Курдский фактор и предстоящие в Турции выборы. Часть 1

Курдская поддержка становится одним из ключевых факторов, которые определят исход предстоящих в Турции 14 мая президентских и парламентских выборов.

При этом сразу отметим, что, хотя турецкая власть и избегает приравнивать курдов к Партии демократии народов (не говоря уже о Рабочей партии Курдистана), но именно эта партия является крупнейшим выразителем мнения курдского меньшинства страны. Заметим, ПДН уверенно преодолевает планку в 10% на всех выборах последнего времени. В отличие от той же партии HÜDA, с которой пытается выстраивать диалог действующая в Турции власть. Выступления этой партии не демонстрировали рейтингов популярности даже выше 1%.

Таким образом, можно сказать, что именно ПДН «держит» курдское меньшинство страны, остро нужное как власти, так и оппозиции для победы на предстоящих выборах. И понятно, что ПДН склоняется именно в сторону оппозиции, памятуя о свернутом процессе примирения между властью и РПК в 2015 году. И с тех пор, ПДН устойчиво переместилась в категорию партий, оппозиционных действующей власти.

Как можно понять нынешние заявления турецкой власти, она с большой обеспокоенностью смотрит на активный процесс диалога между оппозицией и ПДН, который не сулит ей ничего хорошего. Прецедент выборов в местные органы власти в 2019 году, когда, именно благодаря поддержке ПДН, оппозиция взяла и Стамбул, и Анкару – ещё свеж в памяти власти. Тогда, заметим, альянс между «рукопожатной» оппозицией и ПДН властью был недооценен. Сейчас же, как представляется, перспективы для себя власть видит куда как более четко.

Посмотрим, что на эту тему говорят проправительственные обозреватели. Известный турецкий обозреватель Ихсан Акташ опубликовал в Daily Sabah материал под заголовком «Турецкая оппозиция сталкивается с давлением из-за ПДН в преддверии выборов». Цитируем:

«Споры в политической жизни Турции продолжаются. За последние два года во всем мире и в стране сформировалась крупная коалиция, призванная победить президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Во-первых, давайте посмотрим на глобальную коалицию. Западные государства или те, кто действовал от их имени в течение последних 200 лет, или, другими словами, колониальные государства, часто добивались успеха в своих операциях, когда стремились формировать политику страны. С помощью своих аппаратов, таких как спецслужбы, средства массовой информации, международные группы давления и различные экономические средства, они разрушали государства или меняли и проектировали политику стран, когда хотели.

В последнее время большие государства, определяющие глобальную игру, уже не такие большие, как раньше, а другие состояния, которыми они хотят управлять, уже не такие маленькие. Сегодняшние Турция, Иран, Пакистан, Египет, Мексика и Бразилия больше не являются государствами, внутреннюю политику которых западные государства могут изменить за одну ночь.

Некоторые демократы и республиканцы поддерживают антиэрдогановскую коалицию в США. В нашем регионе, с одной стороны, Греции не нравится президентство Реджепа Тайипа Эрдогана. С другой стороны, Иран, Израиль, Египет, Армения, Бельгия, Франция и большинство стран ЕС считают, что присутствие нашего президента ставит под угрозу их интересы в Турции. Сегодня почти все колониальные страны стремятся превратить Турцию в государство-сателлит.

Дома все партии, противостоящие Эрдогану, с их отчаянными стратегиями в течение 20 лет в Турции, объединились и изо всех сил пытались справиться с одной партией.

Инсайдеры доверяют аутсайдерам, а аутсайдеры рассчитывают на инсайдеров. Но ни одна из сторон не в силах победить президента Эрдогана в одиночку.

Национальный альянс, оппозиционный блок, состоящий из шести партий, который в течение двух лет упорно пытался победить Эрдогана, в конечном итоге получил поддержку Партии демократии народов.

Это странная ситуация, в которую попала ПДН, выступающая за РПК. Террористическая группа РПК осуществляет террористическую деятельность в нашем регионе уже 40 лет, убивая людей, убивая детей, совершая казни и мученически мучая солдат и полицейских. Эта террористическая организация некоторое время действовала в Ираке, а теперь и в Сирии. В прошлом она была активна в Турции.

Террористическая организация РПК под названием СНС также действует в качестве киллеров в Сирии от имени Соединенных Штатов, работая над созданием государства-сателлита в Сирии.

Когда стало ясно, что Национальный альянс недостаточно силен, чтобы победить Эрдогана, ПДН присоединилась к «столу на шестерых» как новичок оппозиционного блока.

Когда ПДН приняла участие в альянсе, значительная часть Национального альянса наций восстала. Не только председатель Хорошей партии (ХП) Мераль Акшенер была обеспокоена присутствием ПДН, которая никогда не разрывала своих связей с РПК, но и Явуз Агыралиоглу, представляющий националистическую часть ХП, также выступил с важной речью, критикуя сотрудничество ранее на этой неделе.

В своем выступлении Агыралиоглу сказал, что они не останутся в тени терроризма. Подобно большинству избирателей в Турции, политик от ХП задался вопросом, можно ли отделить ПДН от терроризма: может ли ПДН напрямую осудить терроризм – шаг, от которого она пока отказывается?

ПДН никогда не осуждала и не исключала террористическую организацию РПК. И на самом деле кажется, что реальное решение принимает Кандиль, гора на севере Ирака, где РПК разместила свою штаб-квартиру. ПДН просто реализует политику Кандиля.

Многие страны выступают за человеческое достоинство против терроризма, за демократию и поддерживают права человека, а многие партии в Турции игнорируют действия ПДН.

Многим ясно, что ПДН и РПК по сути являются одной и той же организацией, возглавляемой одним и тем же центром. Механизм давления и самоконтроля, навязанный РПК, не позволил ПДН сформировать новую независимую политику, призванную стать юридическим отражением террористической организации.

Если проанализировать оппозицию в этом контексте, то обнаружится, что многие страны мечтают об ослабленной и развалившейся Турции, а Террористическая группа Гюлена (FETÖ) и террористическая организация РПК горячо хотят, чтобы президент Эрдоган ушел.

Существует оппозиция Эрдогану снаружи и внутри страны, от масс крупных партий, которым надоело проигрывать за 20 лет, до небольших маргинальных групп и вновь созданных партий.

Что поразительно, так это то, что оппозиционные партии не могут демократически противостоять Эрдогану дома, а глобальные организаторы игры не могут справиться с дипломатической стабильностью Турции и жесткой силой на международной арене.

Похоже, турецкий народ снова поддержит своего любимого лидера Эрдогана, расставив приоритеты в своем будущем на твердом пути».

Что обращает на себя внимание в изложенном выше? – Это, прежде всего, тот перечень стран, которые приводятся автором с указанием того, что именно их не устраивает правление Р.Т.Эрдогана в Турции. К этим странам, турецким автором отнесены США, «большинство стран ЕС», а также целый ряд других, включая: Иран, Израиль, Египет, Армения, Бельгия, Франция и большинство стран ЕС.

Заметим, что в случае Израиля и Египта автор ведет речь о тех странах, с которыми у Турции наблюдается процесс «нормализации отношений». Отдельных слов заслуживает и упоминание Ирана, с которым турецкое руководство предпочитает поддерживать уровень дипломатичности, исключающий появление подобных сентенций.

Второе – это оценка турецкого обозревателя о том, что оппозиционный шестипартийный альянс уже заручился поддержкой Партии демократии народов и об этом можно говорить как о свершившемся факте. При этом упоминания того, что националистическая Хорошая партия, в лице своих отдельных членов, выступает против подобного альянса, — несущественны. Это показала практика выборов глав городов 2019 года, когда именно курды обеспечили победу оппозиционному альянсу Народно-республиканской партии и Хорошей партии в Стамбуле и в Анкаре. Аналогичная ситуация по формуле «голосуем на президентских выборах за К.Кылычдароглу, а на парламентских выборах – за Р.Т.Эрдогана» может случиться и на предстоящих 14 мая выборах.

Наконец, перед тем как сказать, что народ в очередной раз выберет «любимого» президента Р.Т.Эрдогана произнесено крайне много слов на тему того, как ПДН находится в тени РПК, управляемой с гор Кандиля. Обилие этих слов, с учетом достаточной типичности сказанного, может указывать на то, что провластный обозреватель крайне обеспокоен продолжением работы альянса, который уже принес в 2019 году знаковую победу для оппозиции.

О роли ПДН в выборах, а также экс-кандидата на пост президента Мухаррема Индже (в 2018 году избирался от Народно-республиканской партии и получил 30,67%, что все сочли большим результатам и прочили М. Индже политическое будущее, однако, расхождение М.Индже и НРП, точнее с К.Кылычдароглу, привели к тому, что М.Индже вышел из НРП и основал свою собственную политическую партию и получил звание «спойлер оппозиции» от коллег по оппозиционному цеху) написал известный провластный политолог, генеральный координатор Фонда политических, экономических и социальных исследований (SETAV) Бурханеттин Дуран.

Цитируем:

«Поскольку до выборов в Турции осталось почти 50 дней, Народный альянс и Национальный альянс делают все возможное, чтобы победить на президентских выборах в первом туре.

Тем не менее, число кандидатов в президенты продолжает расти. Помимо президента Реджепа Тайипа Эрдогана и председателя главной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) Кемаля Кылычдароглу, четыре политика — председатель Партии родины Мухаррем Индже, глава Патриотической партии Догу Перинчек, Синан Оган, кандидат от меньшего альянса оппозиционных партий, изображающих себя «националистами», и председатель Новой партии благоденствия Фатих Эрбакан намерены участвовать в выборах.

Новая партия благоденствия, возможно, привлекла некоторых консервативных избирателей, присоединившись к Народному альянсу. Из шести кандидатов в президенты Индже, которого не попросили присоединиться к оппозиционному блоку, известному как «стол на шестерых», и который недавно позиционировал себя как «третьего кандидата», мог бы изменить ситуацию в первом туре. В частности, он привлекает избирателей, недовольных кандидатурой Кылычдароглу на пост президента. Тем не менее, Индже сталкивается с растущим давлением.

Точно так же, как председатель Хорошей партии Мераль Акшенер была «побита камнями» за то, что покинула «стол», некоторые группы призывали Индже поддержать Кылычдароглу. Однако, председатель Партии родины в течение трех лет подчеркивал недостатки оппозиции и призывал к поддержке нескольких кандидатов в президенты.

Индже напомнил избирателям о своей президентской кампании и о том, как его бывшая партия, НРП, потерпела неудачу на выборах 2018 года. Он также критикует оппозицию за столом, подчеркивая, что блок не держится на «добровольном партнерстве независимых игроков».

Председатель Партии родины также выступил с резкими заявлениями, утверждая, что «стол» неправильно предлагал восемь постов в правительстве четырем маргинальным партиям, чья общая доля голосов остается менее 1,5%. Он также сказал, что Хорошая партия была вынуждена присоединиться к оппозиционному блоку, и обвинил Кылычдароглу в «захвате» блока «в результате взяточничества, шантажа, линчевания и клеветнических кампаний».

Наконец, Индже утверждает, что многие избиратели НРП обеспокоены «плохим послужным списком» председателей Партии демократии и прогресса (DEVA), Партии будущего (GP) и Партии счастья (SP).

Отметим, что высказывания Индже не обязательно сбивают с толку сторонников оппозиции. Наоборот, они указывают на то, что согласие между партийными лидерами не отражает низов. В отличие от председателя DEVA Али Бабаджана, председателя GP Ахмета Давутоглу и председателя SP Темеля Карамоллаоглу, которые предпочли идти в фарватере НРП, Индже критически относился к правительству (в основном) и Национальному альянсу. Именно поэтому он приобрел популярность в последние дни.

Также вероятно, что президентская заявка Инса направлена ​​на привлечение избирателей к его Партии родины. Однако еще неизвестно, поддастся ли он великому гневу и давлению со стороны кругов НРП.

Решит ли Партия демократии народов (ПДН) не участвовать в президентских выборах в свете продолжающихся переговоров с Кылычдароглу, это тоже повлияет на первый тур. Большинство людей ожидают, что это движение достигнет соглашения с НРП в рамках своего документа с изложением позиции от сентября 2021 года и, соответственно, не будет участвовать в выборах.

Взамен руководство ПДН ожидает, что центральное правительство перестанет заменять избранных мэров независимыми доверенными лицами, усложнит задачу запрета политических партий, обеспечит освобождение Селахаттина Демирташа и лиц, уволенных с государственной службы, указами, передаст больше власти местным властям и начнет обсуждение курдского вопроса в парламенте.

Широкая общественность, вероятно, никогда не узнает, что ПДН требовала от оппозиционного блока в отношении продолжающейся борьбы с РПК, ее сирийским ответвлением террористов СНС в Ираке и Сирии, судьбы основателя РПК Абдуллы Оджалана и таких важных вопросов, как признание курдского как родной язык.

Публичное обсуждение таких вопросов настроит многих избирателей против Кылычдароглу. Однако важно помнить, что обещания за закрытыми дверями могут быть нарушены из-за возражений партнеров по альянсу. Вероятность нарушения предвыборных обещаний после гонки влияет не только на ПДН. Совсем недавно мэр Анкары Мансур Яваш заявил в телеинтервью, что «лидеры партий не должны занимать пост вице-президентов», сигнализируя о разногласиях внутри «стола на шестерых».

Если Кылычдароглу победит, он сможет заставить лидеров пяти партий, сопредседателей ПДН и мэров Стамбула и Анкары принять решения, которые могут пойти вразрез с согласованными условиями.

Не секрет, что председатель НРП может придерживаться известного принципа турецкой политики: «Вчера было вчера, а сегодня — сегодня»».

О чем, собственно, ведет речь маститый турецкий обозреватель? – О том, что торг по поводу президентских выборов в Турции продолжается. В частности, речь идет о том, выдвинет ли свою кандидатуру ПДН в первом туре или нет. Срок регистрации кандидатов в Турции – 27 марта (то есть, на момент написания данной публикации ещё нет новостей о том, выдвигают ли ПДН своего кандидата на выборах или нет). Соответственно, большее количество кандидатов на выборах повышает шансы на то, чтобы перевести их во второй тур.

Отметим ту повестку, которую перечисляет обозреватель, говоря о контактах между оппозиционным альянсом и ПДН. Не будет преувеличением сказать, что у любого турецкого избирателя (за исключением этнических курдов) вызовет крайне серьезное отторжение идея о том, чтобы сделать курдский язык языком государственным. Не говоря уже об отношениях с РПК и о дипломатических инициативах в направлении Ирака и Сирии. Попросту говоря, ознакомившись с перечнем этих возможных договоренностей, нормальный турецкий обозреватель должен, как минимум, почувствовать серьезную обеспокоенность.

52.45MB | MySQL:103 | 0,502sec