Американо-турецкая публикация о сирийском урегулировании. Часть 4

По состоянию на январь 2023 года одним из центральных пунктов ближневосточной повестки дня для Турции является возможность нового «захода» на сирийское урегулирование.

При этом ряд американских и турецких аналитиков продолжают говорить о том, что необходим пересмотр двусторонних отношений на сирийском треке, поскольку продолжение существующего Астанинского формата, а, тем более, возобновление прямой коммуникации между Анкарой и Дамаском, всерьез укрепит позиции России на Ближнем Востоке. И также укрепит и ось Россия – Турция, что вызывает в Вашингтоне серьезную обеспокоенность.

Январь месяц, в контексте тематики данного материала, отмечен статьей, опубликованной со стороны Hudson Institute под заголовком «Спасаясь из сирийского лабиринта: дорожная карта».

Продолжаем анализировать этот материал, написанный при сотрудничестве двух авторов: Майкл Доран — старший научный сотрудник и директор Центра мира и безопасности на Ближнем Востоке Гудзоновского института и Омер Озкизилджик — базирующийся в Анкаре аналитик турецкой внешней политики.

Часть 3 нашей публикации доступна по ссылке на сайте ИБВ:   http://www.iimes.ru/?p=94264#more-94264

Продолжаем анализировать второй пункт дорожной карты, предложенной турецким экспертом – про эвакуацию Сил народной самообороны или YPG из района Хасеке.

Цитируем:

«И здесь снова, если Турция и США продемонстрируют сильную поддержку Рожавской пешмерге, YPG будут более склонны воздерживаться от боевых действий, особенно потому, что расположение Хасеке на границе с Турцией дает Анкаре стратегическое преимущество. Таким образом, после сигнала о решительном намерении со стороны американцев и турок, YPG будет склонна добровольно уйти либо в российскую сферу влияния на западе, либо в Кандильские горы по контрабандным путям из Сирии в Ирак. Турция и США гарантируют безопасный проход частям, решившим отступить.

Однако, если YPG решит сопротивляться, Вооруженные силы Турции будут атаковать на север от Дейр-эз-Зора и на юг от самой Турции. Между тем, Рожавская пешмерга будет продвигаться с востока при поддержке РПК на курдские территории, удерживаемые YPG. Как только бойцы YPG осознают, что их окружают с трех сторон, те, кто присоединился к ним либо по принуждению, либо из-за отсутствия альтернативы, дезертируют. Руководство YPG вскоре обнаружит, что может рассчитывать только на боевиков из гор Кандиль. Битва закончится быстро, с решительным поражением YPG.

Являясь частью Сирийского курдского совета, Рожавская пешмерга будет способствовать этническому самоуправлению в этих курдских районах и войдет в СНА, сформировав Десятый легион.

Его ряды пополнятся перебежчиками из YPG и сирийских курдов, которые уже воюют в поддерживаемых Турцией группировках. По мере того, как Рожавская пешмерга берет на себя контроль над курдскими общинами Хасеке, последует одновременная инициатива по отделению арабских общин в регионе от YPG.

США будут призывать местных ополченцев последовать примеру Военного совета Дейр-эз-Зора, выйти из СДС и стать подразделениями СНА. Вместе с арабскими изгнанниками из Хасеке эти ополченцы сформируют Девятый легион. Как и в Дейр-эз-Зоре, в регион будет переброшен турецкий спецназ, а жители будут избирать местные советы. Тюрьмы и лагеря беженцев ИГ, такие как лагерь Аль-Холь, будут находиться в ведении СНА.

Благодаря теплым отношениям, которые YPG поддерживает с Москвой, Тегераном и Дамаском, режим Асада всегда поддерживал присутствие в городе Хасеке и Камышлы. Таким образом, в процессе эвакуации YPG и приведения района под контроль СНА, турецкие и американские военные будут следить за периметром вокруг сил Асада, чтобы избежать конфронтации. У турецких военных есть опыт выполнения этой задачи. В ходе предыдущих операций они предотвратили столкновения между силами режима и СНА в Манбидже, Телль-Рифаате и Рас-эль-Айне».

Итак, как мы можем видеть два шага из шести, предлагаемых турецким автором заключаются в том, чтобы, после ожидаемого / предлагаемого отказа США от сотрудничества с сирийскими СНС / YPG, обеспечить вывод последних либо на территории в Ираке, либо на территории, контролируемые Россией / Асадом. Проще говоря, речь идет о «рокировке» между СНС / YPG и турецкой армией, и теми группировками, которые поддерживаются Турцией.

В пользу того, что этот план реализуем в принципе, турецким автором приводятся доводы о наличии у ВС Турции соответствующего опыта размежевания противоборствующих сил, с целью недопущения столкновений между ними, а также о географической близости зоны конфликта к границе с Турцией, что дает возможности ВС Турции по оперативному реагированию на изменяющуюся ситуации.

Главное, что пытается донести турецкий автор в этих двух шагах, заключается в том, что у YPG, после их оставления американцами, не окажется другого выхода, кроме как без сопротивления либо сдаться, либо уйти на территории РПК. Возможность и того и другого, с гарантиями безопасности, турецкий автор предлагает дать.

Соответственно, третьим шагом, после того, как Турция прочно встанет на ноги в тех регионах, которые, до сих пор, контролируются РПК / СНС, станет выход на других игроков в Сирии и, прежде всего, на Россию.

Шаг 3 Дорожной карты называется «Вовлекая Россию».

Цитируем шаг 3:

«По мере того как США и Турция начнут следовать этой дорожной карте, Россия получит влияние на Силы народной самообороны, которые из-за потери как военной поддержки США, так и доходов от нефти из Дейр-эз-Зора станут неспособны сохранять свой контроль над большинством арабских территорий. Такие города, как Ракка, Табка и Манбидж, находящиеся больше в российской, чем в американской сфере влияния, будут захвачены, что даст России возможность распространить контроль режима на эти районы.

У Москвы будет два пути.

Во-первых, она может добиться полного роспуска YPG, призвав ее распустить свои структуры местного самоуправления и вооруженные силы и вместо этого подчиниться институтам режима Асада.

Или она попытается косвенно установить контроль над режимом, позволив YPG остаться нетронутыми при условии, что они будут действовать как подчиненный элемент режима Асада, а не с полной автономией.

Чтобы пойти навстречу Москве, США и Турция должны рассмотреть вопрос о предоставлении России полной свободы действий в Ракке, Табке и Манбидже. По правде говоря, они только уступят территорию, которую, если дело дойдет до драки, будет дорого удерживать.

Однако, в обмен на эту уступку США и Турция должны ожидать двух вещей: общего молчаливого согласия России с дорожной картой и ее ухода из курдских районов на севере Сирии, а именно Айн-эль-Араб (Кобани), Амуда, Аль-Дирбасия и части Камышлы (см. карту 4).

Эти районы, в основном, курдские. В 2019 году Эрдоган и Путин подписали соглашение, согласно которому YPG должны уйти из этих районов в точки к югу от шоссе М4, примерно в 30 километрах от турецкой границы. Но Путин так и не подчинился. Используя дипломатию и пользуясь рычагами, которые предлагает географическая близость Турции, Анкара и Вашингтон должны заново поставить вопрос перед Москвой. Уступчивость Путина позволит Турции и США связать свои зоны влияния от иракской границы на северо-востоке Сирии до Африна на северо-западе.

Велики шансы, что Путин с пониманием отнесется к сделке. Когда в 2018 году он столкнулся с надвигающимся турецким наступлением на Африн, он осознал интерес Турции к региону и вывел свои войска. Если бы он снова следовал этой модели, YPG отошла бы в контролируемые Россией районы Сирии, а пешмерга из Рожавы беспрепятственно вошли бы в Айн-эль-Араб (Кобани), Амуда, Аль-Дирбасия и некоторые районы Камышлы. Следуя этому шагу, местные жители должны избрать местные советы для управления собой. Если YPG попытается воевать без поддержки России, она снова потерпит неминуемое поражение.

Но мы не можем игнорировать возможность того, что Россия отвергнет сделку США с Турцией и вместо этого выдвинет максималистские требования.

Москва может предпочесть полностью интегрировать YPG в режим Асада, чтобы распространить контроль режима на турецкую границу. При таком сценарии Турция и США либо капитулируют, либо покажут России зубы, используя свое выгодное положение, чтобы навязать Москве свои условия.

Если бы турецкие военные вытеснили российские войска из этих районов, операция, особенно при поддержке американской дипломатии, пошатнула бы все позиции России в Сирии. В прилегающих районах, таких как Ракка, Табка, Телль-Рифаат, Манбидж и Телль-Тамер, где режим Асада лишь недавно установил контроль, иногда лишь косвенно, жители увидят новый шанс бросить вызов режиму. Если бы Путин сразу не понял, что он столкнулся с угрозой для всего своего сирийского предприятия, он бы быстро опомнился».

Третий шаг, если выражаться проще, означает выдвижение России условий, которые заключаются в том, что надо смириться с объединением турецкой и американской зон влияния (см. карту выше). При этом, они становятся сплошным поясом вдоль турецко-сирийской границы. Таким образом, достигается турецкая цель по тому, чтобы создать сплошной буфер вдоль всех 900 км турецко-сирийской границы. В случае несогласия Москвы, турецкий автор предлагает «показать зубы» и довольно быстро и без излишней аргументации приходит к мысли о том, что России проще согласиться на новую реальность турецко-американского сотрудничества в Сирии. При этом на Россию и на официальный Дамаск ложится миссия по «перевариванию» СНС тем или иным способом.

Переходим к четвертому шагу дорожной карты, который озаглавлен как «Зачистка Идлиба». Цитируем:

«После объединения турецкой и американской сфер влияния Анкара и Вашингтон будут работать над тем, чтобы очистить Идлиб от «Хайат Тахрир аш-Шам» (ХТШ), бывшего филиала «Аль-Каиды» (террористические организации, запрещенные на территории РФ – И.С.) и признанной террористической организации. Турция и США начнут этот процесс, во-первых, с требования роспуска ХТШ, а во-вторых, с призыва его сирийских членов присоединиться к Национальному фронту освобождения, который присоединился к СНА в 2018 году и сейчас составляет его Четвертый, Пятый, Шестой и Седьмой легионы.

Чтобы гарантировать, что ХТШ примет это требование, Анкара при содействии Вашингтона усилит свою финансовую и материально-техническую поддержку Национальному фронту освобождения и свяжется с деятелями внутри ХТШ, чтобы поощрить их дезертирство. Элементы, которые откажутся дезертировать, получат ультиматум: присоединиться к СНА или стать законными целями атак турецких и американских беспилотников. Турция и США обусловят свою помощь Национальному фронту освобождения усилиями по преследованию элементов, отвергающих это предложение. После очистки Идлиба от радикалов местные жители будут избирать местные советы.»

Итак, по итогам четвертого шага, Идлиб должен быть очищен от радикалов. Чего, заметим, не случилось вплоть до настоящего времени, невзирая на наличие конкретных договоренностей на данный счет между Россией и Турцией. Впрочем, речь идет о том, что формирование сплошного турецко-американского пояса будет означать появление и американцев в Идлибе.

Шаг 5 называется «Реструктуризация Временного правительства Сирии».

Цитируем этот шаг:

«Работая над роспуском ХТШ, Турция и США также реструктурируют административную систему в новой сфере интересов США и Турции. Реструктуризация преследует три цели: (1) сделать ее более демократичной и плюралистической, (2) отразить новые реалии на местах и (3) развеять опасения, что консолидация сфер влияния Турции и Америки — прелюдия к фактическому разделу Сирии между, с одной стороны, Турцией и США, а с другой, Россией и Ираном.

Временное сирийское правительство является и должно оставаться главной гражданской властью в районах, удерживаемых оппозицией. На данный момент, его легитимность исходит от Сирийской национальной коалиции, которую 114 стран, включая Турцию и США, признают представителем сирийского народа.

Реформированное Временное правительство Сирии должно состоять из двух компонентов: двухпалатного законодательного органа и исполнительного органа.

Первая палата законодательного собрания будет состоять из делегатов, выбранных местными советами в американо-турецкой сфере.

Вторая палата будет состоять из делегатов Сирийской национальной коалиции, которая представляет сирийский народ, в том числе тех, кто находится под контролем режима или живет в качестве беженцев за границей.

Вместе две палаты изберут исполнительную власть.

Если бы сирийское временное правительство было сформировано только из местных советов, без участия Сирийской национальной коалиции, оно просто стало бы правительством Северной Сирии. Чтобы предотвратить фактический раздел страны, крайне важно включить Сирийскую национальную коалицию, которая имеет мандат представлять весь сирийский народ.

Сирийская национальная армия будет подчиняться исполнительной власти Временного правительства Сирии, которую США и Турция признают своим основным собеседником

Итак, речь идет о том, что США и Турция, по итогам пяти предыдущих шагов, должны стать основными действующими лицами на внутриполитической площадке в Сирии. При этом, должно естественным образом наблюдаться снижение влияния России и Ирана. И если турецкий автор крайне аккуратно обходит тему России и российско-турецких отношений, то про Иран он говорит в следующем шаге №6 своей дорожной карты под названием «Блокирование коридора снабжения Ирана».

Цитируем:

«С практической точки зрения, у Тегерана есть только два наземных маршрута для доставки оружия и других грузов через Сирию в Дамаск и Бейрут. Первый — это пограничный переход Аль-Валид в Ираке, который находится под контролем американских военных в районе Эт-Танф. Второй проходит через Аль-Букамаль, в провинции Дейр-эз-Зор. Поддерживаемые Ираном шиитские ополченцы, в настоящее время, контролируют этот маршрут. Благодаря дружеским отношениям с режимом Асада, YPG не оспаривает их присутствие.

Контраст с политикой РПК поучителен. Близкие отношения КРП с Турцией означают, что Ирану так и не удалось открыть северный маршрут в провинцию Хасеке. Недавно созданный Восьмой сирийский легион будет состоять из обученных, опытных и эффективных бойцов, местных жителей Дейр-эз-Зора, известных своей стойкой оппозицией Ирану и его региональным амбициям. Их возвращение домой позволит им последовать примеру РПК и помешать Ирану контролировать пограничный переход в Сирии.

После эвакуации YPG Турция и США спонсируют кампанию по изгнанию поддерживаемых Ираном ополченцев из Абу-Камаля. В дополнение к возможностям и мотивам Восьмого легиона США и Турция также полагаются на недавно созданную базу беспилотников и вертолетов в Дейр-эз-Зоре. Столкнувшись с единым фронтом Турции и США, у иранских марионеток не будет шансов выиграть это сражение, и они либо отступят в Ирак, либо погибнут.

Вскоре Аль-Букамаль будет контролироваться Восьмым легионом (см. карту 5).

Но мы также должны учитывать склонность Ирана реагировать на такие неудачи косвенно, в любое время и в любом месте по своему выбору. Например, он может использовать ополченцев для нападения на турецкие и американские военные объекты в Ираке. В таком случае, США и Турция должны заранее подготовиться к сдерживанию Ирана, убедить его в том, что если он отдаст приказ о нападении, то потеряет гораздо больше, чем приобретет.»

52.34MB | MySQL:110 | 0,565sec