О развитии и ближайших перспективах иракской нефтяной промышленности

Ирак находится на третьем (после Саудовской Аравии и Ирана) месте в мире по объему разведанных запасов нефти, причем геологи утверждают, что реальные запасы «черного золота» в этой стране даже больше, чем показывает официальная статистика. Ирак является членом ЛАГ, а также Организации стран — экспоpтеpов нефти (ОПЕК). Основу экономики страны составляет нефтедобывающая отрасль, обеспечивающая сырьем свыше 90% промышленного производства, а также большую часть валютных поступлений. Именно поэтому нефть для Ирака прежде всего является символом стабильности, с которым связаны перспективы государства и общества.

Добыча нефти в промышленных масштабах в Ираке производится с 1934 года. Спецификой Ирака является то, что залежи нефти здесь расположены в основном в двух районах — на севере страны (Киркук и Регион Курдистан) и юге (месторождения недалеко от портов Персидского залива).  В середине прошлого века два больших нефтяных месторождения выделялись на карте Ирака – это Киркук (с 1920 года) и Румейла (которое разрабатывается с 1950-х годов). В середине 1960-х годов добыча нефти в Ираке составляла 1,3 млн баррелей в день (мб/д), но к 1970-м годам объем производства увеличился до 2 мб/д , достигнув своего пика в 1979 году, когда к власти пришел Саддам Хусейн — 3,5 мб/д. Именно тогда Ирак объявил тендеры на разработку таких  своих гигантских месторождений, как «Меджнун», «Западная Курна», «Хальфая» и «Нахр Умр2. Также были подписаны контракты  на бурение и расширение терминала «Аль-Бакр» (сейчас  носит название «Аль-Басра») с американской фирмой Brown & Root (ныне KBR) и завершил строительство нового комплекса трубопроводов в Фао. Однако честолюбивым планам Багдада на то, что в течение пяти лет он повысит добычу нефти до 5 мб/д, не суждено было сбыться:  они отошли  на второй план в связи с началом ирано-иракской войны в 1980 году. Война с Ираном сократила добычу нефти в Ираке до 1 мб/д,  а ее экспорт сократился с 3 мб/д до 750 000 б/д (до войны в Персидском заливе Ирак являлся крупнейшим (после СССР) поставщиком нефти на мировой рынок). Сокращение экспорта было связано как с разрушением важных объектов экспорта нефти («Хор Аль-Амая» и «Аль-Бакр»), так и с ущербом, нанесенным нефтехранилищам, газокомпрессорным станциям и самой  системе трубопроводов (в частности Фао)[i]. В тоже время Сирия, которую в то время возглавлял Хафез Асад, оказывала поддержку Ирану, и вследствие этого она перекрыла нефтепровод из Ирака, который проходил по ее территории. Это был мощный удар по иракской экономике, которая а сильно зависела от нефтяного экспорта. Война также изменила карту иракских трубопроводов: без жизнеспособного экспортного маршрута для иракской нефти через Сирию, Багдад увеличил свою зависимость от Турции, поскольку основным нефтепроводом для него стал маршрут Ирак-Турция (его мощность была поднята с 750 000 б/д до 1,5 мб/д). Ирак также заключил сделку с Саудовской Аравией о строительстве трубопровода, соединяющегося с  саудовским нефтепроводами, которая бы позволила экспортировать нефть через Красное море[ii]. И, тем не менее, несмотря на эти важные меры, потери нефтяного сектора Ирака были тяжелыми: общая потеря  120 млрд долларов в нефтяном секторе, разрушение инфраструктуры (33 млрд долларов), накопление внешнего долга и так далее. Попытки Ирака восстановить страну после ирано-иракской войны были вновь прерваны захватом Ираком Кувейта и войной в Персидском заливе 1990-1991 годов. В ходе операции «Буря в пустыне» был нанесен значительный ущерб иракской нефтяной инфраструктуре: ведь все нефтеперерабатывающие заводы Ирака подверглись ракетным ударам во время военных действий. Наиболее серьезные разрушения были причинены нефтеперерабатывающему комплексу в Басре.  Согласно официальным данным иракского Министерства нефти, прямой ущерб от разрушений нефтяных объектов составлял 6 млрд долларов[iii]. Санкции ООН, наложенные на Ирак с начала 1990-х гг., также оказали разрушительный эффект на нефтегазовый комплекс страны. В результате эмбарго из-за недостаточного снабжения оборудованием по существу прекратились работы на большей части месторождений Ирака. Санкции также препятствовали ремонту повреждений, которые были нанесены во время войны, на южных месторождениях. К тому же Саддам Хусейн и его окружение сумели наладить контрабанду нефти, что пагубно сказалось на самой нефтегазовой индустрии страны и качестве нефти. В 2000 году, после снятия санкций, в стране было добыто около 133 млн тонн нефти, накопленная добыча на начало 2001 года составила 3,2 млрд тонн нефти. После вторжения США на территорию Ирака в 2003 году и свержения режима Саддама Хусейна началась полная анархия и разруха в стране[iv]. Проблема была не только в том, что различные нефтепромыслы пострадали в ходе боевых действий. К сожалению, многое уже после войны просто разворовали – например, медный электрический кабель, и в результате некоторые нефтепромыслы оказались без электричества – и, соответственно, не смогли работать. Иорданский экономист Риад Хури охарактеризовал то время так: «Я думаю, что для описания нынешней ситуации больше всего подходит слово «анархия». Нет элементарной инфраструктуры, коммунальные службы не в состоянии предоставить населению даже жизненно необходимые услуги. Безопасность не обеспечивается, а о правовой системе и говорить не приходится. Сегодняшний Ирак можно сравнить с какой-нибудь африканской колонией 19-го века, где не было ничего, кроме природных богатств, которыми все пытались завладеть»[v]. С 2003 по 2007 года большинство нефтяных объектов и трубопроводов Ирака были разрушены, мародеры разграбили штаб-квартиру Южной нефтяной компании (SOC), а также и Северной нефтяной компании (NOC), причем были потеряно не только оборудование, но и ценные сейсмические данные и оборудование по обслуживанию месторождений нефти, принадлежащее иностранным нефтесервисным компаниям (таким, например, как Schlumberger). С 2006 года основным фактором, определявшим ситуацию в стране, стало заметно усиливавшееся и принявшее широкомасштабный характер противостояние между арабами-суннитами и шиитами. Курды также продолжают укреплять свою экономическую самостоятельность, что в первую очередь относится к вопросам контроля над нефтяными ресурсами на подконтрольных им территориях. А сама нефтяная промышленность остро нуждалась в реконструкции и модернизации. Но вследствие оккупации не представлялось возможным продвинуть любую реформу, которая могла бы объединить почти все политические силы страны. В 2007-2009 году правительство Ирака пересмотрело все нефтяные контракты, которые ранее заключило правительство Саддама Хусейна, в частности контракт с российским  ЛУКОЙЛом на «Западную Курну-2» и с китайской CNPC на месторождение «Аль-Ахдаб». Министр нефти Ирака Хусейн Шахрастани сообщил, что правительство страны готовит новый законопроект, в котором будет прописано, на каких основаниях иностранцы смогут получать доступ к месторождениям, и как правительство поступит с теми компаниями, которые работали в стране при старом режиме[vi]. Тогда иностранцы практически потеряли доступ к иракской нефти и  правом на добычу обладали в основном государственные North Oil Company и South Oil Company, а Ираку хотелось бы вернуть в страну иностранный капитал. Были проведены торги на получение права на разработку таких месторождений, как «Румейла», «Зубаир» и «Западня Курна». Российские, американские и  китайские компании участвовали в торгах, причем китайские компании действовали в своих государственных интересах, резервируя таким образом мощности в Ираке для импорта в Китай, американцы же были заинтересованы лишь в деньгах.

После вывода большей части военного контингента США в 2011 году Ирак, стремившийся к политической стабильности, получил обратное. Появление террористической организации ИГИЛ ( ныне «Исламское государство» (ИГ) запрещена в России) на территории Ирака, а также курдские сепаратисты на севере нанесли значительный ущерб иракской экономике. Однако даже на фоне насилия и нестабильности экспорт нефти продолжал расти с помощью инвестиций международных нефтяных компаний и составлял около 3 мб/д[vii].  К 2017 году все захваченные ИГ территории были освобождены, курдские сепаратисты потерпели поражения и  нефтяные объекты вернулись в федеральную собственность[viii]. Министр нефти Ирака Джафар аль-Луэйби заявил, что «период многолетнего периода анархии и разрухи, разбазаривания ресурсов, когда местные власти игнорировали все усилия власти и министерства»,  закончен. Сейчас настало время восстановления экономики, развития добычи нефти и газа, стабилизации политической ситуации[ix].

Полное снятие ранее введённых санкций ООН, озвученная властями страны победа над ИГ, а также взятие под контроль курдских территорий – все это положительно повлияло на иракский нефтяной сектор.   В целом в краткосрочной перспективе иракский нефтяной потенциал позволяет достигнуть уровня добычи чуть выше 5  мб/д к началу 2019 года, при условии что месторождения в Хальфае и Киркуке будут работать на полную мощность, а также если повторно будет запущен НПЗ в Байджи и месторождение «Даура» даст дополнительные объемы. Однако, по оценкам экспертов, к 2021 году, если не будут модернизированы иракские нефтеперерабатывающие заводы, может возникнуть проблема излишек высокосернистого мазута. Тенденция снижения цен на него, а также отсутствие адекватной инфраструктуры для его транспортировки приведет к переизбытку мазута и снизит качество  иракской нефти.

[i] https://www.oxfordenergy.org/wpcms/wp-content/uploads/2018/10/Iraqi-Oil-industry-evolution-and-short-and-medium-term-prospects-WPM-79.pdf

[ii] http://www.iimes.ru/?p=26576 «О нефтегазовых трубопроводах стран Ближнего Востока» Манафова А. Д.

[iii] http://www.iimes.ru/?p=253  «Основные экономические показатели Ирака в 90-е годы» Богуславский А. Б.

[iv] http://theconversation.com/iraq-what-happened-to-the-oil-after-the-war-62188

[v] https://www.dw.com/ru/иракская-экономика-вся-надежда-на-нефть/a-942948

[vi] http://www.globeco.ro/wp-content/uploads/vol/split/vol_1_no_2/geo_2013_vol1_no2_art_007.pdf «THE SITUATION OF IRAQI OIL INDUSTRY AND ITS PROSPECTS»  Al Dulaimi Haidar Ali

[vii] http://www.eiu.com/industry/article/1791923963/iraq-and-global-oil-markets-the-isis-effect/2014-06-18

[viii] https://www.nytimes.com/2017/12/09/world/middleeast/iraq-isis-haider-al-abadi.html

[ix] http://www.iimes.ru/?p=38536 «Федеральные власти Ирака установили полный контроль над объектами нефтяной промышленности в провинции Киркук» Ласкарис Ф. И.

52.23MB | MySQL:103 | 0,488sec