Современное внутриполитическое и экономическое положение Пакистана

1. Оценка общей ситуации в Пакистане

В результате боевых действий федеральные войска в 2009 г. постепенно вытеснили талибов из пакистанского движения Талибан («Тэхрике-Талибан Пакистан») из долины Сват в труднодоступные горные районы, причем следует отметить, что талибы максимально уклонялись от прямого боевого контакта со спецподразделениями пакистанской армии. Поэтому можно считать, что сейчас не существует прямой угрозы захвата талибами власти в Исламабаде. Еще более очевидным это стало после проведенной осенью нынешнего года войсковой операции в Южном Вазиристане.

Военные операции пакистанских войск против боевиков исламистской сети «Талибан» — «Аль Каида» в Южном Вазиристане и резкое усиление террористической активности в различных городских ареалах страны свидетельствуют о расширении географии исламистского влияния в Пакистане: помимо Северо-Западной пограничной провинции (СЗПП) и территорий племен федерального управления (FATA), ему теперь подвержен и Панджаб, где сконцентрировано около 60% населения страны. Наибольшая активность исламистов отмечается в южных районах данной провинции, известных как «Территории сирайки», где проживает более 27 млн человек.

В связи с боевыми операциями пакистанской армии против талибов Вашингтон не раз предлагал пакистанскому руководству самую разнообразную по своему характеру помощь (в том числе и военную). В частности, 17 октября 2009 г. президент США Барак Обама подписал законопроект об экономической помощи Пакистану – «Акт 2009 г. об усилении партнерства с Пакистаном». Общая сумма экономической помощи весьма внушительная – 7,5 млрд долл., которая будет распределена поэтапно – 1,5 млрд долл. ежегодно в течение пяти лет начиная с 2010 года. (До этого ее размеры составляли 500 млн долл. в год).

Кроме того, администрация Барака Обамы учредила специальный фонд помощи Пакистану в борьбе с терроризмом. В соответствии с принятым решением Исламабаду будут ежегодно выделяться 400 млн долл. для закупки необходимого вооружения, а также подготовки пакистанского спецназа для проведения антитеррористических операций. Эта военная помощь является частью трехлетней программы помощи Пакистану общим объемом 5 млрд долл. (в рамках этой программы предполагаются также снижение влияния финансово-экономического кризиса на экономику страны, развитие системы правосудия, различного рода гуманитарная помощь, расходы по борьбе с наркобизнесом и проч.). Что касается принятия Пакистаном от американской стороны прямой военной помощи, т.е. участия американских войск в борьбе против талибов, то следует отметить, что в конце мая с.г. министр информации и телерадиовещания Пакистана Камар Замар Каира вновь твердо заявил, что иностранные войска никогда не будут присутствовать на территории Пакистана. Его заявление было поддержано более поздним заявлением (в середине ноября с.г.) премьер-министром страны Юсуф Реза Гилани.

Следует обратить внимание на еще одну очень серьезную проблему, связанную с гражданской войной в стране. Это проблема беженцев из Сватской долины. По оценкам экспертов детского фонда ООН их численность превышает по состоянию на середину ноября с.г. 2 млн человек. Примитивные лагеря беженцев совершенно не приспособлены для размещения там людей, особенно в условиях острой нехватки питьевой воды. По словам упоминавшегося Камар Замар Каиры в настоящее время необходимы как минимум 1 млрд долл. для оказания помощи беженцам из районов военных действий. Пакистанские власти заявили, что беженцы вольны поселиться в любых районах Пакистана, однако чисто технически этот вопрос решается крайне медленно из-за острой нехватки транспорта для перевозки как людей, так и их домашнего скарба.

С середины июля с.г. начался процесс возвращения беженцев («временно перемещенных лиц») в родные места. Он предполагает три стадии, первая из которых (возвращение из лагерей) уже проходит довольно быстрыми темпами. Однако вторая фаза – возвращение беженцев, проживавших в школах, колледжах, медресе, а также третья – вывоз на автобусах и грузовиках людей, осевших у родственников и в других районах, кроме Свата – осуществляется крайне медленно.

 

2. Экономическое положение Пакистана

Экономическое положение страны, на фоне которого идет гражданская война в стране, остается крайне сложным. Анализ итогов истекшего 2008/09 финансового года (завершился 30 июня с.г.), осуществляемый на макроуровне, носит пока что предварительный характер, поскольку реальные данные появятся после завершения 30 июня 2010 финансового года. Однако едва ли они принципиально изменятся.

Темпы экономического роста составили в указанном финансовом году лишь 2% (5,8% в 2007/08 г.), а в 2009/10 г. они едва ли превысят, как полагают пакистанские экономисты, 3%. Однако, по мнению экспертов МВФ и Мирового банка этот параметр вновь будет на уровне 2%.

Рост сельского хозяйства несколько повысился по сравнению с предыдущим, 2007/08 финансовым годом (было 1,5%) и составил в 2008/09 г. ориентировочно 2,5%; это было достигнуто преимущественно за счет благоприятных погодных условий и, в частности, хорошего урожая пшеницы – 25 млн тонн (21,7 млн т в 2007/08 г.). Едва ли можно ожидать улучшения положения в промышленности, рост этой отрасли остался на прошлогоднем уровне – около 5,5%. Но самое тревожное, что рост мелкого промышленного производства вновь превысил рост крупной индустрии.

Доход на душу населения сократился с 1085 долл. в 2007/08 г. до 1045 долл. в истекшем финансовом году. Инфляция за год составила почти 21%, а внешний долг страны вырос до 50 млрд долл.

Незначительное общее экономическое благополучие было достигнуто практически лишь за счет внешней помощи (объем её превысил 10 млрд долл.), а также поступлений от пакистанцев из-за рубежа. В 2009/10 г. потребность Пакистана в иностранной помощи составит 13 млрд долл., а в 2010/11 г. – 12 млрд долл. Предварительная информация (доступная по состоянию на середину ноября 2009 г.) свидетельствует, что стране удастся в перспективе получить помощь в указанных размерах. Так, МВФ предоставил (и предоставит) в текущем и следующем финансовых годах в общей сложности 7,6 млрд долл. Кроме того, реально поступит существенная помощь от Мирового банка, АзБР, отдельных государств – США, Японии, Китая, Саудовской Аравии, ряда других арабских стран и др. Немалые перспективы имеются в оказании финансовой помощи со стороны созданной в сентябре 2008 г. международной организации «Друзья Пакистана».

Поступления от пакистанцев из-за рубежа составили не менее 7,7 млрд долл. (но вероятнее всего, с учетом «черных» способов переправки валюты, в частности, «хавала» и «хунжа», они превысили 9 млрд долл. – это оценки МВД Пакистана). А это уже серьезное подспорье для малообеспеченных слоев пакистанского общества.

 

3. Внутриполитическая ситуация в Пакистане

Основными противниками правящего режима в Пакистане являются талибы, которые представляют собой исламских экстремистов, по преимуществу выходцев из пуштунов. В этом плане размах их деятельности не носит общенационального характера и, в целом, ограничен территорией северо-западного региона государства. Это происходит еще и потому, что социальная составляющая, которая обычно обеспечивает радикалам значительное влияние в обществе, в движении пакистанских талибов («Тэхрике Талибан Пакистан») не достигает сколько-нибудь существенных размеров. Эгалитаристские лозунги, призывы к социальной справедливости, всеобщему равенству, перераспределению богатств и собственности всегда звучат крайне притягательно для бедных и нуждающихся людей. Особенно привлекателен эгалитаризм в мусульманском мире, поскольку корреспондирует там с принципами единства уммы, мусульманского равенства и братства, всеобщего благоденствия и процветания.

В Пакистане сейчас насчитывается (по оценкам пакистанских экспертов) примерно 60 млн человек, живущих ниже черты бедности (почти 37% всего населения страны); при этом, рост числа бедных постоянно увеличивается. Таким образом, предпосылок для широкого и острого социального движения достаточно. Если талибы будут использовать социальные проблемы, то положение власти станет довольно сложным. Но пока что ее противники не используют широко социальную сферу. Конечно, имеют место убийства землевладельцев, захват их земель, имущества и различных ценностей. Однако в качестве главного мобилизующего фактора талибы используют религиозные и частично этнические проблемы. Думается, что решение этих вопросов во многом будет зависеть от исхода военного столкновения между талибами и государственными правоохранительными органами.

Пакистанская армия представляет собой крупную, хорошо вооруженную, обученную и дисциплинированную организацию. Хотя в ее составе много пуштунов и имелись определенные трудности в начальный период борьбы с талибами (были случаи отказа младшего офицерского состава и рядовых вести военные операции против единоверцев-талибов), армия, тем не менее, чётко выполняет приказы командования и политического руководства и ведет успешные операции против талибов. Надо иметь в виду, что эти действия в 2009 г. происходили в благоприятных для регулярных частей и военной техники погодных условиях. Если столкновения перенесутся в сложные для армии зимние условия или горные районы (что, однако, маловероятно), то ситуация гипотетически может измениться.

С точки зрения внутриполитической ситуации в стране, вооруженные силы соблюдают принцип «армия — вне политики». Она ушла с политической арены, открыто не вмешивается в государственно-политическую жизнь, ее представители покинули государственные учреждения и частные предприятия. Однако, война с талибами вносит определенные коррективы в данную ситуацию. Армия в какой-то степени участвует в борьбе со своими гражданами, на своей территории, т.е. в гражданской войне на стороне существующей власти и для ее защиты. Поэтому говорить о том, что «армия полностью вне политики» некорректно. Но дело не только в этом.

Надо иметь в виду, что в нынешних условиях «вхождение армии во власть» чреват серьезными негативными последствиями для Пакистана. Иностранная помощь, имеющая важное значение для экономики этой страны, может быть приостановлена или существенно ограничена. Теоретически не исключена и внешнеполитическая блокада Пакистана. Поэтому такой шаг, как приход армии к власти, может произойти лишь в исключительном случае и будет максимально закамуфлирован разного рода демократическими ширмами.

 

4. Внешняя политика Пакистана .

Активная внешнеполитическая деятельность Пакистана, его причастность к глобальным проблемам современности (и, прежде всего, к борьбе против международного терроризма) повышают роль и значимость этого государства на мировой арене. Пакистанские руководители достаточно умело используют этот фактор для получения максимальных выгод. Бурная международная деятельность Исламабада превращает потенциальные возможности в реальность. Ценой больших усилий пакистанскому руководству удалось обеспечить поступление иностранной помощи в тех размерах, которые могут обеспечить стране выход из нынешнего тяжелого экономического положения. При этом, как нередко бывает, какие-либо акции имеют разные, а временами даже противоречивые последствия. Так, крупные иностранные финансовые вливания будут содействовать стабилизации внутренней обстановки в Пакистане, что в интересах правящего режима. Но поскольку эта помощь в основном западная (преимущественно американская), то в стране растет недовольство усилением зависимости Пакистана от Запада, крепнут антиамериканские настроения; а это однозначно ведет к ослаблению политического влияния нынешней власти.

Важным фактором существования и развития «пакистанской проблемы» является ситуация в Южной Азии. В настоящее время она представляется довольно благоприятной для Пакистана. Во всех крупных южноазиатских государствах у власти стоят центристские, умеренные, с элементами секуляризма партии. Разгром тамильских сепаратистов снизил в целом криминогенный потенциал в регионе. Поражение сепаратистских сил весной этого года на выборах в индийском штате Джамму и Кашмир показало, что ситуация здесь неблагоприятна для сторонников присоединения этой территории к Пакистану. Возможно, это охладит «горячие головы» в самом Пакистане, заставит их задуматься о возможности достижения компромиса.

Индийский Национальный Конгресс, укрепивший свои позиции на недавно прошедших выборах, имеет возможность активнее и полнее проводить в жизнь свои установки. По неофициальной информации из Нью-Дели есть основания полагать, что Индия реально готова пойти на улучшение отношений с Пакистаном, если последний согласится на прекращение «трансграничного терроризма». В какой-то мере эта проблема может быть решена в случае успешного завершения операции по борьбе с талибами. В этом случае Пакистану придется ограничить масштабы подготовки боевиков на своей территории (это для него не будет слишком сложным, если будут разгромлены талибы, а ситуация в Кашмире, как отмечалось, может сделаться крайне неблагоприятной для деятельности сепаратистов). Все это будет содействовать улучшению индо-пакистанских отношений, развитию широкомасштабному сотрудничеству двух стран. Цена этого процесса для Пакистана довольно велика – в случае его успешного завершения Пакистан наконец престанет быть государством, «воющим на двух фронтах». Этому процессу содействуют и США. Думается, что и Россия ни в коей мере не должна быть в стороне от него, поскольку такая отстраненность действует против наших интересов в Южной Азии и на Среднем Востоке.

Вслед за США, коррективы в свою стратегию борьбы с терроризмом в Афганистане, внесла и Великобритания. Объявлено, что важнейшим условием победы над террористами в регионе является укрепление демократии в Афганистане и оказание помощи его народу в социальной, экономической и политической сферах. Военные должны сосредоточить свое внимание на укреплении афганских силовых структур и сотрудничестве с пакистанскими властями в противодействии террористическим угрозам в районе. По мнению Лондона, силы НАТО должны постепенно передавать контроль над провинциями в руки афганского правительства. Помимо увеличения военно-экономической помощи Афганистану для решения поставленных задач, Великобритания обещала расширение помощи Пакистану на развитие его армии и укрепление границ с Афганистаном. Чтобы оправдать свое участие в событиях на Среднем Востоке и особенно отправку туда своих солдат, Лондон выдвинул концепцию нового «котла террора», расположенного в афгано-пакистанском горном приграничье, которое не контролируется силовыми структурами этих стран. Здесь «готовятся» будущие широкомасштабные теракты и проходят подготовку боевики, которые будут их осуществлять. «Котел террора» представляет серьезную угрозу для Великобритании. Три четверти террористических действий, происходящих в стране, берут начало в этом районе, — указал в своем выступлении в парламенте еще 29 апреля 2009 г. премьер-министр Г.Браун. «Поэтому безопасность людей на улицах британских городов непосредственно обеспечивается принятием мер здесь». Эти слова были подтверждены в начале ноября с.г.

 

4. Операции пакистанской армии и спецназа против боевиков «Талибана»

Военная операция федеральных сил против боевиков движения «Талибан» и «Аль-Каиды» в Пакистане приобрела масштабный характер и разворачивается вдоль всей пограничной с Афганистаном территории. Исламская республика впервые за всю историю своего существования — «поменяла» врага. В прежние годы «угрозой своему суверенитету» Исламабад считал соседнюю Индию, сегодня — боевиков движения «Талибан», т.е. этнических пуштунов (за исключением наемников). Иными словами, широкие военные действия, во-первых, ведутся на собственной территории, во-вторых, против единоверцев.

Боевики движения «Талибан», теснимые федеральными армейскими подразделениями в ходе военных столкновений в долине Сват, частично переместились на запад, в зону пуштунских племен. Это — основные районы пребывания талибов и «Аль-Каиды» в последние годы. К середине октября 2009 г. образовался второй очаг военного противостояния между армейскими подразделениями и боевиками движения «Талибан» в районах Южного и Северного Вазиристана, расположенных в западной части Территории федерального административного управления (Federal Administrated Tribal Area — FATA) на границе с Афганистаном

Пакистан, выполняя свое решение и способствуя осуществлению антитеррористической стратегии президента США Б. Обамы об «уничтожении боевиков движения Талибан и Аль-Каиды» в Афганистане, таким образом подвергает в какой-то степени опасности собственную страну. Это связано с тем, что нынешние успехи военной операции армии Пакистана в Свате наталкиваются на серьезное сопротивление талибов в других районах полосы пуштунских племен.

Как свидетельствуют обзоры Международного Республиканского института (американская неправительственная организация), «далеко не все население Пакистана однозначно относится к «Аль-Каиде» и «Тэхрике Талибан Пакистан». Так, 69% считают, что эти террористические группировки представляют «серьезную проблему» для страны; 49% поддерживают борьбу армии против этих организаций в СЗПП и FATA. Однако эта поддержка «зыбкая и ненадежная», как полагают международные и пакистанские эксперты. В настоящее время в Вашингтоне, например, считают, что политический кризис в Афганистане — реальный и угрожающий, и гораздо менее опасен по своим последствиям, чем кризис в Пакистане и что этот кризис, в течение которого пакистанская армия уже достигла некоторых ощутимых успехов, показал, что ранее достигнутый «мирный договор» с руководителем талибов в Свате Суфи Мухаммедом является очень ненадежным.

 

5. Прогноз развития ситуации в Пакистане на ближайшую перспективу: некоторые возможные сценарии.

Как представляется, в прогнозном плане существуют два основных сценария развития внутриполитической ситуации в Пакистане на ближайшую перспективу.

Первый сценарий предполагает, что на фоне определенных успехов, достигнутых пакистанской армией в 2009 г., политическому руководству Пакистана удается в основном уменьшить накал террористической активности боевиков-талибов и борьба против них перейдет в боевые операции пакистанского спецназа против партизанской тактики пакистанского движения «Талибан» в его терактах по отношению к центральному правительству Пакистана. При этом нельзя исключать новые внутриполитические маневры руководства Пакистана, в частности, президента Асиф Али Зардари по ведению «мирных переговоров» с «умеренными талибами» и заключению с ними новых «мирных сделок». Вопрос заключается в том, принесет ли такая тактика, уже не оправдавшая себя в недавнем прошлом, успех и относительную победу пакистанскому руководству или это подтолкнет талибов к новому витку партизанских и террористических операций против пакистанской армии и центрального правительства?

Второй сценарий, который представляется более вероятным, состоит в том, что после относительных успехов пакистанских властей в борьбе против талибов в СЗПП и FATA, на фоне развернувшейся активной операции армии США против афганского движения «Талибан в южных провинциях Афганистана и массовом исходе талибов из Афганистана в пакистано-афганское приграничье, произойдет новый всплеск террористической активности талибов (как пакистанских, так и их афганских «собратьев») против центрального правительства Пакистана. В результате ситуация в стране не будет находиться под полным контролем режима президента Зардари, а в совокупности с существующими экономическими трудностями и даже с учетом значительной финансовой помощи со стороны США и международных финансовых институтов правительство Зардари не сможет эффективно подавлять сопротивление боевиков-талибов в краткосрочной перспективе и снизить накал терактов и террористической активности боевиков-талибов и террористических группировок в различных провинциях страны, прежде всего в Панджабе и Белуджистане.

Однако при этом представляется, что приход в Пакистане к власти движения «Талибан» даже в краткосрочной перспективе невозможен, прежде всего потому, что, несмотря на зыбкое равновесие сил между пакистанской армией и боевиками-талибами, пакистанской армии в целом удается и удасться справиться с новыми всплесками террористической активности движения «Талибан» в силу профессиональной подготовленности пакистанских военных и существенной поддержки правительства президента Зардари со стороны США.

Что касается вопроса о безопасности ядерных активов (ядерного оружия) Пакистана и возможности его попадания в руки «Аль-Каиды» и боевиков «Талибана», то представляется, что в краткосрочной перспективе этот вопрос совершенно не является актуальным для Пакистана в силу особо повышенного внимания Вашингтона к вопросу об обеспеченности безопасности ядерных объектов страны со стороны пакистанских властей.

И, наконец, как представляется, пакистано-индийские отношения в краткосрочной перспективе будут однозначно улучшаться, чему способствуют, в частности, визиты государственных деятелей США в регион Южной Азии и Афганистан, а также конструктивные шаги Вашингтона по расширению диалога непосредственно между Дели и Исламабадом.

 

* * *

 

Настоящий материал подготовлен на основе выступлений сотрудников Института востоковедения Российской Академии Наук (перечислены ниже) на Круглом столе «Внутриполитическая ситуация и внешняя политика Пакистана на современном этапе и перспективы их развития», а также текущего обсуждения этих вопросов, включая экономические проблемы Пакистана, в рабочем порядке вплоть до 15 ноября 2009 г.

 

Замараева Н.А., старший научный сотрудник, канд. ист. наук.

Жмуйда И.В., старший научный сотрудник, канд. экон. наук.

Каменев С.Н., заведующий Сектором Пакистана, канд. экон. наук.

Москаленко В.Н., главный научный сотрудник, докт. ист. наук.

Мукимджанова Р.М., ведущий науч. сотр., докт. ист. наук.

Серенко И.Н., старший научный сотрудник, канд. ист. наук.

Сотников В.И., ведущий научный сотрудник, канд. ист. наук.

40.78MB | MySQL:66 | 0,910sec