поддержку «Хизбаллой» кандидатуры С.Франжье как предательство. Еще в декабре прошлого года Джебран Басиль устроил скандал по поводу того, что премьер-министр Наджиб Микати, по его мнению, «узурпирует президентские полномочия». Вопрос касался распоряжения Микати бюджетных фондов и подписания ряда внешнеэкономических соглашений. При этом Микати делал это из гуманных соображений. Ему нужны были средства, направленные на здравоохранение: поддержание в клиниках диализа для лечения почечных болезней и лечения онкологических больных.

Басиль назвал заседание кабинета министров, поддержанное движениями «Хизбалла» и «Амаль», «незаконным и неконституционным, наносящим фатальный удар по Таифским соглашениям». На веб-сайте СПД было помещено высказывание о том, что ««Хизбалла» способствует нормализации вакуума власти и атаке на президентские позиции». Сам Басиль не называя своего союзника, ставшего противником, по имени, отметил: «Если кто-то думает, что склонит нас к своим решениям, оказывая давление по президентскому вопросу, мы скажем ему, что это не сработает». Почему же движение «Хизбалла» не поддержала кандидатуру своего старого союзника Джебрана Басиля?  Дело в том, что в последнее время экс-министр иностранных дел чрезвычайно непопулярен в стране и даже в своей христианской общине из-за систематических обвинений в коррупции. Вместе с тем он известен своим склочным и неуживчивым характером. Джебран Басиль умудрился испортить отношения с большинством политиков Ливана, включая спикера парламента Набиха Берри и бывшего премьер-министра Саада Харири. В этой связи основным вопросом является каким образом парламент Ливана может избрать президентом С.Франжье, когда большинство христианских мест в нем все еще занимает СПД. Ливанские эксперты склонны полагать, что в данном случае возможен раскол фракции СПД и ее союзников. Так бывший министр и один из руководителей этой партии Элиас Бу Сааб заявил, что подаст свой голос за Сулеймана Франжье. За кандидатуру С.Франжье скорее всего проголосуют и депутаты от армянской партии «Дашнакцутюн», учитывая их сильные связи с Ираном и Сирией.

52.3MB | MySQL:103 | 0,371sec