Космическая программа Турции. Часть 2

Продолжаем анализировать Космическую программу Турции, анонсированную президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом 9 февраля с.г. Часть 1 нашего обзора доступна по ссылке http://www.iimes.ru/?p=75600.

Нельзя не согласиться с теми авторами, кто указывает на потенциальный и реальный, в обозримой перспективе, аспекты турецкой космической программы. В частности, на статью на сайте ИБВ http://www.iimes.ru/?p=75797.

Собственно, Турция и не скрывает никак того факта, что одной из важнейших её целей в сфере оборонно-промышленного комплекса является получение технологий баллистических ракет. Эта цель заявлена в «разделе» ракетные технологии, наряду с другими стратегическими направлениями для турецкого ОПК, включая: беспилотные летательные аппараты и космос со спутниками.

И, разумеется, отнюдь не случайны ремарки президента Реджепа Тайипа Эрдогана касающиеся ядерного оружия, вызвавшие немалый фурор среди наблюдателей как в Турции, так и за пределами страны. Которые однозначно интерпретируются, как выражение турецким руководством своей заинтересованности в том, чтобы стать обладательницей данным типом оружия.

При этом, действительно, Турция является участницей всего пакета международных договоренностей, касающихся разработки и испытания ядерного оружия, а также разработок баллистических ракет.

И, понятно, что «зашагивание» Турции за «красную черту», по крайней мере в современных условиях, является для страны делом невозможным. Не поведет турецкое руководство свою страну по пути её «кореизации». Слишком интегрированной она является в отношения с Западным миром, включая членство Турции в НАТО и её участие в Таможенном союзе с Европой.

Исключение Турции из НАТО крайне болезненно способно сказаться на состоянии турецкой армии. А расторжение с ней Таможенного соглашения, при всех, разумеется, потерях Европейского Союза, приведет к буквальному коллапсу турецкого экспорта. Который, в значительной мере, зависит именно от поставок товаров в направлении ЕС.

Конечно, есть ещё израильский прецедент, выражающийся мантрой «Государство Израиль не опровергает, не подтверждает и не комментирует наличие или отсутствие у него ядерного оружия». Но, вряд ли, нужно объяснять разницу между Израилем и Турции в координатной системе тех же США как в целом, так и на нынешнем витке турецко-американских отношений, который продолжается уже как минимум второй десяток лет нахождения страны под руководством президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Так что, такой путь для страны также является закрытым.

Однако, никто не сказал, что Турция не может получить те или иные технологии в свое распоряжение, не пересекая черту обладания изделиями. Разумеется, это – не одно и то же, что обладание. Тем не менее, тоже серьезно понимает статус страны и вносит серьезную поправку в систему уравнений военных балансов в мире. Тем более, если созданы условия для быстрого преобразования технологий в изделия.

Другой стороной Космической программы Турции является проблема-2023 для турецкого руководства.

Завершается время «разбрасывания камней» — 2022 год станет предвыборным годом для президента Реджепа Тайипа Эрдогана и его Партии справедливости и развития (ПСР).

Операция «преемник» в исполнении в лице зятя президента Берата Албайрака успехом не увенчалась.

В принципе, ничто, по большому счету, не препятствует тому, чтобы президент Реджеп Тайип Эрдоган избирался бы на пост президента страны и в 2023 году. Тем более, что он, вряд ли рассматривает свою историческую миссию в отношении Турции завершенной. Не наблюдается у этого неутомимого, в буквальном смысле, политика усталость и готовность уходит на заслуженный покой.

Напротив, страна, по целому ряду направлений, «миссия Эрдогана» остается не завершенной: внутри страны речь идет о том, чтобы, все-таки, принять новую Конституцию страны.

Иначе долгосрочный эффект политической реформы в Турции, когда страна перешла от парламентской к президентской форме правления, окажется под вопросом.

Следующая власть в Турции, если она будет представлена противниками действующей власти, имеет возможность отыграть все назад и даже аннулировать итоги состоявшегося в 2017 году референдума. Чего не может произойти с новой Конституцией, которую не так просто отменить и делать это надо либо квалифицированным большинством в Меджлисе (которое, в обозримой перспективе, вряд ли достижимо – прим.), либо в результате народного волеизъявления (что также является далеко не простым процессом, поскольку вопрос еще надо вынести на всенародное голосование – прим.).

Турецкое руководство реализовало множество значимых инфраструктурных проектов.

Однако, с одним ему, пока, так и не удалось справиться. Речь идет, разумеется, о «Сумасшедшем проекте», как его окрестили в Турции – о строительстве Канала Стамбул.

Обладание этим каналом на коммерческой основе будет означать немалые поступления в турецкий бюджет и укрепит позиции Турции, как держательницы ключей от Босфора и, говоря шире, как транспортного хаба между Востоком и Западом (а равно как и между Севером и Югом – И.С.).

Невзирая на безуспешность попыток, предпринятых до сих пор, для того, чтобы привлечь инвесторов в этот проект, турецкое руководство надежд не теряет и отступать не желает. Опять же, имея в виду очевидные выигрыши от реализации проекта. Наличие этому проекту внутренней оппозиции в лице оппозиционного мэра от Народно-республиканской партии Экрема Имамоглу, разумеется, для действующего руководства страны не является. Оно преодолевается буквально в «одно касание».

Истинной проблемой является монетизация проекта, а, отнюдь, не то поддерживает или не поддерживает проект турецкая оппозиция. Оппозиция здесь выступает, невольно, в роли громоотвода, который скрывает истинные проблемы, связанные с проектом.

И, наконец, турецкое руководство ставит перед собой задачу по получению доступа к собственным месторождениям энергоносителей. Разумеется, речь не идет о тех небольших запасах (в масштабах Турции, разумеется) в Черном море, о которых не так давно, достаточно громко заявил президент Турции.

Речь идет об исключительной экономической зоне в Средиземном море, которую Турция пытается всеми силами отстоять в противоборстве с Грецией и Кипром, пользующимися поддержкой со стороны Запада и региональных держав, включая Израиль и Египет.

Итак, «задачи-минимум», называем их так условно, имея в виду их масштабность для действующей турецкой власти и лично для президента Реджепа Тайипа Эрдогана, перечисляются следующим образом: новая Конституция, Канал Стамбул и исключительная экономическая зона в Средиземном море в рамках концепции «Синей Родины».

На самом деле речь идет, повторимся, о той исторической миссии, которую на себя возлагает президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган.

Где же здесь находится Космическая программа страны?  Понятно, что Турция, в смысле космоса, как и в случае с мирным атомом находится лишь на стартовой позиции и не может сравниваться с мировыми лидерами.

Так что, сейчас страна закладывает фундамент для будущих дивидендов. Хотя и не без достижений уже на этом этапе: по крайней мере, Турция, совместно с зарубежными партнёрами, уже производит собственные спутники связи. И ставит своей задачей создание собственной картографическо-навигационной системы.

Однако, все ж таки, Космическая программа Турции на сегодняшний момент является, в большей степени, имиджевым, а не коммерческим проектом турецкой власти. Её можно, в целом, расценивать также, как оценивается назначение турецким руководством своего специального представителя по контактам с Илоном Маском. То есть, в качестве действий, которые, сами по себе, дают власти престиж.

Турецкое руководство в 2010-х годах обнародовало целый набор планов, приуроченных к 100-летнему юбилею Турецкой Республики, который будет отмечаться в 2023 году. И самое главное заключается в том, что эти планы носят характер обязательств, которые на себя взяла действующая власть, центральным и, можно сказать, единственным лицом которой перед народом является Реджеп Тайип Эрдоган.

В центре этих планов был турецкая экономика и вхождение Турции в 10-ку ведущих государств мира по объему ВВП. Туда же следует отнести и 2-кратный рост благосостояния турецких граждан.

Тогда, когда провозглашались эти планы, казалось, что 2023-й год – это ещё очень нескоро. Можно выразить эту ситуацию известным выражением: к тому времени «либо эмир умрет, либо ишак сдохнет».

Однако, оказалось, что и недолго это вовсе и Турция уже вовсю приблизилась к Часу «Х», когда президенту Реджепу Тайипу Эрдогану придется отвечать за свои обещания и объяснять, почему Турция – не 10-я и выше экономика мира.

В принципе, ничего невозможного в этом нет.

Во-первых, исходя из того, что, на самом деле, мир с 2008-го года сотрясают непрерывные кризисы – политические и экономические. Это касается не только мира, но и региона проживания Турции. Турция также пережила и свои внутренние потрясения, включая 2016 год, когда состоялась попытка переворота.

Сегодня турецкое руководство строит свое общение со своими сторонниками, используя риторику командования осажденной крепости, указывая как на негативную внешнюю конъюнктуру, так и на то, что Турцию пытаются внешние силы сдерживать от её развития.

Во-вторых, турецкое руководство сейчас начало демонстрировать избирателям цифры, которые должны сформировать устойчивое убеждение у избирателей о том, что страна вот-вот вернется на траекторию роста. Для этого нужно всего ничего – лишь только, чтобы давление обстоятельств непреодолимой силы на Турцию спало бы.

В частности, буквально на днях турецкое руководство обнародовало цифры о том, что объем турецкой экономики в 2020 году не просто не сократился, как того можно было бы ожидать. А ещё и вырос на 1,8%. Что неплохо по любым, даже докризисным меркам. Также турецким руководством были сделаны прогнозы на выход на кривую росту страны в 2022 и в 2023 годах.

Однако, одних цифр турецким избирателям, которые, выразимся мягко, достаточно часто ходят в магазин – мало. Им нужны ещё и вдохновляющие примеры – подтверждения того факта, что Турция вошла в категорию «великих держав» мира.

Именно поэтому, к примеру, «кровь из носу», турецкое руководство стремится к тому, чтобы завершить хоть какой-то значимый этап работ на атомной электростанции «Аккую».

О генерации электроэнергии речь уже не идет – слишком много времени было потеряно на этапе разного рода согласований. Кроме того, сыграло свою роль и замораживание проекта из-за российско-турецкого «самолетного кризиса» 2015 – 2016 годов. Сегодня речь идет лишь о запуске, по крайней мере, одного реактора.

Это будет иметь символическое значение для Турции и для турецкого руководства, которая, тем самым, продемонстрирует, что она входит в узкий круг стран, которые используют мирный атом.

В этом же ключе, можно расценивать и Космическую программу Турции. Особенно, в той части, которая касается запуска первого турецкого космонавта, осуществить который Турции, в частности, предложило российское руководство и лично президент В. Путин в 2019 году.

Совершенно очевидно, что этот шаг будет полностью «отыгран» турецким руководством, как историческое событие для турецкой космонавтики. А первый турецкий космонавт может получить лавры «турецкого Гагарина».

При этом, турецкое руководство получит в свои руки ещё один козырь и против оппозиции, которая заняла привычную для себя позицию антагониста: «в стране денег нет, но на непонятную космическую программу – есть». В этой ситуации, турецкое руководство попытается занять выигрышную в глазах избирателей позицию государственников, мыслящих «по-крупному» и глобальными категориями. А оппозицию представить в качестве тех, кто уводит Турцию от больших задач в сторону лишь только обеспечения своей жизнедеятельности. Разумеется, для современной Турции – это «тупиковая ветвь развития».

Вот как важность космоса объясняется в обнародованной президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом Космической программе. Цитируем:

«Космические исследования облегчают жизнь людей:

С созданием небольших спутников с высокими возможностями, дистанционное зондирование начало делать производственные процессы более эффективными во многих областях, особенно в сельском хозяйстве.

С помощью спутников дистанционного зондирования можно отслеживать природные ресурсы, транспортные сети, города и сельскохозяйственные районы в режиме реального времени, а также собирать важную информацию для национальной обороны.

Спутники связи предоставляют эффективные услуги в области телевещания и других областей связи. В ближайшем будущем, быстрый Интернет будет обеспечиваться через спутники со всего мира.

Информация о местоположении и времени предоставляется в любую точку мира через спутники с высокой скоростью и точностью.

В ближайшие годы космическая экономика будет диверсифицироваться за счет космического туризма, производства в космической среде и космической добычи полезных ископаемых».

В том, что касается «космической экономики», про которую говорит Космическая программа Турции уместно посмотреть на иконографику, которая подготовлена и подготовлена ведущим мозговым центром Турции – Фондом политических, экономических и социальных исследований (SETAV).

Собственно, эта иконографика говорит сама за себя. Приводим её ниже.

На иконографике, разработанной Фондом, приводится объем расходов ведущих космических держав мира на свои программы в сфере космоса в 2014, 2016 и в 2018 годах.

Эти страны включают, по убыванию финансирования своих программ: США, Китай, Россию, Японию, Францию и Германию. И, одновременно, справа приводятся данные по «объемам космической экономики», которая, по оценкам Фонда SETAV, достигла к 2019 году 423,8 млрд долларов США. Это понятие «космическая экономика» не расшифровывается, но, как можно понять исходя из данных, приведенных на рисунке, речь идет о суммарном мировом финансировании космических программ разными странами мира.

А вот уже и иконографика, также разработанная Фондом, которая иллюстрирует цели Турции в сфере космоса, наряду, опять же с расходами ведущих мировых держав на космические исследования.

Как следует из этой иконографики, целями Турции является:

  • К 2023 году осуществить жесткую посадку на Луну. К 2028 году осуществить уже мягкую посадку.
  • Стать обладательницей навигационно-картографической системы, определяющей положение в режиме реального времени.
  • Развивая критические технологии создать свой собственный космодром.
  • Создать центры наблюдения за космическими объектами.
  • Воспитать необходимые кадры для работы в космической индустрии.

Заметим одно немаловажное обстоятельство.

Турецкое руководство подводит общество к мысли о том, что на космос надо тратить деньги, приводя данные по расходам ведущих государств мира: от 2,2 млрд долларов, которые тратит на свою космическую программу до 41,0 млрд долларов, которые тратят Соединенные Штаты Америки (Китай – 5,8 млрд долларов, Россия – 4,2 млрд долл., Франция – 3,2 млрд долл., Япония – 3,1 млрд долл.).

Являются ли несколько миллиардов долларов в год цифрой, неподъемной для турецкой экономики, чей ВВП составляет сумму, превышающую 700 млрд долларов в год? – Вот в чем заключается немаловажный вопрос.

51.94MB | MySQL:108 | 0,356sec