Турецкие аналитики о развитии Организации тюркских государств. Часть 5

10 ноября с. г., накануне саммита Организации тюркских государств (ОТГ) в Самарканде, турецким Фондом политических, экономических и социальных исследований (SETAV) было одновременно опубликовано два исследования, посвященных вышеупомянутой структуре и отношениям её членов как в многостороннем, так и в двустороннем форматах. Продолжаем разбирать материал, опубликованный Фондом политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV), который озаглавлен как «Организация тюркских государств: сотрудничество, обращающее кризисы в возможности». Автор – Фырат Пурташ.

Часть 4 нашей публикации доступна на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=92162.

Напомним, что мы приступили к рассмотрению второй публикации, посвященной Фондом SETAV Организации тюркских государств. Она называется «Двусторонние отношения Турции с членами Организации тюркских государств». Её автором стал эксперт Фонда Мехмет Юдже.

Рассмотрев общий раздел, касающийся политических отношений Турции с тюркскими государствами, переходим непосредственно к двусторонним отношениям. Как мы говорили, это те самые шаги, которые должны позволить Турции, в итоге, «перепрыгнуть пропасть», подразумевая форматирование ОТГ не только как экономического и гуманитарного, но и военно-политического союза. Логично, что раздел двусторонних отношений Турции начинается с Азербайджана, с которым у Турции – наиболее продвинутые отношения не только в составе ОТГ, но и, возможно, что и во всем мире. В один ряд можно поставить только, вероятно, отношения с ТРСК. Так что, можно сказать, что турецко-азербайджанские отношения являются той моделью, на примере которой Турция пытается отстроить и другие свои стратегические отношения.

Цитируем раздел, озаглавленный как «Турецко-азербайджанские политические отношения»:

«Учитывая более чем тридцатилетний период с момента восстановления независимости Азербайджана, видно, что отношения Анкара-Баку достигли значительного прогресса.

Ход отношений двух стран можно рассмотреть в четыре этапа.

На первом этапе отношения носили эмоциональный и идеологический характер. На втором этапе на первый план вышли личные отношения. Личные отношения между президентом Азербайджана Гейдаром Алиевым и президентом Турции Сулейманом Демирелем составляют основу двусторонних отношений. Выражение «одна нация, два государства», использованное Гейдаром Алиевым для Турции и Азербайджана, было основным принципом в отношениях, и отношения развивались в этих рамках. Третий этап – институционализация отношений. Хотя основы были заложены предыдущими администрациями, этот этап представляет собой период, когда усилиями президента Азербайджана Ильхама Алиева и президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана формировалось многоплановое сотрудничество. Самым важным сотрудничеством, которое оставило свой след в этот период, является соглашение о природном газе.

Строительство Южного газового коридора, состоящего из Южно-Кавказского газопровода, Трансанатолийского газопровода (TANAP) и Трансадриатического газопровода (TAP), который позволит транспортировать природный газ, добываемый на месторождении Шах-Дениз-2, в Турцию и Европа, между двумя странами вывели отношения в стратегическое измерение.

Турция и Азербайджан укрепили свои отношения с запланированными ими проектами, подписав такие проекты, как нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан, TANAP и железная дорога Баку-Тбилиси-Карс.

Четвертый этап – период Второй карабахской войны и ее последствия. Этот период укрепил стратегическое измерение отношений между двумя странами и вывел сотрудничество на новый уровень.

В отношениях Анкара-Баку воплотился в жизнь принцип «одна нация, два государства, действующие как одно государство».

Во время Второй карабахской войны Турция и турецкий народ оказали Азербайджану политическую и моральную поддержку на самом высоком уровне и самым громким голосом. После победы президенты двух стран подписали в Шуше 15 июня 2021 года «Шушинскую декларацию», подняв двусторонние отношения на более высокий уровень и сделав братские страны стратегическими союзниками.

С другой стороны, Нахичеванская Автономная Республика, единственное сухопутное сообщение между Турцией и Азербайджаном. Хотя она занимает особое место с точки зрения двусторонних отношений между Азербайджаном и Азербайджаном, она представляет собой точку прямой связи с азербайджанским народом. Если Зангезурский коридор будет открыт, эта связь создаст новую геополитическую ситуацию и коренным образом изменит структуру региона. Эта ситуация, которая соединит Турцию и турецкие государства по суше, превратит регион в новую логистическую базу и средний (имеется в виду, что есть ещё и северный – российский) коридор передачи энергии».

Самое, пожалуй, важное в изложенном выше заключается в четырех этапах перерастания идеи в полноценное стратегическое партнёрство, на примере Казахстана:

  1. Наличие идеологии и эмоций между двумя народами, которые бы в достаточной степени являлись укорененными.
  2. Лидерская дипломатия – читай политическая воля по тому, чтобы идея не осталась только идеей, а вышла на новый уровень.
  3. Институциализация отношений – речь идет о конверсии идеологии и эмоций, через политическую волю, на уровень практического сотрудничества на всех уровнях, включая создание тех структур, которых, до настоящего времени, не было.
  4. «Катарсис» и выход на новый уровень — совместное преодоление вызова, которое имеет для одного или для обоих партнёров жизненно важное значение, как в случае Нагорного Карабаха для Азербайджана.

Кстати, на этом «вопроснике» можно протестировать различные прецеденты, связанные с Россией, как успешные, так и нет.

Отношения России с Беларусью: идеология и эмоции – да, лидерская дипломатия между президентами Путиным и Лукашенко – да, институциализация отношений – да, «катарсис» — выборы в Беларуси и СВО на Украине – тоже да.

А вот в случае среднеазиатских государств все упирается уже в наличие у России (точнее, в отсутствие) идеологии и эмоций и стопорится на первом начальном уровне. В отличие от Турции, которая вызвала «сильную и устойчивую эмоцию» во всех странах тюркского мира (про остальные уровни – дискусионно – И.С.). Это – к вопросу о том, почему ОТГ смотрится пока фаворитом по сравнению с ЕАЭС.

Переходим к следующему разделу, посвященному турецко-казахским политическим отношениям. Цитируем:

«Отношения Анкара-Астана, начавшиеся после обретения Казахстаном независимости, со временем стали более интенсивными и продолжаются до сегодняшнего дня.

Казахстан всегда устанавливал хорошие и конструктивные отношения с Турцией по оси своей традиционной внешней политики, которую можно выразить как «многовекторные и сбалансированные отношения».

Формированию этой политики способствовал Нурсултан Назарбаев, президент-основатель Казахстана и аксакал тюркского мира. Как естественный результат этого развития, между двумя странами устанавливается серьезное сотрудничество по многим вопросам и во многих секторах.

В частности, Соглашение о стратегическом партнерстве, подписанное в 2009 году, и Совет стратегического сотрудничества высокого уровня, созданный в 2012 году, привнесли новое измерение в политические отношения.

Турецко-казахстанские отношения можно рассматривать в основном с точки зрения отношений, осуществляемых в рамках ОТГ, и двусторонних отношений.

Совет сотрудничества тюркоязычных стран (Тюркский совет), Парламентская ассамблея тюркоязычных стран (TÜRKPA), Международная тюркская культурная организация (TÜRKSOY), Тюркский деловой совет, Тюркская академия, Фонд тюркской культуры и наследия имеют большое значение в его развитии и развитии. В частности, Тюркский совет получил название ОТГ, и две страны активно сотрудничали при подписании документа «Видение тюркского мира на период до 2040 года».

Политические отношения Анкара-Астана также были подняты на уровень стратегического сотрудничества высокого уровня. В этих отношениях, эффективных во многих областях, инициатива Казахстана в двух важных вопросах, которая является переломным моментом для Турции, привела к углублению отношений.

Во-первых, это посредничество Казахстана в урегулировании кризиса между Турцией и Россией, известного в обществе как «самолетный кризис». Важный вклад в нормализацию отношений между Анкарой и Москвой, которые были натянуты в результате сбития Турцией российского военного самолета в рамках правил реагирования (оговорка, которую регулярно повторяют турецкие авторы, говоря о тех событиях, получается имея в виду легитимность предпринятого Турцией удара – прим.) 24 ноября 2015 года, внес тогдашний президент Казахстана Назарбаев.

Понимая, что напряженность между Турцией и Россией может привести к крупномасштабным конфликтам, Назарбаев успешно выполнил свою роль посредника, сохранив нейтралитет, несмотря на тесные связи с обеими странами.

Во-вторых, Казахстан занял четкую позицию в пользу Турции в попытке государственного переворота 15 июля 2016 года. В то время как США и ЕС неоднозначно отнеслись к попытке государственного переворота 15 июля, которая стала поворотным моментом в политической истории Турции, Назарбаев посетил Турцию сразу после попытки государственного переворота и выразил свою поддержку.

Большое значение с точки зрения глубины отношений между двумя странами имеет тот факт, что Назарбаев является первым президентом, посетившим Турцию и открыто заявляющим о своей поддержке в этот сложный период.

Одним из факторов, подтолкнувших Казахстан к установлению и дальнейшему углублению стратегического партнерства с Турцией, является новая внешнеполитическая практика России, появившаяся в последнее время в Украине.

Вторжение в Украину, которую Россия считает своим тылом, также обеспокоило тюркские государства. Эта тревога сильнее ощущалась в Казахстане, который имеет значительное русское население и имеет границу с Россией протяженностью более 6 тысяч километров.

Потому что заявления многих российских чиновников и депутатов о том, что Казахстан является частью России, — это вопросы, которые беспокоят администрацию Астаны. На данный момент для Казахстана вполне реально развивать сотрудничество с Турцией, чье глобальное влияние растет и делает серьезные прорывы в оборонной промышленности.

Собственно говоря, президент Казахстана Токаев совершил свой первый официальный визит в Турцию в мае 2022 года после январских событий. В ходе этого визита между двумя странами было подписано четырнадцать соглашений, в том числе о сотрудничестве в сферах транспорта, оборонной промышленности, военной разведки, информационных технологий, культуры, сельского хозяйства, транспорта, торговли, таможни, окружающей среды, образования, молодежи, связи и архивов. Четвертое заседание Турецко-Казахстанского Совета стратегического сотрудничества высокого уровня (ССВУ) состоялось в ходе визита в Астану Президента Реджепа Тайипа Эрдогана, который прибыл в эту страну для участия в Совещании по сотрудничеству и мерам доверия в Азии, учрежденном в рамках руководством Казахстана, об этом был подписан протокол.»

Опять же, можно проверить турецко-казахстанские отношения на примере 4-х «шагов-этапов» перерастания просто отношений в отношения подлинно стратегические.

  1. Наличие идеологии и эмоций – безусловно, да. Более того, эти эмоции продолжают пестоваться Турцией через сеть своих образовательных учреждений в Казахстане, который продолжают готовить перспективные кадры для казахстанского государственного управления.
  2. Наличие лидерской дипломатии. Тут и да, и нет одновременно. Президент Токаев явно не стремится к тому, чтобы «терять из поля зрения» США и ЕС, Китай и Россию. В этом смысле, он более «диверсифицирован». Собственно, в том же духе выражается и турецкое издание.
  3. Институциализация связей на уровне ОТГ, так или иначе, продолжается. В этом смысле, как мы уже писали ранее, Казахстан является одним из государств, внесших наибольшую лепту в то, чтобы ОТГ сначала возникла, а потом приобрела нынешние черты уже не чисто гуманитарного, но экономического блока.
  4. «Катарсис» мог бы, чисто теоретически, наступить в январе месяце этого года, если бы Казахстан обратился бы за помощью к Турции для проведения операции усмирения волнений в стране. Однако, к немалому разочарованию Турции, этого не произошло. Можно сказать, что это был исторический момент, развилка, на которой Казахстан свернул в сторону России и ОДКБ. Однако, сейчас мир проходит ещё даже большую развилку с СВО России на Украине. Справедливым является то, что ряд российских «говорящих голов» допустил и допускает в адрес Казахстана неоднозначные заявления. Причем, получается так, что эти заявления звучат в пользу Турции и её интеграционного проекта. Разумеется, Турция в ходе своего диалога с Казахстаном «не дает забыть» о подобных крайне спорных и провокационных для российско-казахстанских отношений высказываниях.

Получается, что Казахстан остается достаточно сбалансированным, если сравнивать его отношения с Турцией и Россией. Однако, и у России есть прецедент, который может использоваться ей в своем диалоге с Казахстаном и в конкуренции с турецким проектом. Речь идет, разумеется, о приглашении ТРСК в состав наблюдателей ОТГ, которое означает признание Северного Кипра в качестве государственного образования. Ни в каком смысле последующие заявления Казахстана и Узбекистана не имеют значения после того, как документы подписаны, а представители ТРСК присутствуют на заседаниях Организации и вводятся в её рабочие группы. Это – большая проблема для Казахстана с точки зрения отношений с США и ЕС и эта проблема возникла под давлением Турции.

Умеет ли Россия играть в подобные «шахматы» в рамках соревнования идей? – Выразим сугубо личное отношение, что нет. Таким образом, возможные козыри, в частности, в данном случае, окажутся несыгранными.

Переходим к политическим отношениям между Турцией и Узбекистаном. Цитируем документ:

«Турция придает большое значение развитию сотрудничества во всех сферах с Узбекистаном как со страной, имеющей важной значение для регионального мира и стабильности. Узбекистан имеет целый ряд ключевых особенностей, такие как: самая плотная заселенность среди тюркских государств Центральной Азии, геостратегическое положение, глубокая история, богатые культурные ценности и экономический потенциал, предприимчивость человеческих ресурсов, наличие общих границ со всеми странами Центральной Азии.

Искреннее и серьезное сотрудничество, начатое с Узбекистаном, который занимает важное место в истории тюркской культуры и цивилизации и занимает видное место в сердце турецкого народа, не получило стабильного продолжения.

Хотя отношения между двумя странами, достигшие критической точки в 1999 году, время от времени имели положительную динамику, они не достигли желаемого уровня. После того, как Шовкат Мирзиёев вступил в должность в 2016 году, поток встреч на высоком уровне участился, начавшись с визита президента Эрдогана в Узбекистан в период с 17 по 18 ноября 2016 года, визита президента Узбекистана Мирзиёева в Турцию 25 октября 2017 года, а затем путем взаимных визитов на высоком уровне.

В результате этих переговоров курс отношений между двумя странами, находившийся в застое в течение многих лет, вновь начал развиваться в положительном направлении. В этом контексте было подписано множество документов в различных сферах, в том числе совместное заявление о создании ССВУ между двумя странами в 2018 году, сформирована Совместная группа стратегического планирования Турция-Узбекистан. Отражая эти позитивные события, Узбекистан отменил выдаваемые им визы в Турцию».

62.43MB | MySQL:101 | 0,506sec