Космическая программа Турции. Часть 5

Продолжаем анализировать Космическую программу Турции, анонсированную президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом 9 февраля с.г. Часть 4 нашего обзора доступна по ссылке http://www.iimes.ru/?p=76253.

Напомним, что мы остановились на тех расходах, которые несут мировые державы на свои космические программы. Значительную долю в которых, приблизительно одна треть (из 80 млрд долл. в 2019 году) составляют расходы в военной сфере.

Турция, как следует из опубликованного документа, до сих пор, развивалась в космическом направлении, исходя из своих предельно конкретных прикладных задач. Речь идет о том, что Турция развивала свое спутниковое направление. Начав с навигационных спутников и, по мере развития и все большей локализации продукции, развивая и свои спутники разведки и наблюдения.

Можно сказать, что спутниковая программа Турции – это такой же акцент в сфере космоса, как и беспилотные (летательные – ставим в скобки, имея в виду, каким широким гребнем в этом смысле сейчас развивается Турция и турецкий ОПК – И.С.) аппараты. Это — то направление, где Турция себе хочет обеспечить, как минимум, независимость. А, как максимум, и технологическое преимущество.

Вот как продолжается описание работы Турции в космическом пространстве в Космической программе страны:

«Göktürk 2, наш первый разведывательный спутник с разрешением 2,5 метра, проектные исследования которого начались в 2007 году при сотрудничестве TÜBİTAK UZAY и TUSAŞ, был запущен в 2012 году.

В дополнение к спутниковой системе, компьютер миссии и программное обеспечение миссии были полностью разработаны на «местном и национальном» уровнях (иными словами – это полностью турецкие разработки, без привлечения зарубежных поставщиков и партнеров – И.С.).

С запуском в 2016 году разведывательного спутника Göktürk — 1, была получена возможность получать изображения с точностью до метра.

Благодаря опыту, накопленному в прошлых проектах по производству спутников, местная разработка подсистем, которые могут использоваться в спутниках субметрового диапазона, началась с проекта спутников IMECE. Установка спутника IMECE завершена в 2020 году, запуск планируется в 2022 году.

TÜRKSAT — 6A, наш первый отечественный спутник связи, запущенный в 2014 году, планируется запустить в 2022 году. С TURKSAT — 6A можно значительно увеличить пропускную способность и получить критически важные компетенции в области безопасной передачи данных».

Иными словами, как можно видеть из изложенного выше – приоритетом Турции является безопасность и суверенитет страны в сфере передачи данных.

В наших, теперь уже достаточно многочисленных публикациях на сайте ИБВ, мы не раз говорили про тему турецкого «цифрового суверенитета» и про тему продекларированной президентом страны Реджепом Тайипом Эрдоганом программы «Кибер Родина» (по аналогии, с морской программой «Синяя Родина» — И.С.).

И в то, и в другое, разумеется, турецкие исследования полностью вписываются. Лишь подтверждая тезис о том, что турки являются весьма практически ориентированными людьми, определяя критические для себя направления и развиваясь по ним. При этом, четко понимая, что они не могут, да и, вряд ли, для них это имеет смысл, развиваться по всем направлениям сразу. Не говоря уже о том, чтобы сразу «вписываться» в фундаментальные исследования, которые не несут конкретной практической выгоды в обозримой перспективе.

Цитируем далее турецкую Космическую программу.

«Кроме того, в TAI создан Центр интеграции и тестирования спутниковых систем, который является критически важной инфраструктурой для производства спутников весом до 5 тонн в нашей стране. В дополнение к этому центру, осуществляется проектирование, производство и тестирование инфраструктуры наших учреждений, таких как TÜBİTAK UZAY, ROKETSAN, DeltaV, TÜRKSAT, ASELSAN, İTÜ-USTTL, İTÜ-HUZAM и TÜBİTAK SAGE.

Турция прошла долгий путь в области создания спутников-кубов. ITTÜpSAT1, наш первый проект кубического спутника, был запущен в космос в 2009 году. С тех пор, было реализовано множество спутниковых кубических проектов.

Важные исследования по космическим наукам, в том числе по космической погоде, также проводятся в наших университетах.

Первая обсерватория в Кандилли, Турция, была основана в Стамбуле в 1911 году Асатанези. В последующие годы при университетах и ​​TÜBİTAK были открыты новые обсерватории, и, по состоянию, на 2020 год их – много».

Приводим фотографии турецких обсерваторий, как действующих, так и строящихся, из турецкой Космической программы (слева направо): Восточно-Анатолийская обсерватория, Национальная обсерватория Tübitak, обсерватория Университета Эрджиес Uzaybimer.

«Национальная обсерватория TÜBİTAK (TUG) — одно из наших ведущих национальных исследовательских институтов, созданное совместными усилиями ученых, работающих в университетах и ​​центрах, которые проводят обучение и исследования в области астрономии и астрофизики в нашей стране.

Обсерватория Восточной Анатолии (DWI), с зеркалом с диаметром зеркала 4 м и инфракрасным телескопом,  будет самой большой обсерваторией с диаметром зеркала в регионе.

При этом, в Турции есть производственная экосистема, которая осуществляет свою деятельность в других отраслях и может интегрироваться в космические работы. Эта — динамичная и предпринимательская экосистема проявляется себя во многих кластерах и в регионах технологического развития. Она обеспечивает для Турции квалифицированную рабочую силу из-за рубежа, которая работает за пределами страны».

Следующий раздел Космической программы Турции озаглавлен, как «Стратегические цели».

Целью №1 в Космической программе Турции обозначен «контакт с Луной». Как указывается в Программе, эту цель планируется реализовать к 2023 году.

Цитируем Программу:

«На первом этапе, в конце 2023 года, будет осуществлена ​​жесткая посадка путем достижения Луны с помощью нашей собственной национальной уникальной гибридной ракеты, которую мы будем запускать на околоземной орбите при международном сотрудничестве.

На втором этапе будет осуществлен первый запуск, выводящий наш аппарат на близкую орбиту, на этот раз с использованием наших собственных национальных ракет, и будет осуществлена мягкая посадка на Луну».

Реализуя эти цели, на какие практические результаты рассчитывает турецкое руководство? – Перечисляем:

«Вхождение нашей страны в разряд одной из немногих стран, которые могут вести научную деятельность на Луне.

Будет получен опыт в технологиях запуска и космических системах, работающих в дальнем космосе, и будет получена космическая история для наших систем.

Создание инфраструктуры для работы во многих областях: от оборудования с высокой радиационной стойкостью до связи, автономии и искусственного интеллекта.

Открытие пути для коммерциализации подсистем, которые мы разработали внутри страны и на национальном уровне.

Повышение осведомленности о космосе в нашей стране».

Второй стратегической целью, заявленной в Космической программе Турции, является подпрограмма по организации производства спутников под одной крышей с собственной разработкой местных спутников. Вот как эта цель формулируется в программе: «Создать коммерческий бренд, способный конкурировать в мире в области разработки спутников нового поколения».

Стратегия по достижению этих целей определяется в Программе следующим образом:

«Возможности производства спутников, которыми располагает наша страна, будут объединены в единый национальный орган, который будет создан при координации Турецкого космического агентства.

Внимание будет уделено защите конкурентной среды.

Будет создана модель совместного использования, чтобы все нуждающиеся могли эффективно и экономично пользоваться существующей инфраструктурой».

Какие выигрыши турецкая Космическая программа обещает от того, что в Турции будет централизован процесс проектирования, производства, сборки, испытаний, тестирования и наладки спутников?

Они формулируются следующим образом:

«Производство спутников будет осуществляться с максимальной эффективностью и эффективностью.

Цель независимости в спутниковых технологиях будет достигнута с минимальными ресурсами».

На самом деле, как можно заметить, Турция пытается следовать, в вопросе создания производства спутников, тому пути, который она уже опробует при реализации различных своих стратегических проектов. Если предельно кратко определить формулу этого пути, то речь идет о том, что турецким руководством определяется некая стратегическая инициатива и проект, который является весьма затратным и неподъемным ни для турецкого государства, ни для одной отдельно взятой, даже самой крупной компании в одиночку.

Это может быть один из таких реализованных уже проектов как третий аэропорт в г. Стамбул, или третий мост через Пролив Босфор. Или ещё один из тех проектов, которые находятся на этапе либо запуска, либо реализации. Среди них можно упомянуть такие проекты, как создание национального автомобиля, включая производство стратегических узлов, таких как автомобильные аккумуляторы. Или же, к примеру, Канал «Стамбул», который неслучайно называют «сумасшедшим проектом». Или же проект создания национального истребителя, причем сразу, пятого поколения.

Подчеркнем, организующую, координирующую, надзорную функцию при реализации этих проектов играет турецкое государство. Вообще, нынешняя «лидерская модель» президентского устройства Турецкой Республики весьма подходит именно для того, чтобы государство держало бы в своих руках все основные стратегические проекты страны.

Далее, опять же, со стороны государства, готовится хотя бы базовое технико-экономическое обоснование, определяется исходный бюджет, и, самое главное, модель реализации проекта.

После чего включается мобилизующая роль государства, причем, нередко силами лично президента Реджепа Тайипа Эрдогана, который является, по его собственному выражению, «потеющим лидером», то есть, лидером, который ведет за собой повестку.

Так что, и в вопросе создания национального спутникового центра Турция следует привычным для себя курсом.

Другой вопрос, что хватит ли у частного сектора = круг привлекаемых турецким руководством компаний – достаточно узок – возможностей, как организационных, так и финансовых для того, чтобы реализовывать все стратегические инициативы турецкого государства. Но, с другой стороны, по мере возникновения новых отраслей в турецкой экономике, в них подтягиваются не только привычные многопрофильные холдинги, но и возникает и уже возникла плеяда новых игроков. Ряд из них, в частности, уже вошел или близок к тому, чтобы войти в списки крупнейших международных игроков в сфере экспорта продукции оборонно-промышленного комплекса.

Неслучайно ведь, в недавнем интервью глава турецкого Управления оборонной промышленности Исмаил Демир отметил, что турецкий оборонно-промышленный комплекс рассчитывает нарастить экспорт своей продукции с 2 до 10 млрд долларов в год. Причем уже обозримой перспективе. А это означает и то, что параллельно росту доходов, растет и привлекательность отрасли и возможности для её развития. То есть, если ситуация будет развиваться заявленным турецким руководством курсом в стране должно возникнуть множество частных игроков, которым будет по плечу реализация поставленной задачи.

Третьей целью Космической программы Турции является создание собственной региональной навигационной системы (по аналогии и GPS и ГЛОНАСС).

Как можно понять турецкий документ, реализация этого проекта не представляется для турецкого руководства делом простым. Планируется стратегическая, поэтапная реализация этого начинания.

Вот как формулируется стратегия по созданию турецкой системы ГЛОНАСС.

«Критически важные технологии для позиционирования и реального времени будут проинвестированы через реализацию управляемых проектов.

Будет установлено международное сотрудничество.

Демонстрация технологий будет производиться с помощью малобюджетных технологических проектов.

Строительство наземного и космического базирования будет планироваться поэтапно».

Иными словами, Турция следует привычной для себя уже практике достижения больших целей, через следование по курсу малых задач. Можно сказать, что турки, в смысле реализации проектов с низким бюджетированием, весьма и весьма преуспели. Самое главное, что, решая каждую из задач, которые ставятся турки предельно четко отвечают на два базовых вопроса «Почему?» и «Ну и что?». В том смысле, что необходимо с самого начала быть в состоянии предельно четко ответить себе на тот вопрос, зачем реализуется тот или иной проект, уверенно перечисляя от них выгоды. В случае турецкой навигационной системы, её выгоды формулируются следующим образом. Цитируем программу:

«Наша страна достигнет независимости в вопросе позиционирования в режиме реального времени.

Будут разработаны наши собственные приложения для точной навигации, особенно для обороны, сельского хозяйства, урбанизма и автономных транспортных средств.

Точность позиционирования и синхронизации увеличится для нашей страны и стран региона.

Наша страна получит технологии систем позиционирования и хронометража».

Тут заметим появление двух ключевых слов.

Во-первых, «оборона». Что понятно, поскольку отсутствие собственной системы навигации заставляет ВС Турции использовать чужие данные, становясь от них зависимыми. Эта история напрямую связана с тем, что те же ракетные технологии в Турции определены в качестве одного из приоритетных направлений развития. Не говоря уже о продолжающемся развитии в Турции беспилотной техники, за которой, как провозгласили идеологи турецкого ОПК, — будущее. Причем, как мы не раз писали на страницах ИБВ, речь идет о совместном использовании беспилотной техники во всех средах.

Во-вторых, речь идет об улучшении позиционирования не только для самой Турции, но и для стран региона.

Иными словами, речь идет о том, что турецкая система позиционирования, работающая в режиме реального времени, должна иметь региональный охват. То есть, Турция будет не только использовать эту систему сама, но и предложит её использование странам региона.

Опять же, совершенно очевидно, что турецкая система позиционирования будет предложена странам, которые включены Турцией в зону своих стратегических интересов. Речь идет о постсоветском пространстве в самом широком смысле этого слова – от Восточной Европы до Центральной Азии. И можно предположить, что эта система может даже стать фактором интеграции даже того же тюркского мира, наряду с другими инструментами интеграции, которые Турция использует. Становясь своего рода зонтиком над Советом сотрудничества тюркоязычных государств (Тюркским советом – прим.), дополняя общее пространство перемещений, капитала, рынка труда, торговли и проч.

Напомним, что в течение ближайших десятилетий Турцией планируется смена качестве Тюркского совета в сторону его большей интеграции и взаимопроникновения. Заметим наличие у турецкого руководства и понимания своих возможностей и способностей, и трезвого взгляда на то, что можно реализовать уже сейчас, а что потребует большего времени. В нашем случае, коль скоро речь идет о том, что страны региона все больше расстаются со своим советским наследием, то на это требуется время. И турки это отлично себе представляют и не торопят излишне эти события.

55.88MB | MySQL:108 | 0,497sec