Восстановление отношений Ирана с Саудовской Аравией: искреннее желание или вынужденная мера?

Когда кандидат в президенты Ирана Эбрахим Раиси заявил, что его приоритетом во внешней политике будет «быстрое улучшение отношений с соседями»[1] его вряд ли воспринимали всерьез. Основная часть правящей элиты, включая верховного лидера (рахбара) аятоллу Али Хаменеи на протяжении по крайней мере последних 15 лет придерживались прямо противоположного курса и понимания места Ирана  на политической карте Ближнего Востока. Тем не менее никаких противоречий и споров это заявление не вызвало. Выдвижение Раиси активно поддерживал и продвигал и Совет экспертов, и Совет стражей конституции, и  сам рахбар. Поддержка была столь явной, что привела к расколу в руководстве страны и беспрецедентной утечке в иранские СМИ письма бывшего спикера парламента Али Ларижани Совету экспертов и отказу его брата, председателя Совета по оценке целесообразности Амели Ларижани подписать президентские полномочия Эбрахима Раиси после объявления результатов выборов. Поэтому на тезис об улучшении отношений с соседями большинство экспертов и наблюдателей не обратили большого внимания, посчитав его очередным популистским лозунгом рассчитанным на «внешнее потребление».

В первые полтора года президентства Раиси ничего не предполагало  изменения внешнеполитического курса предшественника Раиси, и Хасана Роухани. Однако протесты осени 2022 года в сочетании с стремительно ухудшающейся экономической ситуацией в стране[2] заставили администрацию Раиси предпринять шаги по улучшению отношений с соседними странами, в первую очередь, суннитскими консервативными монархиями Персидского залива, которые много лет считались основными идеологическими и политическими противниками Ирана, представляющими экзестенциальную угрозу существования шиизма.

Глубину экономических и социальных проблем страны ярко высветили две первых поездки президента Раиси после избрания в две самые бедные провинции страны, Хузестан и Баелуджистан. Раиси также нужно было легитимизировать свою власть, чтобы снять сомнения в законности своего избрания и пресечь слухи о том, что пост президента он получил благодаря личной протекции аятоллы Хаменеи. Тяжелым положением в экономике также объясняются и экономические реформы, объявленные президентом Э.Раиси в начале 2022 года[3]. Пакет реформ напоминает реформы предложенные в свое время президентом Махмудом Ахмадинежадом, что вполне закономерно учитывая градус социальной напряженности из-за накопившихся за последние 20 лет  экономических проблем и роста протестных настроений.

Внутриполитические проблемы, нарастающий экономический кризис и явный раскол в иранской элите вынудили администрацию Раиси начать зондирование возможностей нормализации отношений с соседями в начале 2022 года. По всей вероятности в первые месяцы президентства Раиси поручил сделать анализ затрат и экономической целесообразности инвестиций и активного участия в различных региональных политических проектах. Кроме того, Иран нуждался в партнере для начала переговоров. Катар был очевидной «точкой входа» в региональный переговорный процесс. Катар является единственной страной в регионе с которой  Иран поддерживает нормальные экономические и политические отношения несмотря на периодически возникающие разногласия. Нормализация отношений между Дохой и Эр-Риядом в 2021 году стала для иранского руководства дополнительным стимулом использовать визит президента Э.Раиси в Катар в феврале 2022 года для объявления смены внешнеполитического курса на региональную разрядку[4]. Заявления Раиси поддержанные иранскими государственными СМИ были прежде всего направлены на саудовскую аудиторию. Судя по географии визитов высокопоставленных сотрудников МИД Ирана (Али Реза Энаяти, Реза Збиб и Али Ашгар Хаджи) в 2022 году, а также по активизации усилий Ирана по вступлению в ШОС, администрация Раиси решила подстраховаться и использовать Китай как второй канал для нормализации отношений с соседями. Вскоре после визита президента Э.Раиси в Китай летом 2022 года и  саммита ШОС в сентябре, посол КНР в Иране заявил о новой главе в ирано-китайских отношениях.[5] Основная мысль которую Иран доносил до своих арабских соседей на протяжении 2022 года была проста: «США не заинтересованы Ближним Востоком. Странам региона пора задуматься о выработке компромиссов и создания собственной региональной архитектуры безопасности». Однако ни МИД ИРИ ни Совет по международным отношениям не опубликовали какого либо проекта по всеобъемлющей системе региональной безопасности[6]. На фоне отсутствия интереса соседей Ирана к Ормузской мирной инициативе[7], нормализация и развитие двусторонних отношений с соседями стала приоритетом внешней политики администрации Раиси. Исходя из этих приоритетов и учитывая как быстро развивающиеся китайско-саудовские отношения, так и место  КСА в политическом, идеологическом и экономическом соревновании и противостоянии с Ираном фокус политики региональной нормализации был направлен на королевство. Посредничество Китая в этом процессе также хорошо вписывается в архитектуру международных отношений Ирана. Переговоры КСА и Ирана продолжались всю осень 2022 года и завершились подписанием соглашения о восстановлении дипломатических отношений и безопасности в феврале 2023 года[8]. Вскоре после этого Ливия (Правительство национального единства в Триполи) и Иран заявили о нормализации отношений[9]. Иран интенсифицировал контакты с Бахрейном. Во время недавних переговоров обсуждался обмен официальными делегациями на уровне заместителей министра иностранных дел, что может быть прелюдией к нормализации отношений и восстановлению работы дипломатических миссий[10]. Нормализация отношений с КСА послужила стимулом к развитию отношений с ОАЭ. Вскоре после объявления о нормализации отношений Ирана с КСА ОАЭ объявили о визите секретаря Высшего совета национальной безопасности  Ирана Али Шамхани в страну[11]. Кувейт, Оман, Египет и Иордания приветствовали нормализацию ирано-саудовских отношений, что открывает двери к расширению контактов и развитию региональных отношений в регионе Персидского залива. Явным признаком улучшения отношений с Катаром стал визит помощника министра иностранных дел Катара по региональным делам Мухаммеда бен Абдель Азиза аль-Хулайфи в Тегеран 27-28 марта 2023 года и его встреча с Али Шамхани. Секретарь ВСНБ Шамхани 28 марта провёл телефонный разговор с советником по национальной безопасности премьер-министра Индии  Аджитом Довалом в ходе которого была выражена готовность к развитию многостороннего регионального сотрудничества. Это свидетельствует не только о бурной деятельности администрации президента Раиси по налаживанию отношений с соседями, но и расширении круга иранских официальных лиц вовлеченных в этот процесс. Активность Шамхани, активного участника сопротивления режиму шаха Пехлеви, бывшего министра обороны и советника рахбара по военным вопросам имеет несколько смыслов.

Во-первых, это показывает, что приоритетами региональной разрядки Ирана является повышение уровня доверия, если не снятие, то максимальное уменьшение вероятности открытых военных конфликтов в регионе, повышение безопасности навигации в Ормузском проливе, и совместная (по возможности) борьба с региональными экстремистскими организациями, представляющими равную угрозу как суннитским монархиям так и шиитам.

Во-вторых, активное участие в переговорах доверенного лица рахбара призвано показать полную поддержку и благословение Хаменеи политики региональной разрядки и ее постоянство.

В-третьих, адмирал Али Шамхани родился в Хузестане, с детства говорит по-арабски и в период предыдущей оттепели в ирано-саудовских отношениях был награжден высшей наградой КСА – Орденом  короля Абдель Азиза, что сделало его идеально подходящим на роль переговорщика с Саудовской Аравией и другими монархиями Персидского залива.

Учитывая экономические и внутриполитические проблемы приоритеты политики региональной разрядки Ирана вполне понятны. Создание какой-то устойчивой межгосударственной системы региональной безопасности в сложившихся условиях невозможно. Глубинные противоречия никуда не делись. И как свидетельствует активная внешнеполитическая деятельность администрации Раиси это хорошо понимают и в Тегеране. Поэтому упор делается на поиск компромиссов и решения вполне конкретных региональных проблем с целью уменьшения финансовых и иных затрат. Наиболее очевидной проблемой является ситуация в Сирии, где Иран стремится уменьшить бремя затрат на реконструкцию страны путем создания партнерств с крупными компаниями из стран Персидского залива.  Совместное патрулирование Ормузского пролива, экспорт продукции иранской оборонной промышленности, обслуживание стареющего парка иранской авиации (как военной, так и гражданской), ситуация в Ираке и Йемене также являются предметом обсуждения с соседями.  Неизвестным элементом уравнения является степень контроля и влияния  Тегерана  на своих ключевых региональных союзников: режим Башара Асада в Сирии, йеменских хоуситов, палестинский ХАМАС и ливанскую «Хизбалла», а их участие является обязательным элементом любого процесса разрядки между Ираном и его соседями. Ни один из основных союзников Ирана не является его марионеткой, их отношения с Ираном весьма сложные и на практике серьёзно ограничивают переговорные возможности и ослабляют позицию Ирана в процессе региональной разрядки.

Вероятно единственной крупной проблемой где стороны могут достичь быстрого и рабочего компромисса является обеспечение безопасности судоходства в Персидском заливе. Количество всевозможных инцидентов, включая атаки БПЛА на гражданские суда[12] в последние годы выводит эту проблему в разряд региональной. Хоуситские повстанцы потопившие 10 военных кораблей с 2015 года[13], продолжают соблюдать фактическое перемирие с КСА и ведут неформальные переговоры с Эр-Риядом о превращении перемирия в мирный договор[14]. Это создает предпосылки для достижения договоренностей между Ираном и прибрежными государствами. В аналитических материалах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, Иран (наряду с хоуситами и различными пиратами)  считается самой крупной угрозой судоходству в Заливе[15].  До недавнего времени ССАГПЗ и аравийские монархии рассчитывали на помощь ВМС США в обеспечении безопасности судоходства. В случае, если Ирану удастся выработать совместные с соседями решения, необходимость в военной помощи США значительно уменьшится. Чтобы это произошло Ирану, однако нужно для начала признать наличие проблемы. До недавнего времени на каждом обсуждении вопроса безопасности судоходства в Персидском заливе Иран пытался возложить ответственность за атаки на судоходство на Израиль и его союзников[16]. Даже в разгар кампании атак на судоходство в Заливе в 2019 году Иран провозглашал свою открытость к переговорам по  безопасности судоходства[17]. Хотя соглашение с КСА о нормализации отношений напрямую не упоминает безопасность судоходства, учитывая объемы закупаемой КНР нефти у Ирана и КСА и его посредничество, вопросы снижения уровня угроз судоходству были одной из центральных тем переговоров и, хотя пока и непубличных, договоренностей.

Интересно также то, что несмотря на лозунг создания «Оси сопротивления», унаследованный администрацией Раиси и нескольких заявлений о сохранении этого курса[18], Иран в своей политике региональной разрядки не ставит условий связанных с противостоянием с Израилем и охотно вступает в переговоры со странами имеющими нормальные отношения с Иерусалимом.  Заявления ХАМАСа, Организации освобождения Палестинв и «Хизбаллы» одобряющие ирано-саудовкую сделку не содержали дежурных фраз об осуждении Израиля[19].  Это может указывать и на согласованность позиций Тегерана с его союзниками (и консультации с ними в процессе переговоров с Эр-Риядом), и на сигнал Израилю о готовности администрации Раиси снизить напряженность ирано-израильских отношений и (в идеале) исключить возможность прямого военного столкновения.

Региональная разрядка является частью более широкой политики Али Хаменеи «Взгляд на Восток» сформулированной еще во времен президентства Махму́дa Ахмадинежадa [20].  Рахбар возлагает большие надежды на политику разворота на Восток[21].  Кроме развития отношений с Китаем, Индией и Россией нормализация отношений с ближневосточными соседями является важной частью этой политики. Поэтому политика региональной разрядки администрации Раиси не является чем то новым.  Активация этой политики в 2023 году и резкий рост активности в отношениях с соседями объясняются стремлением к оптимизации расходов на содержание своих союзников в Ливане, Йемене и Палестине, операции в Сирии и поддержку президента Асада и помощи Ираку.

Анализ визитов высокопоставленных представителей администрации президента Раиси показывает, что рахбар через МИД будет продолжать лично курировать отношения с Китаем, Россией и Индией. При этом МИД, как и раньше, не обладает большой самостоятельностью и только  помогает реализовывать инициативы специальных представителей аятоллы Хаменеи в этих странах.

Отношения с арабскими соседями оставлены в ведении Высшего совета национальной безопасности и небольшой группы дипломатов. Это объясняется кругом региональных  проблем, для решения которых необходимо тесное сотрудничество со странами Персидского залива.

Тегеран также заинтересован в использовании влияния Пекина и Москвы на Ближнем Востоке как для решения региональных проблем, так и для продвижения и защиты своих интересов. В условиях жесткого противостояния между США и Китаем с Россией, последние не заинтересованы в поддержке американской политики максимального давления на Иран.

Развитие отношений с Китаем, Россией и Индией также необходимо для решения наиболее насущных экономических проблем и снижения социальной напряженности. В 2022 году Россия нарастила экспорт продукции сельского хозяйства в Иран до рекордных значений. Этому в большой мере способствует действующее с 27 октября 2019 года временное соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Ираном. В начале 2022 г. был подписан протокол о его продлении. Запущены переговоры по полноформатному соглашению и состоялись четыре раунда консультаций. Увеличение экспорта сельхозпродукции и создание надежного механизма расчетов за него были одной из центральных тем всех ирано-российских переговоров в январе-марте 2023 года. Что впрочем и понятно учитывая тяжелое положение с обеспечением иранцев продуктами питания и товарами первой необходимости[22].  Китай (вместе с Индией) является крупнейшим покупателем иранской нефти, что много лет обеспечивает Ирану так ему необходимый приток валюты[23]. На начало 2023 года Россия является крупнейшим иностранным инвестором в Иране[24]. Китай в обмен на поставки нефти обязался инвестировать 400 млрд долларов в Иран в течение 25 лет[25]. Торговый оборот с Китаем превысил 17 млрд долларов в 2022 году, что делает его основным торговым партнёром Ирана. Объем китайских инвестиций в страну был гораздо более скромным (185 млн долларов), значительно уступая пока российскому[26]. Это в первую очередь связано с тем, что основным интересом китайских инвесторов (в отличие от российских) является нефтегазовая промышленность. Иран со времен национализации нефтяной промышленности весьма ревностно и осторожно относится к любым предложениям об иностранных инвестициях в этот сектор. Товарообмен с Индией растет быстрыми темпами. Рост случайно или нет совпал с началом президентствам Э.Раиси. С 2021 по январь 2023 он возрос на 59,9%.[27] Основной объем торговли также приходится на сельхозпродукцию.

Таким образом политика региональной разрядки не является признаком фундаментального переосмысления внешней политики в Тегеране. Это скорее реакция на то, что региональная напряженность   является угрозой внутренней стабильности режима. Реакция региональных соседей показываете что ими найдены точки соприкосновения с Ираном и достигнуто понимание того, что участие Тегерана в решении нескольких ключевых региональных проблем является обязательным.

Процесс нормализации отношений с соседями вызвал неоднозначную реакцию у «коллективного Запада». В то время как США более всего обеспокоились ролью Китая в этом процессе и уменьшением своего влияния в регионе[28], реакция европейских государств оказалась более разнообразной.  EC в своем коротком заявлении сделал упор на готовности принимать участие в мирных инициативах на Ближнем Востоке[29], Великобритания формально поприветствовала соглашение и также обеспокоилась растущей полью Китая[30], Канцлер ФРГ Олаф Шольц отделался простой констатацией факта[31]. Наиболее показательной является реакция МИД Франции, указавшим в своём заявлении на необходимость укрепления двусторонних франко-саудовских отношений[32] обозначив таким образом свою готовность занять нишу регионального гаранта освобождаемую США. Европу, лишенную дешевых энергоносителей из России во многом обеспечивавших ее экономический рост и неспособной заместить российские поставки сравнимыми по цене и обьемам,  объективно очень нужны поставки иранской нефти и особенно газа.  Поэтому призрак нормализации отношений с Ираном бродит по коридорам европейской дипломатии. Признаки очевидны: неохотная, весьма формальная поддержка иранской оппозиции, очевидная боязнь открыто совершать враждебные Ирану шаги, весьма слабая реакция на массовые протесты осени 2022 года и зимы 2022-2023 гг. Особо стоит отметить явное нежелание следовать за США и признать КСИР террористической организацией (даже вопреки призыву Европарламента).

Жозеп Боррель объяснил отказ следовать рекомендации Европарламента отсутствием юридического прецедента. На фоне хорошо отлаженной санкционной машины ЕС это заявление выглядит по меньшей мере неубедительно. Основные причины такого нежелания лежат на поверхности: боязнь помешать восстановлению иранской ядерной сделки и  необходимость найти новые дешевые источники углеводородного сырья.

Последует ли Германия (а за ней, по всей вероятности и весь ЕС) за США в ужесточении отношений с Ираном будет во многом зависеть от ближайших результатов политики региональной разрядки и экономической ситуации в ЕС. Объявление КСИР террористической организацией неизбежно закроет все поставки энергоносителей из Ирана, поскольку именно КСИР контролирует бОльшую часть нефтегазового сектора. Поэтому ЕС занимает выжидательную позицию.

Встав на путь нормализации отношений с арабскими соседями Иран продемонстрировал свою способность достигать компромиссов даже со странами с которыми у него есть глубокие идеологические разногласия. Это не могло не остаться незамеченным в европейских столицах и навести руководство ЕС и отдельных его членов на размышления о целесообразности продолжения политики жесткого давления на Иран.  Европа и США также озабочены ролью Китая в ближневосточных процессах.  Не исключено, что поиски подходов к участию в процессе ближневосточной разрядки могут начаться  с поставок (не исключено, что и в обход санкций)  столь необходимого Ирану продовольствия и товаров первой необходимости.

Первоначальные цели нормализации  отношений Ирана с КСА являлись чисто внутренними. Особую роль также сыграли войны в Сирии и Йемене результаты которых не только оказались неудачным для Эр-Рияда, но и показал Тегерану что  активное участие в зарубежных вооруженных конфликтах ему явно не по карману. Однако эта нормализация имеет также глобальные последствия. Сумеет ли Тегеран извлечь максимальную выгоду из запущенных в марте 2023 года процессов станет понятно в ближайшие 6-9 месяцев. Судя по региональной дипломатической активности и плотности визитов старших должностных лиц администрации Раиси, Тегерану нужны быстрые и конкретные результаты. По первым результатам будет понятно является ли объявленное президентом Раиси «быстрое улучшение отношений с соседями» попыткой краткосрочного решения проблемы снабжения страны продовольствием и товарами первой необходимости,  позволит увеличить размер социальных программ за счет уменьшения расходов на поддержку союзников и тем самым снизить градус напряженности в иранском обществе или это серьезная попытка переосмыслить положение и роль Ирана на Ближнем Востоке.

[1] https://www.hamshahrionline.ir/news/656311/رئیسی-رویکرد-ما-با-کشورهای-جهان-تاکتیکی-نیست-راهبردی-است

[2] https://www.dw.com/fa-ir/اعتراف-دولت-رئیسی-به-کسری-شدید-بودجه-بیکاری-گرانی-و-تورم/a-59894892

[3] https://www.isna.ir/news/1400070704638/اقتصاد-ایران-در-آستانه-خطر-چرا-چین-به-داد-ایران-نرسید

[4] https://www.reuters.com/world/middle-east/irans-raisi-hopes-qatar-gas-forum-will-boost-relations-with-other-gulf-countries-2022-02-21/

[5] https://nournews.ir/Ru/News/122100/Посол-Китая-сообщил-о-начале-новой-главы-в-ирано-китайских-отношениях

[6] https://www.scfr.ir/fa/300/30102/144797/راهبرد-ناموفق-ائتلاف%E2%80%8Cسازی-علیه-ایران/

[7] https://www.mei.edu/publications/iran-gcc-and-failure-hope

[8] https://www.aljazeera.com/news/2023/3/10/iran-and-saudi-agree-to-restore-relations

[9] https://libyaobserver.ly/news/libya-welcomes-saudi-iranian-decision-restore-ties

[10] https://www.jns.org/bahrain-could-follow-saudis-in-restoring-ties-with-iran/

[11] https://www.ft.com/content/924ed8b0-8bce-4b06-b8d2-1a06746b1778

[12] https://www.maritime-executive.com/article/israel-unveils-two-iranian-attack-drone-bases-used-to-strike-shipping

[13] https://ria.ru/20170616/1496688784.html

[14] https://www.kommersant.ru/doc/5773244

[15] https://www.grc.net/documents/63bd2e566f6f3EnhancingCooperationonMaritimeSecurityintheGulf.pdf

[16] https://www.tehrantimes.com/news/463726/False-flag-operation

[17] https://carnegieeurope.eu/2021/07/20/collective-security-in-persian-gulf-preparing-for-opening-pub-84959

[18] https://www.tasnimnews.com/fa/news/1400/05/31/2558390/امیرعبداللهیان-با-افتخار-از-جبهه-مقاومت-حمایت-می-کنیم-وزارت-خارجه-را-به-برجام-گره-نخواهیم-زد

[19] Заявление ХАМАСа: https://www.jpost.com/middle-east/article-734008; заявление ООП: https://www.israeltoday.co.il/read/palestinians-thrilled-by-saudi-iran-agreement/; заявление «Хизбаллы»: https://www.i24news.tv/en/news/middle-east/1678528323-hezbollah-welcomes-iran-and-saudi-arabia-normalization

[20] https://www.chefarghi.com/the-difference-between-looking-east-in-ahmadinejad-and-rouhanis-government/

[21] https://foreignpolicy.com/2021/10/26/iran-china-russia-sco-raisi-turns-east/

[22] https://russia.mfa.ir/ru/NewsView/659132

[23] https://www.iranintl.com/en/202202208353

[24] https://www.forbes.ru/finansy/486578-rossia-stala-krupnejsim-inostrannym-investorom-v-irane

[25] https://www.nytimes.com/2021/03/27/world/middleeast/china-iran-deal.html

[26] https://www.silkroadbriefing.com/news/2023/02/08/chinas-2023-trade-and-investment-with-iran-development-trends/

[27] https://www.indianembassytehran.gov.in/eoithr_pages/Mjg5

[28] https://foreignpolicy.com/2023/03/14/saudi-iranian-detente-china-united-states/

[29] https://www.eeas.europa.eu/eeas/iransaudi-arabia-statement-spokesperson-announced-resumption-diplomatic-relations_en?s=208

[30] https://www.theguardian.com/commentisfree/2023/mar/14/the-guardian-view-on-iran-and-saudi-arabia-a-cautious-start

[31] https://www.reuters.com/world/germanys-scholz-welcomes-saudi-iran-efforts-build-less-confrontational-ties-2023-03-13/

[32] https://www.al-monitor.com/originals/2023/03/france-cautious-about-chinas-role-welcomes-iran-saudi-agreement

52.66MB | MySQL:103 | 0,487sec