Израиль: оценки ситуации с безопасностью на внутренней, региональной и международной арене. Часть 16

Израиль попеременно переживает эскалацию напряженности на разных «фронтах» – атаки с территории южного Ливана (т. н. «северный фронт») и Сирии, волнения в Восточном Иерусалиме и ракетные обстрелы из сектора Газа, операция «Щит и стрела» и беспрецедентные массовые протесты внутри самой страны, вызванные намерением правительства Биньямина Нетаньяху провести реформу судебной системы. Это способствовало ухудшению отношений с США – ключевым союзником Израиля.

9 мая 2023 г. Армия обороны Израиля начала операцию «Щит и стрела», согласно израильским формулировкам, «в рамках целенаправленной кампании против террористической организации «Палестинский исламский джихад» в секторе Газа. Удары наносились с высокой точностью на основе разведывательных данных в режиме реального времени, при этом прилагались усилия, чтобы максимально избежать нанесения вреда гражданским лицам»[i]. В результате жертвами израильского авианалета стали не менее 12 мирных жителей, 20 человек получили ранения[ii].

Уди Декель (бывший управляющий директор Института исследований национальной безопасности /INSS/, ныне руководитель программы изучения ситуации на палестинских территориях) полагает, что операция «Щит и стрела» во многом напоминает две предыдущие операции ЦАХАЛа – «Рассвет» (август 2022 г.) и «Черный пояс» (ноябрь 2019 г.). «Во всех этих трех боестолкновениях Израиль сосредоточился на противодействии «Палестинскому исламскому джихаду», который не является правящей силой в секторе Газа. Израильские военные инициировали точечные ликвидации командиров этой организации; отвечали на ракетный обстрел тыла перехватом и упреждением; и стремились сократить продолжительность операций, чтобы не допустить прямой конфронтации с ХАМАСом». По мнению У.Декеля, «все три операции были кампаниями сдерживания без политической цели. Эффект от двух предыдущих кампаний был непродолжительным», поэтому допускается, что в случае с операцией «Щит и стрела» будет так же. Отмечается, что «во время и по завершении этих кампаний не было предпринято каких-либо попыток изменить стратегическую реальность по отношению к ХАМАСу, который является основной проблемой безопасности Израиля на палестинской арене».

Декель полагает, что «Израилю всегда трудно завершать кампании в короткие сроки и превращать военные успехи в политические достижения, потому что он не ставит перед собой политических целей, будучи уверенным в том, что «затишье будет встречено затишьем». На этот раз [в ходе операции «Щит и стрела»] стратегическая цель была достигнута сразу же – целенаправленное убийство трех высокопоставленных членов «Палестинского исламского джихада». То, что последовало за этим, заключалось в закреплении успеха и стремлении возместить ущерб, а также в ведении переговоров, чтобы достичь прекращения огня и не допустить подключения к боевым действиям ХАМАСа». Предполагается, что у «Палестинского исламского джихада», которому был нанесен тяжелый удар во время первой атаки, не было иного выбора, кроме как попытаться заставить Израиль заплатить цену и представить «картину победы», стремясь втянуть в боевые действия ХАМАС, а впоследствии, если удастся, и «Хизбаллу». Эксперт объясняет это тем, что «»Палестинский исламский джихад» не несет ответственности за благополучие населения сектора Газа, он стремился затянуть боевые действия, показывая при этом ущерб, который способен нанести не только Израилю, но и ХАМАСу».

Отмечается, что «эта организация согласилась принять египетскую формулировку прекращения огня после пяти дней боев, как только стало ясно, что ХАМАС твердо стоит на своей позиции не присоединяться к противостоянию». Эксперт увидел признаки того, что «ХАМАС в свете растущего риска быть втянутым в боевые действия фактически дал указание «Палестинскому исламскому джихаду» прекратить операцию». Согласно Декелю, «спонсоры этой организации – «Хизбалла» и Иран, которые с удовольствием связали бы руки Израилю, втянув его в эскалацию внутри своих пределов, – хотели продолжения боевых действий, но никак не выказывали своей готовности помогать ей напрямую. В ходе операции организация продолжала нести тяжелые потери — убийства высокопоставленных членов и снос домов активистов в результате действий ЦАХАЛа в Газе». Эксперт INSS указывает на то, как Генеральный секретарь «Палестинского исламского джихада» Зияд ан-Нахала подытожил события: «Мы перенесли то, что перенесли, чтобы наша позиция оставалась единой, мощной и стабильной». Он добавил, что «наше военное крыло выступило в качестве авангарда сопротивления», и поблагодарил всех, кто стоял рядом с организацией — Иран, «Хизбаллу», Катар и Египет, но не упомянул ХАМАС, что, по мнению Декеля, «не случайно».

Предложение Египта о прекращении огня включало обязательство Израиля прекратить атаки на мирное население, отдельных лиц и снос домов. Декель называет это «хрупкими договоренностями, которые столкнутся с первым же испытанием» в том же Иерусалиме. «Проблема Иерусалима легко может привести к эскалации и «объединению арен» против Израиля – особенно между сектором Газа и Западным берегом р. Иордан».

Эксперт INSS ссылается на неназванного израильского высокопоставленного чиновника, согласно которому «ХАМАС в течение многих лет твердо управлял Газой и не позволял другим организациям, действующим в регионе, диктовать свою политику. Однако последние боестолкновения показали слабость ХАМАСа, поскольку «Палестинский исламский джихад» при финансировании из Ирана начал формировать повестку дня в Газе».

По мнению же Декеля, ХАМАС не ослаб. «Это движение негласно поддерживало «Палестинский исламский джихад», действовавший как прокси; изучало подход и оперативные возможности ЦАХАЛа; позиционировало себя в качестве ответственной стороны, заботящейся о населении Газы; и не рисковало своими достижениями, главными из которых были въезд рабочих из Газы в Израиль, ввоз и вывоз товаров в анклав и из него, а также поток денег из Катара».

Израиль, полагает Декель, «добивается продолжительного затишья, основанного на военном сдерживании, игнорируя при этом фундаментальные проблемы, связанные с усилением ХАМАСа, который является сувереном в секторе Газа и доминирующим элементом на палестинской арене. «Палестинский исламский джихад» имеет ограниченные возможности, как еще раз показала недавняя кампания, и оперативный успех против него не похож на то, что можно ожидать в кампании против ХАМАСа». Поэтому эксперт не уверен, помогла ли операция «Щит и стрела» восстановить израильское сдерживание, которое было ослаблено также внутренними процессами в Израиле. Тем не менее, он считает, что «именно в этом вопросе внутреннее единство в Израиле и эффективное руководство силами безопасности дали понять врагам еврейского государства, что его общество не слабое или расколотое. Израиль также продемонстрировал впечатляющие военные и разведывательные возможности во время этой операции в воздушных атаках и обороне. Но поскольку политическая цель не была определена, сдерживание, которое якобы было достигнуто, может оказаться призрачным. Ведь для «Палестинского исламского джихада» провести несколько дней боев с израильскими военными, выстоять и продемонстрировать свою способность на ракетный шквал, в том числе вглубь Израиля, – суть «сопротивления»».

Таким образом, в понимании Декеля, «главный вызов Израилю – ХАМАС – остается. Израилю удобно отделить ХАМАС от «Палестинского исламского джихада» и снять с правящего движения ответственность за действия в палестинском анклаве, потому что в настоящее время израильское руководство стремится избежать более масштабной кампании против Газы. Однако воздержание ХАМАСа от вступления в боевые действия не является для Израиля стратегическим достижением, учитывая, что на практике это снова позволило движению устанавливать правила игры, используя «Палестинский исламский джихад» в качестве своего прокси, принимая решение о времени прекращения боевых действий и определяя их интенсивность. Операция стала дополнительным этапом в изменении баланса сил на палестинской арене, поскольку ХАМАС продолжает набирать силу, а Палестинская национальная администрация слабеет – и не сыграла какой-либо роли в контактах, направленных на прекращение боевых действий. Кроме того, лидер ХАМАСа в Газе Яхья Синвар считается центральным политическим деятелем в палестинской системе после ухода Махмуда Аббаса», – заключает Декель[iii].

Эран Шамир-Борер, директор Центра национальной безопасности и демократии в Институте израильской демократии (IDI), указывает на то, что операция ЦАХАЛа «Щит и стрела» в секторе Газа была санкционирована только премьер-министром и министром обороны без предварительного одобрения министерской комиссии по вопросам национальной безопасности (т.н. кабинета безопасности). Тот же процесс принятия решений использовал бывший премьер-министр Яир Лапид при санкционировании предыдущей операции в Газе «Рассвет» в августе 2022 г. В этой связи он задается вопросом – «именно так должны решаться вопросы войны и мира в демократической стране?»

Отмечается, что по израильскому закону «государство не должно начинать войну и крупную военную операцию, если такая операция с большой долей вероятности может привести к войне, кроме как на основании решения правительства» (полномочий, которые правительство передало кабинету безопасности). «Тем не менее генеральный прокурор по поводу двух упомянутых военных операций, опираясь на оценки соответствующих экспертов по безопасности, пришел к выводу, что предварительное разрешение кабинета безопасности не обязательно». Допускается, что генеральный прокурор установил относительно высокую планку в определении того, что по закону считается «войной». Предполагается, что непосредственно перед началом операции «Щит и стрела» высшее командование предусматривало, что по Израилю будет выпущено как минимум несколько сотен ракет, что тысячи израильтян должны будут провести время в бомбоубежищах, и что ЦАХАЛ нанесет сотни ударов по целям в секторе Газа. В этом случае эксперт не понимает, чем это отличается от «войны»? Он уверен, что израильские лица, принимающие решения, должны знать из истории об очень тонкой грани между «операцией» с ограниченным числом погибших, и полномасштабной войной, которая включает в себя наземную кампанию, а также множество смертей среди гражданского населения и военных. Более того, решение о том, являются ли боевые действия просто операцией или войной, определяется только после их окончания. К примеру, никто не мог гарантировать того, что целенаправленное убийство командиров «Палестинского исламского джихада» не приведет к крупной военной кампании, неотличимой от «войны».

Эран Шамир-Борер считает опасной ситуацию, при которой полномочия кабинета безопасности делегируются только премьер-министру и министру обороны. Он настаивает на том, что «решение о начале военной операции должно иметь демократическую легитимность». Допускается, помимо прочего, что «решение о начале военной операции могло приниматься по политическим соображениям, а не с целью обеспечения национальной безопасности».

Отмечается, что действующий закон, регулирующий процесс принятия решений по вопросам национальной безопасности, несовершенен, поэтому эксперты IDI предложили способы внесения в него поправок и уточнений. По их мнению, «слабость кабинета безопасности и попытка премьер-министра обойти его не является нечто новым и встречалось в предыдущих правительствах». На конференции в Институте израильской демократии в 2022 г. бывший директор Совета национальной безопасности Эяль Хулата затрагивал эту проблему. Он указал на то, что «слабость кабинета привела к динамике, при которой премьер-министры для консультаций и обсуждений предпочитают другие форумы». Однако в его понимании «надлежащий ответ на эту слабость заключается не в том, чтобы превратить в норму опасный путь обхода кабинета безопасности, а в том, чтобы срочно укрепить его и привить нормы надлежащего управления и здорового уважения к демократическому процессу принятия решений»[iv].

[i] Operation Shield and Arrow-Live Updates // IDF. 09.05.2023. https://www.idf.il/en/mini-sites/operation-shield-and-arrow/operation-shield-and-arrow-live-updates-part-1/

[ii] Russian citizen killed in Israeli raid – RIA // RT. 09.05.2023. https://www.rt.com/russia/575990-israel-gaza-civilian-victims/

[iii] Operation Shield and Arrow: Hamas is the Primary Winner / INSS. 15.05.2023. https://www.inss.org.il/publication/shield-and-arrow-hamas/

[iv] Launching a Military Operation in Gaza without Approval by the Security Cabinet Is Playing with Fire / IDI. 19.05.2023. https://en.idi.org.il/articles/49503?ct=t(EMAIL_CAMPAIGN_3_11_2021_16_7_COPY_01)

52.62MB | MySQL:103 | 0,439sec