Об экономических отношениях Турции и Туниса

Несмотря на историческую зависимость Туниса от Османской империи на протяжении нескольких столетий, экономические отношения арабской страны с Турцией в новейшей истории нельзя охарактеризовать как активные. По мнению ряда исследований, их уровень значительно отстает от своего потенциала.

В качестве причин такого положения дел стоит выделить прежде всего выбор обоими государствами европейского направления в качестве приоритетного для внешнеэкономической политики. Тунис, около 80 % торгового оборота которого приходится на европейские страны, тем самым частично утрачивает свои географические преимущества и почти не может рассматриваться как экономические ворота в страны Северной Африки и Африки вообще. Хотя в последние годы в арабской республике активизировались разговоры о «повороте на юг», пока значимых шагов в этом направлении не предпринято.

Еще одна причина – это наличие причин для конкуренции за европейские рынки в таких важных для двух стран сферах, как туризм, экспорт сельскохозяйственной, текстильной продукции, трудовой миграции. Ввиду этого Тунис вряд ли может стать площадкой для проникновения турецкого бизнеса на европейский континент и наоборот.

Относительно крупный потенциал для экономического сотрудничества остается лишь в строительном секторе, экспорте промышленных товаров, отдельных видов сельскохозяйственной продукции и сельскохозяйственной техники, фосфатных удобрений.

В качестве важного (по мнению цитируемых авторов утверждения – даже основного) препятствия для расширения экономического сотрудничества указывается и отсутствие оптимального морского логистического коридора между двумя странами[i].

При этом руководство обеих стран заявляло о стремлении развивать двусторонние экономические отношения. В 1991 году Тунис и Анкара подписали Соглашение о стимулировании и защите инвестиций, в 1992 году – Соглашение о техническом, коммерческом и экономическом сотрудничестве, в 2005 году – Соглашение о промышленном сотрудничестве. С 1 июля 2005 года так же вступило в силу Соглашение об Ассоциации, которое подразумевало в том числе ликвидацию таможенных пошлин для широкого перечня товаров и должно было стимулировать дальнейший торговый оборот[ii].

Отмечается, что Соглашение об Ассоциации и иные документы оказали положительное влияние, но не изменили положение дел в корне: торговый оборот с 2006 года остается скромным, в лучшем случае немного достигая 1,1 млрд долл. США. Но до 80 % торгового оборота приходятся на экспорт товаров турецкого производства, большую часть которых составляет текстиль и волоконная оптика. Основу тунисского экспорта в Турцию составляют фосфатные удобрения. Показатели очень скромные: для Туниса это 1,7 % в общей структуре внешней торговли, для Турции – 0,3 %[iii]. С другой стороны, весь объем торгового оборота Турции и Африки составляет 23 млрд долл. США (данные 2013 года), и доля Туниса на этом фоне выглядит как логичная.

Рост торгового оборота и инвестиций происходит главным образом за счет турецкого экспорта и финансовых ресурсов, и турецкий бизнес заинтересован в расширении этого направления (наиболее привлекательными сферами являются строительство транспортной, туристической, энергетической, жилой инфраструктуры, экспорт текстиля, сельскохозяйственной продукции, оборудования), что подтверждается активизацией экономических контактов в последние годы.

По состоянию на 2010 год на территории Туниса осуществляли деятельность 23 турецких компании[iv], что тоже выглядит очень скромно: для сравнения, количество французских компаний в арабской республике в то время оценивалось в 1250[v]. Объемы турецких инвестиций тоже были незначительными – около 200 млн долл. США в год.

Наиболее крупными проектами стали оказание помощи в реконструкции 2007 – 2009 гг. и эксплуатации аэропорта Энфида – Хаммамет силами турецкой компании TAV, объем инвестиций с ее стороны составил 500 млн евро[vi]. С 2008 года TAV является оператором аэропорта Монастир имени Хабиба Бургибы (права на эксплуатацию до 2047 года). Напомним, что TAV имеет серьезный опыт реализации проектов по строительству и эксплуатации аэропортов в Турции, Саудовской Аравии, Омане, ОАЭ, Македонии, Ливии и в некоторых иных странах.

Еще один крупный проект – строительство цементного завода (завершено в 2010 году) Джебель Расас силами компании EKON.

Во время революции 2011 года турецкий бизнес в Тунисе, как и любой другой, испытал значительные затруднения из-за снижения инвестиционной привлекательности, роста издержек, роста цен и возникшего дефицита финансовых ресурсов. Некоторые инвесторы стали покидать страну.

Однако революция, как и политические события в Египте и Марокко в том же году, были восприняты турецкими политиками и бизнес-сообществом как шанс укрепить свои позиции в этих странах. Предпосылки для этого в 2011 году действительно имелись: после первых месяцев шока обозначилась вероятность прихода к власти в каждой стране исламистских партий, называемых на Западе «умеренными». И турецкая Партия справедливости и развития (ПСР) сразу стала позиционировать себя как старший товарищ и некий политический образец для стран Северной Африки. Приход к власти исламистских сил мог открыть широкие возможности для политического сближения, а значит и расширения экономического сотрудничества Анкары с Каиром, Тунисом, Рабатом и Триполи (вероятно, в последнем случае Анкара рассчитывала на подобное развитие событий). Кроме того, исламистские партии, появившиеся на политической арене в виде полноправных игроков, отпугивали традиционных европейских партнеров, в отличие от турецкого бизнеса, для которого подобные политические силы более близки. Следовательно, для турок появлялась реальная возможность занять освободившиеся европейцами места.

В 2011 – 2012 годах значительная часть этого сценария стала сбываться, что горячо приветствовалось турецким руководством.

В отношении Туниса уже в первой половине 2011 года Анкара заявила о намерении укреплять экономические и политические отношения с этой страной, о желании помочь стране в переходный период, и озвучила официальный призыв турецким компаниям инвестировать в экономику Туниса. Турция была первой страной, заявившей после революции о намерении оказать помощь туристическому сектору Туниса: в феврале 2011 года страну посетила делегация Турецкой Ассоциации туристических агентств, правда, никаких договоренностях об инвестициях достигнуто не было. В том же месяце министр иностранных дел А.Давутоглу заявил о поддержке демократического процесса в Тунисе и о том, что Тунис имеет все основания для восприятия в качестве политической модели для стран Северной Африки. В сентябре 2011 года состоялся визит премьер-министра Турции Р.Т.Эрдогана в Тунис, в ходе которого было подписано Соглашение о дружбе и сотрудничестве.

Стоит отметить, что заявления Анкары о помощи оказались не пустыми словами. В январе 2012 года Турция предоставила Тунису грант на сумму 500 млн долл. США, и увеличила квоту на импорт тунисской продукции с 2 млн тонн до 5 млн тонн ежегодно. Последнее, правда, не оказало серьезного влияния на положение дел.  Тогда же было достигнуто соглашение об открытии в стране офиса Turkish Cooperation and Development Agency (TIKA). Интересно, что по итогам 2015 года объем помощи арабской республике по линии этого агентства составил 44,7 млн долл. США, что сделало Тунис крупнейшим получателем средств от TIKA, опередив даже Сомали (22,3 млн долл. США)[vii]. В рамках этой помощи проводятся мероприятия по борьбе с эпидемиями, улучшением здравоохранения, ирригации, образования. Правда, эта цифра значительно уступают объемам помощи, оказываемой Тунису со стороны фондов и бюджета ЕС.

По итогам 2011 года, несмотря на снижение экономических показателей в Тунисе и снижение тунисского экспорта в Турцию на 11 %, турецкий экспорт сюда показал рост на 6 %. Однако в последующие годы ни кардинального увеличения, ни даже тенденции по увеличению торгового оборота не произошло: показатели колеблются на прежнем уровне, демонстрируя рост или снижение в несколько процентов.

Как положительный отмечается факт увеличения объема турецких инвестиций: в 2016 году посол Турции в Тунисе Омар Фарук Доган заявил о 75 турецких компаниях, осуществляющих деятельность в Тунисе (более чем в 3 раза больше 2010 года) и об объеме инвестиций 1 млрд долл. США (в 5 раз больше «дореволюционных» показателей). Турецкие предприятия обеспечивают работой 1 600 граждан Туниса, а турецкое руководство надеется увеличить количество своих компаний здесь до 100 к 2018 году[viii].

Помимо строительства, перспективной сферой для сотрудничества является и энергетика, особенно возобновляемая. Как и все страны Северной Африки, Тунис провозгласил амбициозные цели по развитию ВИЭ и выразил заинтересованность в сотрудничестве с Турцией. С учетом того, что турецкая продукция в этой сфере имеет ценовое преимущество перед европейскими производителями, это сотрудничество имеет дальнейшие перспективы к расширению.

Интересен и проект Motorway of the sea между Турцией, Италией и Тунисом по созданию транспортного коридора из Турции в Тунис и далее в юго-западное Средиземноморье, который был разработан по инициативе Анкары (подробнее см. http://www.iimes.ru/?p=30787). Очевидно, одна из главных целей этого проекта – создание логистического коридора Турция – Тунис, что позволит устранить указанный выше недостаток в виде отсутствия морского пути. В случае реализации идеи будут значительно улучшены условия для турецких экспортеров, что расширит возможности для турецкого бизнеса. Однако пока практическая стадия реализации этой идеи не началась.

Активность экономических отношений Туниса и Турции в последние годы повысилась, хотя сами эти отношения пока остаются на прежнем уровне. Перспективы прежде всего для турецкого бизнеса здесь имеются, и Анкара работает на этом направлении, хотя Тунис менее привлекателен по сравнению, например, с огромным по населению Египтом или Ливией с ее нефтяными доходами. С другой стороны, политическая обстановка в Тунисе сейчас более подходящая для турецкого бизнеса по сравнению с Египтом или Ливией, и закрепление здесь лучше чем ничего. Никакого разворота Туниса в сторону Турции, конечно, не произошло: главным экономическом партнером остаются европейские страны. Но при продолжении наметившихся тенденций и в случае реализации некоторых проектов турецкие компании в более долгосрочной перспективе (от 5 лет) могут составить европейцам серьезную конкуренцию за доступ к внутренним рынкам сбыта товаров и услуг.

[i] http://www.tunisia-live.net/2011/09/27/tunisia-and-turkey-to-write-a-new-chapter-of-economic-relations/

[ii] http://www.ekonomi.gov.tr/portal/content/conn/UCM/path/Contribution%20Folders/web_en/Trade%20Agreements/Free%20Trade%20Agreements/Tunisia/Turkey-Tunisia_Association_Agreement.html

[iii] http://en.reingex.com/Turkey-Tunisia-FTA.shtml

[iv] http://www.sde.org.tr/en/newsdetail/the-past-and-future-trade-relations-between-tunisia-and-turkey/2929

[v] http://www.tunisia-live.net/2011/09/27/tunisia-and-turkey-to-write-a-new-chapter-of-economic-relations/

[vi] http://www.tavhavalimanlari.com.tr/en-EN/Tunisia/Pages/EnfidhaHammametAirport.aspx

[vii] https://www.dailysabah.com/turkey/2016/05/07/tunisia-somalia-biggest-recipients-of-turkish-aids

[viii] http://www.tap.info.tn/en/Portal-Politics/8448225-some-75-turkish-companies-settled-in

28.15MB | MySQL:67 | 0,888sec