Размышления после неформального совещания ОПЕК в Алжире. Часть 1

На  этой неделе, 26–28 сентября с.г.,  в Алжире прошел международный энергетический форум, в заключительный день которого участники Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК) провели неформальное совещание. Члены картеля обсуждали перспективы приостановления добычи сырья с целью стабилизации мирового рынка «черного золота».

 

Для справки: в ОПЕК входят 14 государств: Иран, Ирак, Кувейт, Саудовская Аравия, Венесуэла, Катар, Ливия, Объединенные Арабские Эмираты, Алжир, Нигерия, Эквадор, Ангола, Индонезия и Габон.

На государства, входящие в организацию, приходится более 40% добычи нефти и более 70% мировых доказанных запасов «черного золота».

ОПЕК часто называют картелем, участники которого договариваются друг с другом о совместных действиях и таким образом снижают конкуренцию на рынке. Сами члены организации считают, что она помогает стабилизировать глобальный рынок в сложные для индустрии времена. Де-факто лидером ОПЕК является Саудовская Аравия. Россия в картель не входит, однако имеет статус постоянного наблюдателя.

 

Накануне прошедшего мероприятия автор скептически оценил сценарий принятия «прорывного» консолидированного решения ОПЕК, способного привести к реальной заморозке производства нефти. Однако по итогам алжирских переговоров некоторые средства массовой информации спешно заявили о том, что картель смог договориться об ограничении добычи сырья. Автор вновь скептически отнесся к этой информации по ряду причин. Каких?

Первое. Начнем с заявления генерального секретаря ОПЕК М.Баркиндо, сделанного за несколько дней до совещания. Он отметил, встреча в Алжире представителей нефтедобывающих стран будет носить неформальный характер. Таким образом, по его словам, любые договоренности, достигнутые во время этих переговоров, не будут иметь силу обязательных к исполнению решений.

Правда, затем он заметил, что в случае, если в Алжире удастся достигнуть компромисса, то после этого будет созвано экстренное заседание ОПЕК. И вот на нем уже может быть принято официальное решение. Генеральный секретарь также сказал, что с оптимизмом ждет предстоящей встречи: «Консультации с нашими партнерами показывают, что есть согласие по поводу необходимости стабилизировать рынок».

Тем не менее, на данный момент единственным соглашением остается только сугубо технический, не имеющий реального веса документ, подписанный в сентябре с.г. на саммите «Группы двадцати» в китайском Ханчжоу министром энергетики России А.В.Новаком и министром энергетики, промышленности и минеральных ресурсов Саудовской Аравии Х.аль-Фалихом.

За несколько дней до совещания в Алжире М.Баркиндо после выступления на конференции «Будущее энергетики: в направлении устойчивого развития», организованной в Риме консалтинговой фирмой Ambrosetti, заявил следующее: «Если нефтяные державы решаться заморозить добычу нефти на определенном уровне, то соглашение будет заключено на один год».

Вместе с тем он ушел от ответа, договоренности какого рода следует ожидать в результате переговоров между членами ОПЕК и не входящими в организацию производителями.

«Эти специфические инструменты решения будут обсуждаться и согласовываться после тщательной оценки и анализа очень динамичного и сложного энергетического ландшафта, с которым мы сейчас сталкиваемся. Все, что я могу сказать сейчас: наши министры и наши официальные лица вовлечены в консультации не только внутри ОПЕК, но и с другими ключевыми заинтересованными сторонами. Каким бы ни было решение, сейчас мы не можем забегать вперед идущих консультаций. Но обычно, когда мы в прошлом принимали такие решения, то на период в один год», – отметил М.Баркиндо.

В своем докладе он уделил главное внимание глобальному спросу на нефть. По его мнению, спрос на энергоносители, основными из которых останутся нефть и газ, в ближайшей перспективе увеличится на 50%.

По мнению М.Баркиндо, потребность мировой экономики в углеводородах будет расти. Это значит, что использовать энергию придется более разумно и экономно с учетом климатических проблем. Ведь для достижения целевого уровня добычи нефти к 2040 году (110 млн баррелей в сутки) нужны крупные инвестиции в отрасль.

Новая попытка договориться о заморозке была предпринята именно в Алжире. По информации российского министра энергетики, о намерении присоединиться к возможному соглашению по поводу ограничения уровня добычи накануне международного энергетического форума заявили ОАЭ и ряд других стран ОПЕК.

Правда, Иран и Ливия не проявили особого желания присоединиться к заморозке. Обе эти страны хотят сначала восстановить прежний уровень экспорта «черного золота», который был у Ирана до введения западных санкций, а у Ливии перед свержением М.Каддафи.

Второе. Некоторое время назад специальный представитель ООН в Ливии М.Коблер на заседании Совета Безопасности организации заявил, что добыча нефти в стране упала до рекордно низкого уровня в 200 тыс. баррелей в сутки. Он особо отметил, что его тревожит захват экспортных портов армией, подчиняющейся властям в Тобруке на востоке страны.

«Я опасался, что это может произойти. Такое развитие событий еще сильнее помешает экспорту нефти, лишив Ливию единственного источника доходов, и усугубит раскол в стране», – подчеркнул М.Коблер.

Как заявил ливийский представитель в ОПЕК М.Оун, Ливия будет готова к разговору о возможной заморозке добычи нефти, только когда достигнет уровня квоты, отведенной ей в картеле: «Когда дела в стране стабилизируются, ситуация станет лучше и мы придем к уровню квоты, мы не против сделать заморозку».

Напомним, что пока правительство национального согласия (ПНС) Ф.Сараджа, начавшее работу в ливийской столице при поддержке ООН в марте 2016 года, не смогло установить контроль над всей страной. Нефтяная промышленность Ливии пострадала от деятельности вооруженных группировок и раскола в Национальной нефтяной компании (ННК), который номинально удалось преодолеть только в июле с.г. Однако на деле западная (Триполи) и восточная ННК продолжают жить каждая своей жизнью на фоне противостояния ПНС с правительством в Тобруке.

Так, в сентябре с.г. глава офиса ННК в Триполи М.Саналла заявил, что экспорт нефти из Ливии по морю возобновляется. «Порты в хорошем состоянии. Немедленно начинается экспорт нефти из портов Зувейтина и Рас-Лануф. Так же, как и раньше, будет продолжен ее вывоз из Бреги. В ближайшее время будет возобновлен экспорт продукции из порта Эс-Сидра», – отметил в официальном заявлении М.Саналла.

Однако ранее стало известно, что армия восточной части Ливии, не подчиняющаяся ПНС в Триполи, объявила, что взяла под контроль все основные морские нефтяные терминалы страны. Ее командующий генерал Х.Хафтар заявил, что 3 из 4 портов «нефтяного полумесяца» (Рас-Лануф, Эс-Сидр, Брега) полностью контролируются его армией, а Зувейтина – на 80%. До этого их удерживали вооруженные отряды, лояльные властям в Триполи.

И все же Ливия совсем недавно возобновила экспорт «черного золота» – из порта Рас-Лануф вышел первый с ноября 2014 года танкер. Судно с грузом 776 тыс. баррелей нефти взяло курс на Италию.

 

Для справки: в Ливии параллельно действуют избранный на всеобщих выборах парламент в Тобруке и происламский Всеобщий национальный конгресс в Триполи. Позже в официальной столице при поддержке ООН было создано правительство национального согласия, но восточный парламент его не поддержал. Из-за двоевластия в Ливии ННК разделилась на две компании: в Триполи и в Бенгази.

Судя по тому, что о возобновлении отгрузки нефти в ливийских портах объявил именно западный офис ННК в Триполи, процесс примирения в стране начался. По крайней мере на уровне Национальной нефтяной компании.

До свержения М.Каддафи и начала гражданской войны страна фактически производила около 1,6 млн баррелей в сутки. Сейчас получается в пять с лишним раз меньше – менее 300 тыс. баррелей в сутки. Ранее представители восточной ННК (Тобрук) заявляли, что добыча нефти в стране до конца года вырастет с 290 до 950 тыс. баррелей в сутки. Соответственно увеличится и экспорт.

 

Существует высокая вероятность того, что заморозка добычи на нынешнем запредельно высоком уровне вряд ли приведет трейдеров в восторг. Основная проблема в том, что потом может стать только хуже, так как слишком много стран хотят вернуть свои потерянные рыночные доли.

Ливия намерена утроить объем нефтедобычи к концу года. Даже если почти 1 млн баррелей в сутки – слишком оптимистичная цель для разоренной гражданской войной страны, любой рост добычи увеличит избыток сырья на мировом рынке, затягивая период низких цен. И это только начало.

Нигерия уже поставляет на рынок все больше и больше «черного золота». Группировка «Мстители дельты Нигера» прекратила нападения на нефтяные терминалы и начала переговоры с правительством. В результате, по данным властей, нефтедобытчики уже сумели вернуть в экспортные трубопроводы 200 тыс. баррелей в сутки, доведя суточное производство до 1,7 млн баррелей.

Правда, насилие в дельте Нигера еще продолжается, есть и другие террористические группы, желающие с помощью бомб «урвать» свой кусок нефтяного пирога. Тем не менее мирный процесс запущен, и когда он завершится, африканская страна вернет весь объем потерянной добычи, а это еще сотни тысяч баррелей дополнительных поставок.

Россия продолжает подбираться к рекорду добычи советских времен. В сентябре порог в 11 млн баррелей в сутки был превышен, до цели осталось несколько сотен тысяч баррелей, и она вполне достижима. Буквально недавно «Газпром нефть» и «Роснефть» начали промышленную эксплуатацию крупного Восточно-Мессояхского месторождения. Даже если российские нефтяники и не станут рваться к рекорду, нынешний успех создает России более чем комфортные условия для заморозки добычи.

Иран также может добраться до заветных 4 млн баррелей в сутки. Другой разговор, что на этом он исчерпает свои возможности немедленного увеличения производства, а для дальнейшего роста понадобятся серьезные инвестиции. Может быть, поэтому Тегеран раздумывает над предложением Эр-Рияда заморозить добычу на нынешнем уровне в обмен на сокращение производства компанией Saudi Aramco.

Существенный прирост производства «черного золота» в перспективе ожидается в Казахстане (месторождение «Кашаган»), Норвегии, Великобритании, не входящих в ОПЕК.

Таким образом, любые договоренности картеля, даже если они будут достигнуты и затем закреплены неким официальным документом, лишь отсрочат новое падение рынка.

Как справедливо подмечает аналитик Again Capital Partners, Д.Килдафф, «мы на пути к 40 долларам за баррель». Инвесторы уделяют неоправданно много внимания неформальным алжирским переговорам и не желают хоть немного заглянуть в будущее.

Третье. Взгляды на прошедшее в Алжире неформальное совещание разнятся даже внутри ОПЕК. Одни страны-участницы рассматривают мероприятие как настоящие серьезные переговоры, для других – это не более чем формальные консультации.

Различия в понимании сути происходящего дошли до того, что накануне переговоров возникли сомнения по поводу даты мероприятия. Хотя ранее СМИ вроде бы четко сообщили со ссылкой на делегатов алжирского форума, что встреча состоится в среду, 28 сентября, в заключительный день форума.

Тем не менее министр нефти Судана (кандидата в члены ОПЕК) М.Зайд заявил, что картель еще не определил дату переговоров насчет заморозки добычи в рамка алжирского форума: «Мы обсудим это позже. Пока нет решения».

Несколько позже, однако, выступил министр нефти Нигерии Э.Качикву, подтвердивший дату совещания – 28 сентября с.г. Он также добавил: «Мы настроены позитивно, но еще нельзя с уверенностью сказать о результатах».

Итоги алжирской встречи напрямую увязаны с ее статусом, который многие участники понимают по-разному. Как серьезные переговоры ее, похоже, рассматривают только в Венесуэле, сильнее всех государств-членов ОПЕК пострадавшей от падения цен на «черное золото», Эквадоре и Кувейте.

Именно это трио выступило инициаторами совещания в Алжире, надеясь на то, что оно станет продолжением апрельских переговоров в столице Катара Дохе. Там обсуждалась реальная перспектива заморозки добычи нефти в государствах-производителях ради стабилизации нефтяного рынка. Однако переговоры закончились ничем из-за бойкота со стороны Ирана и глубоких разногласий в отношении ключевого вопроса между членами ОПЕК.

На этот раз М.Баркиндо разочаровал инициаторов алжирской встречи, накануне заявив, что серьезных и обязательных к исполнению решений от совещания ждать не стоит.

Любопытно, что это мнение разделяет высокопоставленный представитель делегации ОАЭ, выразивший сомнение в достижимости соглашения о заморозке добычи: «Мы полагаем, что реальная вероятность такого сценария невелика».

По его словам, разногласия между отдельными членами нефтяного картеля «на сегодняшний день по-прежнему сильны». Тем не менее представитель ОАЭ дипломатично заметил, что подобные встречи «в любом случае полезны».

Иран же, не явившийся на переговоры в Доху, рассматривает алжирское совещание как обычные консультации между производителями нефти. Перед отъездом из Тегерана в Алжир министр нефти ИРИ Б.Н.Зангане отметил: «Эту встречу следует рассматривать в качестве консультативной. Соответствующими должны быть и связанные с ней ожидания».

Министр назвал алжирские консультации «подготовительным этапом намеченной на ноябрь очередной сессии ОПЕК в Вене». В рамках международного энергетического форума он также провел десятки встреч с представителями многих стран и компаний, в том числе с руководством французской Total. Тем самым Б.Н.Зангане дал понять, что общение с потенциальными инвесторами для Ирана сейчас важнее, чем с партнерами по ОПЕК.

Вопреки ожиданиям многих экспертов неформальное совещание государств ОПЕК в Алжире прошло без участия России. Автор более полутора месяцев назад предположил, что российский министр А.В.Новак не будет участвовать в переговорах, поскольку Министерство энергетики России не получило официального приглашения от секретариата картеля.

А.В.Новак ранее заявил, что для заморозки добычи необходимо достижение договоренностей внутри картеля. Причем, по словам министра, Россия не намерена присоединяться к решению, принятому ОПЕК, «не глядя».

«Мы, безусловно, будем оценивать это в первую очередь с точки зрения России, с точки зрения интересов рынка и так далее», – подчеркнул он. Глава ведомства также высказал мнение по возможностям стабилизации нефтяного рынка. А.В.Новак считает, что баланс будет достигнут самое позднее в конце 2017 года, а первые признаки стабилизации наблюдаются уже сейчас. Заморозка же добычи может ускорить этот процесс на 3–6 месяцев.

На вопрос о справедливой цене на нефть российский министр ответил: «С учетом того, что сегодня значительно снизилась себестоимость добычи, и многие повысили свою эффективность, мне кажется, что в промежутке между 50 и 60 долларами – эта та цена, которая была бы инвестиционно привлекательной для балансировки рынка».

Что же касается самой возможности достигнуть соглашения о заморозке, то А.В.Новак считает ее она вполне вероятной. По его мнению, Саудовская Аравия и Иран, чей конфликт негативно сказался на результате весенних переговоров в Дохе, стали более гибкими и нацелились на достижение конкретных договоренностей для стабилизации рынка нефти.

Да, политико-дипломатическое и экономическое противостояние Эр-Рияда и Тегерана действительно уже не такое острое, как в начале этого года. Однако не по дням, а по часам растет геополитическая конкуренция Саудовской Аравии и Катара. Эта острая борьба происходит в формате не только ОПЕК, но и Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).

Вместе с тем, министр допустил, что исключение в соглашении можно сделать не только для Ирана. «Речь также о Нигерии и Ливии, где произошло в этом году существенное падение объемов добычи в результате форс-мажорных обстоятельств. К ним тоже могут быть применены индивидуальные подходы», – считает А.В.Новак.

В свою очередь, Х.аль-Фалих заявил следующее: «Рынок стабилизируется и цены на нефть поднимутся вне зависимости от того, достигнем мы этого соглашения по заморозке или нет. Надеюсь, что у нас получится договориться».

В этой связи любопытна позиция Катара, который на протяжении первой половины 2016 года активно выступал в пользу стабилизации мирового нефтяного рынка посредством выдвинутой им инициативы заморозить добычу сырья. Эмират еще в начале текущего года присоединился к идее достижения соответствующего соглашения и впоследствии не отказывался от нее, несмотря на изменившуюся саудовскую позицию. Однако сейчас риторика Катара резко изменилась. Теперь же Доха демонстрирует прохладное отношение к картельному соглашению.

Так, катарский министр энергетики М.Сада, как и его саудовский коллега, дал понять, что в механизме заморозки нет необходимости, поскольку мировой спрос на «черное золото» во второй половине 2016 года объективно будет расти, а снижение цен на сырье носит лишь временный характер.

По словам катарца, «предполагается, что экономики крупных стран-потребителей нефти будут расти, что, в свою очередь, увеличит спрос на нефть в ближайшие кварталы в преддверии зимнего сезона в северном полушарии».

«Это ожидания повышенного спроса в третьем и четвертом кварталах 2016 года вместе с сокращением излишков позволяют аналитикам прогнозировать, что нынешний низкий уровень цен носит лишь временный характер и цена будет расти во втором полугодии», – сказал М.Сада.

Он убежден, что объемы нефтедобычи действительно понизятся, но без вмешательства ОПЕК, а в силу сокращения инвестиций в энергетическую сферу: «Беспрецедентный спад инвестиций в нефтяные и газовые проекты в 2015 и 2016 годах приведет к сокращению объема запланированных на предстоящие четыре года вложений».

Судя по приведенным заявлениям саудовского и катарского министров основным нефтеэкспортерам вообще нет необходимости вести переговоры о приостановке добычи сырья ни в рамках неформальных, ни в рамках плановых заседаний ОПЕК.

За день до алжирских переговоров выступил венесуэльский министр, который очень надеялся на положительный исход алжирских неформальных переговоров: «Мы находимся в постоянном контакте с Саудовской Аравией и Ираном, пытаясь избежать ценовой катастрофы. Если мы не достигнем соглашения в Алжире, то окажемся втянутыми в ценовую войну. В ходе нее, в отсутствие соглашения и координации, цены могут рухнуть ниже 20 долларов за баррель».

В свою очередь, Б.Н.Зангане отметил, что прибыл на энергетический форум только для «обмена мнениями».

Стоит отметить, что двухдневные переговоры Ирана и Саудовской Аравии, которые решили встретиться в Вене перед неформальным совещанием на полях алжирского форума, к успеху не привели. Нефтяные державы говорили на уровне делегатов ОПЕК. Дебаты закончились безрезультатно, и никаких соглашений по итогам встречи стороны не заключили.

Однако, по сведениям компетентных информаторов, один серьезный вариант компромисса на венской встрече все же обсуждался. Саудовская Аравия предложила снизить объем добычи нефти на 500 тыс. баррелей в сутки, если Иран заморозит свой на уровне 3,6 млн баррелей в сутки. Однако прийти к компромиссу не удалось – в Тегеране будут думать.

В то же время президент Ирана Х.Роухани заявил, что его страна уже близка к уровням добычи и экспорта нефти, которые были до введения международных санкций в июле 2012 года. «Иран скоро приблизится к досанкционному уровню производства и экспорта нефти», – сообщил он, выступая на Генассамблее ООН в Нью-Йорке.

Эр-Рияд, чувствуя, что все глубже погружается в финансовую яму, прилагает все возможные усилия, чтобы повысить доходы от сбыта «черного золота», а Иран невозмутимо взирает на всю эту суету, реализуя собственные планы.

Дошло до того, что Саудовская Аравия впервые за 8 лет предлагает своему давнему региональному сопернику откровенную сделку. Тегеран, естественно, не спешит, поскольку чувствует себя хозяином положения.

По мнению экономиста консалтинговой фирмы Capital Economics Д.Туви, перед кризисом исходная ситуация в этих странах была совершенно разной. До начала этого года Иран находился под западными санкциями, и сейчас там экономический рост просто потому, что страна имеет возможность быстро наращивать объем добычи. В свою очередь, Саудовская Аравия, отмечает эксперт, которая «блаженствовала» при 100 долларах за баррель, сейчас ежедневно теряет десятки и сотни миллионов долларов.

Исламская Республика никогда настолько не  зависела от нефтяных доходов как ее арабский сосед. Предпринимаемые саудовскими властями тщетные попытки экономических реформ не в силах предотвратить финансовое опустошение: валютные резервы утекают широким потоком, правительственные подрядчики не получают выплат по контрактам, а государственные служащие в этом году остались без бонусов.

По данным Международного валютного фонда (МВФ), в настоящее время бюджетный дефицит Саудовской Аравии достиг 13,5% ВВП, а у Ирана – всего 2,5%. Тегеран был подготовлен к кризису тяжелыми годами санкций, которые заставили его в 2012 и 2013 годах провести реформы. В результате Эр-Рияду просто необходима цена на нефть не ниже 67 долларов за баррель, а Ирану хватит и 61,5 долларов.

За два года КСА очень сильно растратило свои валютные резервы: в прошлом году оно потратило 115 млрд долларов, а в текущем – еще 52 млрд долларов, причем год еще не закончился.

Королевство было вынуждено пойти на беспрецедентные для себя шаги. Государство сократило субсидирование топлива для населения, урезало на 20% зарплаты министров, отложило инфраструктурные проекты и даже собирается ввести НДС с 2018 года.

В Иране же нет ощущения приближающейся катастрофы. «Тегеран, разумеется, тоже хотел бы более высоких цены на нефть, но его бюджетные потери неизмеримо ниже саудовских. Иран чувствует свою силу», – отметил управляющий директор консалтинговой компании Petromatrix в Цуге О.Жакоб.

Сам факт переговоров Ирана и Саудовской Аравии, несмотря на их видимую безрезультатность, всколыхнул рынок нефти. Мировые цены на нефть перешли к росту, как только игроки узнали об упомянутом предложении Эр-Рияда Тегерану.

Цена европейской нефти эталонной марки Brent, поначалу опускавшаяся ниже 47 долларов за баррель, вдруг поднялась выше 48 долларов за баррель. Цена американской нефти эталонного сорта WTI на новостях из Вены закрепилась выше отметки 46 долларов за баррель, преодоленной накануне.

Кувейт, который наряду с Венесуэлой и Эквадором был инициатором прошедшей в Алжире дискуссии, накануне был уверен в достижение консенсуса.

«Мы настроены оптимистично. Все министры стремятся к достижению успеха встречи и переговоров», – в преддверии совещания заявил представитель Кувейта в ОПЕК М.аш-Шатти.

Ирак устами министра нефти Дж.Луэйби выразил готовность поддержать любые усилия и меры, направленные на увеличение цен на «черное золото»: «Позиция Ирака заключается в том, чтобы поддерживать равновесие на мировом рынке нефти. Вместе с тем, мы будем прилагать серьезные усилия для того чтобы добиться повышения цен до приемлемого уровня».

За день до неформальной встречи ОПЕК встречи было обнародовано, что ОПЕК рассматривает четыре варианта заморозки объемов добычи нефти: на уровнях января с.г. или августа с.г., а также по средним объемам производства в первой или во второй половине текущего года.

43.6MB | MySQL:92 | 0,945sec