Культурная дипломатия Турецкой Республики: обзор и статистические показатели. Часть 2

Гуманитарная дипломатия Турции – важный элемент турецкой внешней политики, являющийся, при том, достаточно успешным. Разумеется, этот элемент вписывается в общий контекст положения Турции на международной арене – противоречивого и, по целому ряду вопросов, непростого.

Впрочем, мягкая сила Турции демонстрирует определенный запас прочности, который позволяет ей, в той или иной степени, отыгрывать, к примеру, сложные отношения с Западом – США и ЕС (в первую очередь, со «старой Европой»). Это, разумеется, не значит, что Турцию будут приветствовать вскоре как полноправного члена ЕС, однако, и отрицать имеющиеся успехи – невозможно.

Ярким свидетельством тому, что турецкая гуманитарная дипломатия – это, вне зависимости от текущей политической конъюнктуры, серьезный инструмент влияния, являются статистические данные посещения Турции туристами со всего мира, приобретения ими турецкой недвижимости, а также потребления ими турецкого контента – в первую очередь, сериальной продукции. Достаточно подробно соответствующую официальную статистику мы привели в первой части статьи, опубликованной на сайте ИБВ (доступна по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=55529), включая вопросы того, что это в финансовом отношении для турецкого бюджета означает.

Впрочем, для того, чтобы рассмотреть подноготную, требуется обращаться уже к специальным источникам. Одним из новых и наиболее полных является книга 2017 года под заголовком «Грани турецкой экономики культуры» авторства Фарука Шена – известного деятеля, долгие годы плодотворно работающего на ниве турецко-германских отношений. Посмотрим на некоторые, наиболее интересные в контексте нашего разговора, статистические данные, приведенные в вышеупомянутом издании.

Начнем с финансирования турецкой культуры, которое реализуется по государственной линии.

Бюджет Министерства культуры и туризма Турции год от года постепенно растет, как в абсолютных, так и в относительных, к ВВП страны, величинах. Вот каким образом увеличивался бюджет Министерства в этом десятилетии: 2010 г. – 536 млн евро или 0,10% ВВП, 2011 г. – 614 млн евро или 0,12% ВВП, 2012 г. – 725 млн евро или 0,12% ВВП, 2013 г. – 630 млн евро или 0,12%, 2014 г. – 682 млн евро или 0,11% ВВП, 2015 г. – 761 млн евро или 0,12% ВВП.

Впрочем, на фоне своих западных и даже российских коллег турецкая культура финансируется заметно скромнее – как в абсолютном, так и в относительном выражениях.

Проиллюстрируем этот тезис через статистику прямых расходов государства на культуру (не путать с финансированием Министерства культуры и туризма, что есть понятия близкие, но, все же, это — не одно и тоже). Вот как она выглядела по состоянию на 2010 год (данные по Франции за 2014 год): Германия – 8,3 млрд евро или 0,3% ВВП, Франция – 7,65 млрд евро или 0,2% ВВП, Великобритания – 8,80 млрд евро или 0,5% ВВП, Италия – 6,70 млрд евро или 0,4% ВВП, Россия – 4,40 млрд евро или 0,5% ВВП и, наконец, Турция – 0,69 млрд евро или 0,1% ВВП. Как мы видим, Турция в этом списке занимает последнее место, однако, если сравнить, допустим, въездной туризм в Турцию и туризм в Россию, да даже и внутренний туризм, то ситуация будет выглядеть ровно с точностью наоборот.

Прежде чем перейти к следующим вопросам отметим, что серьезным образом ослабляет работу и эффект от неё Министерства культуры и туризма политизация работы турецких бюрократических органов. Каким бы странным, на первый взгляд, это ни казалось со стороны. В частности, любые выборы или референдум означают возможность изменений в руководстве страны, правительстве, министерствах и ведомствах и приводят к блокированию полноценной деятельности бюрократического аппарата – чиновники жду новых руководителей и новых вводных сверху. В этом, к примеру, заключается принципиальное отличие турецкого бюрократического аппарата от своих западных аналогов и его слабость.

Характерным примером этого утверждения являются муниципальные выборы, состоявшиеся в Турции 31 марта этого года.

Казалось бы, какое влияние способны оказать выборы глав местных администраций на работу «федерального органа власти», да ещё и, на первый взгляд, наименее политизированного изо всех возможных – Министерства культуры и туризма?

Какая разница, что мэром Анкары стал кандидат от Народно-республиканской партии Турции Мансур Яваш, а  мэром Стамбула – кандидат от той же партии Экрем Имамоглу?

Какое отношение оказывает на работу Министерства культуры тот факт, что сейчас правящая Партия справедливости и развития инициировала процедуру опротестования итогов выборов и со дня на день (по состоянию на момент написания данной статьи) ожидается окончательное заявление по этому поводу Высшего избирательного совета Турции – протест либо будет принят и выборы аннулированы с переназначением новых, либо будет отклонен и тогда Э.Имамоглу продолжит исполнение своих обязанностей?

Вроде бы, на первый взгляд, никакой прямой связи не наблюдается.

Но сейчас, во-первых, глубокий раскол на две противоборствующие фракции – проправительственную и оппозиционную — наблюдается не только на турецких улицах, но и в турецких кабинетах – в том числе, в государственных учреждениях. Даже там продолжается, пусть и неявное, но, все же, выяснение отношений между теми, кто считает, что итоги выборов в Стамбуле надо признать и тем, кто полагает, что итоги в Стамбуле надо аннулировать и объявить проведение новых выборов в главном, по значимости, городе страны.

Во-вторых, циркулируют слухи о том, что сменится состав Кабинета министров – несколько министров будут заменены. Коснутся ли кадровые изменения Министерства культуры и туризма? – Вряд ли, поскольку Мехмет Эрсой пока не вызвал к себе каких-либо нареканий и, кроме того, он сам, будучи известным представителем туристической индустрии, пользуется заслуженной поддержкой со стороны турецких деятелей культуры и туризма страны. Однако, в этом смысле, есть не только «во-вторых», но и «в-третьих».

Так вот, в-третьих, уже применительно к самому Министерству культуры и туризма Турции: рассматривается возможность разделения его на два параллельных независимых ведомства – Министерство культуры и Министерство туризма.

Вообще говоря, это вступает в противоречие с той политикой укрупнения государственных ведомств и устранения излишней бюрократии, которую до сих пор проводило руководство Турции и о которой громко и лично заявлял президент Турции Р.Т.Эрдоган как о «непримиримой борьбе с засильем бюрократии».

Именно под этим лозунгом, не так давно, в Турции прошла административная реформа, которая, в итоге, привела к заметному сокращению числа турецких министерств и ведомств. Так что, предполагаемое разделение «культуры» и «туризма», в этом смысле, смотрится достаточно неожиданно.

Особенно, если вспомнить тот факт, что в середине прошлого года – буквально только что — число турецких министерств было сокращено с 26 до 16 и бюрократическая система только – только начала адаптироваться под новые условия работы. Не говоря уже о том, что часть функций министерств забрала на себя Администрация президента Турции и специально созданные профильные комитеты, в рамках перехода к президентской форме правления.

Кроме того, даже в самом ведомстве можно услышать точку зрения об ошибочности этого подхода. Турцией, до сих пор, успешно реализовывалась именно что связка между культурой и туризмом.

Разделение же одного ведомства, реализующего политику в этих сферах, приведет к образованию ненужных бюрократических коридоров и процедур. Но даже не это представляется главным. Наличие Министерства, занимающегося одновременно культурой и туризмом, само по себе, чётко обозначает государственную политику в этом вопросе: нет одного без другого, считается, что культура должна монетизироваться, культура должна зарабатывать деньги, культура рассматривается как проект, который должен, в итоге, сам себя окупать за счет как зарубежного, так и внутреннего туризма. И тот и другой все последние годы в стране рос, принося заметные доходы всей индустрии.

Теперь же, если разделение Министерства, всё же, как говорят, состоится, то речь пойдет о совершенно другой парадигме – чисто дотационной. Подчеркнем, что, вряд ли, можно говорить об изначальной правильности или неправильности этого подхода. Речь идет о том, что на протяжении десятилетий вся политика в сфере культуры Турции была заточена на продвижение образа страны за рубежом, с целью привлечения иностранных посетителей и иностранных инвестиций. То есть, конечной целью являлось зарабатывание на культуре денег. И, надо сказать, что именно это являлось «фишкой» Турции, которая работала достаточно успешно. Даже невзирая на то, что, как мы увидели из приведенной выше статистики, турецкие государственные ассигнования на культуру, по сравнению с зарубежными странами, смотрятся в разы скромнее.

Именно поэтому столько недоумений и тревожных ожиданий возникло как в самом Министерстве культуры и туризма, так и среди игроков отрасли. Опять же, в лучших традициях выборных циклов страны, конструктивная деятельность и реализация проектов, как государством, так и частным бизнесом, в этом году замедлилась и, можно даже констатировать, что приостановилась, до выяснения всех сопутствующих обстоятельств. И понятно, что если реформа состоится, то разделение Министерства культуры и туризма на два ведомства, все назначения от министров и вниз по властной вертикали, принятие новой нормативной базы, устаканивание всех новых связей как внутри государственного аппарата, так и между государством и частным сектором, да и «банальный» переезд в новые помещения – все это займет немалое время. А время, как известно, — деньги и его всегда не хватает.

Вообще, все разумные люди давно поняли, что лучше не трогать сложившуюся систему и проводить постепенное её усовершенствование, нежели, выражаясь в терминах белорусского лидера, постоянно её «перетрахивать». А турецкое руководство, буквально с самого своего прихода во власть в 2002 году и вплоть до настоящего времени, реформирует страну буквально непрерывно. Самым большим изменением стал, конечно, переход Турции к президентской форме правления, который вступил, в полной мере, в силу после президентских и парламентских выборов в июне 2018 года.

Далее можно перечислять по списку, однако, если говорить о последствиях в контексте нашей статьи, то можно увидеть, что турецкая гуманитарная дипломатия начинает, некоторым образом, пробуксовывать, не успевая отыгрывать ни реформы в стране, ни резкие колебания внешнеполитического курса, которые Турция демонстрирует все последние годы. Особенно, это касается роста напряженности в отношениях между Западом и Турцией. Ещё буквально «вчера» — каких-то десять лет назад — Турция была исключительно популярна на Западе и считалась восходящей звездой региона. А после того, как в регионе началась «арабская весна» всё для Турции изменилось в худшую сторону.

И это, невзирая на то, что креативности туркам не занимать, очевидные преимущества у страны на международной арене есть (допустим, то же географическое положение страны) и, в плане гуманитарной дипломатии и своего продвижения за рубежом, Турцией очень многое делается правильно и квалифицированно. Однако, и у этого компенсаторного средства есть свои ограничения.

Теперь посмотрим, кто именно задействован в турецкой креативной экономике? — По состоянию на 2015-й год, общее число занятых в стране составляло около 26,6 млн человек. При этом приблизительно половина из них, а точнее – 13,9 млн чел., были задействованы в секторе услуг. Эта цифра включает тех, кто непосредственно занимается в стране культурой, искусством и развлечениями – их число составляло около 149 тыс. человек. А ещё 251 тыс. человек было занято в секторе информационных технологий и связи.

Выше нами была уже приведена цифра прямых государственных расходов на культуру, которые в сумме составляли 0,69 млрд евро или 0,1% ВВП. Теперь обратимся же к тому, как культура «приобретается» в Турции: расходы на культуру в Турции в 2015 году составляли 47,64 млрд долл., что означает в относительном выражении к ВВП (717,64 млрд долл.) – 6,4%.

Перечислим те расходы / поступления, которые были зафиксированы в 2015 году: расходы на культуру в домашних хозяйствах страны (книги, газеты, кино, компакт – диски, театры и прочие развлечения) – 14,38 млрд долл., расходы, поддерживающие потребление (реклама) – 3,17 млрд долл., расходы на спонсорскую поддержку (поддержка культурной деятельности со стороны бизнеса, как государственного, так и частного) – 1,64 млрд долл., расходы в образовательной сфере на культурное развитие (школы, частные школы, курсы, частные занятия) – 2,18 млрд долл., доля культуры в государственных расходах (текущие расходы на культуру, которые реализуются из центрального и из местного бюджетов) – 5,1 млрд долл., расходы различных вакыфов (фондов) на культуру – 0,68 млрд долл., доля расходов на образование в сфере культуры и на культурную деятельность в государственных школах – 6,38 млрд долл., инвестиционные расходы государства в сфере культуры – 0,47 млрд долл., инвестиционные расходы частного сектора в культуру – 2,85 млрд долл., так называемая «спортивная экономика» (добавочная стоимость, создаваемая футбольной лигой, расходы зрителей и т.д.) – 1,98 млрд долл.

В дополнение к предыдущему, добавим ещё две строчки, которые должны вызывать у нас особый интерес: чистый экспорт товаров культуры – 3,17 млрд долл. и чистый экспорт услуг в сфере культуры – 0,81 млрд долл. При этом, что характерно, к услугам в сфере культуры отнесены не только концерты, но и производство разного рода контента в сфере культуры, включая сериалы и фильмы. Словосочетание «чистый экспорт» здесь означает, что речь идёт о разнице между турецким экспортом и турецким импортом в этой сфере. Таким образом, как мы видим, Турция больше производит продукции в сфере культуры и услуг чем потребляет – являясь, если так можно выразиться, культурным «нетто – экспортёром».

Ещё одна строчка, которая должна у нас вызывать особый интерес – это гастрономическая экономика. Не секрет, что сейчас во всем мире многократно возрос интерес ко всему, что связано с гастрономией и с гастрономическим туризмом. Неслучайно ведь подсчитано, что около 50% человек, отправляющихся в ту или иную поездку за рубеж, при принятии собой решения относительно направления предстоящего путешествия, руководствуются тем, как обстоят дела с питанием (как в принципе, так и в части местных специалитетов) в стране их поездки. И, если у них не возникает интереса или хотя бы удовлетворенности положением дел, то, скорее всего, решение о поездке в эту страну будет вынесено отрицательное.

Так что, сейчас индустрия гостеприимства «самозатачивается» под то, чтобы удовлетворять самым взыскательным вкусам и требованиям гурманов со всего мира. К экономике гастрономии в нашем списке отнесены рестораны, ночные клубы, туристические гостиницу, расходы на питание и на напитки (включая алкоголь) и т.д. Как указывает статистика, размер гастрономической экономики в Турции в 2015 году составлял уже около 4,82 млрд долл. США. Как представляется, сегодня эта цифра ощутимо выросла, хотя бы из того соображения, что число туристов в Турцию неуклонно растет.

Итого, повторимся, расходы на культуру в Турции составляют около 47,46 млрд долл. или 6,4% от ВВП.

44.14MB | MySQL:92 | 2,486sec