Глава Партии демократии и прорыва Али Бабаджан о будущем Турции. Часть 3

Внутриполитический ландшафт Турецкой Республики переживает в последнее время заметные изменения. После поражения кандидатов от правящей Партии справедливости и развития (ПСР) на выборах мэров крупнейших городов Турции, в том числе, в Стамбуле, незамедлительно появились новые независимые игроки, чье политическое будущее ещё пока не определено.

Разумеется, их появление – неслучайно. Оно совпало со временем сложностей, возникших у ПСР. Альтернативные игроки почувствовали для себя возникновение окна возможностей, на которое немедленно оформили свои претензии с тем, чтобы его заполнить на волне спада популярности правящей партии.

Продолжаем анализировать заявления соучредителя Партии справедливости и развития и бывшего соратника президента Турции Р.Т.Эрдогана Али Бабаджана, учредившего свою Партию будущего, претендующую на то, чтобы повести за собой часть электората правящей партии из числа экономической прозападной интеллигенции. Анализ предыдущей части интервью опубликован на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=69141).

Напомним, что мы остановились на том, что Али Бабаджан раскритиковал позицию турецкой власти о том, что «нельзя остановить экономику», предпочтя, в условиях пандемии коронавируса, вводить достаточно мягкие ограничительные меры.

Переходя непосредственно к коронавирусу и к его влиянию на турецкую экономику, Али Бабаджан, в частности, отметил следующее:

  1. «Мы переживали это много раз (кризисные ситуации – В.К.), когда я стоял во главе экономики. Каждый раз, когда на заседании Совета министров по очередному критическому вопросу на меня поворачивали головы и смотрели, я говорил: «Не смотрите на меня, делайте то, что вам нужно, наш долг – исправить то, что произошло». Источник проблемы заключается в том, что Турция подошла к этому кризису с сильно ослабленной экономикой. Резервы Центрального банка, которые когда-то составляли 136 миллиардов долларов, сократились до валовых 90 и 30 миллиардов долларов нетто. Он содержит свопы и депозиты, хранящиеся Казначейством в Центральном банке. Когда вы их отбрасываете, резерв — отрицательный. Поскольку позиция Центрального банка в области денежно-кредитной политики была неправильной, они постоянно пытались удержать равновесие, истощая свои валютные резервы. Это тоже ослабило тело (турецкой экономики – В.К.). Дефицит бюджета Турции в этот период уже рос слишком быстро. Процентные платежи в бюджете этого года составляют 129 млрд. лир. В то время как три года назад, в 2017 году, они составляли всего 57 миллиардов».

Действительно, и мы писали об этом на страницах ИБВ не раз: Турция получила серьезный удар по своей национальной валюте в 2018 году. 2019 год прошел в стране непросто с точки зрения внутриполитической повестки, что также оказало влияние на экономику страны. Которая, имея достаточно солидную основу, тем не менее, является сейчас крайне уязвимой. И на эту уязвимость, когда только-только турецкая экономика стала приходить к новой норме, наложился глобальный кризис, аналога которому нет в современной мировой истории. Даже глобальный кризис 2008 года не идет с нынешним кризисом в сравнение.

Именно поэтому, в частности, Турция и платит такие высокие процентные ставки по своим заимствованиям. Вот как эту ситуацию высоких платежей по процентам Турции объясняет Али Бабаджан: «Потому что есть неопределенность и неуверенность. Они перечислили все резервные средства, которые Центральный банк накопил за годы, в бюджет в одно мгновение. Турция вошла в этот кризис со слабым Центральным банком, со слабой банковской системой, со слабым бюджетом. В то время, как все они три должны быть сильными. Например, Германия хорошо справляется с этим кризисом, потому что она сильна во всех трех (компонентах – В.К.)».

  1. Крайне редко доводится слушать оценки деятельности министра казначейства и финансов, зятя президента страны Берата Албайрака в той тональности, которая прозвучала от Али Бабаджана.

Процитируем:

«Лишь только раз рациональность исчезнет, когда она выйдет за рамки науки и разума, там уже начинается неизвестная область. Сегодня тот, кто был кем-то одним, завтра станет кем-то другим. Люди не имеют значения. Уже есть один орган, принимающий решения. Иногда мы ищем проблемы в системе, иногда в людях, но в Турции есть проблемы со стилем управления. Существует стиль управления, которому не требуется компетентность и достоинства. Ищется верность не реальная, а показная, и из таких людей формируется узкий круг. Ищется не правда, а люди, демонстрирующие верность. Но реальная верность – вера истине. Сложно управлять в таком стиле столь большой страной».

  1. На вопрос о том, займет ли Турция, в конце концов, деньги у Международного валютного фонда (от чего, напомним, Р.Т.Эрдоган отказывался годами, говоря о том, что именно он и Партия справедливости и развития освободили Турцию от «долгового ярма международных финансовых институтов» – В.К.), Али Бабаджан ответил просто: Турции, как бы то ни было, нужны внешние ресурсы. Потому как внутренние возможности страны, к настоящему времени уже исчерпаны. Но, как указал Али Бабаджан, все ещё можно создать резервы, отказавшись от расточительного расходования средств.

Касательно расточительного расходования бюджетных средств, Али Бабаджан пояснил свою мысль следующим образом:

«Перед нами — множество примеров. Вы можете увидеть много примеров в ходе даже 15-минутной поездки по Анкаре. Есть также вещи, которые вы не можете видеть. Особенно в государственных расходах… Люди видят законченный проект, но может ли он стоить намного дешевле? Было бы дешевле, если бы аукционы были прозрачными? Никто не знает этого. Люди просто смотрят, третий мост, красивый. Мост Османгази прекрасен … Но стоимость этого проекта остается только в виде книжной записи».

  1. Ещё одной темой, о которой мы не раз говорили со страниц ИБВ, является формирование достаточно узкого круга турецких строительных подрядчиков, вокруг президента Турции Р.Т.Эрдогана, которым поручается выполнение самых дорогостоящих проектов. Это – действительно квалифицированные и крупные игроки отрасли, однако, их лидирующее положение построено на административном ресурсе, а не на том, что они на каждой конкурсной процедуре дают наилучшее, в техническом отношении, предложение по самой приемлемой цене.

Как указал интервьюер, «имена этих компаний знает в стране даже пятилетний ребенок». При том, что реализация крупных строительных проектов возведена в ранг национальной политики, в рамках которой населению говорится о том, что все эти проекты – идет ли речь о третьем мосте через Босфор или о туннеле под ним или о третьем аэропорте в Стамбуле – исключительно экономически оправданы, создают новые рабочие места и принесут деньги и новые возможности Турецкой Республике.

Но вот, что по этому поводу заметил Али Бабаджан, как видный экономист и знакомый с существующей системой изнутри: «К сожалению. Вот что происходит с этим пятилетним мальчиком (который знает имена главных строительных подрядчиков страны – В.К.). Вы знаете, что он будет это оплачивать всю свою жизнь? Завтра он пойдет в школу, начнет работать после школы, заплатит это как налог, будет платить в повседневной жизни, (будет платить) каждый раз, когда он пересекает мост, он будет платить за каждый вход и выход из больницы. Всю свою жизнь он будет нефти это бремя».

  1. Касательно необходимости заимствований для турецкой экономики, в случае прекращения нынешней «расточительности», Али Бабаджан отметил следующее:

«У всех крупных экономик есть долги. Когда мы смотрим на то, что делает мир с начала вспышки вируса, мы видим, что 15 крупных экономик достигли солидарности между своими центральными банками. Турция, будучи членом Большой двадцатки, оказалась вне этой игры. На самом деле, самая большая цифра — не в МВФ, а в источниках центральных банков. Сегодня не существует верхнего предела того, сколько денег будет производить американский Центральный банк. Поскольку это — международный вопрос. Деньги, которые он производит, могут даже не вызвать инфляцию в его собственной стране. Кроме того, в прошлом месяце 100 стран обратились за поддержкой к международным организациям. Мы в них, в свое время, внесли большой вклад. Мы создали механизмы помощи этих организаций, которые (в наше время – В.К.) реализуются быстро и легко. Турция имеет право использовать их. С 1% безо всяких условий. До того, как идти на рынок и платить 7%, мы можем получить (деньги по ставке) 1% от этих организаций».

На логичный вопрос интервьюера, почему Турция не прибегает к помощи тех организаций, в которых она являлась, до сих пор, активным участником и где она может получить финансовую помощь на исключительно выгодных основания, пояснения Али Бабаджана звучат следующим образом: «В последние годы было так много ксенофобии и так много вражды по отношению к Западу, что политика правительства оказалась зажата в тесном коридоре. Я не думаю, что будет сделан разворот на 180 градусов в том направлении (западных финансовых организаций – В.К.)».

Действительно, турецкий президент Р.Т.Эрдоган не просто сказал много слов в адрес международных финансовых институтов. Он, в буквальном смысле, устроил праздник в стране по поводу перевода последнего транша в пользу Международного валютного фонда в рамках ранее существовавшей задолженности. Было широко озвучено, что президент Р.Т.Эрдоган и Партия справедливости и развития «вытащили» страну из «финансовой кабалы» и больше никогда Турция не окажется в заложниках у «колонизаторов» и «империалистов». Разумеется, после произнесения таких слов на публике, руководству страны сложно обращаться в эти институции, как с точки зрения взаимодействия с ними самими, так и с собственным населением, которое посчитает, после всех реляций, это за национальное унижение. И обратит свой вопрос в сторону руководства страны.

  1. Альтернативой внешним заимствованиям для любой страны и Турции, в том числе, разумеется, является печатание собственных денег. Печатает ли Турция турецкие лиры в условиях резкой нехватки ликвидности и сложностей с доступом на внешние рынки заимствований?

«Турецкая лира уже начала производиться (печататься – В.К.). Применяются беспрецедентные меры. Банки могут размещать свои ипотечные кредиты, ценные бумаги на базе любых активов, в Центральном банке, и снимать деньги в Центральном банке. Откуда Центробанк берет эти турецкие лиры?».

И далее:

«Но это как морфий. Есть раненый во время войны, и морфий работает. Но если вы скажете: «Морфий хорош, заставьте меня забыть о моих неприятностях, дайте мне постоянно его использовать», вы разрушите тело. Центральный банк начал печатать турецкую лиру прямо сейчас. Но каков будет её объем, когда страна вернется в нормальное русло со среднесрочной программой? Если это не будет срочно объяснено, то сегодняшняя политика Центробанка принесет нам как высокий курс, так и инфляцию».

  1. Каковы же рецепты стабилизации турецкой экономики? Цитируем: «Вы должны немедленно уравновесить её (турецкую лиру – В.К.) с источником иностранной валюты. По крайней мере, вы должны объяснить рынкам и общественности, когда и как будет нормализация… Это — обязанность государства перед каждым гражданином, у которого в кармане только турецкие лиры (то есть, нет валютных накоплений – В.К.). Эта ситуация не выглядит прозрачно. Без прозрачности на рынке будут худшие цены».
  2. Одной из самых обсуждаемых инициатив руководства страны в эти дни является амнистия, а точнее внесение исправлений в закон об исполнении наказаний. На её счет в Турции бытуют разные мнения, вплоть до того, что истинной целью той же Партии националистического движения (ПНД) было добиться освобождения одиозных членов «Серых волков» и глав организованной преступности, таких как Алааттин Чакыджи и Кюршат Йылмаз. Речь идет, в их случае, идет не просто об организованной преступности, а об ультранационалистической турецкой мафии. Тот факт, что они оказались на свободе, был тщательно заретуширован в СМИ, однако, все же просочился в оппозиционную прессу и социальные медиа, вызвав волну возмущения.

Вот что по этому поводу говорит Али Бабаджан: «Этот закон об исполнении действительно разбил мне сердце. Это противоречит принципам всеобщего права, равенства, справедливости. Обе политические партии сели вместе и выборочно решили: «Кого мы освободим, а кого нет?». (Решение) было проведено через Парламент под давлением. Это — та ситуация, которая наносит ущерб чувству справедливости в обществе. Очень жаль. Хотя это и было названо как корректировка исполнения (наказаний), однако, на самом деле, с этой корректировкой узкий круг объявил амнистию, исходя из своей собственной точки зрения. Даже если это делается в рамках общих принципов, амнистия оказывает негативное влияние в течение длительного времени. Это уменьшает силу исполнения законов. Существует мысль при торговле наркотиками «Как бы то ни было, будет амнистия». Допустим, мы это сделали. Но мы должны сделать это, исходя из принципов. Сейчас есть серьезная несправедливость в судебной системе. Например, заключение до суда стало стандартом работы в Турции. Люди остаются внутри два года, три года, а затем их оправдывают. Итак, что вы сделаете по отношению к семье, к социальному окружению, оставаясь в заключении 2 – 2 года. Можно ли это решить, сказав «Извини»?».

  1. Горячей темой в период коронавируса стало неудачное (позднее) объявление МВД и министром Сулейманом Сойлу полного карантина, вызвавшее в стране сумятицу и беспорядки. По сути дела, такое доведение до общества решения о карантине, нивелировало весь его положительный эффект.

Далее министр Сойлу подал в отставку, которая, впрочем, не была принята турецким президентом. И то и другое вызвало большой резонанс в стране: многие посчитали поведение С. Сойлу не только не профессиональным, но и неискренним (в том, что касается прошения об отставке).

Цитируем на этот счет Али Бабаджана: «Я не знаю событий и конфликтов внутри себя (у Сулеймана Сойлу – В.К.). Как человек, который наблюдает за событиями со стороны, я могу оценить, что произошло в эти выходные и как эти события влияют на общество. За несколько часов до полуночи вы говорите «я запрещаю» (выход на улицу в течение выходных дней – В.К.), не разговаривая с муниципалитетами. Люди выходят на улицу. Нет ни социальной дистанции, ни изоляция. Затем появляется заявление об отставке. Честно говоря, я — министр, который был дольше всех на своем посту. Для искренней отставки, вы, прежде всего, договариваетесь (в данном случае с президентом, как с главой исполнительной власти – В.К.), а затем делаете свое заявление. Без разговоров, особенно после ухода. Отставка должна быть проверена на искренность. В конце концов, кто получил прибыль, кто потерпел убытки? И здесь есть большая ответственность. На кого была возложена эта ответственность? Она испарилась и исчезла. Это – операция по испарению ответственности. Турция не заслуживает того, чтобы управляться таким образом».

 

51.89MB | MySQL:101 | 0,355sec